Глава 3 (1/2)

Глава 3

Так нельзя

Не знаю, когда я всё же заснула, прислушиваясь к едва слышным звукам, которые создавал Таньтай Цзынь, ходя по комнате и видимо расстилая свою постель. Может, когда его дыхание стало спокойным и ровным, как у крепко спящего человека?

Проснулась же я резко, как от толчка, из-за того, что видела в своём сне.

Я наблюдала словно со стороны, как мерным светом светится осколок Зеркала прошлого, паривший над Ли Сусу, зависшей в нитях массива света, активированного ее отцом и мастером Чжао Ю. Как падают члены секты Хэнъян, пронзенные силой арбалета Убийцы Богов. Как теряет сознание Чжао Ю, упуская из рук нити света, подпитывавшие этот массив, созданный для перемещения Ли Сусу в прошлое. Как не спеша заходит в зал Бог демонов, с интересом разглядывая, зависшую под потолком, бессмертную девушку. Как эта девушка кричит: громко, надрывно и отчаянно, а затем клянётся Богу демонов своей душой, что убьет его и наконец исчезает.

Бог демонов, наклонив голову набок, с лёгкой растерянностью в глазах, размышляет откуда та узнала его смертное имя и куда отправилась последняя выжившая из бессмертных сект.

Я знаю, что Ли Сусу отправилась в прошлое, на 500 лет назад, чтобы спасти четыре континента и три царства, предотвратив беду (а именно помешать Богу демонов воплотиться в смертном теле Таньтай Цзыня), уничтожив злую сущность и убив его пока он еще уязвим.

А затем вижу отдельными вспышками: мерцающий осколок Зеркала, который гаснет чуть раньше момента перемещения Ли Сусу; неуправляемую больше Чжао Ю светящуюся нить, направляющую душу; погасшую искорку света, недолетевшую до лба бессознательной Е Сиу, совсем немного.

В этот миг меня словно пронзило ярким отчаяньем этой гаснущей искорки насквозь, и я испугавшись проснулась с резким вздохом.

Успокоив дыхание, я потёрла лоб и задумалась было - «что это такое было?», но тут услышала тяжелое хриплое дыхание и, повернув голову на звук, поняла, что похоже лихорадки Таньтай Цзыню избежать не удалось.

С кровати я слезла и поежилась от прохлады, обжёгшей мои ступни. «Ну понятно отчего заболел: на таком полу спать, да после двух дней стояния на льду».

Эх, надо было настоять, чтобы на кровать лёг, но эту странность бы точно не поняли. Тем более в будущем такого всё равно не допустят, так нечего допускать и сейчас.

Так размышляла я, оставляя героя истории спать на полу. Уверяла себя, что, погревшись в ванной, выпив лекарство и избежав побоев, тот справится и всё обойдется.

- Не обошлось – вздохнула я печально, уже закутав Таньтая в свое одеяло и обтирая прохладной тряпкой его пот с лица и шеи. «На кровать мне его сейчас не затащить, слишком тяжело».

Опять звать Чунь Тао было как-то неловко, ночь глубокая, тем более отвар я еще с вечера попросила, но он видно не помог. Мало выпил?

Чтобы споить ему теплую жидкость, я подогрела оставшийся отвар с помощью углей в жаровне. Правда в процессе немного обожглась о металлическую крышку, ну да ничего, совсем чуть-чуть.

Промучилась с Цзынем я около двух часов, прежде чем он пришел в себя. Кинув ненужный больше компресс в таз с водой, я устало выдохнула и сказав:

- Спи – заползла на свою кровать, чтобы уже через несколько секунд отключиться.

Я уже не чувствовала, как Таньтай Цзынь немигающе смотрит на меня и непонимающе хмурится.

***

Он уже осознал, что лежит на своем тонком одеяле, прикрываясь её тёплым, заметил таз с водой рядом с ним и компресс, бывший недавно на его лбу, а также чашку из-под отвара с ложкой внутри, почувствовал вкус этого отвара на своих губах, увидел сдвинутую в сторону крышку одной из жаровен и стоявший рядом заварник с отваром. А когда решил вернуть одеяло хозяйке, заметил у нее на тыльной стороне руки небольшое красное пятно от ожога.

Связав всё это, он погрузился в глубокие раздумья и уже не заснул до самого рассвета. Он не понимал этих странностей, не мог принять факт того, что о нём заботились, а особенно то, кто именно это делал. Ответов на вопросы «почему» и «зачем» не находилось. Слишком сложно.

С первым лучом солнца, проникнувшим в комнату, он тихо собрал свою постель и собрался отправиться в библиотеку.

По пути к выходу, его взгляд упал на вчерашние закуски, предложенные ему и подумав с минуту он решил позавтракать. Кажется, эта еда не была отравлена, а ему понадобятся силы, чтобы разобраться что происходит и быть готовым к новым неожиданностям. Он уже предчувствовал перемены. К добру ли? Время покажет.

Переписывая свитки в библиотеке, он продолжал размышлять обо всём случившемся и ждал, когда прилетит его ворон, чтобы расспросить его.

***

Поздним утром я проснулась в комнате одна и Чунь Тао, будто почувствовав это, тут же зашла с тем, чтобы помочь мне умыться и собраться.

Мне, к слову, еще тогда, при просмотре фильма, показалось странным, что герои и спят в платьях, да при прическах, и по утру в том же самом виде выходят к завтраку.

В действительности, всё оказалось не так. Вчера-то я и правда в платье уснула. Пока с Таньтай Цзынем спорила, пока с лихорадкой его ночной боролась, совсем умоталась. Да и помня, что героиня фильма не заморачивалась с раздеванием, решила отложить этот вопрос до утра.

Утром же служанка помогла с приведением волос в божеский вид и платье предложила сменное. В общем, всё как у нормальных людей, со скидкой на эпоху.

Чунь Тао от разговора про храм как-то скользко ушла, заявив, что меня семья уже ждет в столовой и надо поторопиться на обед.

Следуя за ней, я волновалась как пройдет встреча с семьей Е. Да, я помнила, что Е Сиу никто не ругал и всё прошло относительно хорошо, но мало ли как тут будет, в моем случае. Поэтому я жутко нервничала и проговаривала про себя их имена, на случай, если понадобится обращаться.

Вообще, насколько я поняла из истории, основное внимание стоит уделить бабушке, которая являлась негласным главой и самым почтенным членом семьи. Кажется, она была принцессой или женой принца, надо бы уточнить потом как ее зовут.

Затем уважение следует выразить отцу, как второму по старшинству и важности. Генерал Е. Столп королевства Шэн. Что бы это не значило.

На брата-обормота по имени Е Цзеюй и сестру-тихоню Е Бинчань можно пока не особо обращать внимание, а уж на наложниц отца и подавно.

Хотя принести извинения Е Бинчань стоит, когда она придет. «Вот терпеть не могу за чужую вину просить прощение, но тут уж придется, не объяснять же всем, что я в теле их любимой внучки со вчерашнего вечера и поэтому ее прошлые делишки не моя ответственность».

Пока я осматривала всех сидевших за столом и приветствовала легкими поклонами (надеюсь я правильно это делаю), они смотрели на меня.

- Что на тебя нашло, Сиу? Иди сюда – сурово проговорила пожилая женщина в роскошных одеждах.

«Да уж, создается впечатление, что сейчас накажут, но вроде же не должны» – думала-надеялась я, присаживаясь на указанное мне место.

Схватив меня за руку, бабушка начала свою речь, отдаленно знакомую мне по фильму:

- О чём ты вообще думаешь, дорогая? Зима на дворе, а ты так легко одета. А если заболеешь? Вы посмотрите на нее – призвала всех за столом старушка оценить мой наряд – Я даже летом так не одеваюсь – покачала она головой и протянула – Бедняжка моя, у тебя в слугах одни неумёхи. Какой ужас.

Чунь Тао, почувствовав, что камень в ее огород, опустила глаза и закусила губу, но бабушка не стала никого карать, а продолжила:

- Запомни, Е Сиу, семья самая главная ценность, она всегда на твоей стороне. Вот, возьми – начала развязывать свой плащ с мехом бабушка и подоспевшая служанка тут же подскочила, чтобы помочь ей переложить его на мои плечи - Одевай, хоть в тепле посидишь, милая моя. Так же лучше, правда? – довольно заключила она и продолжила, повелев – Чунь Тао, принеси пару меховых мантий из моего гардероба. Подарю тебе, внучка, чтобы всегда в тепле ходила.

- Оу, бабушка, я бы тоже не отказался от нового теплого плаща – решил подсуетиться брат, пока тут дары раздают.

- Да? – приподняла бровь бабушка, взглянув на него и кивнула в сторону – Вон, отца своего попроси тогда.

- Отец, мне можно мантию с лисьим мехом? – умильно улыбаясь проговорил этот подлиза.

- И не мечтай – отрезал отец – Совсем стыд потерял, Цзеюй. Ты мой старший сын. Ты должен быть воином, как твой младший брат, закаляться в боях. Хотя бы усердно тренироваться как принц Линь. А ты что? С шайкой своей до сих пор болтаешься целыми днями, такими же бездельниками как ты. Посмотри на себя, на тебя же ни одна приличная столичная девушка не взглянет.

«Нда, какой сильный контраст в отношении» – подумала я про себя, глядя на понурившегося брата.

- Так, еда остывает, все ешьте – закончил он распекать сына.

- Милая, сядь с отцом – примирительно попросила бабушка, видно рассчитывающая на умиротворяющее действие для отца семейства от присутствия любимицы рядом.

Согласно кивнув, я пересела к суровому генералу Е и кивнув обронила:

- Отец.

- Сиу, попробуй вот – положил он мне кусочек какого-то кушанья в мою тарелку и мягко продолжил - Я знаю, ты в последнее время много расстраивалась и потому приказал приготовить твои любимые блюда. Мне передали, что ты вчера просила лекарство и плохо спала. Устала, наверное. Ешь, восполни силы.

А дальше началось. То отец, то его наложницы принялись накладывать мне разное, приговаривая:

- Ну же, доченька, давай, ешь.

- Вот это попробуй.

- Да, вкусно вышло.

- Это очень вкусное.

«Оказывается, быть любимицей семьи может быть неудобно и утомительно» – поняла я, через 15-20 минут всесторонней усиленной заботы. «А еще ведет к перееданию» – вздохнула я, чувствуя тяжесть в желудке, но мне неловко было отказывать этим людям и приходилось съедать то, что они настойчиво подкладывали с теплыми улыбками. Ну от наложниц, конечно, там в основном любезность была, но отец так смотрел, что язык не поворачивался обижать их, отвергая их подношения.

- Мне тут рассказали, что вся столица обсуждает, как наша Сиу столкнула в озеро Бинчань. Да что там столица, слухи и дальше разошлись. Даже в Цзине должно быть уже мусолят эту сплетню – покачала головой бабушка сокрушённо.

- Пусть болтают – отмахнулся от этого беспокойства отец – Словам, Сиу не ранить.

- А как же ее репутация? – подняла брови бабушка.

- Что сделано, то сделано – обозначил свою точку зрения генерал Е и продолжил - Тем более, дочь уже замужем.

«Это типа, зачем девушке хорошая репутация, если уже не надо бояться, что замуж не возьмут?» - размышляла я, ковыряясь в своей тарелке.

- Отец, а что ты до ее свадьбы говорил? – с усмешкой спросил Е Цзеюй, припоминая прежние оправдания поведения сестры - Мол, «она юна, пусть веселиться, вот выйдет замуж тогда и станет серьезной». И что в итоге? Ничего не изменилось.

- Замолкни – осадил своего сына отец - Молчи и ешь.

«Так, кажется настал момент проявить серьезность. Пусть начинают привыкать, что их дочь становится разумнее. Так и быть, отыграю за Ли Сусу еще одну сцену».

- Я много думала над своим поведением и поняла, что не стоило так себя вести. Я была излишне эмоциональна и не сдержанна – признала я очевидное и добавила - Я признаю свою вину и обязательно схожу к Бинчань и извинюсь.

- Матушка, ты это слышала – поражённо проговорил отец и с улыбкой заключил - Наша Сиу такая молодец и такая заботливая.

- Ну, а что такого? – ответила ему бабушка и с довольством добавила - Сиу всегда была умной и доброй девочкой. Моя внучка, сразу видно – хвалилась она.

«Когда это она была доброй, интересно?» - хмыкнула я, смотря из-под ресниц.

Так, кажется Цзеюя сейчас стошнит от приторности расточаемой любви ко мне. Да и меня что-то подташнивает. Переела.

А бабушка между тем продолжала говорить с заботой:

- Кстати, не стоит тебе ходить к Бинчань, а вдруг она еще не до конца поправилась, мы же не хотим, чтобы и ты заболела, заразившись от нее.

- Я… - начала было я возражать, но…

- Бабушка права – заметила подошедшая Е Бинчань, и я начала вставать, чтобы поприветствовать старшую поклоном – Сиу, тебе не нужно извиняться, мы же сестры. Какие между нами могут быть обиды? – скромно улыбалась эта девушка.

- Бабушка, простите меня – проговорила та, кланяясь старшей - Мне было нехорошо, и я не приветствовала Вас несколько дней. Вчера думала, что уже выздоровела, но, после раздачи еды нуждающимся, мне снова стало нехорошо.

Бабушка едва заметно кивнула девушке и со всей речи выделила главное для себя:

- Сиу, вот слышала, тебе не нужно извиняться. Бинчань, садись с Цзеюем – дала она разрешение той присоединиться к трапезе.

Бледный вид Е Бинчань, состояние ее здоровья, а также ее благие дела, кажется никого здесь не волновали. «Озлобишься тут с таким отношением» – вздохнула я про себя.

Конечно, я не забывала, что эта девушка, такая благонравная, скромная и добрая на вид, обладает не только нежной красотой и тихим характером, но и сильным желанием добиться уважения к себе, возвыситься, а тем, кто помешает ей в этом может и отомстить. И не так явно и громко, как Е Сиу, а молча, незаметно и изощренно. Достойно змеиной сути божественного прошлого и демонической сущности. «В тихом омуте черти водятся. Это про нее». Надо быть осторожнее с ней.

- Дорогая, иди отдыхай к себе – посоветовала мне бабушка, поднимаясь со своего места.

- Бабушка, я хотела сегодня сходить в храм, чтобы помолиться за здоровье Е Бинчань – сообщила я ей о своих планах, помня, что мне необходимо туда попасть, чтобы не рушить сюжет.

- Снова в храм? – удивилась бабушка и начала увещевать – Милая, Бинчань уже почти поправилась, не стоит тебе так переутомляться.

- Да и Линь там больше не появится в ближайшие дни – подколол Цзеюй, скрывая смех за рукавом.

- Меня не интересует принц Линь – проговорила я, без особой надежды, что поверят. И точно.

- Ага, как же – со смешком пробурчал себе под нос мой брат.

- Прекрати! Этими замечаниями ты только создаешь глупые сплетни – строго заметил ему отец.

- Да какие сплетни? – возмутился брат и воскликнул - Об ее преследованиях принца и так все знают.

- Из-за тебя, должно быть – фыркнул отец неодобрительно и заключил с назиданием - Ты портишь репутацию не только свой сестры, но и всего семейства Е.

- Я порчу? – с возмущением уточнил Цзеюй и покосился на меня.

- Ты, обормот – подтвердил отец невозмутимо и запретил продолжать эту тему.

Слушая эту перепалку, я хмурилась о своем, с нетерпением ожидая, когда встанет последний член семьи, чтобы тоже уйти (как младшей, мне полагалось ждать). Хотела бы я настоять на посещении храма, но Чунь Тао активно семафорила мне, чтобы я молчала. «Ладно, может Е Сиу тайно должна была туда пойти»?

С облегчением выдыхая, когда обед завершился и я смогла выйти на улицу, я нетерпеливо обратилась к Чунь Тао:

- Чунь Тао, во сколько мы должны были отправиться в храм и помолиться за здоровье Е Бинчань? Сейчас еще не поздно?

- Так…госпожа…Вы же уже вчера ходили – удивленно проговорила служанка и, прикрыв рот ладошкой, придушенно зашептала - Неужели Вы снова хотите с теми бандитами?.. Ой – будто спохватилась чему-то она и посмотрела на меня со страхом – Молчу-молчу, я ничего не помню!

- Стоп – остановила я ее панику и холодея уточнила - Ты хочешь сказать, что я вчера в храм ходила, а затем на нас напали разбойники – схватив ту за руку, я требовательно спросила - Я падала со склона потом, я потеряла память, ударившись головой?

Паника постепенно затмевала мои мысли, но я должна была выяснить, на самом ли деле прошло то событие или у меня еще есть шанс вернуться.