Глава 23. Новый отсчет ротмистра Анты (1/2)
Система Глизе-433, планета Болхиа. Научно-производственное объединение «Сталинград-на-Болхиа». 27.02.2347 г.
Будто часы пробили начало суда живых и мертвых…Анта отползла от нее подальше, пока не уперлась спиной в ствол дерева.
- Не сидите на земле, - приказала Лиле. – Придатки застудить хотите?
- Да плевать на все! – выругалась Анта, вставая на ноги. – Дайте мне просто спокойно сдохнуть! Вам же всем будет лучше! Почему все так?! Вы же сами сказали, что больше ничего плохого не будет! Вы же сами проверяли меня ! Почему все так?! От меня отвернулись мои любимые подруги, мой любимый теперь ненавидит меня! Я лишилась даже чести! Мне людям в глаза смотреть совестно! Убейте уже меня! Хватит уже, закончим это шутовство! Можно я на вас нападу, и вы будете защищаться?
- Что же это за любимые подруги, которые так легко отвернулись? — легонько улыбнулась Лилия, протягивая Анте дружественную руку. — Что за любимый, который ненавидит из-за поклепа одной левой старухи? Кстати, это он вам сам сказал, что ненавидит, или вы сами додумали. А потом, чего вы ожидали за свои «подвиги» до войны? Путевку на курорты Венеры?! Это вряд ли… А то, что вам совестно, это очень хорошо! Это говорит о том, что вы не мразь, что вы человек. Оступившийся, заплутавший, измазавшийся в грязи, но человек. У человека главный орган, это не нога, а совесть. И, я надеюсь, что вы никогда не повторите того ужаса, который вы творили под влиянием нацистской зидоистской пропаганды!
- То есть, вы все знаете о происшествии в госпитале?! — изумилась несчастная Анта.
- Я вам больше скажу, - У Лилии в руках появилась салфетка, которой она аккуратно обмакнула потекшую тушь под глазами Анты. — И доктор Ирина все знала! И ваш «Са-Ша» все про вас знает давным-давно! Я их сама инструктировала. И они не нежные мимозы, они на Болхиа уже давно… И доктор Ирина, и Саша воевали с вашими, и мразей-людоедов Саша собственными руками на части рвал! За многочисленные случаи зверств и насилия против мирных женщин и детей в Амфмдо он там многих приговорил! А доктор Ирина была тяжело ранена при нападении ваших диверсантов. Они вовсе не наивные дурачки, они опытные, матерые бойцы! Да и у половины ваших соотечественников, что живут в восстановленных городах, руки по уши в крови. Что же тут повальный геноцид организовывать, или всех в лагеря отправлять?
— То есть Са-Ша все знал? Почему же он мне не сказал?! Почему он и Ирэнэ сейчас промолчали?! Почему не остановили моих … Моих недавних подруг?
- А вы кого-то слушали? Вы закатили истерику, схватили пожитки и бросились бежать в лес! Партизанить что ли собрались? А кто вас заставлял это делать?! Послали бы их куда подальше и сказали бы, что вас проверила ванарская тайная полиция, что она вам документ выдала, и все недовольные могут идти на тайскую гору Кху Ям. Вы вообще имеете право на своих подруг заявление написать за оскорбление действием, вы сейчас потерпевшая! А вы ударились в юродство, разрыдались, бежать куда-то бросились… Уж от вас, ситти ротмистр, я ожидала большего хладнокровия и здравомыслия!
Лилия уселась на камень, пригласив присесть рядом Анту. Так они и сидели, немного отвернувшись друг от друга, смотря в разные стороны, - Анта осмысливала произошедшее, а Лилия приводила в порядок директории и файлы.
А тем временем, уже стемнело, и между деревьев плавали светящиеся сферы-фонари. Анта закурила, бросив спичку на землю, но Лилия тут же отругала ее и заставила поднять мусор. Потом забрала у нее спичку и сожгла в своих пальцах до пепла. И строго предупредила, что один раз ей прощает, но в дальнейшем на открытом воздухе здесь курить нельзя. И вообще в Федерации очень строгое экологическое законодательство.
- Александр и Ирина Геннадьевна мне уже четверть часа наяривают по внутренней, спрашивают, куда вы убежали? — продолжила Лилия.
- Спасибо вам, ситти генерал, мне стало немного легче… - пришла в чувство бледная Анта. - Но все равно… Мне стыдно даже не за то, что я делала, - я уже сто раз осудила и казнила себя, - сказала Анта. — Мне стыдно перед теми, кто меня любил… и кого любила я… Мне было стыдно перед подругами, потому что они думали обо мне, что я — хороший человек. А я — просто убийца, палач… Вот уж не думала, что их суд будет таким безжалостным! Мы с ними столько лет… А теперь я для них умерла… И, представляете, мне сейчас стыдно перед ними за это! Стыдно за то, что я как бы умерла!
- Анта, вы меня пугаете, — бесстрастным голосом ответила Лилия. — Вы ведь взрослый, бывалый человек! Это НЕ ВЫ УМЕРЛИ ДЛЯ НИХ. Это они сделали все, ЧТОБЫ УМЕРЕТЬ ДЛЯ ВАС. Помните эту сморщенную старуху, которая изобличала вас?
- Это мой воплотившийся ночной кошмар, - вздохнула Анта. – Я всю жизнь боялась, что уцелели свидетели моих злодеяний!
- Этого боится каждый негодяй, - строго сказала Лилия. – Совершали преступления, так будьте готовы дать за них ответ! Вы осовбождены от уголовной ответственности только потому, что успешно прошли процедуру денацификации, причем проходили ее без жалости к себе, чуть свое собственное сердце не ухайдокали.
РекламаOTM
А та изобличительница из больницы, это не только воплотившийся кошмар, это еще и наш агент. Материлизованная голограмма.
- ЧТО?! — Болхианка вскочила с камня с такой силой, что практически вокруг своей оси развернулась. — Зачем?! Вы послали в больницу своего агента, чтобы очернить меня?! Чтобы подруги отказались от меня?! Чтобы разрушить мою жизнь?!
- Это была проверка… - ленивым голосом ответила Лилия. — Анта, вы взрослый человек, бывший военный, были комиссаром, даже немного имели касательство к вопросам контрразведки… Вы же не наивная школьница, чтобы не понимать, что люди, попадающие на нашу территорию, должны проходить многоуровневую фильтрацию. Мы должны знать не только их прошлое. Мы должны понимать их мораль, на что они способны, чего от них ждать… Цена ошибки может быть слишком высока. У нас тут женщины, дети, мирное население…Ваши, гуэннохоррские, прежде всего! Да и своих после событий сорок второго года хоронить не хочется. А у нас уже были случаи проникновения вражеских инфильтраторов на территории базы.
- Но вы ведь меня уже проверяли! — воскликнула Анта Чгао.
- А сегодняшняя проверка была и НЕ ДЛЯ ВАС, - парировала Лилия. — А для них… Да, для них, ваших подруженций! Очень хотелось знать, как они поступят со своим товарищем, которому обязаны жизнью…, если узнают о нем весьма нелицеприятные факты… И, надо сказать, поступили они по самому скверному сценарию.
- Я потому и выдавала себя за унтера-химика, что если кто-то узнал правду, меня бы просто убили! — пожаловалась Анта. — Что вы наделали?! Они же были моей семьей! У меня теперь никого не осталось!
- Очень бы не хотелось огорчать вас, Анта… - тихо, но уверенно сказала Лилия. - … Но семьи у вас никогда не было! Точнее, семьи в нашем понимании... Была группа сожительниц, объединенных общим бытом, и не более того. Я проанализировала ваши воспоминания из подземного убежища, показала их Системе, и мы пришли к выводу, что там никогда не было добросердечных отношений, как у родственников. Просто выживали вместе, просто скооперировались… Попытки, да, были… Но в вашей группе люди были, по большому счету, друг дружке по одному месту. Никто даже не подумал расследовать действия Яррвы по отравлению мальчиков, все спокойно свалили вину на повара. Никто не собирался бороться с тиранией Директрисы по отношению к Халакее, никто не собирался мешать ее разврату и издевательствам над этой дурочкой в свадебном платье. Что, не слышали вскрики, плач, шлепки из-за занавески? Слышали, но никто не вмешивался… Да, казалось бы, трудно требовать торжества воли и мужественности с десяти женщин, переживших ядерную войну, выживающих в подземных норах… И первое же серьезное испытание обнажило реальные отношения внутри вашей группы.
- Это не первый случай… Я слышала, что и в других убежищах бывших «спецов» и «драконов» не жалуют!
- Анта, да не будьте вы такой наивной, бесите уже! Ваши подружки не праведным гневом были одержимы, а просто накатали на вас донос, чтобы сохранить свои шкуры и свой новообретенный комфорт! Они могли послать эту старуху куда подальше, - мол, Анта наш товарищ, мы ей по гроб обязаны, и шабаш! Нет? Хорошо, они могли бы по-свойски в тесном кругу осудить, обругать вас, выгнать, да даже побить в конце концов! Но они избрали самый мерзкий сценарий по отношению к вам, - демонстративно черкануть доносик властям, вполне предполагая, что результатом этого будет ваш арест и возможно даже ваша смерть. А сами мгновенно открестились от вас. Кроме Халы, конечно… Хотите вернуть своих подруг? Я им сейчас скажу, что вас избрали новым Вождем Нации, и они перед вами на коленях ползать будут и мигом забудут про ваше темное прошлое! Они не знали, что вы прошли проверку и побоялись, что новая власть, которая ненавидит «бывших» зидоистских гвардейцев, обрушит свой гнев и на них из-за дружбы с вами. Послушайте этот фрагмент разговора:
Лилия подняла указательный палец, и Анта прямо здесь, в парке услышала голоса старухи-лжеузницы, Воспитательницы и Учительницы, приглушенные внешним шумом и посторонними голосами:
- … Вот что такое эта ваша Анта! Убийца она!
- О, Боги, что же теперь будет?! Поверить не могу! Наша Анта! Она же всегда была такая добрая, надежная…
- А ведь если об этом узнают ванарцы? Что с ней будет?
- Конец вашей Анте, без вариантов! Ванарцы таких, ой, как не любят! И я скажу ванарским властям! Пусть найдет ее заслуженная пуля, или что там у них!..
- А что теперь с нами будет? Ванарцы же могут потом и нас обвинить, что мы такие же?
- Нет, что такие же, не обвинят… А вот за укрывательство могут! Кто его знает, какие у них тут законы про друзей преступников. А мы же говорили их полицейским, что мы все, как сестры! Точно, конец нам теперь!
- А что с детьми будет?
- Детей ванарцы не тронут, это точно! А насчет вас, не знаю! Анте-то вашей точно конец, и слава богам! Вас, по идее, обвинить не должны… В полицию только таскать будут…
- Нужно поговорить с девочками! И самим обезопаситься! Если напишем на нее заявление и первыми разоблачим ее, - спасемся!
- Да, другого выхода нет… В конце концов, она сама виновата! Вот пусть она и отвечает!.. И скажем про нее Са-Ша! Он ее возненавидит и бросит!..
- … Вот с чего все завертелось, - сказала Лилия, глядя на Анту, которую трясло от нервов и переживаний.
- Боги, боги… Почему они так жестоки?! – покачала головой ошарашенная Анта. - Особенно Мира? Из-за моей любви с Са-Ша?
- Они самые умные из всех… Самые расчетливые… И они первые смекнули, что единственный выход — это вовремя предать вас в угоду новой власти… А Мира, как выясняется, еще и личные мотивы имела – нацелилась на Голованова. Очень опасная дамочка, такая и по головам пойдет! Вот только они не учли, что наша власть — это власть не одного партийного царька, или кучки его приближенных, это власть народа!
- И все согласились?
- Кроме, как ни парадоксально, самой глупой и ущербной девочки — Халакеи. У нее благодарность вам за спасение перевесила трезвый расчет. А чему вы удивляетесь, Анта?! — Лилия встала с камня, обошла болхианку и посмотрела ей в глаза. — Ваши власти десятилетиями истребляли неугодных и приучали оставшихся быть послушными винтиками! Десятилетиями приучали помалкивать в тряпочку и «стучать» друг на друга! Уже подсчитано, что за время правления Зидо граждане Империи написали друг на друга не менее пяти миллионов доносов. Донеси на ближнего своего, пока он не донес на тебя! Вот ваши товарки и прибегли к привычному способы самозащиты, когда вернулись к цивилизации, и над ними нависла угроза преследования со стороны властей. Тут даже я не возьмусь сказать, что это — личная подлость или заученный рефлекс выживания. А вы, Анта, когда-нибудь писали доносы? Я знаю, писали, один раз… Ну как, приятно, когда пишут на вас? Запомните это чувство! И больше так не делайте!
Анта что-то еще хотела сказать, но в этот момент в воздухе раздался тихий, но настойчивый, упорно нарастающий свист. За кронами деревьев Анта увидела плывущую по воздуху аэроплатформу, на которой теснились три человека. Двое мужчин и одна женщина. Нет, Один мужчина и двое женщин…
- Не торопясь спешат, shenymogithan - сказала Лилия, глядя на транспортное средство. – Куда провалились-то?! За водкой, что ли, летали? Тут человек уже вешаться собрался!
С аппарата на землю торопливо шагнули Халакея, Саша Голованов и сама грозная Ирина Иванникова с крастнокрестным чемоданчиком. Анта замерла на месте, будто покорно ожидала удара. И она не сразу почувствовала, как ее обнимают сразу две пары рук.
- И куда ты сбежала, глупая?! Совсем что ли без мозгов? – услышала болхианка откуда-то снаружи отдаленный голос Голованова. – Глупенькая ты моя девочка!
«Я глупенькая девочка! Он простил меня!» - расплакалась от счастья пятидесятилетняя бывшая карательница, прижимаясь к молодому мужскому торсу.
- Анта! Я пыталась их остановить! Они меня не слышали! – тараторила Невеста-Хала. – Я не с ними!
- Ты чего, мать, охренела, режим нарушать? – недовольно проворчала взъерошенная Иванникова. – Тебя кто-нибудь выписывал? Не ссы! Я этих дур так обматерила, и в бога, и в мать, и в святого духа, что они до сих пор нос в коридор показать боятся! А завтра выпишу их к хренам, и пусть хоть под забор катятся! Вот, Халочка только попросилась к тебе. Ха-ха, наверное, жалобу напишут на меня теперь Ганину, они писать-то мастера! Да и хрен с ними, в первый раз что ли?! Слышь, поржать хочешь? Я, грешная, случайно лекарство перепутала, и бабам твоим полуторную дозу слабительного захуячила! Вот у них там сейчас борьба за белый престол идет, как в сериале! Пускай, думаю, прочистятся!
- Я не понимаю вас! – Анта захлебывалась в слезах. – Я же враг! Почему вы обо мне так заботитесь?! Мы бы вас точно не пощадили!
- Не сомневаюсь! – ухмыльнулась Лилия. – Да кто ж вам даст-то?!
- Знаешь, Анта, окажись я ТАМ в то время, - я бы тебя своими руками задушила бы! – ласково и, одновременно, грозно сказала Иванникова. – Да только знаем мы, наказала тебя жизнь досыта, что и врагу не пожелаешь! Да и не твоя вина, по большому счету. Знаем, что ты и сама переживаешь, раскаиваешься… А нам, мать, один раскаявшийся грешник дороже ста праведников! И к старому не возвращайся, дура!
- Анта! – как обычно безэмоционально, бесстрастно сказала Маргалитадзе на чистом безупречном гуэннохорро. – Мы аналог вашего МИБа* и вы уже убедились в эффективности работы нашей организации. Но для нас важнее не покарать, а спасти человека, если есть такая возможность. Мы не стремимся в первую очередь применять карательные методы. Но в случае необходимости применяем их без колебаний, и, бывает, такие методы, что ваши следователи из Тайной Полиции рыдали бы от ужаса и звали мамочку!
Враждовать с нами очень невыгодно, а вот дружить – очень даже полезно! Держите!
- Что это? – Анта с немалым страхом приняла из ее рук коробочку, в которой … лежали новые серебристые погоны с тремя широкими насечками, погоны ротмистра первого класса имперской армии Гуэннохорро.
- Поздравляю с внеочередным званием, - флегматичным тоном сказала Лилия. – Я говорила с вашим Вождем нации. Он ждет вас с очень интересным предложением…
28 февраля 2347 года (по календарю Земли). Столица Имперского Союза Гуэннохорро, Дворец Правительства.
Монументальные, огромные, будто скалы, каменные прямоугольники правительственных дворцов, больше похожие на крепости, возвышались над окружающими кварталами, будто гранитные глыбы, пережившие целые геологические эпохи. Правительственный квартал строился еще в стародавние времена с солидным запасом прочности и устояли в море огня во время атомных ударов по столице. И лишь немногие из оставшихся землян-«стариков», служивших еще на «Заре-21» или на североамериканском объекте «Желтая крепость» помнили, какие баталии разворачивались в окрестностях этих зданий, а главное, - в подземных коммуникациях.
Сейчас три из четырех дворцов были восстановлены. Проникнуть сюда можно было только через несколько уровней блокпостов и контрольно-пропускных пунктов и только при наличии специальных пропусков. Имея пропуск в один корпус, пройти в другие было невозможно. Подступы к правительственным зданиям охраняли отряды правительственной гвардии с пулеметами и бронетехникой. На крышах постоянно дежурили снайперы.
Главными в комплексе зданий были три дворца: в одном размещались Центральный аппарат главы государства и Высший Имперский Совет, в другом Генеральный Штаб, в третьем - Совет Министров, совместно с Директоратом Партии Возрождения Отечества, заложенной еще Громаром, Ланом, Игренией и Калли. Из этой великой четверки отцов-основателей в живых до сих пор оставался лишь Зарон Игрения. Он же являлся Председателем партии, насчитывающей в настоящее время триста пятьдесят шесть действительных членов.
Над самыми высокими архитектурными доминантами реяли огромные черные флаги Имперского Союза.
Несмотря на все опасения землян, Вождь Нации Гуэннохорро принял Анту Чгао очень тепло. И даже лично поверил наличие новеньких погон на плечах отважной женщины. Анта предстала перед ним с новыми погонами, орденами, в своем мундире и серой шинели, которые вчера весь вечер чистила и приводила в порядок. Выправка бывалой женщины-ветерана вызвала бы одобрительную ухмылку у любого старого строевика и в благополучные времена, а сейчас она и вовсе выглядела образцово-показательной, хоть на плакат.
- Рад, рад знакомству! – Игрения пожал руку седой женщине, вытянувшейся перед ним по струнке. – Приятно приветствовать истинного патриота, который и спустя десятки лет сохранил верность Отечеству и Нации.
Вдоль стены выстроились по стойке смирно, заложив руки за спину, еще три офицера средних лет, наголо бритых, обожженных в боях, с милыми лицами, от выражения которых плакали бы в ужасе маленькие дети. Один из имперских воинов имел на плечах знаки отличия полковника второго класса, двое других – капитаны. У полковника-«два» черная повязка закрывает левый глаз. Все трое смотрят на Анту глазами голодных хищных рыбин со злостью и без проблесков интеллекта. И, - Анта обратила внимание, - и Вождь, и его приближенные офицеры одеты в полевую форму, берцы и береты вместо серых парадных кителей, фуражек и пилоток. Новое руководство, видимо, подчеркнуто чурается роскоши. Пока что…
- Служу Отечеству и Нации! – звонким эхом повторила Чгао, так, что Игрения даже поморщился, машинально схватившись за ухо.
- Да, старую строевую школу сразу видно! Эталон! И это не смотря на то, что у ситти Чгао осутствует одна нога! Значит, вы прибыли из региона Астеннохорро?
- Так есть, мой Вождь! – ответила ротмистр первого класса Чгао. – Готова доложить обстановку, насколько она была актуальна месяц назад.
В этот момент в приемной через открытую дверь постаралась просочиться белобрысая дама в такой же черной форме, с шевронами медицинской службы на рукаве. Это была главный врач больницы ротмистр медицинской службы Юли Соренелл, в прошлом Юлия Макухина, которую Анта видела пару раз. Увидев собрание столь теплой компании, она с извиняющимся лицом постаралась исчезнуть, но Игрения ее заметил. Анта также заметила, что при появлении Юли хищные рыбьи морды офицеров разгладились, и на них даже появилось подобие приветственной улыбки. Она раньше слышала, что молодая ротмистрша-врач популярна в войсках, теперь получила этому косвенное подтверждение.
- Ситти доктор, вы опять у меня пришли лекарства требовать? – заметил молодого, состроившего молящую физиономию, доктора Вождь Нации. – Бесполезно только время тратите, я вам их не рожу! Подайте заявку министру здравоохранения! А лучше позвоните своим друзьям-соплеменникам и потребуйте у них! Это, кстати, ваша прямая обязанность! Или… Подождите, сейчас попробую вам помочь! Ждите! Ситти Чгао, прошу за мной!
- И вообще, ситти доктор, здесь очередь! – заявил полковник у стены. Юли в ответ скорчила ему гримасу и скрылась за дверью. Но одноглазый полковник не оскорбился, а лишь по-отечески ухмыльнулся. Видимо, отважному молодому военврачу прощались такие пассажи.
Пригласив Анту в кабинет, где стоял стол, стул и старые, еще доядерные шкафы, флаг какого-то военного подразделения, которого Анта прежде никогда не видела.
- Должен сказать вам прямо, ситти ротмистр, вакансий в нашем аппарате у нас нет, - сразу же огорошил ее полковник Игрения. – А раздувать штаты в угоду даже вам, герою Нации мы не можем. Не те сейчас времена… Но! – подождите разочаровываться! Если бы все было так плачевно, вряд ли вас бы стал приглашать в столицу сам Вождь Нации. Я предлагаю вам, - и это оговорено с ванарским руководством, - должность полномочного представителя нашего штаба у ванарцев! Мне необходимо иметь своего представителя в ванарском городе, этом… Ста-лин-граде. Я не имею возможности посещать любое их совещание!
Из пояснения Игрении выходило, что Чгао становится лицом, глазами и ушами Империи Гуэннохорро в святая святых ванарцев. В ее обязанности будет входить присутствие на совещаниях землян, когда не может прибыть сам Вождь, сбор и передача информации о телодвижениях ванарской военной машины, о настроениях землян и их союзников-гуриассийцев, разрешение вопросов и споров между землянами и гуэннохорро, если таковые будут возникать. И раз в неделю (или по приказу в любой день) прибывать в Гуэннохорро для отчета. Иными словами, Чгао становилась как бы консулом Империи Гуэннохорро, только по военно-политическим делам. Анта НЕ ОБЯЗАНА решать проблемы сепаратистов из Амфидо и НЕ ДОЛЖНА подчиняться властям мятежной республики, но, вполне возможно, будет участвовать в осуществлении связи с Амфидо, если таковая понадобится. Подчиненные и помощники Анте не полагаются, но у нее будет паспорт полномочного представителя, что фактически приравнивает ее к заместителю имперского министра. Кроме полковника Игрении Анта также обязана подчиняться начальнику генерального штаба имперских войск. Им оказался тот самый суровый, бритый наголо одноглазый полковник, которого Игрения представил как Парнара Угео-Су. Также были оговорены специальные способы связи на крайний случай и способы передачи крайне важной информации, не терпящей промедления. Оказалось, что и у Вождя, и у начальника штаба имеются ванарские аппараты связи, при помощи которого можно позвонить хоть через десятки световых лет.
У Анты душа пела от радости. Особенно ее порадовало то, что она будет по-прежнему жить у ванарцев-землян, под боком у своего любимого Са-Ша. И что она погрузится, возможно, в самые интимные секреты ванарцев.
- И от себя позвольте поздравить вас и поблагодарить за верность нашему делу! – завершил инструктаж Игрения. – Ротмистр первого класса Чгао, вы награждаетесь Обсидиановым крестом Империи с черепами и стальной каймой!
- Служу Нации и Отчизне! – вскочила по стойке «смирно» Анта, после чего ее поздравили и Игрения, и Угео-Су.
- С новой недели можете приступить к своим обязанностям, - напутствовал ее Игрения. — Ванарцы должны предоставить вам рабочее место и средства связи. Сразу же вам мое первое задание — совместно с ротмистром медслужбы Юли Соронелл добиться у ванарцев предоставления медикаментов, которые они нам задолжали! Справедливости ради, нужно сказать, что родина ванарцев далеко отсюда, и они сами с опозданием получают даже свои товары. Но если мы не получим сырье для лекарств в ближайшее время, ротмистр Маку на меня проклятие напишет своим ванарским богам! С этой эксцентричной дамочки, внучки Адобо Громара, станется!