Над пропастью во лжи (2/2)
— Я соскучилась по сексу. А с учетом того, что через полтора месяца озвучат мой итоговый вердикт — важно поскорей заполнить некоторые пробелы.
Ирония, а вернее сказать усмешка судьбы — чтобы вновь обрести любимую женщину, он потерял другую, не менее важную. А его зыбкому счастью выделили пятьдесят два дня. Вероятно, поэтому он сокрушался по гибели Киры не так, как нужно. Было больно, но пока рядом Лэйн, организм и душа насыщались сильным анестетиком. Но вот когда не станет и Эрнест…
— И заполнять их ты планируешь со мной?
Хотелось как можно дольше вдыхать ноты миндального шампуня и особенные отзвуки аромата женского тела. Чтобы тот впитался в мозг и память. Чтобы его никогда не забывать.
— Не с тобой, а тобой. Мы же друг другу дали обещание, — дотронувшись до обнимающего предплечья, Лэйн интуитивно обвела набитый на нем орнамент двух японских иероглифов. В отличие от ее татуировки, у Дмитрия она символизировала вызов. Обществу, устоям, семье. — Я от своих слов не отказываюсь.
— Как и я, — встречный шепот и пара погрузилась в пятиминутное затишье.
3 года назад
Ллойд рвал и метал. Перевели хрен знает зачем на другое, непростительно пустяковое дело, завалили бумажной волокитой и в качестве премиального бонуса — закрыли дело Эрнест.
Ему изначально показалось подозрительным, что после того, как он выявил родственную связь между Спенсером Урилихом — главарем банды «Rox» и экс-мэром Нью-Йорка, его тут же командировали на Манхэттен. Судача об острой необходимости объединить усилия двух соседствующих бюро расследований в деле какой-то начинающей поп-дивы, Кокс, не отводя глаз от столешницы, протянул ему подписанный Приказ о переводе.
Чуя неладное, Ллойд доверил Кире разматывать следственный клубок по младшему Эрнест с ежедневным отчетом о достигнутых результатах.
Лэйн же о своем перераспределении он ничего не сказал. Даже из другого города было возможно выявлять необходимые факты гибели ее брата, а потому настропалять обстановку смысла не было.
Он докопается до истины. Вне всякого сомнения.
Вне всякого.
— Дьявол, — Кира подавленно окликнула напарника. Он выдерживал паузу уже около минуты, — ты ведь понимаешь, что мы подневольны в этом вопросе. Утром позвонил президент Бруклина и дал отмашку прикрывать лавочку. А ранее упраздненный регламент с десятью активными днями для расследования снова актуализировали. При том задним числом.
Сообщать Ллойду эту скотскую информацию по телефону Кадоган хотела меньше всего. Несмотря на то, что ее вины в официальном обнулении дела не было, капитан чувствовала себя паршиво. И ей было стыдно перед лицом товарища.
И если бы для нее он был просто товарищем…
— Дим …
— Ты сделала все, что надо, — ее мягко прервали и Кира закусила нижнюю губу. — То что произошло — этого следовало ожидать, еще когда мы вышли на Уирилиха, — через телефонную трубку было слышно, как Дмитрий что-то параллельно писал. — С Чарльзом я еще переговорю по этому поводу. И мисс Эрнест о данном факте сообщу лично.
«Фак!»
Мысленно чертыхнувшись, Кадоган неловко заелозила по креслу. И без того тесный кабинет стал еще меньше. И, кажется, кислород куда-то запропастился.
— Она уже все знает. Собственно, я потому и звоню. Лэйн вышла от нас несколько минут назад, и, как мне кажется, ее реакция могла быть намного хуже.
Очередная пауза.
— Она что-нибудь сказала? — абсолютно бесцветно.
«Фак! Фак! Фак!»
— Она уточнила, был ли ты согласен с закрытием этого дела.
— Что ответили?
Кира стушевалась:
— Скажем так, намекнули, что ты был против.
Раздался ироничный смешок, от которого Кадоган болезненно сощурилась:
— Прости. Как-то все это слишком дерьмово. Хоть вой от безнадеги, — сжав в руке картонный стаканчик, она, не прицеливаясь, запустила тот в урну.
Мимо.
— Ты когда возвращаешься? У Кокса уже нервный тик начинается. Особенно после разговора с Эрнест. Она, — стараясь подобрать нужное слово, Кадоган вымученно откинула голову на обшарпанную временем спинку кресла, — жуткая немного. Боже… Что я несу? Дим, обнадёжь чем-нибудь меня, иначе мозг совсем скиснет от уныния.
— Через два часа мой рейс. Завтра выхожу. Обнадежил?
Девушка довольно угукнула:
— Пончики на завтрак будешь? Бо лично стряпает.
В комнату отдыха зашел Кокс. Прислонившись боком к дверному косяку, он кивком головы уточнил результат переговоров с Ллойдом. Кира выставила большой палец вверх.
— О таком могла и не спрашивать, — приободряющая интонация Дмитрия подействовала на нее нужным образом.
Она облегченно выдохнула:
— Тогда до завтра?
— До завтра.
…
***
Дом на третьей улице ничем не выделялся. Типичная пятиэтажка с острой крышей. В Бруклине подобные жилые постройки называли «Колпачками». Красные, желтые, зеленые — целая россыпь колпачков. Словно кто-то просыпал драже «M&M’s».
Мисс Лэйн Эрнест проживала в синем колпачке. Квартира на последнем этаже с выходом на мансарду, французским балконом и с окнами на парк.
Окинув взглядом темное полотно безымянной двери, Дмитрий еще раз озарился вокруг. Квартира семьдесят семь, по его подсчетам должна была быть именно здесь. Заправив одну руку в карман брючины, он нажал на кнопку звонка. Классический английский перезвон, и Ллойд на короткое мгновение мысли унесли в прошлое. Когда-то и в его родовом поместье так о себе заявляли гости.
Прислушавшись и протянув руку для повторного звонка, он уловил по ту сторону какой-то шорох.
— Лэйн? — прочистив горло, Дмитрий сделала шаг назад, чтобы в глазок было лучше его видно. — Это детектив Ллойд.
Моментальный двойной щелчок и дверь бесшумно отворилась.
— Детектив?
Спасибо строгому воспитанию и легкому налету чопорности, благодаря которым у Ллойда не дрогнула ни одна мышца на лице.
Спасибо.
— Я думала, Вы прибудете несколько позже.
Белая футболка-оверсайз и… Все. Это единственное, во что была облачена Лэйн.
— Разуваться на коврике. Ванная — первая дверь справа.
Обыденно отчеканив, Эрнест последовала вглубь комнаты. Дмитрий тоже не стал задерживаться в подъезде. Шагнув в прихожую, он успел коснуться взглядом стройных ног девушки и подметить, что кроме заманчивых «танга» на ней более не было белья.
Судя по-всему хозяйку квартиры это не беспокоило.
Как и его.
Выполнив назидания и оставив натертые до блеска оксфорды на ворсистом половичке, Дмитрий завернул к нужной двери. Надо было отметить, квартира Эрнест полностью отражала свою хозяйку. Матовая плитка стального оттенка в ванной, беленый дуб в паркетной доске и внутренней отделке входной двери. Ничего лишнего. Исключительная стерильность, создающая иллюзию простоты.
Вымыв руки и отметив блеск смесителя, Ллойд покинул одну комнату и очутился в другой. Просторная гостевая и отделяемая от нее барной стойкой небольшая кухня. Неизменное цветовое предпочтение и достаточно уютная атмосфера.
Живая.
— Чай? — не отвлекаясь на гостя, девушка заправляла пузатый заварник кипятком.
— Да, пожалуйста, — понимая, что ему дают свободу выбора, куда можно присесть, детектив выбрал высокий барный стул.
— Не против небольшой контрабанды? — развернувшись вполоборота, Лэйн приподняла невзрачную банку и слегка помотала ею. — Уханьский. Доставили только вчера.
После знакомства с мисс Эрнест, Дмитрий про себя создал термин «Эрнест-эффект». Что-то вроде «отвага плюс слабоумие», но только в уважительном ключе.
— Оригинальный чай из этой провинции, насколько мне известно, вызывает галлюциногенный эффект, — обаятельно улыбнувшись, Ллойд подтянул кверху рукава водолазки. На сей раз взгляд Лэйн дольше нужного задержался на крепких, подернутых легким загаром предплечьях. Работа на палящем солнце Манхэттена дала свои плоды.
— В чае, как и везде, главное выдерживать нужные пропорции. Не волнуйтесь, детектив, я знаю, что Вы при исполнении.
Плавно передвигаясь по небольшому кухонному пространству, Лэйн достала фарфоровую чайную пару, большую кружку с надписью «Любимой сестре», высвободила из холодильника эклеры и, разместив стеклянный разнос с лакомством напротив Дмитрия, коротким взмахом руки нажала на кнопку включения кофемашины.
Шумный агрегат наполнил помещение жужжанием и кряхтением.
Ллойд молча наблюдал за тем, как хозяйничала девушка. Гармонично вписываясь в окружающий антураж, она в отличие от предыдущих их встреч выглядела более свободной и непринужденной. Впрочем, это вполне логично. Она ведь была на своей территории.
— Сахар не предлагаю, — наполнив одну чашку ароматным отваром, а другую кофе, Лэйн придвинула их к детективу и свободному возле него месту. — Эклеры с шоколадным кремом. Попробуйте.
Обогнув барную стойку, она заняла соседствующий стул. Рубашка вмиг стала короче, едва прикрывая хлопком линию промежности: — Я слушаю Вас.
Тонкие пальцы подтянули со стороны десертные блюдца.
— Лэйн, я хотел с Вами поговорить о деле, — Дмитрий задумчиво огладил шелковистую поверхность фарфора. — Отрицать не буду, все пошло не так, как я хотел. И то решение, что приняло руководство — отчасти моя ответственность.
Поднеся к себе чайную пару, он уловил приятные ноты жасмина. Слегка пригубив, Ллойд одобрительно вскинул брови:
— Расследование убийства Вашего брата замяли, но, даю слово, я лично отыщу убийцу и приложу усилия, чтобы тот понес наказание, — встретившись с изучающим взглядом девушки, Дмитрий со всей строгостью своего вида кивнул ей. — Считайте этот жест — делом принципа доводить все до конца.
Говоря о принципе, Ллойд не кривил душой. В коде его ДНК было прописано не бросать на полпути начатое. Дотошность и скрупулёзность, неуемное стремление докопаться до истины и жажда выявить важное зерно — это отличало лучшего сотрудника бруклинского бюро расследований от многих коллег. И это же способствовало его стремительному карьерному росту. Поговаривали, что Кокс на свое место начальника после выхода на пенсию планировал выдвинуть именно Ллойда. Но как известно, время покажет.
— Весьма лестно, что эту новость Вы решили сообщить в личном порядке, — выполнив глоток и слизнув с верхней губы след от напитка, Лэйн ухмыльнулась. — Словно просите таким образом у меня прощение.
Не разрывая зрительного контакта, она надкусила эклер. Но не осторожно, под страхом смазать помаду или испачкаться. Нет. Лэйн расправилась с десертом бесцеремонно, буквально заглотив тот в два присеста.
Будь вместо эклера отборный кусок вырезки, однозначно его настигла бы подобная участь.
И это будоражило.
Заинтересованность в мисс Эрнест росла в геометрической прогрессии. С самой первой минуты их знакомства Дмитрий ощущал непреодолимую тягу к ней. Ее проницательность и животный магнетизм — Ллойд словно встретил женскую версию самого себя.
— Я прекрасно понимаю с чем связано списывание дела моего брата в утиль, поэтому не Вас, не ваш отдел не виню. В целом такой исход меня даже не удивил, с учетом некоторых обстоятельств. Издревле известно, что подкрепленный зеленью статус сильней любого правосудия.
Приставив к губам край кружки, Лэйн исподлобья посмотрела на мужчину. — Могу в заключении лишь неудачно отшутиться в духе — авось повезет в следующий раз.
В подобном исполнении шутка показалась не такой уж и… шуткой.
— За статусом скрывается обычный человек, мисс Эрнест. А каждому человеку свойственно оступаться и допускать ошибки. Я найду за что уцепиться, Лэйн, и подберу нужную струну совести. Спенсер Уриллих, как и вся его банда понесут наказание. Разумеется, если они вправду причастны к гибели Ника.
Диалог прервался на дегустацию эклеров. Шоколадная начинка как нельзя лучше разбавила послевкусие от сказанного.
Погрузившись каждый в свои мысли, пара сосредоточенно уставилась в одну точку. Дмитрий в приставленную к кухонному фартуку картину с изображением серого фона и красной точкой по центру, а Лэйн на свою кружку, которую брат ей сделал в подтверждение того, что руки у него росли из того места.
Она любила его подначивать.
— Понесут наказание, — тихое жевание прервало вторение фразы. — Ровно в этом же меня заверил и Ваш начальник. Только его посыл был наполнен абстрактностью. Кто-то и когда-то покарает преступников.
Ллойд не удержался от хмыканья. Кокс всегда бросал эту фразу, когда чувствовал собственное бессилие.
— На каждое зло найдется свое зло, — довольно расплывшись в улыбке, Лэйн отсалютовала эклером. — Не так ли, детектив?
***
Полночь. Дмитрия вновь донимала бессонница. Неделя как он вернулся с Манхэттена и начал самостоятельно копать по делу Эрнест. Ему удалось выйти на одного из участников банды, которого видели ночью возле места преступления. В планах было приехать пораньше на рабочее место, чтобы к десяти освободить окно для проведывания некого Салли Монро. С ним на одном потоке учился Эрнест-младший.
Лениво обведя ручкой адрес прописки потенциального подозреваемого, Дмитрий вскинул в сторону руку. Условный рефлекс на входящий вызов рабочего телефона был его неотъемлемой частью.
— Ллойд, слушаю.
— Дмитрий, — хриплый голос Кокса ничего хорошего не предвещал. — Срочно в бюро. — Гудение факса на заднем фоне доходчиво дало понять, что начальство уже было на месте.
— Пятнадцать минут, — брюки оперативно подпоясались ремнем. — Что на сей раз?
Тяжелый вздох и чертыхание кого-то на заднем фоне. Судя по манере изречения — дежурного.
— К нам пришла посылка. Скажу сразу… Она весьма занятная.
С перевода на нормальный язык — не посылка, а полный пиздец.
— Поконкретней, — завуалированность шефа вопила об очередном геморрое.
— Заботливо упакованная в крафтовую бумагу и коробку отрубленная рука. С запиской.
На мгновение замерев, Ллойд бросил взгляд на выведенное имя участника банды, с которым планировал встретиться. Интуиция похлопала его по плечу.
«Дерьмо»
— «Этой рукой я убил Ника Эрнеста. Жду вашего правосудия», — уставший голос Чарльза сошел в полную апатию. — Ллойд, тебе имя Салли Монро знакомо?
Детектив бесшумно прыснул:
— Это его рука?
— Да. Во всяком случае так представился автор обращения.
Кажется, игра началась.