Глава 5 (1/2)
Молочная оболочка шоколада трескается под напором идеальных передних белых зубов. Высушенная мякоть кокоса перемешивается с глазурью. Бледно-розовые губы смыкаются, жевательные мышцы лица напрягаются, челюсть плавно опускается/поднимается вниз. Ещё один укус и батончик полностью исчезает. Вторая часть повторяет участь своего брата. Бело-голубая упаковка сжимается в большой жилистой руке и заканчивает свой путь в мусорной урне для посетителей на входе. Воздух пахнет кокосом, какао маслом и дорогим мужским одеколоном.
«Вот уж воистину райское наслаждение», - думает Молли, недовольно поджимая губы. – «И он снова съел последний батончик из коробки. Мой любимый батончик между прочим! Нет, я не пойду в кладовую за товаром, пока он не уйдёт, а то снова купит пол коробки за раз. И куда в него столько лезет? Тощий как жердь, а каждый день лопает по пять штук минимум. Чёрт бы побрал этого придурка, Холмса!»
Хупер зло смотрела на мужчину по ту сторону кассы. Она пыталась скрыть недовольство за медицинской маской, но наморщенный лоб и испепеляющий взгляд, направленный на брюнета, выдавал с головой. Туристический центр пустовал после праздников. Немногочисленный клиенты покупали воду, путеводители и спешили пока светло прогуляться по тропинкам вдоль озера. Карантинные меры ужесточились согласно распоряжению ВОЗ, но видно это не касалось кудрявого мужчины. Шерлок всё также не носил маску, не дезинфицировал руки, а главное не соблюдал социальную дистанцию (красная наклейка-полоска на полу перед кассой буквально кричала о правилах поведения в общественном месте). По правде сказать, Молли не волновали меры предосторожности со стороны посетителей пока их разделяло двухмиллиметровое пластиковое стекло на стойке кассы. Она вежливо напоминала забывчивым посетителям о медицинских мерах, улыбалась, отпускала товар или отвечала на стандартные вопросы. Дело было в самом Холмсе. Он бесил её до зубовного скрежета не только тем, что каждую смену ошивался в центре, но и тем, что беспрепятственно уничтожал запасы батончиков Баунти. Из-за карантина поставки «вредной» еды для перекусов часто задерживались, приходили с опозданием. Она даже пару раз припрятывала последние батончики. Увидев, как девушка прячет в кладовой батончики, Джудит рассмеялась в голос и предложила отвезти в магазин. Дело было не в отсутствии машины или деньгах, а в том, что это окозалось любимым лакомством и Холмса. Она считала его недругом и делить (негласно) с врагом что-то казалось просто ужасным. Молли понимала всё ребячество ситуации, но ничего не могла с собой поделать.
«Чтоб ты лопнул от количества сахара! Не, ну надо же, а мне ещё заливал про избыточный вес. Лицемер. Хотя на его фигуре поедание сладкого никак не сказывается» - с завистью размышляла Хупер, оглядывая стройную высокую фигуру в пальто (в этот раз цвета тёмного шоколада). Тихо вздохнула, когда мужчина приблизился к кассе.
-Что-нибудь ещё? – Она по-прежнему не здоровалась с ним и не улыбалась.
-Бутылку воды без газа. Оплата…
-…Картой. – Протягивает терминал. – Ты слопал последний батончик. Следующая партия будет через неделю не меньше.
-Почему ты недовольна? – Холмс прячет карточку обратно в кошелёк, смотрит на опущенную голову девушку.
-Угадай. Вот. – Пасует через стойку бутылку воды.
-Как у детектива у меня есть пять вариантов объяснения твоей раздражённости, но ни один из них неверный. Первый - ссора с семьёй, но он неверен так как недавно твоё настроение изменилось, ты успокоилась по этому поводу, хотя не оправилась до конца (мало времени прошло). Второе - задержка зарплаты. За последние пять смен ты всего лишь дважды сменила наряд. Это наводит на мысль, что в связи с ситуацией в семье тебе захотелось перемен. Волосы на месте, а значит гардероб подвергся экзекуции. Женщины обычно выбирают эти варианты, когда приходит время перемен, чтобы легче было пережить боль. Третий и четвёртый вариант включают в себя наличие мужчины (новый или старый парень), но не в твоём случае. И пятый вариант – месячные. Но судя по не увеличенной груди, отсутствию синяков под глазами и стабильному аппетиту ещё не то время месяца.
-Ттты!.. – Молли задохнулась на последнем пункте. – О таком не говорят!
-Почему? – Искренне удивляется мужчина. – Это естественней процесс в женском организме. Обычная биология. Тут нечего стыдиться. – Пожимает плечами.
-Но ты… О таких вещах не говорят с незнакомыми людьми! – Находится Молли.
-Я тебя знаю. И твой цикл закончился. Точнее сместился из-за стресса, поэтому придёт позже.
-Ты!.. Боже, замолчи!
-А вот теперь тебе неловко. Из-за моих слов о менструации? – Продолжает мужчина неловкий для девушки разговор.
-Да заткнись ты и прекрати говорить это слово!
-Какое слово? Менструация? Или месячные?
-Оба!
-Ты покраснела. Даже за маской видно. – Спокойно произносит Шерлок. – Так почему до этого ты была раздражена, коль скоро мы выяснили, что не в биологии дело?
-Я не буду тебе ничего объяснять! – Зло отвечает девушка. – Это не твоё дело! И вообще почему ты задаешь такие вопросы?
-Мне интересно. – Просто отвечает брюнет. – Считай это профессиональным любопытством.
-Ты правда детектив? – Сомнение так и сквозит в вопросе.
-Ты не слышала обо мне?
-Нет. Я твоего имени даже не знала до недавно.
-Хм. Не врешь.
-А ты, что типа известен? Разве детективам не положено скрывать свою личность? Носить шляпу там. Действовать скрытно и тому подобное? – Молли с интересом смотрит на мужчину.
-Джон считает, что чем больше огласки, тем лучше для его писательской деятельности. Ну и привлекает новых клиентов.
-Это тот блондин с Рождества?
-Да. Джон Ватсон мой друг и по совместительству пишет рассказы для издательства о наших приключениях.
-Никогда о вас не слышала. Ты работаешь под псевдонимом? – Хупер убирает терминал под стойку.
-Нет. Шерлок Холмс моё настоящие имя, и я не скрываюсь.
-Ясно.
-Ты не выглядишь впечатлённой. – Немного хмурясь, говорит Шерлок.
-А должна? Я о тебе ничего не знаю. Ну кроме того, что ты каждый день приходишь сюда и, судя по всему, живёшь только за счёт кофеина и шоколадных батончиков да дорогих сигарет.
-Не смешная шутка, но ты продолжай стараться.
-Делать мне больше нечего как смешить тебя! – Фыркает Хупер, качает головой. – Ты всё? Давай двигай отсюда тогда.
-Я что-то не вижу очереди из клиентов. – В издевательском жесте поворачивается в стороны и медленно оглядывает пустующий зал. – На парковке нет ни одного автомобиля, а туристического автобуса не предвидеться из-за новых ограничений. Разве я плохая компания в этом унылом царстве?
-Лучше вообще никой, чем такая. – Бурчит под нос девушка и быстро добавляет. – Ещё кофе? С собой желательно. Ты не должен работать? Не знаю, тайно делать фотоснимки изменяющих знаменитостей или скрываться от мафии?
-Всё ещё слабовато. Почему ты перестала обращаться ко мне по имени? – Резко меняя тему, спрашивает Холмс.
-Что? Ааа…
-Ты думала ко мне обращаются по первому имени – Уильям, и так называла, но после Рождества перестала. Почему? – Мужчина подходит вплотную к стойке, пытливо заглядывает ей в глаза.
-Потому… - краснеет. – Это… Аммм! Мы не друзья, чтобы я называла тебя по имени. Вот! – Находится Молли.
-Но всё же ты обратилась ко мне по имени и поблагодарила.
-У тебя что слоновья память? – Скорбно морща лоб, интересуется девушка.
-Что? Нет, она у меня от природы такая и слоны тут не причём.
-Да я не об этом.
-Я гений.
-Ага. – Соглашается Хупер, но видя серьёзный взгляд мужчины, начинает верить его словам. – Что взаправду? Прям как Эйнштейн?
-Человеческие тесты не способны определить всю степень моей гениальности.
-Обалдеть. – Она была впечатлена больше, чем могла признать себе или вслух. - Видно скромность и манеры не включены в твою мозговитость.
-Тебе не увильнуть от вопроса.
-Ладно. Ладно. – вздох. – Ну мы начали не очень хорошо, а потом та машина на дороге… Ты спас меня. Я не знала, что ты предпочитаешь второе имя, а потом… Как-то… И ты не извинился, а я уже привыкла к другому имени.
-Хм. Попробуй.
-Что? – Щёки Молли красные от признания, руки теребят край рабочего передника. – Ты хочешь, чтобы я назвала тебя по имени?
-Да.
-Зачем?
-Мы общаемся. – Бесхитростно отвечает Холмс.
-Нет.
-Нет? – Красивое лицо принимает озадаченное выражение. – Но мы же постоянно ведём диалог, когда я прихожу.
-Я вынуждена – ты клиент.
-Тогда почему ты не здороваешься со мной и не даришь одну из лживо-вежливых улыбок, как другим клиентам?
-Ты серьёзно? – Она кривится. – Ты правда не понимаешь?
-Нет.
-Пф! А говорил, что гений.
-Объясни. – Требовательные нотки слышны в мужском голосе.
-Эээ… Я никогда не говорила таких слов никому. Тем более в лицо. Мы не друзья и даже не знакомые. То, что ты знаешь тётушку и про… Других, не значит, что мы состоим в каком-либо подобии отношений. – Брюнет хмурится, осознавая услышанное, переваривает информацию. – Мы недруги.
-Враги?
-В каком-то роде.
Признание далось ей нелегко. Плечи напряжены, пальцы ковыряют торчащую нитку на переднике. Голова немного кружится от откровенности, щёки пылают.
-Мне надо подумать.
После длительного молчания, произносит Холмс. Забирает бутылку воды и спешит на выход. Молли чувствует себя паршиво. Одно дело отстаивать свои границы, но совсем другое говорить правду человеку в лицо.
«Он сам настоял», - пытается оправдаться в мыслях девушка. – «Слабое оправдание Моллс, очень слабое».
Дни идут своим чередом, думает, что Холмс пропал из её жизни, но мужчина продолжал приходить каждую смену и заказывать кофе. Он больше не пытался втянуть её в разговор, просто делал заказ, садился внутри за столик и ковырялся часами в телефоне. Часто ловила на себе его задумчивый взгляд. От столь пристального внимания в пустом туристическом центре становилось не по себе. Молли еще не успела привыкнуть к новой версии личности, поэтому постоянно одёргивала себя мысленно и останавливала от попытки подойти и извиниться. «Мне не за что извинятся! Он сам напросился! Вон, не чувствует себя виноватым, хотя постоянно говорил мне странные и обидные вещи». И всё же ей было неловко. Уменьшение потока клиентов привело к тому, что она стала носить на работу книгу и часто зачитывалась, стоя за кассой. Так они и сосуществовали на расстоянии трёх метров. Холмс сидел за столиком, а она стояла за кассой. Социальная дистанция стала инструментом не только медицинской безопасности, но и разделила их в другом плане. Молли чувствовала себя немного одиноко и не признавалась, что ей не хватает колючего взаимодействия с мужчиной, хотя он находился в пределах видимости. Общения с друзьями в интернете лишь сильнее подчеркивало изолированность ситуации, в которой пребывала Хупер.
Поэтому услышав предложение тётушки пришла в восторженное волнение.
-Мне рассказали, что ты ходила на ферму к Аноре. – За завтраком сказала женщина, подкуривая сигарету.
-Они милые. И ферма у них большая. – Немного смущаясь, что не рассказала Мэрид о своём визите, отвечает Молли, посыпая солью яичницу.
-Вот как. Значит ты всё же решилась узнать побольше о мире фэйри.
-Я гуляла и случайно встретила Фахана. Он и Анора провели мне экскурсию, познакомили с работниками.
-Фахан? – Удивлённо уточняет женщина. – Надо же… И как тебе?
-Я ммм… Думаю они обычные люди со своими особенностями.
Тётушка усмехается, глядя на племянницу.
-Тогда решено. В эти выходные я устрою тебе смотрины!
-Чего?
-Представлю тебя как положено. Видишь ли, в честь Посвящённых устраивают званый обед и знакомят с одним представителем семьи. Так ты перестанешь быть чужой в общине, ведь о тебе узнают. Идея такова, что каждый представитель семьи вернувшись домой поведает, что ты за человек, а далее слухи сделают своё дело, но ты конечно этой традиции не знала. Я не виню тебя. – Тётушка с улыбкой смотрит на девушку. – Мне казалось, что ты не готова полностью окунуться в мир бестий. Всё случилось даже лучше, чем я могла предположить. Твой интерес возрос естественно, и ты всем нравишься.
-Нравлюсь? – Поражённо спрашивает Хупер.
Частью её бывшей натуры было одобрение общества, и она до сих пор в нём нуждалась так как была ещё зависимой от мнения других. Она усердно читала книги по сепарированию от родителей, находилась в смятении от новой информации, да и за один месяц себя не переделаешь. Чтобы стать полностью независимой личностью потребуются года, так ничего удивительного не было в том, что девушка испытывала одновременно восторг и нервничала, узнав, что её приняли. Это было страшно волнительно.
-Договорись с Джудит о двух сменах подряд. – Мэрид допивает кофе, ставит чашку на стол и встаёт из-за стола. – Ах, до чего люблю устраивать вечеринки! Раз уж ты познакомилась со всеми, то и я поступлю иначе: мы устроим девичник! – Весело хлопает в ладоши.
-В твоём доме?
-Конечно! Всё будет по традиции. Так, надо позвонить Фахану и попросить подсобить. Нам потребуется вино. Самое лучшее вино! О, и платье! Ты не против надеть моё?
-Эээ… - Молли ошалело смотрит на одушевлённую родственницу.
-Надо заказать пирожные с ванильной начинкой, нет лучше с лимонной. Где мой телефон? Мне надо всех предупредить. Это будет так весело!
-Тётя…
-Да, Маргаритка? Ты хочешь торт? – Женщина прекращает расхаживать по кухне.
-Нет. Ну, амм…
-Ох, я забыла! Прости меня. Ты ведь не любишь большие скопления людей.
-Дело не в этом. – Хупер ёрзает на стуле. – А что мне делать? В смысле, чего они от меня ждут?
-Ничего особенного. – Женщина беспечно отмахивается. – Я назову твоё имя и скажу, что ты отныне доверенное лицо и что находишься под моей защитой. Хотя это уже и так все знают, но это будет официальное представление, по канону. Далее фейри назовут тебе свои имена, мы будем пить вино и болтать. Не переживай, людей будет немного. В общине примерно пятнадцать-двадцать женщин. Детей не будем приглашать, только сугубо женская компания. Так ты познакомишься с другими, а я узнаю, как дела в общине, может кому нужна помощь.
-Помощь?