Глава 11 (2/2)

— То есть вы беззастенчиво читали мой разум, — Мия постучала ногтем по боку кружки, — и решили, что раз я хорошо к вам отношусь, значит, это наигранная ложь. Мистер Снейп, у вас проблемы с самооценкой?

Вот и привлекла его внимание. Идиотка.

— Беззастенчиво читал мысли. Люди, далекие от легилименции, обычно говорят так.

— О, так теперь у вас претензии к моему лексикону?

Снейп сжал губы в тонкую линию. Он выглядел так, будто был готов сражаться насмерть за свои убеждения.

— Ладно, — она подняла глаза к потолку. — Предположим, я тайный мастер-окклюмент. И что? Это тоже незаконно? Или у вас с этим какие-то проблемы?

— Нет, — процедил он. — Дело не в этом…

— С другой стороны, вы. Тот, кто, по всей видимости, совершенно не уважает чужую приватность и позволяет себе…

— Вы тоже скорее всего легилимент. Эти умения часто идут в комплекте.

Интересно, считал ли он, что она вытянула более удачный рецепт Зелья невидимости из его разума, чтобы понравиться Слизнорту? Слишком сложный план, но он мог прийти к такому выводу просто из неприязни.

— А почему не метаморфомаг? — Мия даже немного разозлилась. Не на его слова, ведь они были правдой, а больше на себя и свою «ловкость» в общении с ним. — Или, возможно, я провидица?

— Я не могу утверждать, что вы вмешивались в чьей-либо разум…

— Так, может, я не так и всемогуща?

Он смотрел на неё безотрывно, но все ещё не пытаясь влезть в голову. Мия отвечала тем же, но при всем этом все равно с каким-то мазохистским удовольствием наслаждалась его обществом. Сейчас у неё было полное право поразглядывать его подольше. Сравнить, представить.

Легилименция действительно мало походила на чтение мыслей, это было ближе к наблюдению за отражениями в зеркалах. Впрочем, в зависимости от уровня подготовки, зеркало в аналогии можно было смело заменять на мутную лужу. Подсматривающий не слышал внутренний монолог и вообще редко воспринимал какую-то четкую вербальную информацию. Так что сейчас Снейп смог бы в лучшем случае только почувствовать её раздражение и «увидеть» длинные черные волосы, убранные в хвост, вечно холодные руки, худобу и темно-карие непроглядные глаза. Так близко и так далеко.

«Он ещё слишком молод. Глупо ожидать от него тонкости и предусмотрительности. Таким он станет только через много лет, получив соответствующий опыт». Мия вздохнула, допила кофе одним большим глотком и очистила кружку заклинанием.

— Вы закончили? — она кивнула на фиал в его руках. — Со своим зельем.

— Нет.

— Так не теряйте время зря. Или хотите ещё и посуду помыть? — Мия закатала рукава и достала из кармана защитные перчатки — помимо склянок с ученическими зельями у неё лежала парочка «убитых» котлов.

Хотелось бы ей думать, что вот она, связь, которая сделает их ближе сейчас, поможет наладить отношения — ментальная магия. Ей достаточно подтвердить все подозрения Снейпа и сделать ему предложение, от которого он, без сомнений, не сможет отказаться. Даже без легилименции было очевидно, насколько он во всем этом заинтересован. Конечно, выдвигать себя в качестве альтернативы Воландеморту и его знаниям… Слабо-слабо. Сколько она сможет удерживать его внимание? До конца учебного года?

А вот он может рассказать кому не следует о своих подозрениях насчет её умений уже сейчас. И Пожиратели, если не сам Господин, заинтересуются ею ещё плотнее. Что если она все же попадет к ним в руки, и её решат допросить, что если это сделает сам Воландеморт… Своими ошибками и попустительством она делала Снейпа все опаснее и опаснее не только для себя самой, но и для всех них, для будущего. Если он использует информацию против неё и подтолкнет события к печальному исходу, выйдет ещё хуже, чем с пророчеством и Поттерами.

Все это было так абсурдно, что хотелось рассмеяться. Окклюменция выровняла эмоции до безжизненной пустыни, и Мия почти почувствовала легкость. Правда, воздух теперь пах кровью, а не кофе.

* * *

На публике они с директором общались настолько показательно доброжелательно, что она даже не могла понять, кто из них старается больше. Не то чтобы наедине они начали прямо конфликтовать, но Мию порядком выводило из себя его нежелание её слушать, и это начало опять постепенно просачиваться наружу. Его, очевидно, тоже утомляла её упертость. А если ей все же удавалось заставить Дамблдора внимать (громко сказано), он разносил в пух и прах все предложения.

— Но, сэр! Люди, на которых я укажу, действительно преступники.

— Это ещё нужно будет доказать.

— Энтузиазм Грюма можно направить в правильное русло.

Да, она сама говорила Аластору, что ему не стоит вмешиваться, но было очевидно, что он навряд ли отстанет, так почему бы не подкинуть ему пару косточек?

— И какие доказательства он сможет найти? — директор вновь общался с ней, как мудрый учитель с неразумным ребенком. Ну, это же был Дамблдор, что она ожидала. — Вы ведь знаете, что случается с теми, кто кричит про волков?

— Прищучить Абраксаса Малфоя просто так не выйдет, я все понимаю, но устроить внутреннее расследование относительно Августа Руквуда…

— Внутреннее расследование против невыразимца? — удивительно саркастично отозвался директор. — Вы настаиваете, что война войдет в острую фазу в восемьдесят первом году. Мадам Фицрой, вы уверены, что он уже состоит в рядах Пожирателей смерти? Насколько я смог понять по тем обрывкам информации, что вы предоставили мне, вы отнюдь не всеведущи, и ваши познания относятся по большей части ко времени гораздо более позднему.

Директор красноречиво смерил её взглядом поверх очков. Нет, уверена она не была.

— Позвольте мне помочь аврорату и Ордену Феникса хотя бы в мелочах, — предприняла последнюю попытку навязаться Мия.

— Разве вы сами не планировали ждать ключевого события, чтобы начать действовать?

— Я была вынуждена поступать так. Но с вами у меня куда больше возможностей.

— И все же они ограничены.

— Я могу помочь не только рассказывая секреты, но и оказывая прямое содействие.

— Я вас слушаю, — сдался Дамблдор.

Из-за всей этой необходимости сидеть смирно и помалкивать у неё действительно постепенно оформился совсем маленький, но все же план, как проявить чуть больше активности. Может, это не касалось крестражей и хитрых политических интриг, но в прошлой войне они пожертвовали всем и вся ради победы. Нужно же было компенсировать хоть как-то. К примеру, сварить пару полезных зелий.

Немало возникновению этих идей способствовала её работа, нынешняя и прошлая. Она знала, что в ближайшее время Дамокл Белби опубликует рецепт открытого им зелья Волчьего противоядия. Следила за его исследовательской деятельностью в журналах. И даже уже раздобыла часть ингредиентов, просто заказав чуть больше, чем было необходимо для нужд школы. Нашла в своих тайных записях рецептуру, сделала расчеты по лунному календарю, когда лучше будет приступить к работе…

Конечно, она немного лукавила. Её версия лекарства, точнее, версия Снейпа, уже была модифицирована и улучшена, относительно разработки Белби. Поэтому, хоть это было хорошо в плане эффективности, совершенно точно не должно было покинуть стены хогвартской лаборатории, по крайней мере не в ближайшие пару лет. Умалять заслуги Белби ей не хотелось бы. Как и заслуги Снейпа, она и так уже «украла» его вариант Зелья невидимости.

Мия задержалась у директора почти на час и, когда вышла, сразу же отправилась посылать весточку Филчу старшему, не откладывая дела в долгий ящик. Он все равно был на работе допоздна, так что можно было не переживать, что прилетевшая сова его разбудит. Аконит, являющийся сильнодействующим ядом, просто так купить было нельзя, так что пришлось просить Эрмия выполнить индивидуальный заказ, как и с теми зельями для Ордена. И платил за это, конечно, Дамблдор из своего кармана. С такой стороны её предложение сварить что-нибудь эдакое выглядело как-то неоднозначно, уж в этом плане зависеть от директора Мия точно не планировала, но так вышло. В конце концов, это было и в его интересах тоже — он сам привел в школу оборотня и организовал Орден.

Видимо, из-за всех этих посторонних переживаний заканчивая короткое и по-деловому содержательное письмо Эрмию, она зачем-то спросила уж не родственники ли они с Аргусом, стараясь отозваться о завхозе с уважением, но без излишней симпатии. Хотя Филчу старшему, конечно, не составит труда раскусить её неловкие попытки разнюхать информацию, вряд ли он поймет мотивы. Которые она и сама, если честно, не очень понимала. Ещё одна попытка «спасти» чью-то жизнь? Так Аргус, вроде, и без того неплохо, для сквиба, жил, хоть и погиб, как и многие, во время последней битвы.

Хотелось саму себя взять за плечи и хорошенько встряхнуть. Понятное дело, что её планы постоять в сторонке до поры до времени умерли вместе с Джагсоном, но что же теперь, бросаться во все тяжкие? Снейп и его подозрения, болтовня с Грюмом, диадема в Выручай-комнате, которую она все же нашла и, кривясь от отвращения, перепрятала там же, эти её свежие идеи помощи…

— Вы меня напугали, мистер Блэк, — нет, Мия заметила его, ещё пока спускалась с башни, просто хотела лишний раз показать, что она не рада его вниманию.

— Простите, мадам Фицрой, не думал, что тут кто-то есть, — он вышел из тёмной арки, будто пытался там спрятаться.

— Это же совятня, тут всегда кто-то есть, — фыркнула она.

— Уже поздно, — Блэк последовал за ней по коридору, как и много раз до. — Обычно письма отправляют с утра.

— Но вы здесь, опровергаете собственное же наблюдение.

— Простите? — кажется, он не ожидал, что она активно поддержит разговор.

— Если вы не поджидали меня, как безумный сталкер, а вы утверждаете обратное, значит, вы пришли сюда по своим причинам. Хотели отправить запоздалое послание?

Блэк, разрушая привычный образ чересчур дерзкого парня, ответил не сразу:

— Что-то вроде того.

— Передумали?

— С чего вы взяли?

— Совятня в другой стороне, — вновь усмехнулась Мия.

— Я просто провожаю вас.

— Я не заблужусь, мистер Блэк, — она затормозила перед очередной лестницей. — Один мой друг говорил, что лучше сделать и пожалеть, чем жалеть, что не сделал. Может, вам пригодится этот совет.

— А вы ему следуете? — он внимательно разглядывал её лицо.

— Да. Думаю, да, — раз уж она оказалась здесь, то можно утверждать это со всей уверенностью.

— И какие результаты?

— И так тяжело, и эдак, — Мия пожала плечами. — Но если сидеть и ждать у моря погоды, то ничего не изменится. А действуя получаешь возможность хотя бы что-то поменять. Возможно, в худшую сторону, но кто не рискует…

Ей показалось или она правда рефлексирует собственные разговоры с Дамблдором и все эти неразрешимые противоречия между желаниями, возможностями и боязнью последствий, поучая Блэка? Но хоть кого-то она могла убеждать в правильности своей точки зрения практически беспрепятственно.

— Это уже другой совет.

— Возможно, — Мия улыбнулась мягче.

Или ей просто все ещё катастрофически не хватало общения, раз уж она была готова пускаться в философские разговоры с Сириусом. Хотя, учитывая, что ей приходилось переживать и о чем умалчивать, неудивительно.

С Блэком они, слава Богу, быстро разошлись, и он действительно повернул назад, покидая её. Какая она, оказывается, убедительная. Может, настрочить ещё пару писем нужным людям с правильными вопросами и советами… чтобы её посчитали чокнутой и сдали директору?

Вместо этого, продолжая ловить неожиданную удачу с лояльностью Дамблдора за хвост, Мия отправилась в лабораторию, незамедлительно принявшись варить одно зелье из арсенала близнецов. Слизнорт сегодня как раз не стоял у неё над душой. Информации об этом составе тоже лучше было не покидать её рабочего места, но иметь пару пузырьков на всякий случай казалось ей хорошей идеей.

В какой-то момент к ней пришло осознание, насколько превратно Блэк мог истолковать её участие и слова. В самом деле, она прямо посоветовала ему добиваться желаемого, несмотря ни на что. А ведь он мог запросто решить, что их, прости, Господи, отношений это тоже касается. Но Сириус то ли не догадался, то ли не стал спешить и непосредственно в тот же день её больше не побеспокоил. Да и с утра у дверей покоев с цветами не стоял.