МГУ-Гадюкинский (1/2)

Через минуту послышался лязг металла, и ворота медленно отошли в сторону, открывая тёмный проём. Из него шагнула фигура — женщина в потёртой куртке, с короткими тёмными волосами и острым взглядом.

Алёна.

Она выглядела уставшей, под глазами залегли тени, но в её движениях сквозила уверенность. Увидев Георгия, она чуть прищурилась, а затем кивнула.

— Жора? Чёрт, ты всё-таки добрался, — сказала она, понизив голос. Её тон был смесью удивления и облегчения. — Я уж думала, тебя где-нибудь по реке прикончили.

Волин слабо улыбнулся, опуская оружие.

— Было близко пару раз. Но катер своё дело сделал. Ты давно тут?

— Дня два, — ответила она, отступая в сторону и жестом приглашая войти. — Добралась на автобусе, как Игорь сказал. Проверки были, но выкрутилась. Заходи, отец ждёт.

Путешественник шагнул внутрь, и ворота закрылись за ним с тяжёлым скрежетом. Туннель уходил вниз, освещённый тусклыми лампами, висящими на проводах. Стены из грубого бетона покрывали трещины, а воздух пах сыростью и машинным маслом. Алёна вела его молча, пока они не вышли в просторный зал — бывший склад, теперь превращённый в большую иноагентскую базу. Здесь стояли столы с оборудованием, ящики с припасами, а вдоль стен тянулись стеллажи с оружием и инструментами. Несколько человек — мужчины и женщины в потрёпанной одежде — работали над чем-то, переговариваясь вполголоса.

В центре зала стоял высокий мужчина с сединой в волосах и глубокими морщинами на лице. Илья Ванин, отец Алёны, выглядел старше, чем Георгий помнил его по МГУ, но глаза — живые, цепкие — выдавали прежнего учёного. На нём был старый свитер и рабочий фартук, а в руках он держал планшет с какими-то схемами. Увидев гостя, он отложил устройство и шагнул навстречу.

— Жорик из нашей родной 501-й, — произнёс Илья, протягивая руку. Его голос был низким, с лёгкой хрипотцой. — Игорь говорил, что ты жив, но я верил с трудом. Рад, что ошибся, дружище.

Жора пожал руку коллеги.

— Я тоже рад, Илюх. Дорога была та ещё, но вот он я. Что тут у вас?

Илья усмехнулся, оглядывая зал.

— Добро пожаловать в «МГУ-Гадюкинский». Наша маленькая крепость. Здесь мы держимся, планируем и, может быть, скоро перевернём этот чёртов мир. Садись, расскажу — и указал на жестом стул у одного из столов, заваленного чертежами, проводами и какими-то металлическими деталями.

Жорик сел, бросив ПП-90 рядом, а Алёна осталась стоять, скрестив руки и внимательно слушая. Илья взял планшет, пролистал несколько схем и повернул его к Георгию, показывая сложную диаграмму с линиями магнитных полей и пометками на полях.

— Вот наш план, Жора, — начал Илья, постукивая пальцем по экрану. — Кремль держит всех в узде не только силой, но и этой проклятой Z-энергией. Она питает дроны, экраны, всю их систему контроля. Ты видел зомби с телевизорами на головах — это не просто машины, это люди, чей разум подавлен Z-полем. Оно ломает волю, превращает их в марионеток, бормочущих лозунги. Для этих бедолаг всё кончено — дрон физически загоняет им провода в мозг. Нежить из киберпанка, который… до сих не знаю, чем мы заслужили. Но тех, кто просто попал в зону действия поля, еще можно спасти.

Георгий кивнул, вспоминая надпись в Марьино и рой дронов над рекой.

— Ясно. И как с этим бороться?

Илья выпрямился, в его глазах мелькнул азарт учёного, столкнувшегося с задачей всей жизни.

— Мы разрабатываем устройства, которые блокируют Z-поле в определённом радиусе. Небольшие генераторы помех, портативные, но мощные. Если отключить поле, люди выйдут из-под воздействия — их разум прояснится, они начнут видеть этот кошмар таким, какой он есть. А дальше… дальше они либо побегут, либо начнут драться. Нам нужно второе. Одновременно с этим останется без энергии вся их сраная инфраструктура — экраны погаснут, дроны отрубятся, а телеголовые наконец-то упокоятся с миром.

Он подошёл к стеллажу, вытащил оттуда металлический ящик и открыл его. Внутри лежал прототип — устройство размером с кирпич, с антенной и несколькими светодиодами на корпусе.

— Это пока сырой образец, — продолжил Илья. — Радиус действия — метров сто, не больше. Работает на батареях, но их хватает ненадолго. Нам нужно довести его до ума: увеличить радиус, стабилизировать сигнал, сделать автономнее. И тут нужен ты, Жора. Ты всегда был гением в электронике и полевой физике. Поможешь?

Георгий взял устройство в руки, повертел, изучая. Оно было тяжёлым, с грубыми сварными швами, но идея была понятна — создавать «мёртвую зону» для Z-поля при помощи встречного излучения.

— Принцип тот же, что у генератора помех в моём костюме? — спросил он, постукивая по антенне.

— Похожий, но мощнее, — кивнул Илья. — Твой костюм глушит связь дронов, а это должно вырубать само поле. Если мы сможем массово раздать такие штуки «нежелательным» и вывести людей из-под контроля, у нас появится шанс. Шаг за шагом — сначала Гадюкино, потом Тула, а там и до Москвы доберёмся.

Алёна подала голос, шагнув ближе:

— Проблема в том, что времени мало. Росгвардия знает про нас, они уже рыщут по области. Если не успеем, нас раздавят раньше, чем мы начнём.