Часть 17 (1/2)
— Мори-кун, — женщина появилась в проходе двери, что вела на кухню. — Я постелила тебе наверху.
— Мисудзу-сан, не стоило, — парень только закончил с посудой и потянулся за кухонным полотенцем. — Ещё не так поздно. Я могу дойти до общежития.
— Уже поздно, — Аки отобрала у него его тряпку из рук. — Это для тарелок. Для рук другое, — сказав это, она протянула Мори белую тряпицу.
Ткань была очень мягкой, пушистой, словно облако или руки Нэко. Или белый заварной крем, как в том десерте — marugoto momo tart<span class="footnote" id="fn_38391032_0"></span>.
— Все. Спать, — дверь за парнем захлопнулась.
— А? — обернулся он.
Мори выпихнули в коридор. Часы, тихо тикая на стене, показывали час ночи.
Да, уже поздно, — пронеслось в голове.
Что-то в глубине сознания маленькой красной лампочкой мигало: «Тебе разрешили остаться. Не уходи!»
В каком бы возрасте бы не был человек, в любом есть маленький ребёнок, который жаждет любви и внимания, который может быть напуганным, неуверенным в себе и нуждающимся в поддержке. И сейчас этот маленький мальчик, который скрывался в глубине души Мори Огая, у которого не было нормального детства, которому пришлось рано повзрослеть не хотел уходить из этого дома. Из дома, где его приняли, где тепло, где он не должен строить из себя…
— Оги? — голос девушка вернул его в реальность. Втащил из чёрного омута печали. Парень обернулся.
На лестнице стояла она, его Нэко. Мягкие пушистые волосы были распущены. Они шоколадным водопадом спадали с плеча. Будучи от природы непослушными, они вились и пушились. В тёплом жёлтом свете ламп каждый выбившийся волосок был отчётливо виден. Большие чёрные глаза смотрели прямо в душу. На их дне пресекалось некая нежность, такое ценное и давно потерянное для Огая чувство, которое эта девушка вернула в его мир.
Огромная футболка, явно утащенная из отцовского шкафа, спадала с одного плеча, оголяя его. Аккуратный изгиб шеи, едва заметные ключицы, предавали её образу особую мягкость и возвышенность. Казалось, что её тело светится. Не просто светится, а излучает божественное сияние. Мори в один миг показалось, что к нему, простому и недостойному смертному спустилась Ками и озарила маленький коридор своими лучами. Что над ним, на лестнице этого уютного храма в огромном Токио стоит божество.
Его божество с ореолом из пушистых каштановых волос и огромными глазами, в безразмерной футболке, которая открывает вид на фарфоровую шею, к которой так и хочется прикоснуться, украсить россыпью алых лепестков. Оставить их и на плечах, отодвинуть лямку, спуститься ниже…
— Киото вызывает Огая, приём, — Канэко помахала рукой перед его лицом.
Парень наконец отмер.
Это что щас было? Одёрнул себя парень. Ты же дал себе слово, что до совершеннолетия даже мысли об этом не допустишь. И тем более куда ты там собрался лямку отодвигать? Лн снова перевёл глаза на девушку. Блять! А где лямка? Куда делась лямка? Последнее он неосознанно произнёс в слух.
— Что? — Канэко склонила голову на бок. — Какая лямка?
Мисудзу ещё несколько секунд вглядывалась в красное лицо парня, после чего её взгляд округлился.
— А, — как-то заторможенно ответила она. — Эта лямка… от лифчика. Эм, я это, я на ночь снимаю его, — щёки медленно приобретали пунцовый оттенок. — В нём спать неудобно, — совсем тихо пискнула она.
На несколько мгновений в воздухе повисла тишина.
— Пошли, — всё ещё красная Канэко схватила парня за руку и потащила вверх по лестнице. — Пошли спать. У меня уже глаза слипаются.
Комната девушки была не большой, но очень уютной. У стены стоял стол, заваленный разными учебниками и тетрадками. Над столом на полках занимала своё почётное место маленькая библиотека. При быстром просмотре можно было заметить собрание манг, 4-5 историй. Книги были разложены по порядку, и похоже с какой-то уникальной последовательности, известной только хозяйке комнаты. Рядом с ними, огромными томами располагались книги по истории Японии, России и Англии. Несколько очень популярных девчачих новелл. Однокурсницы, которые сидели за ним на лекциях часто очень громко их обсуждали и хихикали. Так что Мори был посвящён в сюжет несколько книг. Средневековье, империи, баллы, кронпринцы, северные герцоги, — всё это казалось весьма специфичным для него, но на скучных занятиях не плохо развлекали времяпровождения. Он даже хотел себе купить одну такую книжку, разумеется только ради научного интереса…
У окна располагалась кровать. Сейчас она была расправлена, поэтому все подушки лежали на комоде в ногах. 5..8..12. 12 подушек разных цветов и размеров. Как они умещались на кровати? Похоже этот вопрос пока останется в тайне от него.
— Полы тёплые, — Канэко плюхнулась на кровать. — Я знаю, как ты мёрзнешь, поэтому и включила. Папа передал свои вещи, которые должны тебе подойти, — слева от Мори в воздух взлетела аккуратно сложенная стопка. — Ванная комната в конце коридора. — она зевнула и потянулась. — Так устала. Я спать. Спасибо, что пришёл. Да и вообще за вечер. А и кстати, с 1994.
***
Мори проснулся рано. Если верить часам, то примерно в 6:15. Небо только-только озарили первые солнечные лучи. По стеклу стучали мелкие капельки дождя. В этом году зима была намного теплее.
Помнится, ровно год назад в это день Огай не хотел просыпаться. Было холодно, оконные рамы замерзли, а по стёклам ползли морозные рисунки. Приставучий сосед свалил ещё накануне. Тогда, год назад парень не хотел открывать глаза, ведь в реальности его ждали серые будни, учёба, одиночество и самокопание. Тогда, год назад, он даже не представлял, что в его жизни появится человек, который перевернёт её на 180 градусов, который в данный момент наглым образом сопит у него на груди.