Глава 1. Кровь на каменных ступенях (1/2)

Сначала он услышал шаги — уверенные, даже грубые, они ударяли по камню ступеней и, казалось, могли сотрясти землю. Лу Фэн дёрнулся, приподнимаясь, и тогда только осознал, что лежал, прижимаясь щекой к земле. Голова кружилась, а в висках билась боль. Посреди лба ощущалось что-то холодное. Лу Фэн рассеянно потёр лицо, наконец понимая, что, похоже, клан Алого клыка вернулся.

Старейший Чжэнь И был мёртв. Достигший Восьмой Небесной сферы, он уже обратился звёздной пылью, и теперь о том, что он совсем недавно говорил с Лу Фэном, напоминало только пустое снежно-белое одеяние, расшитое серебряным узором, напоминающим, как звёзды утром смотрят вниз сквозь облака.

Совсем рядом раздались голоса:

— Ничего нет!.. Нам нельзя вернуться с пустыми руками!..

— Должно быть, старик успел спрятать…

Лу Фэн не стал дальше вслушиваться, а торопливо откатился в тень скалы, у подножия которой густо разросся кустарник. Здесь ветви нависали так низко, что он, отличавшийся тщедушным телосложением, мог не бояться чужих взглядов.

Он замер, едва дыша, и наконец увидел тех, кто был в ответе за гибель секты Забытых лун. Вечерело, но было достаточно светло, чтобы он мог в подробностях рассмотреть лица. Лу Фэн едва сдержался, когда понял, что клан Алого клыка привёл в секту Цзян Хун<span class="footnote" id="fn_40560548_0"></span>.

Старший брат-наставник, всегда внимательный, с таким тёплым взглядом… Лу Фэн задрожал всем телом, вспоминая, как Цзян Хун опускал ладонь ему на макушку в краткой ласке, как он говорил: «Не так важно, сколько ступеней ты можешь пройти и как высоко заберёшься, главное, что ты следуешь правилам, почитаешь наставников и учителей. Это делает тебя хорошим человеком». Теперь эти слова звучали совсем не так, из-за них в горле свернулся склизкий комок, и Лу Фэн едва подавил тошноту.

— Брат Цзян, — обратился к Цзян Хуну незнакомый Лу Фэну заклинатель из клана Алого клыка, — ты говорил, что мы легко найдём то, что нам нужно.

— Найдём! — Цзян Хун едва заметно побледнел. — Старший брат Линь<span class="footnote" id="fn_40560548_1"></span>, клянусь…

Тот, кого Цзян Хун назвал старшим братом Линем, не слушал его, отмахнулся, двинувшись к стоявшему в отдалении дому Старейшего Чжэнь И.

— Вдруг старик держал это всегда при себе, — бросил он. Цзян Хун опустил голову, кажется, что-то пробормотав, а потом нагнал этого Линя.

Лу Фэн не знал, что именно они ищут, но стоило ему отвернуться, как холод во лбу стал нестерпимым, и прямо в голове зазвучал знакомый голос: «Лу Фэн, дождись ночи, тогда получишь первый урок. Ни за что не попадись им».

В первый миг Лу Фэну показалось, что он сошёл с ума от горя, но голос его успокоил: «Мой дух останется с тобой столько, сколько потребуется, чтобы ты усвоил основы истинного пути нашей секты. Не бойся, твой разум в полном порядке».

Лу Фэн, конечно, так совсем не думал, но спорить со Старейшим, особенно с мёртвым, он точно не собирался.

***

Когда Цзян Хун и тот, кого он звал старший брат Линь, наконец отошли достаточно далеко, чтобы Лу Фэн мог выбраться из своего укрытия и незамеченным скрыться, уже вечерело. Ясное дело, никак нельзя было оставаться на ночь на руинах секты. Цзян Хун собирался перевернуть их с ног на голову, чтобы отыскать что-то, о чём Лу Фэн не имел ни малейшего понятия. Оставалось только держать путь в горы, блуждать среди ущелий, затеряться там, чтобы никто не представлял даже, где его искать.

Впрочем, Лу Фэну казалось, что его как раз искать незачем. Несмотря на голос Старейшего в голове, он вряд ли знал что-то особенное, что могло быть нужно клану Алого клыка. Однако вопреки этим разумным доводам, нечто внутри настойчиво толкало уходить всё дальше.

Лу Фэн так часто отправлялся в горы за травами, что окрестности знал получше многих. Не так давно он обнаружил старый полуразрушенный храм, стоявший совсем недалеко от секты. Пусть наполовину он лежал в руинах, но частично сохранил крышу, так что Лу Фэн выбрал его для ночлега. Утром, как он надеялся, клан Алого клыка уберётся, а значит, можно будет вернуться, выполнить последний долг перед наставниками и братьями, а потом уже разобраться, как поступить дальше.

До выбранного места Лу Фэн добирался дольше обычного — осторожничал, так что ночь успела разлиться чернильной чернотой по небу, и горы затихли, кутаясь в сумерки. Стоило Лу Фэну войти, как он увидел изящную фигуру. Некто в светлых одеждах сидел, медитируя, на постаменте, где прежде должна была стоять статуя божества.

С первого взгляда Лу Фэн не мог понять, что это за человек, только увидел, что лицо его закрывает густая вуаль.

Лу Фэн был низкого роста и щуплый, ослабленная духовная основа тоже не прибавляла ему уверенности в себе, потому, встречая незнакомца, он сильно робел. А тут… даже по позе он мог сразу сказать, что перед ним заклинатель, явно поднявшийся на высокую ступень. Наверное, не стоит мешать, лучше отступиться, пока не заметили?..

Хоть Лу Фэна не могло не расстраивать подобное решение, меньше всего он хотел, чтобы на него обратили внимание. Он осторожно сделал шаг назад, когда услышал мелодичный голос, прозвучавший под наполовину обрушившимся сводом ярко и чётко:

— Если ищешь место для отдыха, то располагайся, я тебя не обижу.

Лу Фэн замялся, опустив голову, но всё же вспомнил о правилах приличия, поклонился и ответил:

— Благодарю. Моё имя Лу Фэн, я… — и замолчал, потому что не хотелось ему говорить о том, что секта Забытых лун бесславно пала.

— А меня ты можешь называть Сяо Инь<span class="footnote" id="fn_40560548_2"></span>, — прозвучал ответ, и тогда только Лу Фэн запоздало понял, что этот заклинатель — девушка.

Вслед за словами Сяо Инь поднялась, и Лу Фэн рассмотрел, что одета она просто, по-мужски, прячет лицо под плотной вуалью, а на поясе у неё ножны с мечом. Телосложение у неё стройное, как будто бы хрупкое, но на самом деле она выше его почти на голову. Волосы она скрепила заколкой гуань, тоже на мужской манер. И гуань явно указывал на то, что она старше Лу Фэна, ведь ему до совершеннолетия оставалось ещё полтора года<span class="footnote" id="fn_40560548_3"></span>.

Прекратив рассматривать Сяо Инь, Лу Фэн решил выбрать место подальше от неё, чтобы нисколько не мешать, и только устроившись на камнях в тени, осознал, что дрожит. Ночи в горах никогда не бывали тёплыми, и холодный воздух уже пробрался под его одежду. Следовало бы развести костёр, если он, конечно, не хочет к утру гореть в лихорадке.