Часть 12 (1/2)
💀💀💀
POV S.S.
— Ну здравствуй, Сопливус! Давненько не виделись… Ну и как тебе снова быть в роли жертвы?
На мой взгляд, с того момента, когда я видел Блэка в последний раз, он нихрена не изменился, разве что рожа постарела, и в глазах теперь не искры безумия проскальзывают, а целые кострища полыхают…
Губы у меня занемели, но это не помешало мне скривить их в ехидной ухмылке — псину это всегда дико бесило.
Вот и сейчас его лицо исказила гримаса чистейшей злобы, и он со всей своей дури впечатал в них свой кулак. Предсказуемо — только вот меня таким не проймёшь.
Я по молодости в такие дикие драки ввязывался, что, не будь я магом, хрен бы меня потом кто откачал. Так что разбитые губы — совершенная мелочь по сравнению с тем, что я собирался сделать с этим моральным уродом после того, как узнаю всю интересующую меня информацию.
Кстати, заклинаньице у него оказалось весьма себе посредственным — ещё и двух минут не прошло, а меня уже полностью отпустило. Ха, как был слабаком — так им и остался, даром что Госпожа Даром наделила. Мне вот только интересно — за какие такие заслуги Мара вернула его с того света, и что же такого произошло, прежде чем он сдох.
Но всё это потом — а сейчас псина дико бесилась от того, что ничего не могла мне сделать. Он хоть и безумец, но далеко не идиот — вон какие многоходовки спланировал — любо-дорого посмотреть. Хотя это совершенно не отменяет тот факт, что голова у Блэка абсолютно больная.
Струйка крови из разбитой губы неприятно щекотала подбородок, но вытереть её я не мог — псина должна считать, что у него всё под контролем и расслабиться. У меня не было сейчас совершенно никакого желания спарринговаться с ним ни в магической дуэли, ни даже в обычном кулачном бою. Я просто тупо боялся не сдержаться и пришибить его к чёртовой матери. Только вот тогда я так и останусь в своем неведении, а мне оно надо?
Вот и приходится теперь изображать беспомощную марионетку, лишь бы притупить его бдительность и, подгадав момент, скрутить этого придурка и хорошенько порыскать у него в мозгах
— Сири… Какая неожиданная встреча… — а вот не вылить тонну сарказма на мужика я точно не мог — потому что мне очень надо было хоть таким идиотским способом стравить в себе излишки магии, которые от моих психов росли как на дрожжах. — А я-то уж грешным делом подумал, что ты всё-таки сдох там рядом со своим любимым лордом…
Даже не видя себя сейчас, я прекрасно представлял, как выгляжу — наглая рожа плюс фирменная снейповская бесячая ухмылка — универсальное комбо для доведения особо впечатлительных идиотов, вроде Блэка, до невменяемого состояния. Надеюсь, что доведётся он быстро — потому что терпения изображать из себя полудохлого зомбака у меня не осталось совершенно.
— Этот идиот, возомнивший себя великим и могучим, за всё время так и не понял, с кем он связался, — Блэк отзеркалил мне мою же поганую усмешку, направил на меня свою волшебную деревяшку и вдруг резко замер, словно его кто Петрификусом приласкал.
— Мильссс… Он меня выбессил… — блять, совсем забыл, что у меня на шее Саша болтается.
И пусть мой змееныш ещё совсем мелкий, но он официально перед Магией является моим признанным Хранителем, а значит и силу имеет прямо пропорциональную моей Силе. Ведь в магическом мире всё взаимосвязано, и чем сильнее маг — тем сильнее его фамильяр.
Силу-то свою мой малыш дозировать умеет — вон, даже псину не окаменил, а просто оглушил хорошенечко, но вот в эмоциональном плане он всё ещё сущий ребёнок. Вот и испугалось дитятко, что его папа снова по роже получить может, и осерчало малость. Даже не знаю, плакать сейчас или смеяться — больно уж мордаха у Саши виноватая была, если, конечно, вы в физиономистике василисков хоть немного разбираетесь.
— Спасибо, конечно, малыш, — я ласково потрепал кончик нервно подергивающегося хвоста, свисающего с моей шеи. — Только теперь этот придурок ещё долго ничего рассказать не сможет. А у нас, к сожалению, не так много времени, чтобы вернуть Ри…
Малыш виновато зашипел и спрятал мордочку под воротником моей сорочки. Переживает. И за Поттера, и за Машу, которая после смерти своего хозяина впала в глубокую, на грани смерти, спячку. Но как бы мне не было жалко змеенышей, но мой котёнок всё равно всегда был, есть и будет в приоритете.
Что ж, Сила есть — ума много не надо — будем с её помощью выбивать из псины нужную информацию, потому что, по правде говоря, я так до сих пор и не понял, нахрена Блэку всё это понадобилось.
Пару раз на пробу сжав и разжав кулак, я, кое-как усмирив бушующую в душе злость, подошёл к замершему Блэку ближе, чтобы, пока ещё у меня была такая возможность, посмотреть в его безумные глаза. Можно было бы, конечно, взломать его собачий мозг и, не мудрствуя сильно, считать нужные воспоминания, но… Вся загвоздка была в том, что этот придурок нежданно-негаданно оказался некромантом.
Нет, в том, что я у него в башке сломаю любой ментальный блок, я был абсолютно уверен, как и в том, что после этого мне будет обеспечена пара часов дичайшей, на грани пытки мигрени. Издержки магии Смерти, чтоб её растак… А просрать несколько часов я был совершенно не готов: часики упорно тикали, всё больше приближая тот момент, когда я уже не смогу вернуть душу Ри обратно, ибо это только в сказках пишут, что между перерождением и смертью душа болтается неприкаянным сгустком энергии хрен знает сколько времени где-то в серых Пределах.
На деле же всё происходит очень и очень быстро, и в новую жизнь душа отправляется максимум через сутки — тут всё тоже зависит от пресловутой жажды жизни и уровня магии прижизненного владельца этой самой души. Чем больше сила — тем больше вероятность, что завесу перерождения она пройдёт сразу же, едва окажется в Серых Пределах.
Поэтому, собрав на кончиках пальцев левой руки приличный клубок собственной магии, я прицельно запустил его в грудь безумной псины. Пару секунд ничего не происходило, но вот его чёрные глаза мелко дрогнули в попытке моргнуть, и в тот же момент мой правый кулак с треском впечатался Блэку аккурат под челюсть, отправляя его в недалёкий полёт по замызганному полу.
Псина с разлёту впечаталась в гору костей, снося своей тушей всю эту инсталляцию к чёртовой матери, и теперь лежала посреди них скулящей бесформенной массой и пыталась подняться, скребя ногтями по чьим-то гнилым мослам. На мои губы сама собой натянулась ехидная ухмылка — да уж, не быть псине шестикрылым Серафимом. Как был жалкой шавкой — так и сдохнет ею.
А перед глазами вдруг промелькнули странные картинки, в которых эта тварь ногами и с явным наслаждением избивает связанного Тигра, и меня словно перемкнуло на несколько минут. Очнулся только от громкого шипения Саши прямо в ухо и с удивлением и каким-то нездоровым кайфом понял, что всё то время, пока мозги блаженно отдыхали, тело моё совершенно самостоятельно повторяло хрен знает откуда нахлынувшее видение. С той лишь разницей, что теперь Блэк был на месте моего котёнка.
Теперь на полу возле моих ног лежало окровавленное тело, хрипя и захлебываясь собственной кровью вперемешку со слюнями, которые щедро текли из раскрытого рта. Кажется, я сломал Блэку челюсть. Вот же ж незадача… А ведь его поганый рот мне был ещё нужен.
Взмахом руки очистив ботинки от налипших к ним грязи и жидкостей, натекших из блэковского организма, коротким заклинанием вправил выбитую челюсть на место и срастил ему перелом. Этот идиот при этом заорал настолько громко, что у меня едва уши не заложило. Ну а что поделать, если фамильное заклинание Распутиных имеет не только мгновенный целительный эффект, но и тащит за собой нехилую побочку в виде убийственной боли? Хотя мне как-то вот вообще без разницы, что там испытывает этот урод сейчас — главное, что теперь он точно сможет говорить.
Трансфигурировав себе простенький деревянный табурет из подвернувшихся под руку костей, я молча уселся напротив скулящего от боли Блэка и замер, жёстко отслеживая каждое его действие. Этот непредсказуемый безумец вполне мог выкинуть что-нибудь в духе своего чокнутого рода, поэтому я всё-таки решил обезопасить собственную тушку от вероятных лишних телодвижений и просто испепелил его волшебный костыль.
Шавка дёрнулась было в мою сторону, но тут вдруг мой Хранитель решил проявить самостоятельность. Резко приняв данный ему от природы размер, змеёныш пристроил свою голову на моём плече и громко угрожающе прошипел.
Но вид полутораметровой рассерженной змеи вместо того, чтобы вселить в Блэка если и не ужас, то хотя бы немного остудить пыл, подействовал на этого придурка совершенно не так, как рассчитывал мой фамильяр. На Сашу уставились бездонные чёрные глаза, в которых даже в таком их виде читалось чёткое злорадное предвкушение и странная заинтересованность. Но вот только паники или страха в них не было. Абсолютно.
Я на секунду даже позавидовал блэковской выдержке. Но только на секунду. Потому что поток матершины, который изверг его поганый рот, мгновенно напомнил мне, что я имею дело с полнейшим безумцем и то, что для него являлось нормой, для нормального и адекватного человека было категорически неприемлемо.
Вот и сейчас, выслушав пятиминутную тираду о моей сексуальной жизни, в которой непосредственное участие, по мнению псины, принимал и Саша, я, чтобы не смущать змеёныша ещё больше, наложил на него Силенцио.
Тишина мёдом разлилась по воспалённым от блэковского ора ушам. Блять, ну и чего я не додумался сделать это сразу? Старею, видимо.
— А вот теперь, блохастый, мы с тобой поговорим, — в ответ на мой спокойный тон, этот идиот весь подобрался и вдруг прыгнул прямо на меня.
Нет, связывать или обездвиживать я его точно не буду — мне как-то совершенно неинтересно с окороком общаться — элемент непредсказуемости теряется. Так что я просто снёс этого придурка в полёте лёгкой волной Силы и от души приложил его об стену. Раз пять подряд. Ну, чтобы в ебанутых собачьих мозгах хоть чуть-чуть закрепилась мысль — что нехуй со мной связываться.
— Ты труп, Блэк. И в этот раз даже Госпожа тебе не поможет — то, что ты сделал, её, наверняка, очень и очень сильно расстроило. Ведь у Мары были далеко идущие планы на Поттера, а ты, идиот, умудрился их ей испортить.
Теперь на роже Блэка читалось искреннее недоумение. Настолько искреннее, что мне даже пришлось ему разъяснить что к чему. Легонько поглаживая кончиком указательного пальца пристроившегося у меня на плече Сашу по голове, я на минутку даже задумался, прикидывая, с чего лучше начать рассказ, чтобы этот моральный деградант понял меня с первого раза.
— Ты же наверняка в курсе, Блэк, кто такой Повелитель Смерти? По роже вижу, что в курсе… А знаешь ли ты, кого на этом месте пожелала видеть Бледная Госпожа? Что, даже догадок нет? — я откровенно сейчас глумился над озадаченным мужиком, которому для одного сходства с бродячей собакой осталось только за ухом почесать лапой.
— Ты облажался, Бродяга, — Блэк дёрнулся было в мою сторону, но я со всей дури бросил в него припрятанный до этого в рукаве сюртука нож, добавив к нему солидную порцию магии.
Лезвие воткнулось в тело, словно в масло, не встретив ни малейшего сопротивления, намертво пригвоздив умудрившуюся скинуть с себя Силенцио и заоравшую дурниной псину к стене.
Люблю я клинки гоблинский работы — пусть и стоят они баснословных денег, но куча всевозможных чар, наложенных зелёношкурыми коротышками на любое сделанное ими оружие, с лихвой компенсирует все затраты.
Вот и сейчас короткий с виду нож, с лёгкостью пробив грудную клетку, удлинился в несколько раз, раздавшись в ширину, и закрепился в стене на манер магловского анкера — хрен вытащишь, даже если очень сильно захочешь. Ну лЯпота же!
— Не ори. Один хрен никто тебя не услышит, — Силенцио на Блэка кидать больше не стал — как-то вдруг понял, что его крики боли меня очень даже успокаивают. Понимаю, что это совершенно неправильная реакция, но… После известия о смерти моего котёнка стало как-то резко на всё похер. И на всех. Наверное, если бы сейчас передо мной с особой жестокостью пытали и расчленяли детей, я бы даже глазом не моргнул.
Внутри словно что-то умерло. А все мои мысли стали как у матёрого маньяка и сводились к одному — плевать на всех, главное вытащить Ри. А уж кто там попадёт под замес — это теперь не мои проблемы.
Когда Блэк прекратил драть глотку, а начал жалобно скулить, я наконец-то вынырнул из собственных невесёлых мыслей. За всеми своими страданиями едва не позабыл для чего я вообще всё это затеял.
— У тебя, псина, есть два выхода из сложившейся ситуации, — я, достав из кармана пачку сигарет, прикурил одну от маленького файербола, который потом отправил в стену рядом с лицом этого урода. Глубоко затянувшись, так, чтобы дым обжёг лёгкие, я выдохнул мутное облачко Блэку в рожу и продолжил: — Ты можешь добровольно рассказать мне, какого хрена тебе понадобилось убивать Поттера, и тогда я убью тебя быстро. Относительно… Либо же ты будешь молчать и подыхать от боли очень и очень долго, но один хрен всё мне расскажешь.
Бродяга на это криво усмехнулся. Вот же ж кретин… Он, похоже, действительно не понимает, что уже ничто его не спасёт… Безумный ублюдок…
— Ты реально думаешь, что сможешь убить некроманта, Сопливус? Правда, что ли? Силёнок не хватит, даже если ты и принял род своего припизнутого деда. — Блэк зашёлся в надсадном лающем хохоте, от которого у него изо рта широкой струйкой потекла кровь. Чёрная, как и его гнилая душонка. Такого же цвета, как и моя, потому что некромантов выдают не только глаза, но и их кровь.
— Так что, псина? Какой вариант тебя больше устраивает? — я откровенно проигнорировал подъёбку в мою сторону.
— Тот, в котором ты сдохнешь так же, как твой щенок…
Второй нож воткнулся в блэковскую тушу чуть левее первого, чуть-чуть не достав до сердца. И это хорошо. Не хотелось бы потом ждать, когда этот придурок, откровенно нарывающийся на пиздюля, восстановится. Всё таки у некромантов регенерация и толерантность к боли намного выше, чем у рядовых магов, но и в этом случае для того, чтобы запустить сердце, понадобилась бы пара часов. А у меня их, сука, не было!
— Нет, ну какой же ты придурок, Снейп! Всерьёз думаешь, что этими зубочистками сможешь прибить того, кого сама Госпожа вернула с того света? — кровь изо рта псины теперь текла ручьём, не останавливаясь. Его мелко потряхивало от боли, но он всё равно выкобенивался и корчил из себя крутого мачо.
НЕНАВИЖУ!
Что-то мне внутри подсказывало, что ни угрозами, ни пытками я этого идиота не пройму. Он, видимо, всерьёз уверовал, что некромагия — это его пропуск в реальное бессмертие, и ничего я ему не сделаю. Трижды «Ха!»
Коротко свистнув, всего лишь чтобы привлечь к себе его внимание, я, убедившись, что, несмотря на боль, тот меня чётко видит, хмыкнул: пришла пора вскрывать карты.
— Ты идиот, Блэк. Леди Вальбурга была совершенно права, когда выкинула тебя из списка наследников Рода. Ты так тщательно спланировал свою детскую месть, но не учёл одного: в тот день, когда вы со своим дружком-оборотнем напали на Снейпа, он изменился. Очень сильно… — Блэк смотрел на меня не мигая, совершенно не понимая, почему вдруг я заговорил о себе в третьем лице.
Я же не скрывал собственного злорадства, позволив гневу и боли, бурлящим внутри, вылиться наружу, расползаясь по лицу тонкой вязью золотых полос.
— Ты сам себе тогда подписал смертный приговор. Ведь я не Снейп. И я никому ничего не прощаю. Никогда. Я тот, кто ничего не забыл, — я ехидно хмыкул. — И я тот, кто лично разломает тебя на куски и поможет сдохнуть. Тот, кто не даст тебе свалить в Серые Пределы раньше времени, как бы ты этого ни хотел. Я тот, о ком ты совершенно ничего не знаешь.
Длинные волосы падали мне на лицо, загораживая Блэку налившиеся смертельной чернотой глаза и огненные росчерки Печати Мары на моем лице. Пока загораживали…
— Ты допустил ошибку, Блэк, ещё когда решил выменять жизнь собственного крестника на благосклонность Тёмного Лорда… Даю последнюю возможность рассказать, зачем тебе это было нужно.
— Да пошёл ты, придурок! Я — некромант, и нихрена у тебя не получится меня убить, будь ты хоть самим Волан-де-мортом! Силёнок не хватит… — Блэк вновь издевательски залаял — видимо, в его исполнении этот собачий звук обозначал довольный смех.
— У Волан-де-морта, может, и не хватит, а вот у рождённого некроманта вполне… — резким движением я откинул мешающиеся волосы с собственного лица, демонстрируя замершему с открытым ртом Блэку отличительные признаки некроманта в бешенстве. Признаки некроманта рангом и силой намного, много выше него.
— Какого хуя? — кажется, такого поворота сюжета псина не предвидела. — Кто ты, мать твою, такой?
Вот тут настала моя очередь злорадствовать, ибо вид охреневающей псины был словно заживляющий бальзам на рану. Щелчком пальцев скастовав простенькое Чёрное Марево, которое распахнулось у меня за спиной, словно огромные крылья, я осклабился в самой гаденькой своей ухмылке и буквально промурлыкал:
— Я тот, Блэк, кого вы со своими дружками собственноручно создали. Нравится? А теперь, раз ты так и не надумал рассказать мне мотивы собственных поступков, мы с тобой поиграем…
А дальше начался АД.