Глава 6. Огонь трёх стай. (2/2)

Они просто терпели.

Но кто-то почувствовал.

***

И вдруг —

Тук. Тук. Тук.

Три удара. Слабых. Детских.

Все замерли.

— У двери кто-то есть, — прошептал Чонин, мгновенно вставая.

— Не похоже на врага, — сказал Минхо, нюхая воздух. — Только холод и снег. И…

— Запах котёнка.

— Открой, — сказал Чан. — Но будь начеку.

Юнги подошёл к двери, клинок наготове.

Открыл медленно.

За дверью — маленькая девочка.

Лет шести. В потрёпанном плаще, слишком большом для неё. Босые ноги в снегу. Тёмные волосы — нет, не тёмные. Рыжие. Пушистые, как у котёнка. А ушки на макушке — острые, покрытые рыжим мехом. Хвост — тонкий, дрожащий от холода.

Она не плакала. Только смотрела.

— Я… я шла, — прошептала она. — Я чувствовала… боль. Она была здесь. Сильная. Много боли.

Джисон вскочил.

— Боже… она же замёрзнет!

Он бросился к ней, снял свой плед и закутал её. Девочка не отстранилась. Наоборот — прижалась. Её рука дрожала, когда она потянулась к Джисону.

— У тебя… уши… Они горят. Снаружи — нет. Но внутри… огонь.

Джисон замер. Никто не знал, что его старые ожоги до сих пор ноют. Даже он сам забыл.

Девочка положила ладошку на его ухо. На мгновение — тепло.

Тихое. Глубокое.

И боль… ушла.

— Что… что это было? — прошептал он.

— Я… я не знаю, — сказала девочка. —

Я просто хотела, чтобы тебе было лучше.

Чонин опустился на колени.

— Она — гибрид... Котёнка... Рыжего...

— И гамма, — добавила Сонми, подходя.

Она опустилась перед девочкой, не пугая её.

— Гаммы — редкость. Они не подчиняются иерархии. Не чувствуют призыва. Но… они чувствуют правду. И боль. И…

— Исцеляют, — прошёл шёпот по комнате.

— Как тебя зовут? — тихо спросил Феликс.

— Ли-а, — прошептала она.

— Откуда ты, Ли-а?

— Я… бежала. Из деревни за горами. Они сожгли дом. Я была в подвале. Я… я чувствовала, что кто-то ранен. Сильно. Я пошла туда, где боль. Потому что… — Я могу помочь.

Она посмотрела на Феликса.

— У тебя… плечо. Оно не заживает. Потому что ты боишься.

Феликс замер. Он не говорил об этом. Но она знала.

Он кивнул.

Ли-а подошла. Маленькая. Дрожащая. Но сильная.

Она положила руку на его плечо.

И закрыла глаза.

Тепло.

Не огонь.

Не магия.

А свет.

Феликс почувствовал, как шрам затягивается. Как страх отпускает. Как дыхание становится глубже.

— Спасибо, — прошептал он.

— Не за что, — сказала Ли-а. — Ты тоже был больным.

Тишина повисла.

Не из страха.

Из удивления.

— Она лечит, — прошептал Сокджин. — Даже то, чего мы не чувствуем.

— Но она не контролирует это, — сказала Сонми. — Пока. Со временем она научится.

Если будет в безопасности.

Чан посмотрел на девочку.

На её пушистые ушки, на хвост, который теперь медленно качался, как будто она чувствовала, что ей не угрожают.

— Ты хочешь остаться? — спросил он.

Ли-а посмотрела на них.

На всех.

На их лица.

На их глаза, полные тепла.

— Можно… можно я…

— буду вашей девочкой?

Тишина.

Потом — Джисон первым опустился на колени.

— Ты уже наша.

Сынмин улыбнулся.

— У нас будет дочка.

Хёнджин кивнул Феликсу.

Тот кивнул в ответ.

— Тогда она — наша, — сказал Чан. —

Пока она хочет.

Пока она нуждается.

Пока она будет называть нас…

— своими.

Ли-а улыбнулась.

Впервые за долгое время.

Она села у камина, между Джисоном и Феликсом.

Чонгук принёс тёплый бульон.

Хосок снял свою накидку и положил ей на колени.

Минхо принёс мягкую подушку, чтобы она могла лечь.

Она не спрашивала, можно ли.

Она просто прижалась.

А за окном,

под светом полной луны,

ветер стих.

Даже тени перестали двигаться.

Как будто весь мир

на мгновение

затаил дыхание.