День двадцатый. Джиликсы бойпусси (1/2)
От жаркого пламени, разгоревшегося прямо во время мокрого поцелуя, кружилась голова. Джисона моментально повело, когда Феликс властно притянул его и бесцеремонно ворвался в его личное пространство. Целуя сразу напористо, с языком, позволяя себе довольное мычание, словно на дегустации десерта. Джисон был самой сладкой карамелью. Феликс прикусывал мягкие, аккуратные губы, тут же слизывая его воздушные стоны.
Джисон плавился под настойчивыми поглаживаниями сильных рук, блуждающих по его спине, опускающихся к отчаянно выгнутой пояснице. Феликс плотно притирался к его груди, опаляя жаром своего тела. Прямо сейчас Джисон был до одури податлив, прогибаясь под Феликса и уступая ему в этой собственнической ласке. Невыносимо горячие губы спускались по шее к ключицам, влажно выцеловывая бьющийся под кожей пульс.
Феликс был до сведённых коленей нежен. Джисон почти повис на его шее, позволяя обхватывать свои бока, скользить по нервно подрагивающему животу и сжимать мягкую грудь.
— Родной, я так хочу тебя.
Желание Феликса было ощутимо сквозь ткань. Оно упиралось прямо в бедро Джисона и заставляло всё внутри сладко сжиматься.
Джисон тоже хотел его.
Но если Феликса останавливал только здравый смысл, то Джисона ещё и смущение. Он едва заметно притирался бедром к горячему возбуждению Феликса, почти обжигая кожу сквозь одежду. Ладони Феликса замирали над резинкой мягких шорт, не спускаясь ниже.
В ответ на нерешительные движения в сторону его члена, Феликс решительно скользнул коленом между ног Джисона и чувственно притёрся к паху. Но не наткнулся во взаимное желание. У Джисона там словно не было… Ничего?..
Маска чуткости к личному пространству и чувствам Джисона разбилась вдребезги, звонко ударяясь об пол.
Феликс сделал подсечку, придерживая голову Джисона и валя его на спину. Колено второй раз прошлось по промежности.
— Джисон?..
Мир Феликса где-то на фоне беззвучно взрывался ядерным грибом. Не отдавая отчёта своим действиям, Феликс схватился за ткань шорт и резво потянул вниз, стаскивая их вместе с бельём. В голове Феликса бился лишь вопрос «Что?»
Объёмные шорты Джисона скрывали его сочные, пышные ягодицы. А ещё скрывали его маленький секрет.
У Джисона не было члена. Именно поэтому Феликс не наткнулся на привычный ему самому бугорок.
Зато в руках Феликса были его влажные, маленькие, аккуратные и очень милые трусики. Которые он, чёрт побери, сорвал с Джисона, словно грёбаный насильник.
Феликс нервно сглотнул, завороженно проводя пальцами по влаге на нижнем белье. Джисон тоже был возбуждён.
— Ты скрывал от меня это? — голос Феликса опустился почти до шёпота. — Как ты мог?
Джисон пытался прикрыть пылающее лицо и свести бёдра вместе, чтобы Феликс не упирался этим невыносимым взглядом прямо туда.
— Не смотри, пожалуйста… Не смотри…
Феликс не мог не.
Джисон был прекрасен. Нежный, мягкий, смущëнный. Такой красивый.
И между ног у него была очаровательная, аккуратная, трепетная киска.
Джисон едва не плакал, испуганно выглядывая большими, влажными глазами из-под ладошки.
Феликс хотел увидеть на его лице что-то кроме стыда и неловкости.
— Ты поэтому ходил в юбочке?
— Нет… Я… Мне просто… Мх…
Феликс осторожно коснулся губами нежной кожи дрожащего едва не в панике колена.
Джисон зажмурился.
— Не бойся меня, Сон-и, пожалуйста. Я люблю тебя. Всего тебя.
Феликс поцеловал жмурящегося Джисона ещё раз, перемещаясь губами по стройной голени.
— А юбочки тебе очень идут, Сон-и, — на грани слышимости прошептал Феликс, опасно зависая между согнутых, подрагивающих ног Джисона.
Ловкими пальцами Феликс ненавязчиво разгибал и раздвигал напряжённые, чуть не сведённые судорогой ноги. Феликс вылизывал каждый миллиметр бëдер Джисона, забираясь языком в самые чувствительные места под коленом и поднимаясь к ягодицам. Поцелуи ложились один за другим, доходя через тазовые косточки к лобку.
Красивый.
Джисон везде был идеально гладким.
Сладость.