Глава 20. Выхода нет (2/2)

— Именно поэтому ты с ним? — уточнила Николь. — Желаешь оправдать чужие ожидания? Я не большой эксперт в отношениях, но сомневаюсь, что такое может сделать тебя счастливой. Или твоего избранника. И если твои родители любят тебя, они вряд ли пожелают тебе подобную судьбу.

— Всё сложнее, — Джейн замялась. Было видно, что ей непросто говорить на эту тему, но очень хотелось с кем-нибудь поделиться. Николь подумала, что ей будет лучше, если она наконец сможет выговориться. И сделала то, за что так ругала Кола, — подтолкнула с помощью внушения.

— Расскажи, что лежит у тебя на душе, — произнесла она проникновенным тоном. — Что не даёт тебе покоя?

Её голос словно призывал довериться, выложить на блюдечке все потаенные мечты и страхи. Но что по-настоящему действовало сейчас, так это вампирский гипноз. Джейн не могла отвести взгляд от глаз своей собеседницы. Как зачарованная, она промолвила:

— Дело вовсе не в Марке. Просто я… Кажется, мне нравятся девушки.

Это было неожиданно. Николь пару раз удивлённо моргнула глазами, переваривая услышанное. Да, она знала, что некоторым людям нравятся представители их пола, хотя в обществе это осуждалось и считалось заболеванием. Когда Никки лежала в клинике, там же содержалась одна лесбиянка. Её звали Элен. Девушка была весьма симпатичной и на первой взгляд казалась адекватной, если бы не это отклонение. Элен в ту лечебницу направили родственники, надеясь, что там её сделают «нормальной». Но, насколько знала Никки, ощутимых результатов это так и не принесло. На момент её побега Элен до сих пор проходила лечение.

— Ты меня осуждаешь? — тихим голосом спросила Джейн. Она вся как будто поникла, ожидая услышать в ответ на своё признание насмешки и грубые слова.

— Нет, — ответила Николь. — Не мне тебя осуждать.

Она совершала поступки гораздо худшие, чем любила тех, кого любить не положено. По крайней мере, по правилам, принятым в обществе. Она сама была спутницей древнего и жестокого вампира, убивала невинных людей. Джейн была ангелом по сравнению с ней.

— А ты когда-нибудь встречалась с девушкой? — не сдержала любопытство Николь.

— Нет, конечно! — тут же ответила Джейн. — Родители убили бы меня, если бы узнали. Или заперли в психушке.

Губы Никки искривила горькая усмешка. О да, это был самый лучший выход по мнению некоторых людей.

Она задержала взгляд на девушке напротив и снова отметила про себя, как та красива. Из-за тёмных, почти чёрных волос её кожа казалась ещё светлее, а карие глаза завораживали своей глубиной. И тогда Николь поняла: вот она, одна из причин, по которой её притянуло к Джейн. Дело было не только в запахе её крови. Дело было в ней самой.

Наверное, имелось в этом что-то неправильное. Но Никки столько совершила с момента своего обращения, что по сравнению с остальным то, что она собиралась сделать, казалось пустяком.

Николь подалась к Джейн и прижалась к её губам своими. Та замерла на секунду, её губы призывно раскрылись, но затем она резко отпрянула.

— Что ты делаешь? — выпалила Джейн. Её голос был сердитым, но в то же время чувствовалось в нём смущение. А румянец на щеках был слишком красноречив.

— То, что мы оба хотим, полагаю, — ответила Никки. — Мы живём только раз. К тому же, никто не узнает.

Джейн помедлила, потом потянулась к ней, робко и нерешительно. Николь ответила на её поцелуй. Это было… непривычно. Так мягко и нежно, как не было ни с одним мужчиной. Кол потрясающе целовался, но с ним ощущения казались другими. Они захватывали с головой, заставляли терять рассудок, сейчас же хотелось всё делать томно, не спеша. Она чувствовала, как её действительно тянет к этой девушке.

Николь обняла Джейн за талию, притягивая её ближе к себе, и та позволила это сделать. Атмосфера в спальне постепенно накалялась, и вампирша скользнула губами к нежной шее. Джейн податливо откинула голову назад, давая больше доступа. Её запах, такой притягательный, бился в носоглотке, и к физическому влечению быстро примешалась другая жажда — жажда крови.

Это произошло само собой. Клыки взрезали десны, и Николь вонзила их в шею Джейн. Та вскрикнула от боли и неожиданности. Попыталась оттолкнуть, но Грин крепче сомкнула свои объятия. Она зажала ладонью рот Джейн. Не хватало ещё, чтобы та своими криками привлекла лишнее внимание. Николь собиралась выпить совсем немного её крови, она же научилась контролировать себя. Всего несколько глотков, а потом она заставит забыть об этом укусе…

Но остановиться оказалось очень сложно. Вкус её крови будоражил, пробуждал даже прежде спящие рецепторы. Он обволакивал гортань, дарил наслаждение и силу. И Николь хотелось, чтобы это ощущение никогда не кончалось.

Она так и не поняла толком, что произошло: задушила ли случайно Джейн, заткнув ей рот и нос, или выпила слишком много крови. В любом случае, когда Никки наконец смогла отстраниться, её жертва уже не дышала.

Она аккуратно опустила Джейн на кровать и принялась лихорадочно прощупывать её пульс. Но было слишком поздно, сердце больше не билось.

— Нет, нет, как же так, — пролепетала Николь. — Очнись, пожалуйста.

Но Джейн в себя не приходила. Сердце вампирши пронзил острый укол боли. Она не хотела убивать эту девушку, не собиралась никак ей навредить. Вот только она не могла повернуть время вспять и оживить её.

— Эй, Джейн, ну что ты там закрылась? — вдруг послышался голос Марка, а следом за этим он распахнул дверь. Пару секунд он изумленно смотрел на распростершееся на кровати, неподвижное тело своей подружки и стоящую перед ней на коленях «Дейзи». А затем, не успел Марк ничего предпринять, как его за руку втащили в спальню и захлопнули за ним дверь.

Николь действовала на инстинктах, не раздумывая. Мгновение — и мужчина рухнул навзничь со свернутой шеей. Нельзя было допустить, чтобы он поднял крик, найдя Джейн мёртвой.

Никки приложила ладонь к губам, в панике переводя взгляд с одного тела на другое. Нужно сваливать отсюда, и как можно скорее. Потом она что-нибудь придумает, выпутается, если что — попросит Кола помочь.

— Джейн, Марк, всё в порядке? — раздался за дверью чей-то женский голос.

— Мы слышали, как ты кричала. — Это уже была Кэндис.

— Пожалуйста, не входите! — крикнула Никки. — Джейн, она… Ей нехорошо!

Но её никто не собирался слушаться. Или же девушки просто хотели помочь подруге. Не успела Николь ничего предпринять, как Кэндис открыла дверь…

У неё просто не осталось другого выхода. Так она думала потом. В этот же момент Николь предпочла не размышлять, а действовать, жестоко и стремительно. Никто не должен был узнать, кем она является. Их сущность — секрет, секретность — залог безопасности. Это была одна из заповедей Кола.

Всё заняло меньше минуты. Те, до кого Николь не добралась в первую очередь, успели сообразить, что происходит что-то ужасное, начали кричать, пробиваться к выходу. Но она настигла каждого из них. В основном — сворачивала шеи, так было быстрее и проще. Шон, который до того пытался флиртовать с Никки, успел схватить нож и вонзил ей в плечо, но она быстро выдернула его, кинула на пол и бросилась на парня, терзая клыками его шею.

Когда всё закончилось, она огляделась. Повсюду лежали тела гостей, кое-где на яркой мебели виднелись брызги крови, выглядя в этом интерьере на удивление гармонично. Всхлипнув, Николь опустилась на пол. Её трясло. Всё не должно было закончиться так. Она пришла, чтобы повеселиться, узнать лучше Джейн. В итоге вечеринка превратилась в бойню.

— Вижу, вечер удался, — послышался мужской голос. Николь подняла на вошедшего глаза, полные слёз, и сначала подумала, что у неё галлюцинации.

— Кол? — выдохнула она.

— А ты кого ожидала увидеть? — Он поморщился. — Похоже, здесь стоит навести порядок. Вставай, я разберусь с этим.

Но Николь не сдвинулась с места.

— Я убила. Убила их всех, — прошептала она. — Я не хотела…

— Но сделала это, — бескомпромиссно произнёс Кол. Он подошёл к ней, ухватил за плечи и поднял сам. Никки еле держалась на дрожащих ногах. Стоило отпустить — и она соскользнула бы обратно на пол.

— Я убийца. Чудовище. — Её грудь сотрясло от рыданий.

— Как и я. Ты переживёшь это, — пообещал Кол, ласково поглаживая её по плечам.

— Нет. Нет! — мотнула головой Николь, и белокурые волосы упали ей на лицо. — Лучше убей меня! Я не хочу это чувствовать! Не хочу…

Майклсон прижал её к себе. Она плакала, уткнувшись лицом в его грудь, но не находя утешения. И тогда он решился.

Спустя несколько минут Кол аккуратно отстранил от себя Николь и сказал, пристально глядя в её глаза:

— Я пообещал больше не делать это с тобой. Но мне придётся. Так будет лучше для тебя.

— Хорошо, — выдохнула она, сейчас полностью доверяясь ему, зачарованная его пульсирующими зрачками.

Ему понадобилось произнести всего два слова:

— Отключи человечность.

Раз — и словно что-то перемкнуло в ней. Словно кто-то нажал на невидимый выключатель. Николь закрыла глаза. А когда открыла, во взгляде были лишь спокойствие и равнодушие.