2.4. – Другая жизнь. Глава 2 – Почему Боги не краснеют? (1/2)
2.4. – Другая жизнь. Глава 2 – Почему Боги не краснеют?
Свет луны играл на волосах ничего не подозревающего юноши, который в тот момент уютно устроился на дереве, на его самой длинной и толстой ветке, зависшей над бескрайней гладью озера.
Потягивая вино из кувшинчика, он всё размышлял, как его травмированная нога так быстро зажила. Ведь повреждённая ещё два года назад, она не давала покоя ни днем, ни ночью, и лишь тренировки через боль, со слов лекаря, могли заставить излечить её. Он снова и снова вращал стопой так и сяк, боль, к которой он уже привык, не возвращалась. Неужели предписанные мучительные занятия возымели успех, и всё было не зря?
Размышляя над этом И Вэй собирался опрокинуть в рот остатки вина из кувшинчика, как вдруг что-то яркое, слепящей вспышкой налетело прямо на него!
Дело в том, что Лан Шен никогда не летал пьяный и, конечно, не смог рассчитать силы, когда его божественный разум был затуманен лишь мыслями о предстоящей встрече. Он заметил И Вэя слишком поздно, столкновение было неизбежно.
Вжух! Сорванная порывом ветра листва взмыла над озером, а вмиг осиротевший кувшинчик плюхнулся неподалёку, туда, где спали алые лотосы.
Они летели в пространстве ночи, окружённые сиянием серебристого света. Тот волшебный момент Лан Шен пронёс не только через эту жизнь, но и вложил в следующую. Ибо видел это в своих снах, ощущал этот будоражащий сердце полёт. Помнил, как от возбуждения и волнения его тело начинало светиться, и в этом сиянии их глаза смотрели друг на друга. Синева вливалась в черноту, блеском отражаясь, словно в зеркале. Лан Шен крепко прижимал И Вэя за талию и понимал, что уже никогда не сможет отпустить этого человека.
– Не бойся! Я крепко тебя держу!
– Я не боюсь…
Легкий шок от столь наглого и внезапного вторжения рассеялся в доли секунды, стоило И Вэю увидеть того, в чьих объятьях он сейчас оказался. Теплота широко распахнутых глаз прошила насквозь прекрасного похитителя и вернулась в тело И Вэя горячей волной, охватившей каждую его частичку. Божественная красота Лан Шена в один миг пронзила сердце И Вэя, и едва он это понял, как смущение залило лицо ярким румянцем, но взгляд отвести не было сил.
В порыве ветра каскады волос, лаская друг друга, сплетались в чёрно-голубой кокон, словно тела, предавшиеся страстной и всепоглощающей любви. Мир кружился где-то в стороне, пролетая мимо, и неважно, куда они летели… хотелось просто лететь, и пусть лишь вечность останется с ними.
Наконец, ноги мягко коснулись земли. Поток принёс их на небольшой остров. Природа мрачности этих мест не смутила Лан Шена. Ну и что с того? Его божественная сущность легко справится с любой тёмной тварью.
– Кто ты? Ты меня похитил? – спокойно спросил И Вэй, отступая на шаг, когда сильная рука Лан Шена отпустила его. Он не был напуган, скорее, в нём озорными огоньками играло любопытство.
– Выходит так, но я неспециально… И Вэй!
Как же нежно прозвучало его имя из уст похитителя, так что смутившийся юноша даже забыл спросить, откуда тот его знает.
– Моё имя Лан Шен, – тут же представился он, чувствуя, как кружится голова. И это головокружение было точно не от вина.
И Вэй осмотрелся. Глубокая лагуна, окружённая гладкими скалами. Они возвышались, словно выросшие из земли гигантские каменные пальцы, отражая лунный свет, от чего поверхность казалась сияющей серебром. На берегу белый песок и какая-то водоросль с дюжиной чашеобразных листьев.
– Ты божество? Твоя кожа светится.
Ох, что может быть хуже пьяного Бога? Лан Шен даже не заметил, что потерял контроль, приняв божественный облик. Да, кожа Богов была особенной, она источала духовный свет, говоривший о чистоте и возвышенности небесного создания.
Более того, И Вэй обратил внимание, что шёлк его небесно-голубых волос был по-прежнему идеально уложен. Забранные с боков, в замысловатых переплетениях, в которых поблёскивали драгоценные камни, где каждый волосок источал легкое мерцание.
Что ж, не прошло и пары часов в Царстве Смертных, как Лан Шен нарушил несколько самых важных правил: не выдавать свою сущность, не похищать людей, и, главное – не влюбляться в смертных…
– Я, кажется, выдал себя, – расцвела на губах озорная улыбка.
– Я никогда не встречал Богов!
И Вэй рассматривал его с таким неподдельным интересом, словно это было самое диковинное чудо. Впрочем, Лан Шен и был таковым для любого смертного.
– А ты Бог чего? – спросил И Вэй, всё ещё находясь под впечатлением от того, как Лан Шен в грациозном развороте махнул руками, и на его ладонях вспыхнули два огненных шара.
«Позёр! Достаточно было и одного!» – неожиданно проступило сознание Ибо.
Шары метнулись к земле, и схлестнувшись общим огнём, превратились в магическое пламя, согревшее их обоих в этой ночи среди сияющих скал.
– Пока я только учусь. А потом, я стану Защитником Небес.
Лан Шен лежал напротив и наблюдал, как И Вэй ковыряет веткой в песке. Его синий взгляд сверкал отблесками жаркого огня, словно самоцветами.
– Учишься? – удивился И Вэй, взмахнув пушистыми ресницами. – У вас в Небесном Царстве тоже есть школы?
– Ещё как есть… на второй ступени.
Он тоже играл с песком, кидая его в костёр. Огонь недовольно шипел и плевался искрами.
– Расскажи!
Лан Шен слегка поморщился, это была не совсем та тема для беседы, которой бы он хотел предаться, вернее, совсем не та! Но желания Вэя сейчас были в приоритете.
– Небесное Царство имеет три ступени или три подцарства, – глядя на живой интерес в глазах юноши, пояснил Юный Бог. – Нижнее принадлежит вознесшимся бессмертным, небожителям. Они не имеют врождённой божественной природы, но достойны служить Богам. Среднее для Юных Богов, таких как я, и полукровок. Все мы там проходим учёбу в лагере… будь она неладна… чтобы в итоге достичь уровня Высшей Божественной категории. Полукровки навсегда остаются на второй ступени. Они не могут подняться выше. Только чистокровные Боги, достигшие высшего уровня, становятся на верховную ступень и считаются истинными Высшими Богами. Ты не заскучал? – спросил Лан Шен, лаская взглядом идеальные черты.
– Нет-нет, это вовсе не скучно! Вот слушать учителей в школе, это бывает скучно, а ты рассказываешь очень интересно!
Лан Шен был согласен насчёт учителей. Он не раз засыпал под их монотонные, долгие речи.
Юный Бог вспомнил бесконечные уроки и изнурительные тренировки в лагере. Даже его название Нилиу-эр-Шан – плыть вверх против течения, – говорило о том, что учиться так же трудно, как плыть против течения. И нужно приложить немало сил, чтобы достичь желанных вершин.
– Значит, ты во втором подцарстве? И скоро станешь Высшим, могущественным Богом – Защитником Небес? – с восхищением отметил И Вэй.
Лан Шен ловил на себе его игривые взгляды, и теплая волна удовольствия всё больше охватывала его тело. Кажется, он тоже нравится И Вэю.
– Да, но не очень скоро, – пожал плечами Юный Бог.
На самом деле он только начинал свой путь к высшей ступени. Совсем юный, можно сказать, ещё зеленый. Пройдёт не одна сотня лет, прежде чем он сможет обучиться, набраться опыта и станет Высшим Божеством…
– И если на чистоту, то есть Боги ещё помогущественнее, чем буду я...
– Это какие?
– Древнейшие Боги – наивысшие существа…
– Я читал про них! – оживился И Вэй. – Они живут в других мирах и появляются, если баланс между инь и ян начинает нарушаться. Только тогда они вмешиваются, чтобы навести порядок, – палочка в его руке взмыв вверх, покачиваясь в такт его словам. – Многие из них даже не имеют формы. Они могут быть кем или чем угодно. Могут быть морем, скалой или ветром. Их сила настолько разрушительна, что одним махом они способны уничтожить весь мир. Это энергия в чистом виде.
Как по написанному выдал он. Лан Шен улыбнулся. Похоже, И Вэй тоже хотел произвести впечатление.
– Оценка «отлично».
И Вэй смутился под пристальным взглядом чёрных глаз. Он небрежно откинул волосы, стараясь скрыть волнение за показной непринужденностью.
– А кто твои родители? Они тоже Защитники Небес?
– Почти! Мой отец – Защитник Небес. А мама – Богиня Любви, долголетия и красоты. Они на самом верху… я их давно не видел. Но могу разговаривать с ними через Зеркало Вечности.
– Скучаешь по ним?
– Да, – еле уловимая печаль тенью мелькнула в глазах Лан Шена.
– Наверно, это очень тяжело быть в разлуке с родителями. Я не представляю, как бы я жил, если бы их не было рядом.
Их непринужденный, лёгкий разговор лился, как согретый на солнце горный ручей. И даже мрачность неприступных скал не могла пробиться сквозь светлую ауру этой теплоты.
– А есть какие-то особые отличия между полукровными Богами и чистокровными? – продолжал интересоваться И Вэй.
Как-то так вышло, что они уже сидели совсем близко. Легкие касания, словно невзначай, тревожили сердца, а взгляды всё дольше задерживались друг на друге.
– Они отличаются по силе и возможностям. Ведь у чистокровных два божественных ядра, тогда как полукровные Боги имеют только одно, так же, как и Полубоги.
«Два ядра!» – повторил И Вэй одними губами. Судя по его вдруг сосредоточившемуся лицу, он не знал об этом факте.
– А Полубоги – одно?
– Всё верно. Полубоги – это раса сверхъестественных духов, которые живут в природе. Для управления своими стихиями им достаточно одного ядра.
Лан Шену хотелось поскорее закончить эту скучную тему, рядом с таким прекрасным созданием его тянуло поскорее приступить к более чувственным, осязаемым действиям, но он боялся напугать И Вэя. А тот, в свою очередь, был переполнен вопросами, которые лились из него, как из рога изобилия.Неудивительно, ведь рядом сидел настоящий Бог. Конечно, И Вэю было интересно узнать как можно больше.
– А кожа светится только у Высших Богов?
– У полукровок тоже светится, – ответил Лан Шен, любуясь, как языки пламени отражаются в бездонных глазах Вэя. – В них есть кровь Высших Богов, а она самая сильная.
– Я читал, что она золотая, это правда?
– Правда! Но это не то золото, которое принято считать у смертных. Просто чистая божественная энергия имеет схожий цвет.
– Выходит, у тебя золотая кровь и два божественных ядра?
– Такова природа Богов! – пояснил Лан Шен, ощущая, как тепло разливается внизу живота от этого смелого, пристального взгляда.
– А хочешь, страшилку расскажу? – склонив голову на бок, неожиданно спросил Лан Шен. Его чёрные глаза блеснули хитрой искрой и, казалось, стали ещё ярче на фоне нежной бледности лица и небесно-голубых волос, касающихся сейчас белого песка.
И Вэй с интересом закивал. Это был отличный повод обоим придвинуться ещё ближе.
– Обычно Бог имеет два ядра одной стихии: огонь или вода, дерево или металл. Но бывают исключения, когда начинают развиваться ядра разных стихий. Самое страшное, когда одно из них принадлежит стихии огня, самой сильной и разрушительной из всех стихий. Тогда они начинают конфликтовать и, вместо того чтобы защищать своего носителя, пытаются уничтожить друг друга. Бог, рожденный с двумя стихиями внутри, может погибнуть ещё в юном возрасте. Как только это обнаруживается, его сразу забирают у родителей, отдают опекуну в лагере Богов, – тихо говорил он, перебирая в пальцах шёлковые нити волос Вэя. – И вот ничего не понимающий малыш оказывается там, где нет ни мамы, ни папы, нет их любви и заботы, а только строгие наставники и бесконечные уроки. Там лекари врезают в его тело что-то вроде заслонки – Щит Созидания. Он разделяет божественные ядра, и их природа уже не конфликтует. А после, учат справляться с этим. И называют это редким даром, ведь в таком случае, Бог может легко управлять сразу двумя стихиями. Только вот следить, чтобы духовная энергия щита не истощилась, нужно постоянно, иначе они снова начнут драться, убивая своего носителя.
И Вэй моргнул, пораженный картиной, нарисованной Лан Шеном.
– А почему ребёнка забирают у родителей?
– Потому что родительская любовь может его убить, как ни странно это звучит, – Лан Шен рассказывал, жадно улавливая каждую эмоцию на лице И Вэя. – В ядрах заключена божественная сила. Она реагирует на присутствие родителей, всё как и у людей. От этого духовная сила лучше развивается. Ну, ты понимаешь: чем сильнее любовь и забота родителей, тем лучше идёт развитие. И это как раз очень хорошо и правильно. Но если ребёнок не такой как все, и у него два разных божественных ядра, то происходит, так называемый резонанс силы. Когда рядом мама, то реагирует материнская сущность, когда папа, то отцовская. И представь, что произойдёт, если я в этот костёр плесну воду?
– Вода испарится, – ответил И Вэй.
– А если я плесну много воды?