По тропе ведущей к расследованию. Глава 10 (2/2)
— Разная, — ответил он. — Мужчины были зарезаны, девушка — удушена.
— И это тоже не стыкуется! Зачем убивать воинов клинком, а девушку душить? Не проще было и её прирезать? Мне кажется, трупы закапывали разные люди.
— И тут ты попал в точку! — не сдержался Фэн Цзянь.
Ин Чже удивлённо взглянул на генерала.
— Прости, это была очередная проверка, — с лёгкой ухмылкой признался Фэн Цзянь. — Ты прав: тела хоронили разные люди. Я тоже об этом подумал, когда мы их обнаружили. Меня смутили и отсутствие следов сражения, и разные могилы. Мне хотелось посмотреть, насколько хорошо ты понимаешь нашу миссию и насколько ты силён в расследовании. Так что — ты прошёл проверку!
Ин Чже растерянно похлопал глазами, слегка приоткрыв рот.
— То есть… ты уже знаешь, кто убил девушку? — спросил он.
— Знаю! — с гордостью ответил Фэн Цзянь.
— Расскажешь? — поинтересовался Ин Чже.
— Конечно! — ответил Фэн Цзянь. — Она работала в доме сладостных утех. Я не просто привёл тебя туда для проверки в тот день — хотел спросить, не знаешь ли ты эту девушку. Но тебе стало плохо, и ты не смог ответить. Тогда я отправил людей в публичный дом. Там подтвердили: девушку убили в тот самый день, после нашего с тобой появления. Один из клиентов разозлился и придушил её в порыве страсти. Мужчину задержали, а девушку похоронили. Меня смутило, что на ней была обычная одежда, не платье, — поэтому я её и не узнал.
— Её похоронили здесь, не на кладбище? — удивился Ин Чже.
— А ты и про кладбище проституток знаешь! — вскинул брови Фэн Цзянь. Ин Чже метнул на него взгляд исподлобья. — Прости, вышло грубовато.
Вспомнив, что Ин Чже некогда любил одну из обитательниц публичного дома, генерал мысленно ругнул себя: слова прозвучали крайне неуместно.
— Да, её похоронили как положено, но потом перезахоронили, — продолжил он.
— Кто это сделал и зачем? — искренне удивился Ин Чже.
— Ох, эти женщины! — воскликнул Фэн Цзянь. — Две её подруги… Они тронулись умом. Видели, как мужчина убивал их подругу, и перезахоронили её здесь, в лесу. Их допросили, но вразумительного ответа так и не добились. Сказали, будто она приходила к ним во сне и просила увести её подальше от дома сладостных утех. В общем, это сделали две девушки из публичного дома. Просто так сложились обстоятельства — и её случайно нашли рядом с теми воинами.
Ин Чже схватился руками за лицо.
— Какой кошмар… — прошептал он.
— Тебе ли не знать, какие люди приходят в публичные дома и что там творят, — мягко сказал Фэн Цзянь. — Не бери в голову. Нам нужно отыскать улики — вдруг что‑то всё же ускользнуло от нашего внимания.
Ин Чже прислонился к дереву и запрокинул голову.
— Ты чего? — спросил Фэн Цзянь.
— Голова болит! Выпить охота! — протянул Ин Чже.
— Какой ты ранимый, — съязвил генерал. — Пока все дела не закончим — для тебя сухой закон. Трезвый ты мне больше нравишься, чем пьяный, — вдруг признался Фэн Цзянь. Слова сами сорвались с языка, прежде чем он успел их удержать.
Ин Чже повернул голову в сторону генерала и удивлённо посмотрел на него.
— Что? — спросил он.
— Ничего, — ответил Фэн Цзянь и снова откинул голову на дерево.
Он вспоминал тот самый день, прокручивая в голове картину за картиной, стараясь восстановить каждую деталь — от начала до конца. Хотя Ин Чже уже знал, куда двигаться дальше, ему нужно было как‑то подтолкнуть генерала к верному пути. Не мог же он признаться, что пытал тех самых убитых мужчин и в порыве гнева собственноручно перерезал им глотки.
Ин Чже прикоснулся к лицу, потер переносицу, затем опустил руку к шее и слегка сжал её пальцами. Кожа в местах поцелуев начала гореть ещё сильнее.
— Эй! — раздался встревоженный голос Фэн Цзяня. Он всё это время наблюдал за напарником и невольно вздрогнул, увидев, как тот словно пытается задушить себя. — Ты чего там?
Ин Чже опустил руку, поднял голову и оттолкнулся от дерева, сделав несколько шагов вперёд.
— Я думал, — проговорил он, не открывая глаз и покрутив головой в разные стороны.
И тут в памяти вспыхнула нужная подсказка:
— Кошелёк!
Ин Чже распахнул глаза и громко произнёс:
— Помню! Тогда, в публичном доме, он достал кошелёк! Такой красивый… Я ещё подумал, что таких в городе не встретишь. В столице — тоже. Но видно, что он не ручной работы — или, если и ручной, то невероятно дорогой, не по карману обычному человеку! — взволнованно заговорил Ин Чже.
— Помню, — отозвался Фэн Цзянь. — Но при трупах ничего не было!
«Как так? — мысленно удивился Ин Чже. — Не может быть… Я их не обыскивал. Может, Сюэ? Но она бы сразу мне сказала. Где же этот кошелёк?»
Ин Чже снова принялся осматривать землю.
— Возможно, он выпал — либо когда они сражались, либо когда их закапывали или откапывали. Если мы не найдём его здесь, придётся искать место, где на них напали.
— Хорошая мысль! — одобрил Фэн Цзянь и присел, внимательно разглядывая почву в поисках кошелька. Он тоже хорошо помнил, как тот выглядел. Теперь, когда они точно знали, что искать, задача стала проще.
— Как ты думаешь, кто их убил? — неожиданно спросил Ин Чже. Он‑то знал ответ, но хотел услышать предположение генерала.
— Мне это тоже не до конца ясно, — серьёзно ответил Фэн Цзянь. — Но смею предположить, что это был Чёрный сановник. Почерк не совсем его, но люди, судя по описанию, точно из его окружения.
— Разве нас преследовали не люди Чёрного сановника? — удивился Ин Чже.
— Нет! Я уверен, что это были не они! — твёрдо ответил Фэн Цзянь. — Нас явно преследовали две группы людей. Те, кто убил принца и его супругу, — это люди Чёрного сановника. А те, кто гнался за нами, — явно из другого лагеря. Мне кажется, они столкнулись как раз в тот момент, когда преследовали нас с Мин Цзэ. Думаю, кто‑то тоже очень хотел заполучить младшего принца в свои руки — и свалить всё на Чёрного сановника. Он тот ещё пройдоха. Но приписать похищение ему — в любом случае удобный вариант.
— Почему? — спросил Ин Чже. — Почему удобно скинуть всё на Чёрного сановника?
Фэн Цзянь слегка рассердился.
— Потому что его не так просто поймать! — почти прорычал генерал.
Его безумно злило, что всякий раз, расследуя дела с участием Чёрного сановника, он упирался в тупик. Казалось, тот знал всё наперёд: всегда был на шаг впереди, словно читал мысли людей.
Многие считали сановника призраком — ведь он не оставлял ни единого следа. Он будто растворялся в воздухе и так же неожиданно появлялся. Фэн Цзянь лично видел его всего дважды.
От остальных сановник отличался лишь маской — изящной, чёрной, с серебристыми узорами. На маске сияла улыбка, а глаза, обведённые серебром, выглядели невозмутимыми. Это было единственное, что выделяло его из толпы.
— Ты так сильно хочешь его поймать? — продолжал наивным тоном спрашивать Ин Чже.
— Я не просто хочу поймать его! Я жажду встречи с ним! Мне хочется вонзить клинок ему в сердце и посмотреть, как он умрёт у меня на глазах.
От этих слов по спине Ин Чже пробежали мурашки.
— Ты настолько его ненавидишь? — Ин Чже поднял голову, оторвавшись от поисков кошелька.
Фэн Цзянь смотрел на него — в его глазах пылал адский огонь, а лицо исказила злобная гримаса.
— Ненавижу… Да, настолько сильно ненавижу! — проговорил он, сжимая пальцами землю.
Но вдруг выражение его лица изменилось. Он опустил взгляд, пытаясь понять, что нащупала рука. Среди комьев грязи и опавших листьев генерал обнаружил то, что они так усердно искали: тот самый кошелёк. Он протянул находку Ин Чже — и мгновенный гнев сменился радостью. Злобный оскал превратился в улыбку, а налитые кровью глаза просияли.
— Нашли! — гордо воскликнул Фэн Цзянь.
Отряхнув кошелёк от грязи, генерал внимательно осмотрел его, но ничего примечательного не обнаружил. Затем бросил испачканную вещь Ин Чже.
— Что скажешь? — спросил Фэн Цзянь.
Ин Чже брезгливо взглянул на грязную ткань и повертел кошелёк в руке.
— Думаю, лучше спросить у тех, кто в этом разбирается. Но для начала его всё же стоит постирать, — сказал он и протянул кошелёк товарищу.
— Нет! Нет! Спасибо, я его нашёл, а вот стирать это будешь сам! — заявил генерал Фэн Цзянь, отряхивая руки и направляясь к коням, которых они оставили на тропе.
— Цзянь! — заныл Ин Чже. — Цзянь, ну пожалуйста! Я не положу это себе в рукав!
Он побежал вслед за генералом.
Как ни уговаривал Ин Чже, Фэн Цзянь упорно отказывался брать грязный кошелёк. В итоге Ин Чже так и остался с находкой: запрыгнул на своего чёрного жеребца, всё ещё сжимая кошелёк в руке. И всю дорогу до следующего привала он не выпускал его из пальцев.