Глава 23. (1/2)

— Мы забыли купить лампочку, — с трагическим видом объявил Виктор, насыпая в миску Пушистику корм.

Из-за двери туалета донесся голос Артема, явно занятого важным делом:

—Еще пока что не кромешная тьма! Может, когда перегорят ВСЕ лампочки в доме, и мы будем жить как пещерные люди при свечах, тогда уж точно не забудем! Это будет вопросом выживания!

— Сри быстрее, я тоже хочу! — ответил Виктор, начав барабанить в дверь кулаком, как Мэдди из Эйфории.

— Дверь открыта, вообще-то! — рявкнул Артем. — Можешь зайти, составить компанию, почитать мне сказку!

Виктор без лишних раздумий распахнул дверь. Артем сидел на унитазе с коронным видом древнеримского императора на троне.

—Ты такой милый на унитазе, — с умилением говорил Виктор. — Прямо картинка! Хочу тебя сфоткать для семейного альбома.

Артем в ответ высунул язык и скорчил такую гримасу, будто его пытались отравить.

—Ну все, — деловым тоном заявил Виктор, делая снимок. — Буду дрочить исключительно на эту фотографию. — Он подошел к зеркалу и вдруг вскрикнул, увидев свое отражение. — ААА! ТЫ ПОЧЕМУ МНЕ, БЛЯТЬ, НЕ СКАЗАЛ, ЧТО У МЕНЯ ВСЁ ЕБАЛО В ПРЫЩАХ?

— Дебил? — невозмутимо отвечал Артем, совершая финальный аккорд и тянясь за бумагой. — Я их утром посчитал. Было три штуки. Аккуратных, симметричных. Как созвездие Орион на твоем лбу.

Артем справился с гигиеной, смыл, подошел к раковине помыть руки, а потом вплотную придвинулся к Виктору. Он ухватил того за подбородок, повернул его лицо к свету и принялся изучать кожу с видом опытного дерматолога.

—Больше сладкого жри, — проворчал он, тыча пальцем в один из бугорков. — Видишь, какие последствия? Это не прыщи. Это твои грехи в виде глюкозы вылезают наружу.

— Ты тут самый сладкий, сахарный мужичок! — огрызнулся Виктор.— Это из-за тебя у меня прыщи! От переизбытка счастья и твоей приторной любви!

— Ой-ой, бедняжка, — с фальшивым сочувствием протянул Артем. — Может, мазью какой помазать? Хотя у нас, блять, нет никаких мазей! У нас вообще нет ничего! Нам нужно еще столько всего необходимого закупить! — Он нервно начал покусывать щеку изнутри, что было его верным признаком погружения в бытовой хаос.

— Нам нужно писать списки! — внезапно воскликнул Виктор.— Видел в фильмах, так америкосы делают! Берут с собой в магазин список и НИ-ЧЕ-ГО не забывают! Это же гениально!

— Да, нужно попробовать, — с убийственной иронией согласился Артем. — Но мы ведь забудем написать сам список, который нужен для того, чтобы ничего не забыть. Это замкнутый круг идиотизма.

Виктор засмеялся так, что чуть не подавился слюной, и схватился за лоб.

—Блять, как я тебя люблю! — выдохнул он, глядя на Артема. — Больше всего на свете, Артем. Вот что бы я без тебя делал?

— Ничего, — без тени скромности заявил Артем, выпячивая грудь. — Умер бы со скуки. Ты бы просто лег и истлел от тоски.

— Та-а-ак, — Виктор сузил глаза, и на его лице появилась плутовская ухмылка. — А ты такой уверенный в себе? А вдруг мне с тобой на самом деле скучно, и я просто молчу из вежливости, как воспитанный мальчик?

— Хватит обижать меня... У меня тоже скоро прыщи появятся! Но не от сладкого, а от стресса, который ты мне причиняешь! Как тебе может быть со мной скучно?? Это невозможно! Ты врешь!

Виктор не выдержал и нежно чиркнул его по носу, а потом приобнял.

—Ладно, прости, не буду. Бошки брить будем перед свадьбой? — спросил он, потирая свою щетинистую макушку.

— Конечно, — кивнул Артем. — Если мы побреемся сейчас, то к свадьбе опять зарастем, как два диких медведя. Нужно подгадать так, чтобы быть максимально лысыми и гладкими в день икс.

////

— Блять... Кстати, ебучий дед-сосед сегодня предъявлял, — выдохнул Виктор, прижимая губы к влажной коже Артема между лопаткой и шеей, — сказал, чтобы мы с двух ночи до шести утра были потише. Цифры знает точные, будто расписание нашего дня ведет.

Артем, прижатый грудью к прохладной столешнице, податливо выгнулся. Одна его нога уже была поднята, и Виктор крепко держал его за бедро, пальцы впивались в упругую мышцу.

—Ах... Виктор... не забудь про стейки... — с трудом выдавил Артем, цепляясь пальцами за край стола. — А то... нам нечего будет есть...

—Если что... — Виктор медленно, до боли нежно вошел в него, заставив Артема резко вдохнуть, — ...поешь моих детей. Очень питательно... и экологично. — Он коротко, властно двинулся бедрами. — Да не переживай, я слежу.

Одной рукой он продолжал держать ногу Артема, а другой, не отрываясь от его тела, дотянулся до ручки сковороды. Четким, отработанным движением он перевернул шипящие стейки, и тут же его пальцы скользнули вниз, к напряженному члену Артема, начав быстрый, уверенный ритм.

—Ммхн... Как думаешь... вкусно получится? — Артем запрокинул голову, его голос дрожал от нарастающего удовольствия.

—Мы же... вкладываем... всю свою любовь... — Виктор вдавливал его в стол с каждым толчком, его губы не отлипали от шеи Артема, оставляя влажные, горячие следы. — Конечно... будет вкусно...

Стол качался в такт их движениям. На полке прыгали баночки с приправами, которыми Виктор щедро посыпал мясо. Казалось, вся кухня пульсировала в одном ритме с ними.

Внезапно Виктор резко развернул Артема к себе, не вынимая, лишь глубже входя, и посадил его на край стола, лицом к лицу.

—Кончай на меня, — хрипло приказал он, его глаза были темными от желания.

Артем застонал, его рука судорожно задвигалась по собственному члену, пока он притягивал Виктора для жадного, беспорядочного поцелуя. Виктор сделал несколько последних, глубоких, вымеренных толчков, вынул член, и горячие струи спермы забрызгали грудь и живот Артема.

Тот закинул голову, его тело затряслось в немом крике, и он тоже извергся, стоная так громко, что, наверняка, дед-сосед за стеной вздрогнул.

— Какой же ты секси... — прохрипел Виктор, опускаясь на колени перед столом и прижимаясь лицом к его испачканному животу. — Я хочу... сожрать тебя всего. — Он начал слизывать свою же сперму с его кожи, с сосков, впиваясь губами и языком.

Артем вцепился пальцами в его волосы, с силой оттянул его голову назад. Рот Виктора приоткрылся, и он сексуально, вызывающе ухмыльнулся, глядя снизу вверх.

—Ты не менее секси), — выдохнул Артем, его взгляд был размыт от наслаждения, но полон такой нежности, что у Виктора перехватило дыхание.

Следующее мгновение Виктор сорвался с места, подбежал к плите и снял сковороду с огня.

—Наша... священная еда готова.

—Священная... потому что мы трахались, пока она готовилась? — прошептал Артем, все еще сидя на столе, тяжело дыша.

—Потому что... мы любим друг друга, — просто ответил Виктор, доставая тарелки.

Артем сполз со стола и подошел к нему сзади, прижимаясь всем своим голым телом к его спине.

—У тебя... нереальная попа, — пробормотал он, проводя ладонями по его ягодицам. — Такие орехи... ух... Мне так нравится твоя попа.

Виктор усмехнулся, накладывая стейки на тарелки, а Артем обвил его руками, прижавшись лбом к его спине и вдыхая запах его кожи, смешанный с запахом секса и жареного мяса.

И в этот самый момент последняя лампочка на кухне яростно мигнула и погасла. Свет в спальне тоже потух.

Виктор медленно повернулся в темноте.

—Пиздец, — хором сказали они.

—Надеюсь, хоть в туалете не перегорело, — с искренним ужасом прошептал Виктор. — Я боюсь срать в темноте.