День шестой. Хёнликсы фистинг (1/2)

Хёнджина нещадно вмазывало, он растекался по простыням невменяемой массой. Пальцы Феликса настойчиво исследовали его нутро. Оттопыренная задница уже затекла едва не до сведённых мышц. Скулёж рвался жалкими всхлипами.

— Ну же, сладкий, нам ещё предстоит большая работа, а ты уже… Что с тобой? — Феликс удивлённо уставился на мокрую простынь под содрогающимся Хёнджином. — Ты кончил?

Феликс немного сжалился, наблюдая за тем, как судорога сковывает тело раскрытого перед ним Хёнджина. Он подсунул подушки под его выгнутое до предела тело, и Хёнджин с благодарностью упал на них грудью, расслабляя изнурённые мышцы.

— Очень интересно, сколько раз ещё ты кончишь, пока мы доведём это до конца. Выглядишь, как будто уже сдался.

Хёнджин быстро вскинулся, сосредотачивая в мутном взгляде весь былой настрой.

— Нет! Я справлюсь! Я хочу! — выпалил едва не в отчаянии Хёнджин.

— Что ты хочешь, Джинни? — обманчиво мягко спросил Феликс.

— Я хочу твою руку… Всю ладошку… Целиком… И кулак… Мх… — пока говорил, Хёнджин заново поплыл от картинок, что замелькали перед его глазами, его зад непроизвольно дёрнулся вверх.

— Маленькая потаскушка. Так хочется быть оттраханным чем-то большим? Считаешь, моя рука поместится в тебе? Не боишься, что я порву твой зад?

— Мхх… — вместо ответа Хёнджин провыл куда-то в подушку.

Феликс плюнул на судорожно сжимающуюся дырочку, снова называя его шлюшкой.

Хёнджин заскулил в голос.

— Маленькая. Грязная. Ненасытная. Шлюха.

Феликс припечатал точёную ягодицу Хёнджина одним звонким шлепком.

— Тебе всегда мало, да?

Ещё один удар подбросил подвывающего Хёнджина на месте.

— Конечно, мало. И никакого стыда, да, Хёнджин?

Пальцы Феликса совсем не бережно втиснулись между растраханных, податливых стеночек. Феликс всегда знал, что делает, когда дело касалось Хёнджина. Его язык тела был известен Феликсу во всех своих особенностях.

Насаживая Хёнджина на пальцы, словно на крючок, изгибая их так правильно и хорошо, пуская дрожь по бёдрам, Феликс заливал руку и ягодицы смазкой. Послеоргазменная чувствительность ещё давала о себе знать, изводя Хёнджина, но податливая мягкость стеночек была так приятна, что Феликс толкался ещё и ещё. Сперва привычные два пальца. Затем три. Четвёртый и молитвенное Феликс-Феликс-Феликс от Хёнджина.

Мышцы сжимались вокруг пальцев так, что Феликсу пришлось замедлиться и осторожно помассировать кожу вокруг, расслабляя нежного Хёнджина.

— В чём дело? Растерял былой запал? Четыре пальца и ты уже воешь от переполненной дырки? Серьёзно, Хёнджин?

— Мхм… Нет… Я не… Сейчас, дай отдышаться, — Хёнджин выдохнул и словно попытался специально расслабиться, не сжимаясь, а, наоборот раскрываясь для Феликса.

Феликс долил ещё смазки, когда пальцы легче заскользили внутрь.

— Хорошая дырка. Молодец, Хёнджин, — Феликс хвалил, но Хёнджин продолжал глухо подвывать в подушки.

Чувство наполненности подошло к опасной грани, когда Феликс совместил все пять пальцев и начал осторожно ввинчивать ладонь между горячих стеночек. Хёнджин прихватил уголок наволочки зубами, чтобы сдержать рвущиеся из него жалкие всхлипы. У Хёнджина получалось плохо. У Феликса даже слишком хорошо.

— Хёнджин, твоя дырка принимает мои пальцы так хорошо, словно создана для этого.

Феликс завороженно наблюдал за тем, как внутри Хёнджина исчезают его пальцы. Медленно, потому что Феликс старался быть осторожным, но неумолимо. Это было так правильно и красиво… Пальцы Феликса были короткими, рука — маленькой, поэтому всё должно было пройти хорошо. Но даже это было больше, чем член.

Феликс уже дошёл до костяшки большого пальца.

— Скажи честно, Хёнджин, что самое большое ты пробовал засунуть в себя?

Хёнджин взвыл. Его глаза расширились, когда в голове всплыло воспоминание о том разе, когда у него совсем снесло крышу от недотраха. Он сжался вокруг пальцев Феликса. Сейчас он уже не мог поверить, что смог поместить в себе такой большой фаллос вместе с огромным узлом в основании. Но в тот момент это было именно то, что нужно. Тогда Хёнджину было хорошо с резиновым членом в заднице. Сейчас же… Феликс.

— Хах.

Феликс оттянул ягодицу в сторону, надавливая большим пальцем опасно близко к дырочке, и погрузил внутрь все пять пальцев.

Хёнджин позволил себе один задушенный всхлип.

— Ну и что это было? Свои блядские длинные пальцы ты точно пихал в себя, — Феликс неумолимо вводил ладонь все глубже. — Сколько?

Хёнджин продолжал сжиматься слишком сильно.

— Хёнджин! — Феликс отвесил отрезвляющий шлепок по ягодице. — Сколько ты засовывал в себя пальцев?

— Че… Четыре…

— Отлично. Но этого оказалось мало, да? Так мало твоей ненасытной дырке. Что было дальше?

Феликс погрузил ладонь целиком. Жадное нутро Хёнджина поглотило её и сомкнулось вокруг запястья. У Феликса подкосились колени от этой картины.

Его ладонь. Целиком. В Хёнджине.

Боже.

— Фе… Феликс…

— Не хнычь! — Феликс провернул ладонь внутри, заставляя Хёнджина едва не закричать.

— Может быть, есть кто-то, чью руку в себе ты хотел бы получить больше? — опасно спросил Феликс.

Хёнджин медлил две секунды. Мышцы предательски сжались вокруг Феликса.

— Slut.

Феликс на пробу немного потянул ладонь на себя, дразнясь, растягивая и без того натруженные мышцы, а потом снова толкнулся ей внутрь. Хёнджин беззвучно открыл рот и шумно задышал. Феликс начал медленно, почти мучительно проворачивать ладонь. Дыхание Хёнджина стало прерывистым и поверхностным. Кажется, он силился не забыть, как дышать.

— Хёнджин.

Феликс провернул руку чуть резче,