Глава 5 (2/2)
-Видишь ли, в обязанности друида входят не только справления традиционных ритуалов, но и помощь фэйри. Видят небеса им трудно живётся в последние века. Может кому надо с работой помочь или получить разрешение на брак. Подобными вопросами занимаются жрецы в общине. Я должна всё согласовать с орденом, уведомить их.
-Значит орден что-то навроде госаппарата по регуляции социальных связей?
-Административный орган. Хотя фэйри могут вступать в наследство, расторгать браки и тому подобное без нашего участия, но если бестия вступила в общину, то находится под защитой ордена. Ирландия — это как нейтральные воды. Сюда стекаются все нуждающиеся и получают протекцию. Орден и Посвященные будут им помогать во всём.
-А что насчёт человеческих законов? – Любопытствует девушка.
-Орден попытается всё решить, прежде чем это дойдёт до властей. Я не имею право называть имена… Но многие влиятельные люди входят в число Посвящённых и помогают фэйри. Хотя за преступление закона… Правила для всех едины. – Мэрид нервничает, отвечая на вопрос, прячет глаза. – В любом случае, давай сходим на чердак и посмотрим будет ли тебе впору моё платье. Может надо будет перешить?..
Молли, видя закрытость женщины больше на задаёт вопросов. Льняное платье белого цвета пахнет затхлостью, а пожелтевшее кружево и зеленая вышивка вдоль подола выдает возраст одежды. Наряд слишком свободен, то и дело норовит съехать с плеч, а подол немного волочится. Девушка решает вручную немного подшить платье-сорочку, но прежде дважды стирает. Мэрид пришла в такой восторг, что двигалась по дому быстрее обычного. Звук трости вторил торопливым шагам старушки Женщина постоянно с кем-то переговаривалась по телефону или переписывалась в мессенджерах. Фахан привёз им сумки с замороженным мясом, фруктами, коробки с разными салатами, несколько сырных тарелок и три ящика вина, а также помог передвинуть мебель в гостиной и поставить столы, за день до приёма гостей. Гигант неуверенно улыбался Молли помогающей раскладывать продукты на кухне, поинтересовался её делами.
«Я завела друга!» - Радостно подумала девушка, пожимая на прощание огромную ладонь одноглазого мужчины.
Уборка дома и приготовления к «простому обеду» (по словам тётушки, который оказался совсем не таким обыденным) заставили Хупер трепетать в предвкушении. Швабра в руках и влажная тряпка для уборки пыли, отвлекали от тревожных размышлений. Ей хотелось понравится фэйри, хоть она и помнила слова тёти, что её уже все приняли, а встреча – формальность. Незримая длань матери всё ещё довлела над ней. Исцеляющие знания были получены, но не применены, а времени прошло ничтожно мало. За всеми хлопотами она позабыла о детективе и даже в рабочее время постоянно продумывала ответы или подбирала темы для несостоявшихся бесед. Её успокаивал тот факт, что будут одни лишь женщины, а тётушка станет надёжным тылом. Она всячески сдерживала себя от расспросов и только единожды решилась задать вопрос о запретных темах в мире фэйри (таких не оказалось или пожилая женщина забыла их упомянуть).
Как бы там ни было, день приёма настал. Молли договорилась с Джудит о днях отработки смены. За день вечером тщательно вымылась. По настоянию тёти нанесла легкий макияж, заплела низкую косу. Чужое платье легко пахло кондиционером для белья, а неровный шов на спине был почти незаметен. Мэрид подарила ей пару мягких белых туфель на плоской подошве, напоминающей танцевальные чешки.
-Я похожа на фею. – Шепотом, глядясь в зеркало в своей спальне, произносит Молли. – Я словно порхаю! Гляди. И совсем не слышно шагов.
-Жрица обязана предоставить подарок Посвящённому. Такой себе знак, что нового члена общины принимают. Кстати, совсем вылетело из головы! Гостьи преподнесут тебе маленькие подарочки тоже.
-А? Но я!..
Хупер перестала крутится перед напольным зеркалом, с паникой посмотрела на стоящую в дверях женщину.
-Это односторонний жест. Его обязаны сделать все члены общины Посвящённому. – Спокойно говорит женщина. – Помни: ты теперь хранишь их секрет и возможно поможешь в будущем. Считай это взяткой. – Улыбается на последней фразе.
-Как-то неудобно выходит. Ты организовала всё, а мне ещё и подарки будут дарить.
-Я знаю, что ты хорошая девочка, Маргаритка, но всё же я обязана тебя предупредить: не отказывайся от подарка. Каким бы ужасным или нелепым он не был. Это расценят как оскорбление и причину для ссоры.
-А говорила, что это будет как обычная встреча гостей…
-Прости, родная. – С извиняющейся улыбкой отвечает женщина. – За столько лет привыкаешь к миру бестий и забываешь, что для тебя обыденность для другого - новшество. Да и возраст берёт своё. Прости старушку.
-Тебе не за что извиняться. И ты не такая уж и старая.
Молли в последний раз глядит на себя в зеркало, поправляет сорочку и с улыбкой подходит к родственнице.
-Готова?
Девушка несмело кивает и устремляется за Мэрид к лестнице. Тётушке ранним утром доставили цветы, и она расставила по всему первому этажу большие цветочные композиции. Молли помогла накрыть на стол и теперь в нетерпении расхаживала по комнате в ожидании гостей. Анора с младшими сёстрами и дочкой прибыла первой за пять минут до назначенного времени, вручила девушке от своей семьи красный шарф и синие высокие носки.
-Из шерсти наших овец. – Гордо заявила женщина, вручая подарок.
-Спасибо! – Искренне поблагодарила Молли и тут же утонула в крепких объятиях хозяйки фермы.
-А это вам, жрица. – Анора подтолкнула двух девочек-подростков в спину, в сторону Мэрид.
-Право, не стоило. – Вежливо ответила женщина, принимая бутылку домашней наливки в тёмном стекле.
-Вишнёвая, как вы любите. – Пробасила Анора, подмигнула хозяйке дома.
Следующие гости не заставили себя ждать. На крыльце перед домом образовалась небольшая очередь из вовремя прибывших гостей. Жрица всех приветствовала, задавала вопрос-два и указывала на распахнутую дверь в гостиную, которую починили в прошлом месяце. Молли замёрзла стоя у открытой входной двери, но старалась не подавать виду. Мэрид стояла рядом и куталась в тяжёлую синюю бархатную накидку поверх белого закрытого церемониального платья. Запястья жрицы украшали массивные золотые браслеты на обеих руках, волосы были высоко убраны и украшены серебряным гребнем с фианитами. На талии покоился массивный железный пояс, кончик которого спускался вдоль правого бедра. В отличие от других женщин на ней было много косметики, губы жирно накрашены красной помадой, а глаза обведены черным карандашом по контуру, что придавало лицу женщины усталый вид. Немного впалые щёки украшал искусственный розовый румянец, но лицо выражало радость, а жесты были естественными, она искренне интересовалась каждой гостьей. Молли удивлялась, как та помнила имя каждого.
Мэрид приветствовала последних гостей, а Молли благодарила за подарок (небольшую корзинку с баночкой мёда и сухофруктами), когда за воротами послышался шум мотоцикла. Во двор, закрыв за собой ворота, вошёл человек в защитном чёрном костюме и салатовом шлеме. За плечами незнакомца был небольшой рюкзак, а на ногах высокие ботинки на шнуровке.
-Мэри. – Произнесла жрица, глядя на ступившего на крыльцо человека.
Щёлкнула застёжка мотоциклетного шлема и Молли узнала в последней гостье женщину, с которой познакомилась на Рождество. Блондинистые волосы были примяты после шлема. На губах гостьи играла задорная улыбка.
-Я не опоздала?
-Ты как всегда вовремя. – Мэрид приобняла блондинку, принялась представлять девушек друг другу. – Это моя племянница Молли. Мэри Ватсон.
-Мы знакомы. – Миссис Ватсон с энтузиазмом пожала холодную руку Хупер. – Это тебе. – Выуживая из рюкзака примятый букетик и пухлый коричневый конверт, обёрнутый нарядным белым бантом, вручила подарки девушке.
-Спасибо. – Стуча зубами ответила Хупер, стараясь улыбнуться как можно веселее.
-Да вы замёрзли! – Весело подметила блондинка, разглядывая наряды хозяек.
-Не без этого. А где твой?
Мэри резво расстегнула куртку и к лодыжкам опустилось смятое простое белое платье.
-Ждём тебя в гостиной, все уже в сборе. – Мэрид махнула головой, приглашая Молли следовать за ней.
Миссис Ватсон быстро сбросила с себя верхнюю одежду, прыгая на одной ноге расстегнула сапоги и улыбнувшись Хупер, водрузила всю одежду под столик, на котором стояла гигантская ваза с розовыми розами.
Нервничая Молли вошла в гостиную следом за тёткой, гости сразу смолкли. Мэрид ещё раз всех поприветствовала. Женщины всех возрастов выстроились полумесяцем, и жрица с ближайшего края стала вновь представлять племянницу гостям. Хупер покраснела до кончиков ушей, пыталась запомнить имена каждой, старалась не споткнуться и одновременно держать зрительный контакт с представленным человеком. Кто-то смотрел бесстрастно или улыбался, младшие девочки явно нервничали и либо таращились на неё во все глаза, либо пряталась за спинами старших женщин семьи. Когда она пожала последнюю руку принадлежавшую Мэри Ватсон, жрица пригласила всех за стол. Мэрид произнесла краткую речь о дружбе и взаимопомощи, а потом пригласила всех испить вина. Руки Молли дрожали, поэтому она обхватила фужер обеими руками и сделала большой глоток. В нос ударил немного кислый запах вина, язык пощипывало. Она не могла назвать себя большой любительницей выпить, но ей привычнее было тёмное крафтовое пиво или шампанское.
Плавно за столом полилась беседа, из граммофона лилась лёгкая музыка. Столы были поставлены квадратом и было видно каждую гостью. Мэри села рядом с ней и первой задала вопрос.
-Нет, я местная. Родилась в Дублине. – Разглядывая переносицу блондинки, ответила Хупер.
Вопрос миссис Ватсон прорвал незримый барьер между ней и фейри. Поначалу вопросы задавали старшие женщины, ну а потом включились и девушки помоложе. Анора с противоположной стороны стола не стыдясь выкрикивала свои вопросы (перебивая остальных) о любимых местах Молли в Глэндалохе. Через час вопросы стихли и все принялись обсуждать погоду, жаловаться или хвастаться на жизнь, попутно не забывая пить и есть.
Молли была истощена вниманием, поэтому почувствовала прилив благодарности, когда тётушка под столом положила руку ей на колено и немного сжала. Мэрид вела разговор о возможной денежной ссуды для будущего фермерского хозяйства под руководством женщины-фэйри среднего возраста.
-Ты держишься молодцом. – Немного наклонившись в сторону Хупер, сказала Мэри, наливая себе в бокал вина.
-С-спасибо.
Какое-то время женщины молчали. За столом пронёсся хохот, когда одна из пожилых женщин рассказывала смешные ситуации из семейного быта. Мэри продолжила разговор.
-Хорошо, что жрица решила устроить девичник и только. – Видя любопытный взгляд девушки, продолжила развивать тему. – Обычно собирают всех членов общины на богатый праздничный ужин, который длится три дня, и гости могут прийти в любой момент. Прости, но ты кажешься мне застенчивым человеком, а внимание мужчин сейчас было бы лишним. Особенно мужчин фэйри.
-Они как-то отличаются от человеческих? – Спросила Молли, немного повернувшись торсом в сторону собеседницы. Руки вспотели от напряжённого держания столовых приборов, она не решалась доесть печёночный паштет, боясь запачкать одолженное платье.
-Чело?.. Ахахаха! Не знаю, что ты слышала о фэйри, но мы такие же как люди. За маленьким исключением. – Отсмеявшись, ответила блондинка. – Прошли тысячелетия и не у многих сохранились их способности или внешний облик. Войны с людьми дали свой результат и всё такое. Хотя фэйри до этого не особо и горели желанием вступать в союзы с людьми.
-Тётя говорила об этом, но без подробностей.
-Всё, что я знаю это мифы и легенды, передающиеся устно в каждой семье. Друиды тоже не особо вели летопись так что я толком ничего не знаю. Но если ты интересуешься историей фэйри, могу спросить у Шерлока. Он в своё время потратил много времени на изучение истории бестий.
При упоминании имени кудрявого брюнета, Молли невольно скривила рот.
-Эээ… - Поняв оплошность, ёмко выдала девушка. – Спасибо за участие, но я думаю как-то сама справлюсь.
-Вы не дружите. – Констатировала миссис Ватсон, с любопытством разглядывая смущённую девушку.
-Ну… Аммм… - Отпила вина, пытаясь найти нейтральный ответ.
«Она жена его друга, тупица ты эдакая! А что знает друг, знает и его женщина. Только не расплачься, Моллс!» - в ужасе подумала Хупер.
-Не парься. Шерлок тот ещё «душка», я тебя понимаю. – Показывая пальцами кавычки в воздухе при слове «душка», легко отозвалась Мэри.
-Простите. – Пискнула Хупер, переходя на «вы». Уровень стресса девушки достиг предела.
-Он так и не извинился? – Девушка отрицательно покачала головой, комкая салфетку на коленях. – Вот же кхм! Говорила же ему… Ну, надеюсь, это не повлияет на наше знакомство?
Блондинка положила правую руку на плечо девушки и мило улыбнулась в ожидании ответа. Молли благодарственно быстро закивала головой и подивилась насколько фэйри добры. Фахан, Анора, а теперь и Мэри так и излучали доброжелательность в отношении её, продолжали разговор несмотря на стеснение девушки. Она всё боялась ненароком кого-то оскорбить или выставить себя на посмешище.
Гости веселились, а когда первый ящик вина закончился принялись за второй. Разговор с общего перешёл на частное. Прихватив тарелки и бокалы, женщины уселись тесным кругом на ковёр. С дивана и кресел стащили подушки, разожгли камин, зажгли свечи. За окном давно стемнело и обсудив всё на свете, женщины принялись обговаривать мужчин. Молли молчала, слушая рассказы о мужской глупости в быту, качала головой, когда какого-то любвеобильного мужчину осуждали, смеялась, когда другие высмеивали мужчин за тугодумство в отношениях, кивала слушая советы от более зрелых женщин молодым и всё ждала неудобного вопроса о своей личной жизни. Его никто не задал. Женщина сама решала, что рассказать и просила поддержки, совета или помощи, чётко высказываясь. Это удивляло девушку, ведь она тайно мечтала стать такой же уверенной и раскрепощённой как эти женщины-фэйри.
-Привыкай к таким разговорам. – Шепнула ей на ухо Мэри, отпивая из бокала. – Ты теперь часть нашей большой семьи. Знаю, у людей не принято так откровенно говорить, но нас мало и нашу природу могут понять единицы в этом мире, а такие вот вечера дают возможность получить дельный совет или урок.
-Прости, но я… Не совсем понимаю, что ты имеешь в виду говоря про природу фэйри.
Изрядное количество алкоголя придало Хупер иллюзию храбрости. Немного пошатываясь, подвинула свою подушку в сторону миссис Ватсон и прилегла на локоть. Глаза бегали по гостям. На всех без исключения женщин было подобное как у неё платье-рубашка из плотной ткани и мягкие туфли (большинство их сбросило, как только уселись на ковёр), у всех были заплетены косы и не было украшений.
«Для равенства», - подумала Молли, возвращая взгляд на новую подругу.
Блондинка с задумчивым выражением на лице повертела в руке бокал, поставила его на ковёр перед собой, взяла с подноса гроздь винограда.
-Будешь? – Молли отрицательно покачала головой, пока женщина отщипнула пару ягодок и стала их теребить в руке. – Признаюсь твой вопрос поставил меня в тупик. Нет, я знаю, что тебе ответить, но это не вместить в пару слов. Ммм… Вот, например мужчины.
-Мужчины? – С хмельной улыбкой уточняет Молли. Мэри поддерживает её хихиканьем.
-Мужчины-фэйри. – Уточняет блондинка, поигрывая бровями, но что девушка прыскает со смеху и пытается удержаться на локте. – Они своеобразны, да…
-О!
-Ага. И ещё очень закрыты на эмоции. Ну ты заметила. – Миссис Ватсон многозначительно машет рукой в сторону остальных женщин. Молли кивает, но понимает, что не понимает. – Большинство фэйри стремится найти пару среди себе подобных. У них очень уязвимое самолюбие, особенно если женщина им откажет стать парой.
-Это как?
-Ну брак и тому подобное. Конечно, мы сначала встречаемся, притираемся и только потом вступаем в связь и закрепляем её с помощью жре… Жри?.. Короче ритуала друидов и наших собственных.
-Это всё так серьёзно? – Приподнимаясь, спрашивает Молли.
-Да. Тебе кажется, что в этой комнате нас много, но фэйри очень ответственно относятся к любым видам межличностных связей. А на мужчин ложится большая ответственность. Им надо оберегать партнёра, обеспечить пропитание, кров, - перечисляет блондинка, загибая пальцы левой руки. Виноградинки бесшумно падают на ковёр. – безопасность, благополучие пары и потомство. Да, потомство для них даже важнее всего остального.
-Но Анора работает сама на себя, а муж ей помогает.
-А-а! – Осаждает миссис Ватсон. – У фэйри немного другой патриархат. Наши женщины вольны выбирать партнёра вне зависимости от семьи и финансового статуса. Считается особой удачей если мужчине-фэйри ответит согласием сильная и независимая женщина. Такой союз будет считаться самым сильным и одобрен общиной, ведь такие люди будут способны обеспечить рабочими местами остальных, а тайна происхождения не выйдет за пределы.
-Не понимаю, тогда в чём проявляется патриархат, если женщины обладают одинаковыми правами и свободами, что и мужчины?
-Собственничество. – Глядя Молли в глаза, отвечает блондинка. – Мужчины-фэйри жуткие собственники. Гордецы. Ммм более сильны физически. Как-то так… Редко выпадает, что пара чувствует одинаковое влечение. Гармонию. Умиротворение. – с нотками грусти в голосе поясняет женщина.
Девушка не расспрашивает больше. В голове немного гудит от выпитого. Она пытается осмыслить услышанное, сформировать вопросы так чтобы не перейти на личное. Пока она собиралась с мыслями, кто-то включил на современной колонке народную музыку и стал подбивать всех на танцы. Воспользовавшись паузой, Мэри поспешила утянуть Молли в первый танец. Вначале они танцевали в разнобой, а потом большим кругом. Мэрид жестом пригласила племянницу в центр круга и стала что-то тихо напевать, кружа вокруг девушки, пока женщины водили хоровод. Тётка распустила косу девушки и шепотом попросила начать танцевать.
Она не знала, как именно танцевать, завертела головой и стала повторять движения других женщин. Гостьи замкнулись вокруг неё тесным кругом, громко напевая. Страха не было, только лёгкость в теле и возбуждение от диких танцев. Мэри была первой, что схватила её за кисти рук и закружила. Они громко смеялись, кружась босыми ногами по паркету. Молли чувствовала, что парит и с легкостью продолжила танцевать следующий быстрый танец.
Высокие, низкие, тонкие и полные, брюнетки, блондинки, старые и совсем юные, они кружились под музыку предков задрав подолы платьем и обнажая коленки. Растрёпанные волосы, румяные щёки от танцев и вина, и сердца, бьющиеся в унисон, подхваченные в едином порыве женской энергии. Свобода. Лёгкость. Не было больше её или другой женщины. Они стали единым целым и отдавались своей природе. Их счастливый смех напоминал весенний ветерок над цветочной поляной. Ступни отплясывали древний первобытный танец жизни, руки взвивались высоко над головой. Они кружились, кружились…
А в полночь стали гадать. Погасили весь свет и свечи, задернули шторы и замолкли. Усевшись кругом, смотрели как жрица при свете единственной свечи кладёт в центре круга на пол круглое зеркало в медной раме, разливает горную воду на зеркальную поверхность. Мэрид поставила свечу в высоком подсвечнике с левой стороны от себя.
-Только незамужние и у которых была первая кровь. – Тихо произносит жрица, пальчиком манит первой Молли к себе.
Хупер встаёт с места, идёт в центр женского круга, садится на колени по правую руку от сидящей по-турецки тётки.
-Когда я скажу ты наклонишься и посмотришь в зеркало. Постарайся ни о чём не думать. Просто смотри, поняла?
Молли кивает так как язык вяжет от алкоголя, она не уверена в собственном голосе. Весёлая эйфория ушла, а вместо неё пришла подруга усталость с сестрой-любопытством. Обычно прагматичная Хупер не верила в астрологию и таро, но сейчас была абсолютно нейтральна. Поджала губы, сдерживая пьяный неуместный смешок. Мэрид прикрыв глаза принялась водить руками над водной поверхностью зеркала не касаясь его. Губы жрицы едва заметно двигались. Девушка отметила, что красная помада стёрлась и губы родственницы были почти белые, в уголке рта было маленькое пятнышко от вина. В комнате стояла тишина, её стало клонить в сон, когда рука тётки легла ей на поясницу. Мгновенно распахнув глаза, Молли приблизилась к зеркалу. Жрица надавила ей на лопатки, заставляя склониться ниже.
Девушка смотрела в своё отражение, коленкой случайно задев раму. Вода пришла в движение и немного выплеснулась за край, но рука тётки на шее не дала ей повернуть голову в сторону. Молли хихикнула. Вода успокоилась. Она снова увидела своё отражение в зеркале. Передние пряди волос скользнули вперёд, кончиками касаясь воды, но в этот раз она не обратила внимание на колебание поверхности. Красные щёки, бледный лоб, карие глаза широко распахнуты, губы улыбаются самой себе. Она сосредоточила внимание на отражение своего кончика носа. В этот момент она любила себя и своё тело как никогда ранее. Ей нравился естественный румянец от танцев. Приоткрытые губы говорили о блаженном состоянии хозяйки, волосы спутались, но она больше не волновалась об опрятности своего внешнего вида.
Выдох коснулся водной поверхности зеркала, но ряби не было. В отражении вокруг лица девушки начинала клубиться темнота. Ей даже показалось, что она видит множество оттенков чёрного. На темноту стала наползать белесая дымка. Нечеткие очертания потолка и люстры исчезли. Она видела всё и ничего одновременно. Ей было грустно и весело, одиноко и тесно в толпе, возбуждена и спокойна, счастлива и плакала от скорби, тяжело и легко. Чувства переполняли её и вместе с тем было пусто.
-Достаточно.
До Молли донёсся далекий голос жрицы. Чужие руки оттянули её от зеркала. С кончика носа капала вода. Проморгавши, Молли сфокусировала взгляд на тётке и улыбнулась.
-Ты не обязана рассказывать об увиденном, если не пожелаешь.
Девушка счастливо-пьяно кивнула и вернулась на своё место подле Мэри. Блондинка встревоженно смотрела на неё.
«Я в норме», - губами прошептала Хупер. Миссис Ватсон положила руку ей на колено и стала наблюдать за следующей девушкой у зеркала.
Молли не чувствовала ничего, отчего на душе было покойно. Собственное тело не ощущалось, глаза расфокусировано смотрели вперёд.
Она пришла в себя, когда последняя девушка присела перед зеркалом. Вот тогда-то и почувствовала онемевшие ноги, сухость во рту от алкоголя. Жутко хотелось спать. Она держалась из последних сил до окончания ритуала. Видя состояние племянницы, Мэри решила окончить вечер и предложила тем, кто был не в состоянии отправится домой, переночевать в комнатах для гостей.
Молли заснула сразу как голова коснулась подушки. Под боком свернувшись калачиком прилегла Мэри и погрузилась в глубокий сон. Девушки разделили одно одеяло на двоих, следующим днём посмеивались друг над дружкой вспоминая как перетягивали под утро одеяло, каждая в свою сторону.