Глава 2. Легенды прошлого (2/2)

Она повернула голову и они целовались вкусно, а Олег играл рукой с ее нежными складочками и набухшим клитором. Пока она не выгнулась дугой, расплескав воду.

- Ого, Олежа, что это было? – выдохнула она. – Я что-то перестала понимать твою сексуальную ориентацию... И какую же ты хочешь награду за свои труды?

- Бля, да че там. Никакой награды, я ж говорил, просто для настроения.

- Нет уж. Моя очередь пальцами шалить. Поворачивайся, хочу сделать твоей жопке маленький вкусный массаж.

Олег и сам не понял, почему послушался. На него было не похоже – слушаться кого-либо. Возможно, он вспомнил эмоции от того приключения, когда его трахали в подземелье два злобных демона и он кончал всухую, истекая лишь слюной. А может, аура у Лизы была такая, что хотелось покоряться, кто знает. Но через десять минут невероятных сладких мук, ощущая в анусе нежные и настойчивые женские пальцы, он рыкнул и кончил, разбрызгивая жемчужные капли расслабленным членом.

- Согласен... – пробасил он, пытаясь восстановить сбитое дыхание.

- На что ты согласен, сладкий? – промурчала ему на ухо Лиза.

- Быть... твоим... песиком.

***

- Думаю, как тебя отблагодарить за спасение. А, Влад-малыш?

Владимир после тяжелого ночного сна в больнице под набором из обезболивающих смотрел на Серого из-под опухших век. Он поморгал, пытаясь вернуть себе трезвость ума.

- Будешь должен... Что у меня с ногой?

- Все хорошо: пуля прошла сквозь мягкие ткани, скоро все заживет. А ты молодец... Так как ты предпочитаешь провести запланированный нами День стояка?

- Отвянь, Серый. Я не настроен.

- У тебя нет выбора. Это раз. Я помогу тебе не только настроиться, но и забыть о раненой ноге. Это два. Так что? Хочешь остаться в городе, или, может, проведем вкусно время в загородном комплексе, чтобы никто не догадался, что ты позволил мне, мужику, вклиниться в твое невинное гомофобское пространство?

- Чтоб тебя... черти драли. Почему эта фраза звучит так пошло, ты придурок, никаких вклиниваться, понял? Окей, давай в загородном комплексе. Девочки будут?

- Нет, извини, брат, не для того я тебя на сутки приобретаю, чтоб с девочками делиться.

Владимир, лежа в больничной койке, чуть не захлебнулся слюной, приподнялся на локте, засверкал яростно глазами:

- Ты меня не приобретаешь, урод, даже и не думай о чем-либо, кроме... не знаю, о самой простой стандартной дрочке. Я тебя сразу предупреждаю, Серый, о моей жопе можешь даже не мечтать. Я и близко не гей.

- Не бойся, прямо сейчас я думаю о других твоих дырочках.

- Каких еще дырочках, извращенец? У тебя такой малогабаритный член, что ты мужиков в уши трахать можешь?

Серый наклонился к лицу Владимира очень близко, напоил воздух ароматом терпкого парфюма, напомнившего Владимиру запах дубовых бочек и лесного мха, и внимательно посмотрел Владу куда-то вглубь черепа через переносицу:

- Ну смотри, во-первых, я использую в сексе самые разные подручные средства. Лишь бы в кайф. Поэтому в ухо я тебя тоже могу трахнуть, если вдруг попросишь... Ты как, кончаешь, если тебя почти в мозг ебут? Второе, именно сегодня меня интересует отверстие, оставленное пулей. Меня заряжает мысль исследовать его пальцами, пока ты будешь корчиться и стонать. Тебе будет больно и сладко, а мне будет просто волшебно... Нужно будет только удержаться от того, чтобы не продырявить тебя еще раз, для симметрии.

- Пошел на хер, больной изврат, - прищурил глаза Владимир.

Серый выровнялся, посмотрел на Влада сверху вниз со своей коронной издевательской улыбкой:

- Не бойся, я пошутил, я предпочитаю тебя в не самом сломанном виде, почти целого. Кстати, Влад-малыш, нужно уточнить правила игры. Одно и то же желание загадывать повторно – мы разрешим или запретим?

- Запретим, конечно... неинтересно повторяться. А с тобой - так и опасно для члена. Или ты собрался меня двое суток взаперти со стояком держать? Не дождешься.

- Договорились, - сладко протянул пират и почесал сквозь рубашку грудь, блеснув перстнем из белого золота. – Насчет держать тебя еще сутки – нет, что ты. Повторяться это не мой метод, все только в пределах моей... безграничной фантазии. Что ж, отдыхай, а я уже пойду. Завтра я за тобой вернусь. Начнем нашу пляску длиной в сутки прямо с утреца, как считаешь?

- Свали уже, кретин. Хотя подожди, я хочу озвучить свое желание, - проговорил Владимир, откидываясь на подушки. Его одолевала слабость и головокружение от обезболивающих препаратов. Сергей приподнял брови. – Хочу, чтобы ты никогда и ни за что не прикасался ничем к моей заднице.

- Мммм, - Сергей устремил взгляд куда-то далеко за окно и почесал подбородок. Потом обратил на Владимира смеющийся взгляд цвета расплавленного серебра. – Не нравится мне твое желание, брат, меняю. Придется выполнять мне, так и не познаю твоего дружка... что ж. Ну пока. До завтра.

И он вышел, а помещение сразу стало тусклее и прохладнее.

Владимир натянул одеяло на голову и проговорил в пододеяльное пространство несколько отборных матов. Он явно лоханулся в забытьи обезбола. Ничего, свое следующее желание Владимир возьмет очень, очень большими деньгами.

***

Владимир чувствовал себя некомфортно. Его колотило, как в горячке: хорошо бы прилечь. Смешался отходняк от обезболивающих и снотворных, полученных в больнице, а также букет ощущений от того, что прямо сейчас в его брюках активно вибрировала какая-то злобная подстава от Серого. Влад чувствовал испарину пота на лбу и все время вглядывался в лица слушающих его людей, пытаясь понять, слышит ли кто-то это жужжание.

Владимир поправил пиджак, прикрывая пах, и продолжил вещать про финансовые показатели слияния компаний. Избегал взгляда своего ухмыляющегося врага, притаившегося в углу комнаты. На члене у Влада была примотана дребезжащая по нервам беспокойная хуйня, вибратор, пульт от которого был у Серого.

Так получилось, что провести весь день в загородном комплексе не удалось. Позвонил отец и сказал ехать на важную встречу – необходимо было объяснить инвесторам полезность слияния машиностроительного предприятия в собственности концерна и убыточного старого радиозавода. И, конечно, срочно: отец не терпел возражений, причиной не ехать могла быть разве что реанимация.

Эриксон Владимира зазвонил как раз в тот момент, когда они вдвоем с Сергеем вошли в номер отеля в загородном комплексе отдыха с бильярдом, баней на берегу озера, лодками для прогулок и уютным рестораном, спрятавшимся среди берез и голубых елей.

Над озером колыхались небольшие облака тумана.

- Мне нужно ехать на встречу, - хмуро произнес Влад, поблескивая больными глазами на бледном лице.

- Да? Что ж, так даже интереснее. Иди сюда, начнем игру и поедем. Засекай время... до завтра, - ухмыльнулся Серый. – Я сейчас прикреплю к тебе небольшую игрушку. Расстегни брюки, сними трусы... – Он вынул из кармана игрушку в форме полукольца. - И скажи, что любишь меня.

Влад одновременно поднял охуевшие глаза и молниеносно вскинул кулак, целясь в лицо «пирата». И попал в блок из предплечий. Руки врага прокрутились, и кулак Влада угодил в захват. Серый болезненно дернул заломленную кисть Владимира, выворачивая под опасным углом. Тот задержал дыхание, но не застонал.

- Я пошутил, мой Влад-малыш, что ты сразу так нервничаешь. Хочешь ко мне прикоснуться, но не знаешь как? Все постепенно, не спеши, – он снова заломил руку Владимира, и Влад со стоном зажмурился. Враг знал какой-то острый болевой прием: нервные окончания реагировали огнем.

- Отпусти, сука... Мне больно, кретин, ты мне руку сломаешь.

Серый еще усилил болезненный поворот заломленного сустава, и Владимир вскрикнул. Серый наклонился близко:

- Чертовщина, как ты меня заводишь своими криками и матами. Сил нет остановиться. Я уже мечтаю, как ты откажешься выполнять что-то из моих предложений, и я смогу основательно тобой заняться... Буду мучить тебя и возбуждать, чередуя боль и разрядку, и так буду играть с тобой, пока ты не начнешь путать боль и удовольствие.

- Отойди от меня, уебок, не то я своими предложениями из тебя все бабки вытрясу, пойдешь по свету дружить с бомжами, – прорычал Влад. Он имел неосторожность проговориться своему отцу, что планирует поехать за город на встречу с Серым. Получил скупое одобрение и недвузначный приказ «наладить хорошие отношения любыми способами». Конечно, отец не мог знать о гомосексуальных наклонностях Сергея. Для Игоря геи не существовали в природе. А если и существовали, то точно где-то исключительно в психушках. И все же теперь Владимир чувствовал себя в западне...

И вот сейчас он сидел в серо-зеленой уютной комнате переговоров и пытался серьезно говорить с инвесторами о прогнозных финансовых показателях, которые должны вырасти на сорок процентов, но четко ощущал, что от вибрации в штанах пока растет только угол поднятия его собственного члена. Минимум на тридцать процентов.

На кофе-брейк он, конечно, не вышел, оберегая поврежденную ногу от лишней нагрузки. Улыбнулся рассеянно людям, которые выходили на перекур, и блеснул с ненавистью взглядом на Сергея, оставшегося сидеть в комнате переговоров. Вибратор подозрительно затих.

Когда комната опустела, Серый медленно прошагал мимо, закрыл дверь изнутри на ключ, подошел и опустился рядом на стул, улыбаясь слегка и маринуя психику Влада в ароматах дубовой бочки до состояния выдержанного коньяка. Распахнул пиджак, доставая из внутреннего кармана пульт от вибратора, и расстегнул пуговицу своей кроваво-красной рубашки:

- А ты держишься молодцом... – проговорил сладко, поигрывая пультом в руках. – Хочешь в туалет? Помочь тебе сходить?

- Нет, блядь, сам бы справился, если б нужно было.

- Ну скажешь, если захочешь. А то хрен поссышь, если игрушка будет включена. Дай, проверю, выполняешь ли ты условия контракта, - и он положил руку на пах Влада, сжал, потер сквозь ткань штанов головку члена. – Дааа, выполняешь. Хорошо. Как настроение?

- Пошел ты...

- Отлично. Смотри, Влад-малыш, уточнение. Я ж не знаю твоих предоргазменных пределов, поэтому ты меня останавливай, если что. Кончить нельзя до восьми утра, если кончишь – ты проиграл, останешься без ногтя. Поэтому я могу ненароком довести тебя до краю, но твоя задача – предел не переступить, понял?

- Блядь, объясни мне, зачем ты это делаешь? Купи себе любого пацана и трахай его до рыгачки. Что ты ко мне приебался?

Серый наклонился так близко, что их губы оказались на расстоянии ладони:

- Хочу трахать до рыгачки именно тебя. Подожди, ты еще будешь меня об этом умолять, мой ты затянутый в броню гетеросексуал. Ты ж уже понял, что я обожаю ломать людей, правда? А ты мне кажешься крепким орешком. И я хочу сломать тебя так сладко, что ты и не заметишь, как станешь новой версией себя. Злобной и озабоченной. Зато я помогу тебе добиться всего: твои самые амбициозные планы станут реальностью.

- Возомнил себя богом, кретин?

- Скорее, я как любовник бога, Люцифер: без него бог был бы никем. Так что да, за реализацию твоей мечты я потребую свою плату. Расстегни брюки, я проверю, как вибратор держится. Раздвинь ноги. А, точно, у тебя ж ранена эта нога.

Сергей подвинул рукой колено Владимира к себе так, что его поврежденная нога оказалась между ног «пирата». Дотронулся до вибратора, обхватил член парня, рассматривая бледное лицо перед собой, и вдруг сжал коленями голень, забинтованную под брюками.

- Иаааах, блядь, - выдохнул со стоном Владимир. – Ты, уебищный клоун, прекрати уже. Мы так не договаривались: в твоем предложении шла речь о возбуждении. Никто не говорил, что ты сутки меня будешь пытать.

-Ой, тут ты прав. Извини, я увлекся. Ты уверен, что тебе не нравится? А почему член не падает?

- Он у меня мраморный. А теперь отвали и открой дверь, впусти людей, мне нужно закончить переговоры.

***

Виктор с Андреем пошли освежиться перед ужином в бассейн. Андрей выдохнул восторженно: купель выглядела как озеро где-нибудь в лесу. Неправильной формы, с выложенным камнями дном, маленькими водопадами на перепадах высот, бассейн был окружен буйной зеленью и соединен с природными горячими источниками. На одном краю ярким пятном – одинокий куст красных цветов со странными тонкими лепестками и множеством «усиков».

- Какой странный выбор декора... – протянул Вик. - Это же «Адский цветок» или «Цветок мертвых». Сажают обычно на кладбищах... Интересно, почему здесь. Любят своих клиентов?

- Адский цветок... хм... мне подходит такой декор, все нравится. Правда, удивляет, что только один куст. Сэкономили на садовнике? - Андрей вошел в теплую воду, устроился на камнях, раскинул руки и расплылся в блаженной улыбке.

- Японцы – минималисты и поклонники натуральности, – Вик тоже опустился в воду и улыбнулся, когда Андрей собственнически накрыл ногу Вика своей. – Самая популярная приправа в японской кухне почти не имеет вкуса, но подчеркивает вкус других продуктов. Знаешь, какую легенду рассказывают на первых уроках икебаны?

- Неа, расскажи.

- Двор одного мастера чайной церемонии славился очень красивыми хризантемами. И сам император решил полюбоваться цветами. Но когда император приехал, увидел, что все бутоны во дворе срезаны. Разозлился. А когда вошел в дом, удивленно вздохнул – хозяин дома выбросил все цветы, кроме одного, самого красивого, который оставил в виде икебаны для любования. Император долго смотрел на цветок и уехал счастливый.

- Красиво, - произнес Андрей, - мне тоже нравится минимализм. Слушай, Вик, о красоте. Скажи, как ты пришел к тому, чтобы быть доминантом?

- Почему ты спрашиваешь? Наверняка не обо мне сейчас хочешь узнать, а о себе, правда?

- Таки опасно встречаться с психологом.

- Отвечаю на твой незаданный вопрос – да, в тебе всего достаточно, чтобы доминировать. Лишь бы тебе это приносило удовольствие. Часто люди хотят верхнюю позицию, но боятся ответственности. Это как с лидерской позицией в жизни. Но мы уже знаем, что ты позволяешь себе не бояться, так что да, всего в тебе хватает.

- А что самое главное в качественном доминировании? Сила?

- Хребет, образно говоря. Если пока не чувствуешь себя достаточно сильным, притворяйся, пока им не станешь. Будь наглым: проговаривай уверенно все, что хочешь сделать и что делаешь – во-первых, это возбуждает, во-вторых, дает тебе возможность получить обратную связь от нижнего и ненароком его не убить. Следуй за своими желаниями: нижний хочет, чтобы ему дали новый опыт, когда не нужно ничего решать. Часто нижними становятся очень успешные в жизни люди, которым просто хочется отдохнуть от ответственности.

- Вот почему мой отец сказал, что иногда нужно отдаться в жестокие руки и ни о чем не думать.

- Да, скорее всего это тот случай. Плюс ты должен владеть собой и ситуацией. Хороший доминант, как по мне, следует завету де Сада: никогда не причиняй больше боли, чем сам хотел бы принять из чужих рук.

- Да, согласен. А ты прямо поклонник маркиза, да? Ну, мне тоже нравятся отдельные его мысли. Например, «я ценю наши отношения, потому что они основаны на чистом эгоизме, а такая связь длится вечно».

- Согласен, прекрасная цитата. Иди ко мне, мой эгоист, хочу прикусить твой сосок и посмотреть, с какой скоростью поднимется твой член. О, вот бля, стоило только сказать...

- Ох, да, твои обещания возбуждают меня не меньше действий. Какие у нас планы вообще на сегодня?

- Идем ужинать, есть всяких морских тварей и невозможные десерты, пить саке и наслаждаться игрой гейши на сямисэне. А потом идем в магазин кукол... – Виктор приблизился, сжал пальцами один сосок Андрея и прикусил второй.

- Кукол?.. – задыхаясь стоном, прикрыл глаза Андрей.

- Да, - Вик отстранился, - в Японии официально запрещена проституция. Но мы любим нарушать правила, правильно? Поэтому мы выберем себе живую куколку в специальном магазине и поиграем с ней. Вернее, она будет играть с тобой, а я буду тебя держать и любоваться процессом, так я решил.

- Ох, Вик, это звучит возбуждающе.

- Думаю, тебе понравится. Знаешь, почему из тебя получится хороший дом? Ты искренне умеешь наслаждаться ролью нижнего.