Глава 5 (1/2)

***

— Ты точно не видел, что за девушка мне их оставила? — переминаясь с ноги на ногу от холода и пряча руки в карманы куртки, в сотый раз за последние полчаса уточнил у Гарри Рон.

На небольшой платформе у деревушки Хогсмид царила настоящая толкотня, ученики Хогвартса, радостно болтая, отправлялись на зимние каникулы. Повсюду ухали совы и Рону уже трижды ударили чемоданом по ногам, что в совокупности с небольшим похмельем и досадой от того, что он практически не помнил вчерашний вечер, ужасно выводило из себя. Если бы не нужно было провожать Джинни, Рон бы точно до обеда не выбрался из постели.

— Я же уже сказал, что не знаю, — повторил Гарри, накидывая на голову капюшон.

— Джин, — обратился к стоящей рядом сестре Рон. — Может ты видела девчонку, с которой я вчера уходил с вечеринки? — достав из кармана джинс волшебную палочку, он невербально наложил на себя уже третьи по счету согревающие.

— Да не видели мы, с кем ты вчера зажигал, Уизли, — перебил стоящий рядом с Гарри Драко, кутаясь в свой шарф. Малфой, Нотт и Забини скорее пришли проводить Паркинсон, чем Джинни, но не суть. — Пить надо меньше.

— Полностью согласна, — с улыбкой произнесла Джинни и, похлопав Рона по плечу, добавила: — Хороших каникул, братец, смотри, не спейся тут, пока меня не будет.

Забини и Нотт переглянулись, и губ обоих коснулась легкая улыбка, но Рон был явно не в том настроении, чтобы переживать о том, что эти слизеринцы там себе подумали.

— Спасибо за ценный совет, сестрица, — едко ответил Рон, боковым зрением замечая на себе изучающий взгляд стоящего рядом с Драко Забини.

Свежий, аккуратный, полный энергии, в дизайнерском сером пальто с высоким воротником, он выглядел как чертова супермодель, чем раздражал Рона особенно сильно этим утром. Впрочем, кажется, пора было признать: Блейз Леон Забини всегда выглядит привлекательно. Ну и пофиг! Кого вообще волнует его раздражающая сногсшибательность…

Если честно, становилось даже как-то обидно, пили все вместе, а плохо было только Рону. И только для Рона большая часть вчерашнего вечера превратилась в черное пятно. Последнее, что он четко помнил, это как Джинни ошарашила его новостью, что теперь встречается с Паркинсон. Дальше были лишь размытые отрывки и фразы, вспышками всплывающие в голове.

Проснувшись этим утром, Рон поклялся себе, что больше никогда не будет пить. И на то были действительно веские причины.

Такого похмелья, как сегодня утром, у него сроду не было. Морщась от головной боли, Рон влил в себя пузырёк Антипохмельного зелья, заботливо оставленного неизвестно кем на его прикроватной тумбочке, но не успело зелье подействовать, как он тут же почувствовал подступающий к горлу приступ рвоты, схватился за рот и, подскочив с постели, пулей бросился в небольшую ванную комнату, смежную с их спальней. Вывернув в унитаз всё содержимое желудка, Рон, постанывая, переместился к раковине, открыв холодную воду, хорошо прополоскал рот и пару раз умыл лицо. А затем взглянул в висящие над умывальником зеркало и ошарашенно замер.

Волосы торчали в разные стороны, под глазами залегли темные тени, лицо было таким бледным, что можно было легко соревноваться с вампирами, рубашка, в которой он вчера уснул, была вся измята и почему-то порвана, но внимание Рона привлекло не это, а три огромных ярко-бордовых засоса, украшающих его шею. Проблема в том, что сколько бы Рональд не пытался, он не вспомнил, кто ему их оставил, что, впрочем, было неудивительно, учитывая, сколько он вчера выпил.

— Панс, ты все каникулы проведешь во Франции? — уточнил Драко.

— Нет, планирую на пару дней отправиться в Румынию, — ответила Панси, бросив лукавый взгляд на стоящую рядом Джинни, та слегка улыбнулась.

— Куда? — хором переспросили Драко, Тео и Блейз, вызвав тихий смех Джинни.

— Вам что, позакладывало уши, дорогуши? — насмешливо произнесла Панси. — Я сказала, что поеду в Румынию на Рождество.

— Зачем? — уточнил Тео.

— Говорят, там есть потрясающий заповедник с драконами, — туманно ответила Панси, пожимая плечами.

Рон поджал губы, внутренне молясь, чтобы эта поездка Паркинсон в Румынию, где на Рождество будет находится почти вся его семья, не обернулась катастрофой.

— Ты шутишь, да? — уточнил Драко.

— Нет, я подумываю даже сделать небольшое пожертвование для заповедника.

— Тебя же всегда интересовали драконы только как качественная обувь или хорошая сумочка, — напомнил Блейз.

Джинни, Гарри и Гермиона, прекрасно понимая, по какой причине Панси действительно отправляется в заповедник, переглянулись и слегка улыбнулись.

— Блейз, не будь таким грубым, — фыркнула Панси, а затем добавила: — Из драконьей кожи еще делают потрясающие ремни и очень качественные кошельки, между прочим.

Слизеринцы засмеялись, Гермиона смешно округлила глаза, возмутившись такой расчетливостью, а Джинни, наигранно цокнув языком, слегка толкнула Панси плечом.

— А что, милая? — переведя на свою девушку взгляд, как ни в чем не бывало уточнила Панси. — Я просто пытаюсь объяснить этим троим, что я, как человек, следующим модным тенденциям и активно покупающий изделия из драконьей кожи, просто обязана вносить пожертвования.

— Постой, — прищурил серые глаза Драко, изучающе смотря на подругу. — А это случайно никак не связано с тем, что Чарли Уизли работает в драконьем приюте в Румынии?

— Понятия не имею, о чем ты, — растянув губы в лукавой полуулыбке, ответила Панси.

Раздался громкий гудок Хогвартс-Экспресса, оповещающий учеников, что пора занять свои места в поезде.

Достав из дизайнерской сумочки волшебную палочку, Панси заставила свой и Джинни багаж взмыть в воздух, а затем окинула Драко, Тео и Блейза почти нежным взглядом.

— Что ж, надеюсь, вы переживете это рождество, — чисто в слизеринском духе пожелала она. — А то если учесть, что я оставляю вас в компании Золотого Трио, которое славится своим талантом влипать в неприятности, я в этом не совсем уверена.

— Не переживай, мы их перевоспитаем, — улыбнулся Драко.

Гарри фыркнул, услышав эту реплику. А слизеринцы, ярко улыбаясь, принялись по очереди крепко обнимать Панси.

— Что за моветон... Я ненавижу обниматься! Вы стали слишком сентиментальными, связавшись с гриффами, — фыркала Паркинсон.

— Кто бы говорил, — усмехнулся Драко и слегка приподнял подругу.

— Малфой! — взвизгнула Панси. Блейз, подхватив эстафету, тоже сжал Панси в медвежьих объятиях. — Вот же вымахали... — возмущалась она в складки пальто Блейза. — Забини, мне нечем дышать!... Нотт, если ты посмеешь испортить мою прическу, я тебя прокляну, — послышалось бухтение Панси, когда Тео, обнимая, уткнулся подбородком ей в макушку.

— Хорошо вам провести каникулы, ребята, — улыбнулась Джинни, по очереди обнимая Гарри и Гермиону.

— И тебе, Джинни, — улыбнулась Гермиона.

— Передай миссис Уизли, что это Рождество будет совсем не таким без её фирменного пирога, — сказал Гарри, обнимая Джинни.

— Обязательно.

Джинни перевела взгляд на Рона, и тот, не церемонясь, сгреб её в объятия.

— Береги себя, — шепнул он, прекрасно понимая, что сестра еще немного злится за вчерашнее. — Родителям и Чарли привет.

— Передам.— Джинни, будто сдаваясь, крепко обняла брата в ответ. — Желаю тебе в это Рождество встретить свою любовь, — шепнула она в самое ухо. — И кем бы этот человек не оказался, ты главное не бойся рискнуть.

Рон слегка усмехнулся, удивившись такому странному пожеланию.

— Разве я когда-нибудь трусил? — наигранно возмущенно спросил он и, не удержавшись, потрепал Джинни по волосам.

— Блейз, привет, — послышался скрипучий голос.

Рон, разжав объятия, обернулся, натыкаясь взглядом на подошедшего к Забини Смита.

— Привет, — ответил Блейз.

— Эм, можно тебя на минутку? — Захария мягко положил свою ладонь на предплечье Блейза и слегка потянул его в сторону.

Блейз же повернул голову и посмотрел прямо на Рона, причём с какой-то опаской. Рон в ответ лишь вопросительно вскинул бровь, хотя от одного вида Смита его снова начало тошнить.

Блейз перевел взгляд обратно на Смита и слегка растерянно ответил:

— Да, конечно.

Они вместе отошли чуть в сторону, на таком расстоянии было не слышно, о чем они говорят, но зато было прекрасно видно, что Смит, что-то щебеча, почти из штанов выпрыгивал, выпендриваясь перед Забини. Вот же недоумок.

Рон, сложив руки на груди, неотрывно следил за сладкой гейской парочкой, абсолютно не замечая, как все остальные из их компании наблюдают за ним самим.

Смит, слегка улыбаясь, протянул Блейзу какой-то свёрток. Это был рождественский подарок, как догадался Рон. Вот кто, скажите, дарит подарки раньше срока? Это же плохая примета, вообще-то!

Блейз покрутил в руке свёрток и, спрятав в карман, что то сказал, после чего Смит качнулся вперед и быстро чмокнул Блейза в щеку на прощание. Рон нахмурился и, схватив чемодан Джинни, который до этого парил в воздухе, потащил его к поезду, решив, что лучше ему не смотреть на лобзания Забини и Смита, а то его еще вывернет прямо посреди Хогсмида ненароком...

— Черт, Джинни, ты что, кирпичей туда набила? — возмущенно спросил у сестры Рональд, таща чемодан в купе. Хогвартс-Экспресс, выпуская клубы пара в морозный воздух, издал три гудка, оповещая, что поезд тронется через минуту.

— Так зачем ты его схватил, его бы Панси левитировала,— насмешливо ответила следующая за Роном Джинни.

— Вот именно, — послышалась реплика идущей вслед за Джинни Паркинсон.

Рон ничего не ответил. Затащив чемодан в купе, он вышел в коридор, дождался, пока Панси скроется за дверью купе, а затем снова обратился к сестре.

— Джин, ты только не злись, но...

— Что уже опять? — закатила глаза Джинни.

— Помнишь, что я тебе говорил о родителях, ты...

— Я не буду пока им говорить, что встречаюсь с девушкой, мы с Панси обсудили это и решили, что они действительно могут быть слегка шокированы, поэтому я сейчас представлю её просто как свою подругу.

— Хорошо, — облегченно кивнул Рон.

Поезд снова загудел, готовясь к движению.

***

— Черт, башка опять трещит... — простонал Рон, когда они всей компанией двинулись через Хогсмид обратно в сторону замка. Кажется, тащить с похмелья тяжеленный чемодан было плохой идеей.

— А я говорила, что та бутылка рома была явно лишней, — произнесла Гермиона.

— Какая бутылка рома? — ошарашенно спросил Рон. Гермиона картинно закатила глаза, а слизеринцы дружно рассмеялись.

— Которую я вчера еле у тебя отобрал, Уизли, — произнес Драко, беря Гарри за руку.— После того, как ты осушил её больше чем наполовину.

Рон бросил взгляд на Гарри, как бы безмолвно спрашивая: «Такое было?». Гарри ярко улыбнулся и еле уловимо кивнул.

— О, господи, — тихонько простонал Рональд, вызвав смех теперь уже у всей компании.

Рон бросил случайный взгляд вправо и встретился взглядом с идущим рядом Блейзом. С самого утра Забини вел себя довольно странно. Уселся за завтраком прямо напротив, как раз в тот момент, когда Рональд, ковыряя овсянку, усердно старался восстановить в памяти события вчерашнего вечера.

— Доброе утро, Солнышко. Как ты себя чувствуешь? — ярко улыбаясь, поинтересовался Блейз.

Рон на мгновение просто впал в ступор, стараясь понять не послышалось ли ему.

«Мерлин, помоги. Что я за пойло такое вчера пил, что у меня от него галлюцинации?» — билась полная паники мысль в голове, ведь не может же такого быть, чтобы Забини, с которым они за несколько месяцев едва ли перекинулись парой слов и то сквозь зубы, вдруг начал с Роном в открытую флиртовать?

Тео как-то странно кашлянул, будто стараясь привлечь к себе внимание. Рон схватился за бокал с тыквенным соком, полностью игнорируя Блейза.

— Ауч, Драко, какого ты пинаешься? — недовольно шикнул на сидящего рядом Малфоя Забини, а затем снова обратил всё своё внимание на пьющего сок Рона. — Солнышко, ау, ты меня слышишь? — продолжая улыбаться, он склонился слегка вперед, всматриваясь Рону в глаза, отчего сердце последнего пропустило удар, а сок резко пошел не в то горло. Рон подавился и громко закашлялся, а сидящие рядом Гарри, Драко и Тео продолжали спокойно завтракать, будто в том, что сказал Забини, не было ничего особенного. Гермиона же вообще увлеченно читала принесенный чуть ранее почтовой совой выпуск “Ежедневного Пророка”, кажется, не замечая ничего вокруг.

— Забини... спятил? — прохрипел Рон, продолжая кашлять и чувствуя, как к лицу приливает краска. Он бросил на похлопавшего его по спине Гарри благодарный взгляд.

— В смысле? — уточнил Блейз, непонятливо смотря в ответ.

— Какое я тебе, нахрен, Солнышко? Педи… — Рон чтобы не обидеть Гарри прикусил язык на полуслове. — Дружков своих будешь так называть!

Теперь, кажется, Блейз впал в ступор.

— Ладно, Блейз, ты выиграл, — послышался насмешливый голос Драко. Блейз перевел на друга растерянный взгляд, Рон сделал тоже самое. — Мы с Блейзом поспорили, сможет ли он обратиться к тебе каким-нибудь ласковым прозвищем, Уизли, — как ни в чем не бывало пояснил Драко, орудуя ножом и вилкой.

— Да, Блейзи, честно говоря, я думал, что ты проиграешь, — усмехнувшись, произнес Нотт, подключаясь к разговору. — Драко, гони ему десять галлеонов, а то у Уизли сейчас сердечный приступ от возмущения случится. У него и так похмелье и провалы в памяти.

Теодор бросил на Блейза выразительный взгляд, а Малфой, тяжело вздохнув, полез в карман брюк и протянул Блейзу монеты.

— Да уж, это же нужно было так напиться, чтобы не помнить половину вчерашнего вечера, Уизли, — попутно произнес он. — Всегда знал, что гриффиндорцы пить не умеют.

Блейз еще пару секунд продолжал молча смотреть то на Драко, то на Теодора, а затем принял деньги.

Рон нахмурился. Сердце странно ёкнуло, и почему-то вдруг стало немного обидно, не столько от подкола Малфоя, сколько из-за того, что он стал участником какого-то глупого спора.

— Ну и дебильные у вас споры, — раздраженно произнёс он.

— Ну какие есть, Уизли, — наконец обретя дар речи, произнес Блейз, продолжая сверлить его странным взглядом.

Эти же странные взгляды сопровождали Рона по дороге в Хогсмид, на платформе, пока они прощались с Джинни и вот сейчас опять, и Рональд никак не мог понять с чем это связано?

«Может у меня лицо грязное?» — проскочила мысль в голове, и Рон почувствовал страшную неловкость. — «Нет, Гарри и Герми бы мне сказали», — мысленно успокоил себя он.

Тогда какого дьявола Забини так на него пялится?! Что ж, есть лишь один способ это узнать.

— Забини, чего ты так на меня глазеешь всё утро? — хмуря брови, не выдержав, требовательно спросил Рон.

— Так ты вообще не помнишь ничего со вчерашнего вечера? — вдруг вопросом на вопрос ответил Блейз, засовывая руки в карманы пальто. — Совсем ничего?

Не ожидавший такого вопроса Рональд на мгновенье растерялся. Вообще-то, он помнил. Помнил, как этот чертов слизеринский ловелас Забини весь вечер зажигал со смотрящим ему в рот Смитом, помнил, как они играли в бильярд и явно флиртовали, и как его самого тошнило от отвращения, еще смутно, правда, но помнил, как, не выдержав пошлости этих двоих, послал Забини куда подальше. Точной формулировки вспомнить не удалось, но перекошенное от ярости лицо нависающего над ним Блейза и недовольную физиономию Смита Рон помнил замечательно.

«Кажется, было во вчерашнем вечере всё-таки что-то хорошее», — мысленно усмехнулся Рон и непонятно в какой раз за утро снова напряг память, возвращаясь к обрывкам вчерашних воспоминаний, которые больше сводились к ощущениям.

Темный коридор... Или это был класс… Чьи-то теплые пальцы, обнимающие его талию, и как от этих касаний бежали мурашки по коже. Мягкие губы на своей шее, которые целовали очень приятно, шелковистость чьих-то волос под своими пальцами и как чей-то язык уверенно, так, что захватывало дух, ласкал его собственный.

Черт возьми, Рон во что бы то ни стало должен срочно найти эту девушку! Вот только как это сделать? Вы случайно не в курсе, что за прекрасная нимфа с пухлыми губами и чувственными пальцами была вчера вместе с Роном?

— Ну… — Рон намеренно затянул паузу. — Я помню красивую девушку, у нее мягкие губы, она классно целуется и…

Нотт и Малфой переглянулись, а затем дружно фыркнули и разразились громким смехом. Таким громким, что очищающий крыльцо от снега хозяин “Сладкого королевства” мимо которого они сейчас проходили, наградил всю кампанию укоризненным взглядом. Гарри с Гермионой тоже негромко засмеялись, намного более сдержанней, чем их вторые половинки. А Забини, явно с трудом тоже подавляя смех, бросил на друзей странный взгляд.

— А почему ты так уверен, что это была девушка, Уизли? — немного отдышавшись, поинтересовался Тео. — Может это был парень.

— Нотт, думай, что говоришь! — раздраженно произнёс Рон, наградив Теодора злым взглядом и слегка буцая снег в его сторону. — Я тебе не пид… не гей, ясно? Я гетеросексуальный мужчина и мне нравятся нормальные девушки.

Рон умолк, опасаясь того, что его сейчас понесет, и он точно наговорит много того, что, возможно, обидит Гарри, о чем сам Рон потом будет жалеть. Но, похоже, никто не обиделся, Гарри смотрел на него снисходительно и продолжал слегка улыбаться, а Малфой, усмехнувшись, произнес:

— Ну да, мы в курсе, Уизли. Дай угадаю, тебе нравятся длинноногие кареглазые мулатки?

Это предположение Малфоя очень вписалось под приблизительный образ вчерашней нимфы, возникший в голове Рона, и показалось очень реалистичным. В памяти всплыла еще одна деталь: девушка определенно была высокая, возможно, она была на каблуках, но она точно была не ниже самого Рона, если не выше...

— Именно, — самодовольно произнес Уизли. — У вчерашней куколки были ноги от ушей и третий размер груди.

С губ Гарри и Драко одновременно слетел смешок. Блейз фыркнул.

— Скорее у неё имелся чл… — весело начал Нотт, но Рон так и не понял, что он хотел сказать, потому что Гермиона стукнула Тео по плечу, наградив укоризненным взглядом, после чего все трое слизеринцев снова разразились смехом.

— Ещё у неё были мягкие волосы, — продолжил Рон, не обращая внимание на уже красных от смеха Нотта с Малфоем.

Идущий рядом Забини, услышав это, как-то странно хохотнул, будто у него начиналась истерика.

— Что смешного, Забини? — раздраженно поинтересовался Рон. — То, что я предпочитаю девушек, тебя смешит? Хотя мои предпочтения намного более правильные, чем твои. И это я уже молчу о том, что у тебя даже на парней ужасный вкус. — Рон правда старался держать себя в руках, чтобы не задеть Гарри, но этот Забини с его дебильными смешками, от которых у Рона скручивался в узел желудок…

— Самокритично, — негромко произнес Драко, продолжая улыбаться. Тео снова рассмеялся. А Рон показательно скривился, он всегда знал, что у слизеринцев тупое чувство юмора, но чтобы настолько.

— А где эта грань? — спокойно поинтересовался Блейз, взглянув на Рона. — Кто, по-твоему, решает, как правильно жить и кого любить нормально, а кого нет?

— Есть четкие устои общества, Забини, — будто само собой разумеющейся произнес Рон, поправляя капюшон своей новенькой ярко красной куртки, а затем раздраженно добавил: — Хотя ты явно о них не слышал.

— Некоторые африканские племена считают правильным ходить голыми и приветствуют каннибализм. Так что мне теперь, тоже разгуливать ню и жарить человеческие мозги на завтрак? — Блейз с усмешкой вопросительно вскинул бровь, смотря на хмурого Рона, как на несмышлённого ребёнка.

— Незачем утрировать.

— Я не утрирую, просто выбираю быть счастливым, а не угождать всем вокруг, — парировал Блейз, замедляя шаг.

— Я никому не угождаю, ясно?! И ты хочешь сказать этот урод Смит делает тебя счастливым?! — злясь все больше, слегка повысил голос Рон, тоже останавливаясь. — Не смеши меня! Да он совсем тебе не подходит, вы даже не смотритесь вместе! — Рон осознал, что сказал, только когда понял, что взгляды всех в их странной компании устремлены прямо на него, а вокруг стоит полная тишина.

Мерлин, помоги, он что действительно сказал это вслух?

Блейз расправил плечи и, смотря в синие глаза, медленно сделал шаг вперёд, после чего произнес:

— Ну, во-первых, говоря про угодничество, я не имел в виду конкретно тебя. Я говорил о людях, которые скрывают и не признают свою ориентацию, боясь осуждения общества, а ты ведь себя к ним не относишь. Или всё-таки да? — Рон почувствовал, что стремительно краснеет под пронзительным взглядом карих глаз. А можно, пожалуйста, провалиться под землю от стыда прямо сейчас? — А во-вторых, если ты так уверен, что Захария мне не пара, то, может быть, ты знаешь кого-нибудь, кто подходит мне больше? — Блейз расслабленно сделал ещё один шаг вперед, оказываясь к Рону почти вплотную, и с мягкой улыбкой на губах продолжил: — Кого-нибудь, кто знает, какой мой любимый кофе, где я хочу работать, какие книги я читаю, что я люблю путешествовать, — не разрывая зрительного контакта, продолжал приводить примеры Блейз, лишь слегка склонился вперёд. Рональд почувствовал странное волнительное предвкушение, только предвкушение чего именно, он так и не понял. — Кого-нибудь, кто знает, что я не люблю фиолетовый цвет, и кто будет волноваться за меня, когда я расстроен… — произнес Блейз, ещё немного склоняясь вперед и неожиданно оказываясь очень близко, так близко, будто хотел...

— Да откуда мне это знать! — запально ответил красный как маков цвет Рон, почти отскакивая назад на несколько шагов. Стараясь из последних сил держать лицо и не думать о том, что губы Блейза Забини несколько секунд назад были всего в паре сантиметрах от его собственных. — Я же тебе не гей. Мне девушки нравятся!

Забини ничего не ответил, лишь тяжко вздохнул и посмотрел на Рона так, будто тот был самым недалёким человеком на свете и не понимал очевидных вещей.

— Народ, можем выпьем по сливочному пиву в “Трёх метлах”? — послышался голос Гарри. Он, явно стараясь разрядить атмосферу, указал кивком головы на паб, у которого они остановились.

— Я за, — тут же поддержала Гермиона. — Но я бы выпила горячий шоколад.