Часть 10 (Андреа; Мэй) (1/2)
***
(Андреа)
Происходящее было странным и совершенно не логичным. Еще раз внимательно осмотрел узел из ткани на железных прутьях, крепкий, достаточно крепкий, что бы удержать тело. Самодельную веревку разрезали посередине и пока не стали снимать с трупа. Дежуривший охранник Данкинс был бледным как приведение, найти мертвого заключенного в свою смену не то о чем можно мечтать. Одно дело, когда кто-то умирает во время допроса, или в результате болезни, и совсем другое, самоубийство. Это не в положительную сторону сказывается на авторитете Начальника тюрьмы перед власть имущими, все-таки правительство платит такие деньги не для того, что бы кто-то самовольно уходил отсюда, пусть и к Господу Богу.
А что плохо для Начальника, априори плохо и для всех нас.
Когда он появился, я стоял прислонившись к стене напротив камеры, не люблю уж совсем узких помещений, Данкинс и двое других подчиненных вытянулись по струнке, тоже распрямился. Черной тень прошел мимо и направился в камеру, как и я внимательно осмотрел узел, потом тело Четыреста сорок третьего. Данкинс отрапортовал, что когда приступил к дежурству все заключенные были в камерах, затем часть из них забрали на работы, а этого оставили из-за поврежденной руки, но он был жив. С того момента прошло не больше часа. На вопрос уходил ли он с поста в это время, выяснилось что да, но не надолго и по нужде, так как самого утра у него крутило живот. Если бы взгляд мог убивать, Данкинс был бы уже мертв, думаю, Аверли понадобилась не малая выдержка, что бы оставить его живым.
- Милорд, событие не тривиальное, я бы просил разрешение… - не успел даже договорить, когда получил добро. Кто бы не делал эти странные вещи, я ему был благодарен за возможность в очередной раз попрактиковаться во вскрытии.
Тело быстро доставили в морг и отложив все дела на сегодня, я занялся им. Только к вечеру смог выйти, направившись сразу к Аверли. Странно, но Двести Тринадцатого не было на месте, пришлось войти постучавшись. Разумеется, он ждал.
Я пересказал, все что обнаружил, все-таки это был яд и список сократился предположительно до трех наименований. Любой из них мог вызывать такие симптомы и почти не оставлял следов, точнее сказать было не возможно.
- Не думаю, что этот человек связан с медициной, в противном случае он бы знал, что смерть от удушья и смерть от яда слишком отличаются, что бы пытаться скрыть одно другим. Но и смысла в этом не вижу, если травишь зачем подстраивать самоубийство. Тем более со сломанными пальцами Четыреста сорок третий явно не смог бы завязать этот узел, и отравивший должен был понимать, что подозрения возникнут.
- Вероятно на это и расчет. Хочет, что бы его заметили, оценили как ловко он все проворачивает не попадаясь.
- Похоже, что он бросает вам вызов Милорд, он знает процедуру и что вы будете вынуждены сообщить о случившемся выше. Другой вопрос это будет рапорт о самоубийстве или об отравлении.
Мне и не надо было продолжать, в вопросах политических игрищ Аверли понимал больше меня, а я составлю любой доклад, который ему будет необходим.
- Самоубийство, при желании человек даже со сломанными пальцами может умудриться повеситься.
Кивнул, все будет сделано.
Я собирался уже уходить, когда Милорд Начальник выпрямился, всем видом демонстрируя, что разговор еще не окончен. Под ложечкой засосало, давно эти глаза не смотрели на меня вот так. Изучающе, выпытывающие, словно искали спрятанное, неужели думает, что я причастен к отравлениям. Бред.
- Когда ты первый раз встретил Двести Тринадцатого? - нахмурился, при чем здесь этот мальчишка.
- В первый день его появления здесь, до этого мы не были знакомы, - в такие моменты лучше просто говорить правду.
- Его полное имя?
- Мэй Варидан, - удовлетворительно кивнул, пока он в таком плохом настроении лучше поостеречься и не задавать лишних вопросов.
Для вопросов есть дежурные, вот у кого я и спросил интересующее, ответ был совершенно неожиданный. По приказу Милорда Аверли Двести Тринадцатый отправлен в «мешок» до особого распоряжения. Если бы Начальник прибил мальчишку, я бы так сильно не удивился, но отправлять его сразу в «мешок», даже не в «красную комнату», было из ряда вон выходящим. Знал ли я его раньше и под другим именем, был ли соучастником, вот что интересовало Аверли. Но соучастником чего? Что Мэй натворил и на сколько сильно это может навредить мне. Проклятье, этого еще не хватало. Какой-то псих ходит по тюрьме травит людей и драконит Милорда, а мальчишка оказался похоже не тем за кого себя выдавал. И я тот человек, который его продвигал.
***
(Мэй)