Глава 3. Тень и Отблеск (1/2)

Домашние будни после больницы и возвращения в колледж обрели новое, приглушенное звучание. Обыденность стала лекарством. Утро начиналось с скрипа костылей по паркету, завтрака под тревожные новости о продолжающемся разборе завалов в ТЦ и заботливых, но тягостных взглядов родителей. Они смотрели на нее как на хрустальную вазу, которая чудом уцелела, но в ней пошли трещины. Алиса ловила себя на том, что вглядывается в лица прохожих из окна, в тени подъездов, бессознательно ища черную форму и алую ленту. Но Артем не появлялся.

В колледже его присутствие стало регулярным, но оттого не менее тревожащим. Он появлялся в разных аудиториях, всегда один, всегда бесстрастный. Их мимолетные встречи в коридорах ограничивались кивком или коротким взглядом. Он был Стражем на дежурстве. Она — студенткой, одной из многих. Та реальность, что была под завалом, где он был просто Артемом, а она — просто Алисой, казалась далеким сном. Иногда ей казалось, что он намеренно держит дистанцию. И она понимала его. Что могло быть между Стражем и человеком? Только долг и воспоминания о боли.

Именно эта гнетущая атмосфера постоянного, но молчаливого напряжения и заставила ее уступить настойчивым уговорам Кати.

— Ты сходишь с ума, сидя в четырех стенах! — убеждала та, наряжаясь перед выходом. — Один вечер! В «Антракт»! Никакого алкоголя, только музыка и танцы. Ты же давно хотела послушать эту группу!

«Антракт» был легендарным студенческим клубом, известным своей демократичной атмосферой и живой музыкой. Туда ходили и вампиры-гражданские с синими лентами, и люди. Это было одно из немногих мест, где расовые барьеры стирались под звуки бас-гитары и мерцание стробоскопов.

Алиса, в конце концов, сдалась. Мысль о том, чтобы надеть обычные джинсы и футболку, а не учебную форму, и почувствовать себя просто девушкой, а не «жертвой обрушения», была слишком заманчивой. Она надела свободные штаны, чтобы скрыть гипс, и темный свитер, натянутый на повязку на запястье.

Клуб оказался именно таким, каким его описывали: темным, громким и полным жизни. Воздух был густым от смеси парфюмов, пота и звуков. Группа играла блюз-рок, и музыканты выкладывались на все сто. Катя сразу же влилась в толпу танцующих, а Алиса нашла свободный столик в углу, в полумраке, прислонив костыли к стене. Она заказала себе сок и просто наблюдала. Люди и вампиры смеялись, общались, танцевали рядом. Кто-то с синей лентой ловко жонглировал зажженными зажигалками, вызывая восторженные возгласы. Все было… нормально. Мирно. Она почувствовала, как зажатые внутри нее тиски начали понемногу ослабевать. Возможно, жизнь действительно могла вернуться в привычное русло.

Она не заметила, как к ее столику подошел парень. Стройный, с острыми чертами лица и слишком бледной кожей даже для вампира. Он был одет в простую черную водолазку и джинсы. И на его запястье не было ни синей, ни красной ленты. Ничего.

— Место свободно? — спросил он, и его голос был неприятно шипящим, словно звук просачивался сквозь щель.

Алиса насторожилась. Отсутствие ленты было грубейшим нарушением. Незарегистрированный вампир был вне закона, опасным одиночкой, не контролирующим свои порывы.

— Занято, — коротко бросила она, отводя взгляд.

Но он уже садился напротив, улыбаясь. Его улыбка была неестественно широкой, обнажающей идеально ровные, слишком белые зубы. И клыки. Они были не такими, как у гражданских — аккуратными, почти неотличимыми от человеческих. Они были длиннее, острее.

— Я видел, как ты вошла. Хромая птичка. Сломала крылышко? — он склонился над столом, и от него пахло медью и старыми подвалами.

— Я не хочу общаться, — твердо сказала Алиса, пытаясь поймать взгляд Кати в толпе, но подругу не было видно.

— Все хотят общаться, — прошипел он. — Просто не все знают, с кем. Ты пахнешь… интересно. Страхом и чем-то еще. Чужой кровью.

Ледяная стена страха обрушилась на Алису. Он чувствовал запах крови Артема на ней? Или ее собственную, ту, что он пил? Она инстинктивно прижала руку с повязкой к груди.

— Отстань от меня.

— А что такого? Просто поболтаем, — его рука молниеносно метнулась через стол и схватила ее за предплечье, прямо над повязкой. Его пальцы были холодными, как лед, и сжимали с нечеловеческой силой. Боль пронзила руку, отзываясь эхом в едва заживших точках от укуса. — Я люблю поболтать с храбрыми девочками. Особенно с теми, кто выжил.

Паника, знакомая и ужасающая, затопила ее. Она попыталась вырваться, но его хватка была стальной.

— Отпусти! Сейчас же вызову Стражей!

— Они заняты, — он усмехнулся, и в его глазах вспыхнул тот самый дикий, неконтролируемый огонь «Естественного Порыва». — Здесь я хозяин.

Он потянул ее к себе через стол. Стеклянный бокал со стуком упал на пол. Кричать было бесполезно — музыка заглушала все. Она отчаянно уперлась, цепляясь здоровой ногой за ножку стола, чувствуя, как ее пальцы немеют от его хватки.

И вдруг его отпустило. Вернее, его оторвали от нее.

Чья-то высокая тень встала между ними. Не Артем. Другой Страж, молодой, с светлыми, почти белыми волосами, собранными в короткий хвост, и жестким, как кремень, взглядом. Его алая лента ярко алела в свете неона.

— Отойди от гражданской, — его голос был не криком, а низкой, вибрирующей командой, полной такой власти, что у незарегистрированного вампира на лице мелькнула животная трусость.

— Это не твое дело, пёс, — прошипел тот, но его уверенность испарилась.

— Дело Стража — защищать, — парировал блондин. Его движения были стремительными и точными. Он не стал вступать в драку, что вызвало бы панику. Он просто взял нарушителя за плечо, и по тому, как тот затрясся и побелел, было ясно, что давление было нешуточным. — Ты нарушаешь пункты 7 и 14 Великого Договора. Не оказывай сопротивления.

Незарегистрированный вампир выругался, но подчинился. Сила Стража была подавляющей. Светловолосый Страж мельком взглянул на Алису, его взгляд скользнул по ее перекошенному от боли и страха лицу, по руке, которую она прижимала к себе.

— Вам требуется медицинская помощь?

—Н-нет, — прошептала она, дрожа.

—Проследуйте со мной. Вам нужно дать показания.

Он не оставил выбора. Одной рукой он удерживал нарушителя, другой жестом указал Алисе следовать за ним. Она, нащупав костыли, на автомате пошла за ним, все еще не в силах прийти в себя. Катя, наконец, заметившая суматоху, с ужасом бросилась к ней, но светловолосый Страж остановил ее взглядом.

— Ваша подруга не пострадала. Она должна проследовать со мной для дачи показаний. Проинформируйте ее родных, что с ней все в порядке.

И он повел их через толпу, которая расступалась, наконец-то заметив происходящее. На Алису смотрели с испугом и любопытством.

Ее погрузили в служебный внедорожник Стражей с затемненными стеклами. Внутри пахло кожей, оружием и озоном. Незарегистрированного вампира усадили сзади, за решетку, а ее — на пассажирское сиденье. Светловолосый Страж молча сел за руль, и они тронулись.

— Меня зовут Лоренц, — наконец представился он, не глядя на нее. — Вы хорошо держались.

— Спасибо, — прошептала Алиса, глядя в окно на мелькающие огни города. Ее рука горела. Она чувствовала себя виноватой, хотя не сделала ничего плохого. Просто пошла в клуб. Просто хотела почувствовать себя нормальной.

Они ехали не в участок, как она ожидала, а за город. Вскоре огни сменились темнотой, и машина свернула на неприметную грунтовую дорогу, ведущую в лес. Через несколько минут впереди показались огни большого, современного здания из темного стекла и бетона, больше похожего на секретную лабораторию, чем на дачу. Это был один из форпостов Стражей.

Лоренц провел ее через пост, где дежурный Страж бегло осмотрел ее, и ввел в здание. Внутри царила стерильная, почти больничная чистота. Полы блестели, стены были голыми, только камеры наблюдения под потолком. Он привел ее в небольшую комнату с зеркалом в полстены — очевидно, односторонним. Там был только стол и два стула.

— Подождите здесь. С вами свяжутся для дачи показаний, — сказал Лоренц и вышел, закрыв дверь.