Глава 20: Искупление (1/2)

К большому удивлению Кориолана, встреча с доктором Волумнией Галл проходила не в жутковатой лаборатории, а в не менее удручающем кабинете старой ведьмы, один на один, с глазу на глаз, без скатов и угрей, лаборантов и прочей живности. Сноу примерил на себя маску непринужденности, заранее настраиваясь на будущую ложь, и зашёл внутрь. Тяжёлая дверь мгновенно захлопнулась за его спиной громким хлопком, заставляя поёжиться от резкого звука.

Когда Кориолан подступил достаточно близко, доктор Галл оторвалась от разложенных на столе бумаг и смерила подопечного укоризненным и плотоядным взглядом и кивнула на свободный стул перед собой.

— Предпочитаете, чтобы за Вами бегали, мистер Сноу? — с наигранным дружелюбием процедила старая ведьма сквозь зубы.

— Прошу прощения за задержку, профессор! Моей пожилой бабушке после выпуска новостей нездоровилось целое утро, поэтому я ни на минуту не мог ее оставить. А коммуникатор все это время лежал в другой комнате, и…

— Возможно, мне следует направить к тебе домой опытного специалиста, чтобы он обследовал госпожу Сноу и назначил соответствующее лечение? — как ловко и изящно старая ведьма подловила его на лукавстве!

— Благодарю за заботу и внимание, профессор, но не стоит — сейчас ей намного лучше, — лопатки неосознанно вжались в спинку стула.

— Не пойми меня превратно, Кориолан, я искренне желаю твоей бабушке здоровья и долгих лет жизни. Но если ты и впредь собираешься допускать подобные вольности и игнорировать непосредственную начальницу, можешь не мешкать и забрать свои вещички по окончании нашей встречи.

Сноу захотелось пристрелить старую каргу! Как смела она говорить с ним в столь пренебрежительном и презрительном тоне? Однако ему ничего не оставалось, кроме как проглотить оскорбление, пролепетав жалкие оправдания, и стыдливо склонить голову.

— Прошу прощения, профессор, больше не повторится, — клятвенно заверил он.

Волумния Галл уперлась локтями о столешницу и сложила отекшие и разбухшие пальцы в замок.

— Славно, ловлю на слове, — с долей коварства протянула она и резко сменила тему, уводя разговор в иное русло. — Ответь, Кориолан, зачем, по-твоему, я тебя пригласила?

Сноу передернуло, но он умело сохранял внешнее спокойствие и непоколебимость. Приглашение без возможности отказаться больше напоминает суровый приказ!

— Хотели обсудить предстоящие Голодные игры? — с некоторым сомнением предположил он.

— А ты видишь других распорядителей, чтобы мы обсуждали Игры? — язвительно воскликнула женщина, ритмично отстукивая подушечками пальцев какой-то мотив.

— Нет, профессор, — моментально стушевался он.

— Значит, твоя догадка ошибочна, — Галл медленно теряла остатки терпения. — Я вызвала тебя, чтобы сообщить о новом задании.

Сноу непонимающе вскинул брови, ожидая продолжения, однако сама идея ему уже ни капли не импонировала.

— Если ты действительно смотрел тот новостной выпуск, а не дрых у себя в койке, то прекрасно осведомлён, какую кашу умудрилась заварить малышка Дискордия, когда осталась без надзора! — интонации резали почти осязаемое напряжение, словно кусок кремового пирога.

Черт, только не это! Кориолан едва не заскулил от бессилия! Он до последнего надеялся, что вынужденный визит никак не связан с проделками Сол, но этим робким чаяниям было суждено расколоться на миллион осколков, которые болезненно впивались в его плоть подобно сотне отравленных иголок.

— Я действительно видел утренний выпуск, профессор, — пролепетал бледный, словно лист пергамента, Кориолан. — Но не понимаю, как это связано с моим новым заданием.

Старая ведьма явно ждала подобного ответа — ее стеклянные глаза хищно сверкнули и загорелись затаенной угрозой.

— Позволь пояснить, — воодушевленно предложила она, — ты разузнаешь, какие цели на самом деле преследовала Дискордия своим маленьким спектаклем, и доложишь мне.

Сноу ощутил резкий удар в солнечное сплетение и застыл. Концовка зловещей фразы потонула в оглушительном свисте, который существовал только в пределах его головы, но почему-то перекрывал все вокруг.

— Что? — неловко запнулся он. — Причем здесь Дискордия, профессор? — самым честным голосом выдавил Кориолан, чувствуя, как кровь стынет в жилах.

Поезд ушел — последний шанс на чистосердечное канул в лету. Теперь необходимо изображать искреннее удивление и долю смятения с утроенной силой. Да, лгать старой ведьме — затея рискованная и чреватая серьезными последствиями, но у него не осталось иного выбора. Тем более, если он не хочет лишиться ее доверия и протекции, Волумнии Галл не следует знать о том, что произошло у Дьюков, на кладбище и в ателье.

— Строишь из себя святую невинность или действительно до сих пор не подобрался к малышке Дискордии настолько близко? — с претензией отчитывала она. — Неужели мне одной известно о частых встречах с Вюргером и о компромате, украденном у растяпы Герца и нагло переданном прессе?

— Профессор… — он захлебнулся воздухом. — Клянусь, я впервые об этом слышу!

Кориолан врал, врал искусно, выдавливая из себя подлинное изумление, пока его сердце окончательно сбилось с привычного ритма, а тело сковывал животный страх. Он не понимал, зачем подставлялся и спасал девчонку, поступая, как настоящий безумец, добровольно прыгнувший в пасть к клыкастому льву.

— У меня припасена для тебя и другая история. Она наглядно продемонстрирует, что случается, когда отпрыски Герца Сола выходят из-под контроля.

— Я внимательно Вас слушаю, профессор, — Кориолан помрачнел и закинул ногу на ногу.

— Скажи, ты помнишь тот трагический случай на арене, произошедший три года назад? Тебя тогда «удачно» придавило плитой, вряд ли ты что-то позабыл, — съехидничала она и оскалилась.

— Конечно, я все помню, профессор, — уныло подтвердил Сноу. — Но почему Вы заговорили об этом сейчас?

— Одно время мы с покойным полковником Роджерсом предполагали, что именно Севир Сол имеет отношение к тому злосчастному инциденту.

Если бы Кориолан не сидел на стуле, он бы непременно упал навзничь и растянулся бездыханным трупом!

— Выглядишь удивлённым, — удовлетворенно заключила женщина. — Зато я ни капли не удивлена — Дискордия наверняка нарисовала тебе образ самого добродетельного человека на планете, а ты, не долго думая, поверил в эту сказочную чепуху. Но не суди ее строго: маленькая дурочка всегда смотрела на брата сквозь розовые очки, забывая, что он приходится Герцу родным сыном.

Кориолана парализовало — он настолько окаменел, сидя в объятиях кресла, что еле вытянул из себя подобие ответа.

— Почему Вы считаете Севира причастным к тому взрыву? Солы, насколько мне известно, не занимаются военным вооружением.

Волумния Галл мерзко причмокнула и снова продемонстрировала пожелтевшие зубы.

— Зато у них достаточно денег, чтобы приобрести по закрытым каналам все что угодно. Мы искали пропажу взрывчатки на складах, но ничего не обнаружили. Зато наши криминалисты подтвердили, что при взрыве использовалась какая-то устаревшая партия, подлежащая утилизации. Однако каким-то образом она всплыла на арене! Вот незадача, не правда ли?

Дышать становилось все тяжелее: диафрагма отказывалась подчиняться. На секунду показалось, что его опять придавило бетонной плитой, а легкие забивала удушающая пыль, мешающая сделать живительный вдох.

— Рискну предположить, это далеко не все, на чем основаны Ваши подозрения, профессор? — вопросительно просипел Сноу, желая поскорее разобраться в этой истории.

— К сожалению или счастью, решай сам, все улики носят исключительно косвенный характер. Однако я доверяю своей интуиции, — доктор Галл вальяжно раскинулась в кресле и отвернулась к окну. — Криминалисты тщательно изучили тот случай и пришли к выводу, что над взрывчаткой неплохо поработали и снабдили ее занятными модификациями. Например, добавили удалённую активацию. Кроме того, сам сценарий взрыва продумали до мелочей и не оставили никаких следов.

— Тогда как Вы пришли к заключению, что замешан Севир Сол? — аккуратно надавил Кориолан, развивая тему.

— Видишь ли, незадолго до своей смерти Севир снова во что-то ввязался, — с неохотой начала она. — Герц обнаружил крупную пропажу средств и обратился с просьбой проверить деятельность сынишки. Хотел напугать или проучить за непокорность — точно не знаю, да и не питала особого интереса к семейным разборкам. Намного позже я стала задумываться, не подозревал ли Севира сам Герц в истории с ареной? Что, если он беспокоился о возможности очередного представления и пробовал остановить сына?

Кориолан напрягал каждую извилину головного мозга и размышлял. Старая ведьма либо умалчивала о чем-то важном и значительном, либо сама оказалась лишена важнейших частей головоломки. Слишком много белых пятен, из-за которых история шита белыми нитками!

— Я согласилась помочь старине Герцу — наказать несносного мальчишку за дурной характер и отвратительные манеры мне хотелось уже давно, — со злобой цедила она. — Например, как-то Севир «по ошибке» сорвал ценный эксперимент и загубил несколько лет неустанных трудов ведущей научной группы! Я уже тогда подозревала, что это никакая не досадная случайность, а очередной удар в спину от мерзкого гаденыша, но снова просчиталась, оставив его на исследовательской должности.

Да, Герц Сол снова поразил Сноу: сдать родного сына и старшего наследника в лапы старой ведьмы способен только абсолютно невменяемый человек!

Одновременно Кориолан чувствовал столько яда и отравы в скрипучем голосе наставницы, что мечтал провалиться сквозь землю. Своей ложью в эту самую минуту он старательно наживал себе опасного врага в лице профессора и приближал свою кончину. И ради чего? Ради своей сомнительной напарницы, а по совместительству младшей сестры предателя, чуть не отправившего его на тот свет?

— Разрешите спросить, что случилось дальше?

Старая ведьма устало покачала головой и вновь посмотрела на подопечного.

— Допросить Севира о пропавших деньгах мы не успели — мерзавец скончался раньше. Поэтому и подозрения об участии в подготовке взрыва также остались только на уровне моих необъяснимых предчувствий. Но моя интуиция ни разу меня не подводила, Кориолан!

Следом повисла продолжительная пауза. Сноу с трудом верил своим ушам: если доктор Галл права, он действительно мог погибнуть по вине старшего брата Дискордии Сол! Черт, он бы убил подонка второй раз, если бы тот уже не сгнил в своей могиле! Ему сразу вспомнился короткий разговор с девчонкой в лесу, когда она вскользь упомянула тот инцидент. Выспрашивала, видит ли Сноу связь между трагедией на планолете и взрывом на арене, намекая, что в обоих случаях замешан кто-то из своих. Получается, Дискордия не имела ни малейшего понятия, что ее брат мог лично участвовать в организации теракта! Придется жестоко отомстить Севиру Солу, пусть и после его преждевременной кончины! А лучший способ сделать это — забрать его горячо любимую сестру и сделать Дискордию своей женщиной. Кориолан сдержал довольную улыбку: если бы старая ведьма умела читать мысли, он бы моментально превратился в покойника и поквитался с Севиром уже в загробном мире.

Неуместные размышления прервал раздражённый голос наставницы.

— Я рассказала тебе эту длинную историю неспроста: теперь ты займёшься этим делом и выяснишь недостающие детали.

Кориолан согласно кивнул и задал следующий вопрос:

— Что на самом деле произошло в той аварии? Я до сих пор не знаю подробностей, а пресса почти не давала комментариев по данному инциденту.

— Не могу точно сказать, — задумчиво отозвалась доктор Галл. — Либо Севир действительно куда-то спешил настолько, что не справился с управлением на скользкой дороге, либо кто-то добрался до него раньше нас и помог скрыться от правосудия в гробу. В первую версию верится слабовато, а вторая… Вторая наводит на определённые подозрения. Да и к чему мне распинаться: ты отлично знаком с единственной свидетельницей! Вытащи из неё информацию, если тебе так интересно.

— Она ненавидит вспоминать об аварии, — справедливо заметил Кориолан, мысленно возвращаясь к той вспышке раздражения в лесу.

— Я совсем не верю в ее выдуманную потерю памяти, на которой она упорно настаивает, если ты об этом. Но ни я, ни Роджерс не смогли вытянуть из неё ни словечка и потому давно оставили эту затею. Севир мёртв, а Дискордия слаба и не обладает его влиянием и незаурядными способностями.

О нет, разумеется, никакую память хитрая девчонка не теряла и нагло дурила доктора Галл, как и он сейчас! «Я же сидела в этой самой машине и все видела собственными глазами», — призналась Сол в лесу. Однако Кориолан ничем не выдал своего тайного знания и спросил:

— То есть Вам не известно… Куда исчезли те деньги? И причастен ли Севир к случаю на арене?

«И кто подстроил ту аварию?» — вертелось у Сноу на языке, но этим коварным вопросом он бы подставил свою маленькую мятежницу, а потому стоило держать язык за зубами.

— Нет, Кориолан, сколько бы я не искала ключа к разгадке, у меня до сих пор ни единой зацепки. Однако моих подозрений должно быть достаточно, чтобы ты насторожился, — Галл опасно прищурилась.

— А чем конкретно занимался Севир, когда работал на Вас? — неожиданно поинтересовался Кориолан.

— Ничего особенного, генная инженерия. Безобидная наука, сам знаешь.

Почему-то он предположил прямо противоположное, но воздержался от комментариев.

Лицо ведьмы Волумнии Галл приобрело странное мечтательное выражение, которое Кориолану доводилось видеть крайне и крайне редко.

— Ленц Сол разбил в своё время много женских сердец, в том числе и мое, пока мы учились медицине. Поэтому я и взяла Севира под своё крыло — надеялась, из него вырастет толковый парень, вроде тебя. Но вышло сплошное разочарование, — она вновь озлобилась. — Не смей так же разочаровать меня, Кориолан!

— Я сделаю все, чтобы оправдать Ваши ожидания, профессор. Но в чем конкретно состоит цель моего задания?

— Ты должен опровергнуть или подтвердить мои подозрения относительно Севира, Кориолан. Одновременно будешь присматривать за малышкой Дискордией и разузнаёшь о ее планах. Если она выйдет из-под контроля так же, как ее братец…

— Обещаю предотвратить это, профессор! — быстро выпалил Сноу и поерзал на своём стуле, — Но почему Вы предполагаете, что последует что-то еще?

— Одно я уяснила — если отпрыски Герца что-то затевают, это всегда не к добру.

Неужели старая ведьма не могла повлиять на Вюргера и выяснить все у него? Черт, Кориолан ужаснулся: если родной брат Дискордии был ублюдком-мятежником, то один черт знает, на что способна безумная девчонка с ее извращённой фантазией.

— Но причём здесь Дискордия Сол, профессор?

— Притом, Кориолан! По ее милости погибли два славных человека, которые были верны и преданы Капитолию! Теперь у власти Вюргер, которого контролирует сам дьявол, а с ним мне придётся работать с нуля. Пока я буду заниматься майором, ты подберешься к Дискордии. Проследишь, чтобы она не выкинула новых фокусов. Я уже проморгала Севира и не хочу ошибиться снова!

Сноу становилось душно и тошно, голова шла кругом, а к горлу подступала порция желчи: только сейчас он вспомнил, что не успел позавтракать и пропустил обед.

— Кориолан, — доктор Галл вновь приковала его внимание к себе. — Если я что-то упускаю, ты выяснишь, что именно, и немедленно доложишь мне! Станешь моими глазами и ушами, проследишь за каждым шагом Дискордии!

— При всем уважении, профессор, но почему именно я? Мне она не доверяет! — возмутился Кориолан.

— Значит, придётся как следует постараться! Начни с небольших шагов: используй красоту и обаяние, очаруй, влюби в себя… Не знаю, сделай, что угодно, только убереги меня от неприятных потрясений! — Волумния Галл хлопнула ладонью по столу и неодобрительно поморщилась, заканчивая спор.

Сноу сглотнул и опустил глаза. Он больше не мог выдерживать этот пропитанный отравой взгляд старой ведьмы, как бы ни старался.

— Только будь осторожнее, пытаясь раскусить Дискордию. У тебя острый ум, но она куда более изощрённая, чем ты думаешь.

— Что Вы хотите этим сказать?

— Ты лидер, Кориолан, как и твой покойный отец. Из тебя получится талантливый руководитель, который будет отдавать приказы, сидя в удобном кресле в окружении фамильных роз. А Дискордия напрочь лишена подобного навыка, будучи абсолютно неспособной вести за собой толпу людей. Зато она обладает пытливым стратегическим умом, позволяющим ей неизменно добиваться желаемого, действуя в одиночку. Если для тебя жизнь — это, прежде всего, постоянная борьба за власть, то для неё — шахматная партия.

Кориолану слабовато верилось в теорию старой ведьмы. По его мнению, Дискордия — образец абсолютно никчемного стратега. Какой успешный шахматист льёт слёзы по сражённым фигурам противника, как поступила она с Роджерсом и Грином?

Именно поэтому он должен вмешаться и держать девчонку подальше от новых приключений, происков доктора Галл и остальных опасностей. Не хватало ещё, чтобы она по глупости пошла по стопам братца и оказалась на виселице.

— В детстве она подкупила меня своей жалкой попыткой манипулировать. Когда я закончила осмотр и начала дискутировать с Летицией по поводу шансов на стабилизацию состояния после пересадки костного мозга, — быстро протараторила женщина. — Дискордия подошла ко мне и осторожно взяла за руку. Она заглянула мне в глаза и тихонько произнесла: «Вы боитесь неудачи, доктор? Поэтому не хотите мне помочь? Но без Вас я точно умру, поэтому, пожалуйста, попробуйте», — губы старой ведьмы растянулись в бесцветной улыбке.

— Профессор, я учту Ваши предостережения и обязательно справлюсь с поставленной задачей.

— Тогда ты свободен, иди и подготовься к предстоящему торжеству. Но помни мой приказ: следи за своей змейкой и будь предельно внимателен! Мы не можем допустить, чтобы из малышки Дискордии вырос второй Севир Сол!

— Я Вас понял, профессор, — заверил Кориолан и с тяжелым сердцем поплёлся к выходу.

Старая ведьма открыто раздаёт ему приказы. Кем она себя возомнила?! Рано или поздно с ней тоже придётся разобраться, чтобы не мешалась под ногами. Но пока ему предстоит стерпеть очередной тычок и сыграть по ее правилам. Сноу порадовался своему внутреннему протесту против старой карги: он не выдал Дискордию и ее жалкие планы мести.

Кориолан не позволит доктору Галл навредить девчонке — и пальцем не даст тронуть! Теперь, когда ему известна горькая правда о ее брате, он знает, что следить за девчонкой нужно еще пристальнее, глаз с нее не спускать, держать на расстоянии вытянутой руки! А ее вопиющая склонность к мятежу и девиации…

И как Сноу оказался в втянут в подобную ситуацию?! Теперь от девчонки не избавиться, даже если очень сильно захотеть: в его спину дышит доктор Галл и нетерпеливо ждёт результатов. Как же сильно он просчитался, когда загордился и не предложил Ливии Кардью стать напарниками в состязаниях!

Кориолан вышел наружу уставший, утомленный и с гудящей головой на плечах. Старая ведьма отлично умела вытягивать энергию из окружающих и подпитываться за счёт чужих жизненных сил. Что делать с ее приказами и «заданиями», он понятия не имел. А история про Севира добивала морально после всех злоключений этого дня. Зато теперь предельно ясно, откуда у девчонки взялись эти безумные идеи о правоте и невиновности мятежников и нетерпимость к Голодным играм! Чертов Севир Сол! Кориолан ненавидел повстанцев всем сердцем и теперь чувствовал себя загнанным в угол: отвращение к заклятым врагам мешалось с желанием защитить Дискордию, невзирая на преступную связь Севира с этими гнусными предателями.

Однако и без брата-мятежника Сол неизменно мешалась и отвлекала от дел первостепенной важности. Например, если бы не Дискордия, ожидающая его в ателье, он бы отправился на поиски информации о «Лиаме» и не терял бы драгоценное время впустую. Посетил бы архив Университета, где его хорошо знали сотрудники, и постарался бы отыскать в картотеке человека с нужным именем. Но вместо этого ему необходимо вернуть девчонку сумасшедшему папаше и…

«Увидимся на балу, Кориолан», — раздался в его голове певучий голос Дискордии. Сноу замер как вкопанный: почему она так сказала? Они договаривались по-другому: Сол обещала дождаться его возвращения, чтобы он отвез ее домой! Причём здесь «Увидимся на балу, Кориолан»? Неужели девчонка нагло сбежала и бросила ателье без присмотра?

Он судорожно нырнул рукой в карман и потянулся к ключам от автомобиля, ощущая лихорадочное волнение за мастерскую, но неожиданно наткнулся на какой-то посторонний предмет. Деревянными пальцами Сноу извлек из пиджака гладкую кругляшку и нахмурился. На его ладони красовалась темно-серая пуговица ювелирного образца, в центре которой вместо привычных отверстий виднелись тусклая лампочка и микродинамик.

Кориолан звучно выругался, вращая жучок в руках и рассматривая его со всех сторон.

— Что, Дискордия, уже не подслушиваешь? — процедил он в сторону блеклой лампочки. — Чертова лгунья, ты за это обязательно заплатишь!

Он швырнул «пуговицу» на асфальт и раздавил каблуком ботинка. Гребаная Дискордия Сол снова посмела его провести! И когда она только…

Сноу застонал от собственной глупости: «Принеси мне воды», «Хочу обнять перед уходом и поблагодарить»! Герц Сол оказался чертовски прав: наивный дурак Кориолан Сноу, бестолковый идиот Кориолан Сноу, снова попавший впросак из-за лживой девчонки!

Нет, нельзя бросать такую улику посреди улицы. Он достал из внутреннего кармана пиджака идеально выглаженный платок и аккуратно собрал остатки устройства, после чего прыгнул в автомобиль и поспешил в ателье.

Мысли носились в черепной коробке с бешеной скоростью. Конечно, никакой Дискордии Сол он точно не обнаружит — проклятая мятежница давно сбежала! Хотелось броситься за ней в погоню, поймать и свернуть шею. Или нет, сперва жестко трахнуть, а затем придушить собственными руками. Кориолан горько рассмеялся от нахлынувшего отчаяния — даже сейчас, когда Сол обдурила и его, и доктора Галл, он все ещё страстно желал близости с ней. Сомнений нет, точно приворожила, опоила зельем и околдовала чёрной магией!

На пороге ателье кузена встретила возмущенная Тигрис, которая раздраженно запирала входную дверь.

— Тигрис, что ты здесь делаешь? Где…

— Дискордия? — прервала серию вопросов раздраженная кузина. — Уехала полчаса назад.

— Но откуда ты здесь? — он не сдавался и пытался выяснить недостающие детали.

— Это все ещё мое ателье, Кориолан! — снисходительно отозвалась блондинка. —Действительно, что я здесь делаю?

— Ты знаешь, о чем я, — насупился Сноу.

— Дискордия связалась со мной по коммуникатору. Сообщила, что вы расстались здесь, и она ждала тебя, пока ты навещаешь доктора Галл. Однако ей срочно потребовалось уйти, а бросать ателье без присмотра она не решилась.

— Прости, кое-что произошло, поэтому я должен был ей помочь, — удрученно пояснил Сноу. — Твоя мастерская была единственным местом, куда я мог ее отвезти, чтобы успокоить и привести в чувства.

— Что между вами, Кориолан? — вопрос застал врасплох. — Что за странные уединения в закрытом ателье?

— Между нами ничего не было, клянусь! — он отрицательно замахал руками. — Дискордия сильно повздорила с отцом, и ей некуда было пойти. Я… — запнулся и сразу продолжил, — Предлагал поехать к нам, на Корсо, но она отказалась. Поэтому привёз ее сюда, только и всего!

— А вы, оказывается, друг друга стоите! — обреченно фыркнула кузина. — Мой дружеский совет: прежде чем лгать, придумайте общую легенду, — прохладно отчеканила и направилась в противоположную сторону.

— Тигрис, подожди, — окликнул Кориолан, — нам же в одном направлении! Поедем вместе, ты куда?

Очевидно, Дискордия рассказала что-то совершенно иное, и их «показания» кардинально разнились.

— Спасибо, но я предпочту добраться пешком. Мне нужно пройтись, подышать воздухом и освежиться.

Кориолан сделал несколько глубоких вдохов и шумных выдохов, стремясь успокоить разыгравшиеся нервы. Что ж, теперь, когда он зависим от доктора Галл и ее приказов, он не может броситься за Дискордией и заставить ее за все ответить. Придётся ждать бал и разговаривать с ней там. Кроме того, он упустил единственный шанс сдать девчонку старой ведьме, добросердечно прикинувшись дурачком.

Возможности отмотать эту встречу назад у него нет, а если он вернётся с новыми подробностями сейчас, Дискордия, в свою очередь, непременно расскажет про кладбище и упомянет его ложь! Кориолан покачал головой, смирившись с необходимостью тактического отступления, и отправился домой.

Три последующих дня пролетели незаметно — каждую свободную минуту Сноу проводил в размышлениях и тяжёлых раздумьях, систематизируя полученную информацию в попытке обнаружить недостающие детали. Требовалось поднять старые записи и протоколы, а ещё разговорить Дискордию. Казалось, он не отдыхал и по ночам, даже во снах стараясь разложить по полочкам историю Севира и докопаться до истины.

Злость немного поубавилась, рассудок — охладел, и Кориолан постепенно успокоился и остыл. Хотя сердце и продолжало томиться в сладостном предвкушении грядущей расправы над девчонкой.

В день долгожданного торжества Сноу не спалось с раннего утра. Он выполнил усложненную тренировку, второпях позавтракал и весь оставшийся день провел в кабинете отца, без перерыва перебирая толстые стопки бумаг с вариантами сценариев для церемонии открытия Тринадцатых Голодных игр. Он стремился погрузиться в работу и выкинуть из головы Дискордию Сол, однако сосредоточиться никак не получалось: третий день он не находил себе места и страдал от нестерпимого желания поскорее добраться до паршивой обманщицы и заставить ее за все расплатиться. Ответить за потенциального мятежника-брата, почти убившего Кориолана на арене, подкинутый жучок и очередную порцию лжи, на которую Сноу опрометчиво повелся в ателье. Как Дискордия могла так жестоко поступить с ним, когда ещё на кушетке сгорала от запретного влечения и изнемогала от каждого лёгкого прикосновения? Не говоря о том, что девчонка дважды открыто умоляла о поцелуе и раз за разом таяла в его объятиях, мечтая о продолжении.

Черт, эти бестолковые идиоты хотя бы перечитывают, что пишут? Откуда столько фактических ошибок? Хотелось отдать это произведение искусства на тщательное изучение доктору Галл: пусть полюбуется, сколько бесполезных болванов затесалось в ее штаб!

Кориолан перевернул страницу с очередным скучнейшим и абсолютно никчемным предложением одного из распорядителей, мысленно возвращаясь к Дискордии. Разве существуют другие причины, за исключением мести Севиру и истории с жучком, из-за которых проклятое лицо Сол не покидает его мыслей? Он отчаянно боролся с самим собой и отказывался признавать, что скучал по девчонке и мечтал поскорее ее увидеть, вне зависимости от подлых выходок.

В назначенное время Кориолан собрался и заехал за Ливией Кардью, неохотно согласившейся его сопровождать из-за какой-то размолвки с предыдущим партнером. Вместе они прибыли в кирпичное здание, выбранное администрацией Университета для проведения торжества. Оно представляло собой трёхуровневый многофункциональный центр, на первом этаже которого располагался дорогой и пафосный ресторан, на втором — просторная танцевальная зона с балконом и баром, а на третьем — гольф-клуб и элитный тренажёрный зал.

Мысли Кориолана были неспокойны, а настроение — далеко не самым воздушным. Когда он увидел Дискордию, плавно перемещающуюся по залу под ручку с Феликсом Равинстиллом, к горлу подступила тошнота: хотелось немедленно вырвать девчонку из чужих рук, но Сноу сглотнул, набрался терпения и принялся ждать.

Ливия Кардью выглядела великолепно: темно-зелёное платье выгодно подчёркивало цвет глаз, а изящные украшения без слов говорили о статусе и материальном положении своей обладательницы. Сам Кориолан не отставал от своей роскошной партнёрши и приковывал взгляды собравшихся идеальной осанкой и изысканным белоснежным костюмом. Вдоль лацканов пиджака простиралась аккуратная вышивка в виде переплетающихся бутонов роз, струящаяся от плеч до неглубоких карманов. Тигрис до сих пор вредничала и дулась, но все равно подобрала кузену особенный галстук со странным и необычным названием «лавальер». Он больше напоминал короткий и широкий шейный платок, нежели привычный мужской аксессуар.

Ранее Сноу непременно обратил бы внимание, хорошо ли они с Ливией смотрятся и получает ли их пара достаточно социального одобрения. Однако сегодня им с Кардью было друг на друга плевать: она пыталась проучить чересчур ревнивого Аврелия Гибсона, сына господина Кезона Гибсона и текущего ухажера, а Сноу ни на секунду не терял из поля зрения Дискордию Сол, весь вечер прожигая дыру в ее фигуре своим ледяным взглядом.

Если Кориолан облачился в белое, то Дискордия была с ног до головы в черном. От ее мрачного образа невольно перехватывало дух: кружевной корсет подчеркивал мягкие женские формы, а длинная гладкая юбка не позволяла броскому образу перейти грань с излишней откровенностью. В ее платье не было ничего вызывающего, однако Сноу с удовольствием бы прикрыл ее своим пиджаком от посторонних глаз — они не должны так смотреть на нее, никто не должен!

Дискордия распаляла неведомое пламя в груди Кориолана, впервые за долгое время заставляя его усомниться в выборе Кардью на роль первой леди Панема. Одна мысль о смене планов сковывала все его существо, наполняла волнением и вожделением, смешанными с тревогой и беспокойством. В конечном счете он не имел никакого права задумываться о таких вещах! Какая, к черту, первая леди из патологической лгуньи, соучастницы двух убийств и сестры потенциального мятежника, щедро награжденной природой отвратительным и своенравным характером? Но Сноу все равно раз за разом возвращался к этой идее, позволяя темным желаниям взять верх над разумом и рациональностью. Утешал себя ее огромным наследством в виде Третьего дистрикта, прибыльных предприятий и солидного медицинского центра, отказываясь признавать, что причина крылась далеко не в этом. Но обвинять Сноу мог только одного человека. Того, кто загнал самого себя в непроходимый лабиринт из прелестных роз и колючих шипов.

— Кориолан, ты вообще меня слушаешь?

Он растерянно взглянул на Ливию и утвердительно кивнул.

— Тогда повтори последнее, о чем я говорила!

— Ты рассказывала про… новые налоги на недвижимость? — неуверенно предположил Сноу.

— Это было полчаса назад! Конечно, когда тебе слушать — ты же глаз не сводишь с Дискордии Сол! Из-за тебя Аврелий давно догадался, что мы друг другу неинтересны!

Кориолан ничего не ответил и продолжал машинально двигаться под музыку. Когда танец закончился, Ливия слегка толкнула его в грудь и фыркнула.

— Знаешь, пойду поищу партнера повнимательнее. Хорошего вечера, Сноу.

Как же все надоело! Не терпелось поскорее закончить этот паршивый спектакль! Кориолан старался сохранять спокойствие и ничем не выдавать кипящее внутри раздражение. От одного вида улыбающейся Дискордии его накрывало волной гнева: как смеет эта подлая лгунья и сестра предателя безмятежно смеяться и игнорировать его после всего, что натворила? Хотелось схватить Дискордию за шею и придушить на глазах у всех, заставляя расплатиться за грехи.

Сноу опрометчиво ожидал, что девчонка кинется к его ногам и начнёт слёзно молить о прощении. Но вместо этого Сол в своей непревзойденной манере бегала от бывшего напарника по всему залу, издалека бросала в его сторону опасливые взгляды, пряталась и скрывалась за широкими спинами однокурсников и однокурсниц. Девчонка точно издевалась!

Но Кориолан не мог не отметить: ее поведение только добавляло необходимую перчинку и делало охоту на «солнце» ещё более захватывающей и увлекательной. Наверное, если он не разорвёт ее на месте, когда поймает, это станет успешным завершением вечера.

Сноу подошел к столику с напитками и подцепил высокий фужер с шампанским, вновь находя Дискордию. Девушка воодушевлённо переговаривалась с Персефоной, пока Феликс и Ариес были увлечены пылкой и эмоциональной беседой. На мгновение глаза напарников встретились, и Кориолан ощутил мощный разряд электрического тока, пробивший тело крупной судорогой. Видимо, Дискордия тоже что-то почувствовала, отчего прикусила губу и совсем позабыла про щебечущую рядом Прайс. Черт, он больше не способен выносить эту мучительную пытку!

Элегантной походкой Кориолан приблизился к группе студентов и мелодично обратился к Равинстиллу.

— Феликс, могу я украсть твою партнёршу на время следующего танца?

— Вообще-то мы с Феликсом… — дрожащим голосом начала Дискордия, но ее сразу же оборвал Равинстилл.

— Да-да, Кориолан. Я все равно пока занят спором с этим занудой!

Таран раздул щеки и крепче обнял Персефону за талию.

— О чем спор? — без особого энтузиазма поинтересовался Сноу, не сводя пронизывающего до костей взгляда с Дискордии.

Девчонка тряслась, как лепесток на ветру, от одного его присутствия, что крайне забавляло.

— Я уже четверть часа пытаюсь доказать, что будущее за электромобилями, а бензин как топливо скоро останется в прошлом!

О, кто бы только знал, как сильно Кориолану было плевать на идиота Равинстилла, тупицу Олсена и каннибалку Прайс! Пусть все катятся к черту и остальных с собой прихватят!

Единственное, что имело значение, — это нескрываемый страх Дискордии Сол, ее участившееся дыхание и широко распахнутые глаза. Как же она боялась грядущей расплаты за грехи!

— Этого не случится, Феликс. Нефть — современное золото! Уголь и альтернативное топливо — ничто в сравнении с нефтью!

— Ты так говоришь только из-за родительского бизнеса. Кориолан, скажи ему!

— Думаю, джентльмены, время рассудит вас куда лучше меня, — уклончиво отозвался Сноу и взял застывшую Дискордию под руку. — Прошу нас извинить.

Легкие и понимающие кивки однокурсников, и они с Сол плавно двинулись по периметру зала. Дискордия, подобно восковой фигуре, еле-еле переплетала своими ножками, на которых, по-видимому, болталась пара свинцовых гирь.

Оказавшись в отдалении от подмоги в виде своих товарищей, девушка остановилась у свободного столика и моментально выдернула руку. Она тщательно анализировала лицо напарника притворно уверенным в себе взглядом, за которым скрывалась подступающая паника.

— Кориолан, я…

Сноу не позволил договорить и решительно провел правой ладонью вниз по ее спине, скользнул от лопаток к пояснице, останавливаясь в непозволительной близости от ягодиц и бёдер, а после нахально притянул к себе. Держал так, как держат любовники, а не партнеры по студенческим танцам, наглядно демонстрировал каждому присутствующему свои притязания.

Кориолан пристально следил за Равинстиллом в течение всего вечера: если бы тот позволил себе крупицу подобного отношения к его девчонке, бестолковый родственник президента давно остался бы без обеих рук, а, возможно, и без головы.

— Боишься меня, маленькая наглая лгунья?

Он медленно поглаживал ее своей большой ладонью через тонкую ткань платья, наслаждаясь абсолютной вседозволенностью. Забрал, как и обещал, — и куда подевалось ее хваленое сопротивление?

— С чего ты взял, что я тебя боюсь, Кориолан?

— Что ж, предлагаю подумать вместе: весь вечер пряталась, лишая Феликса возможности потанцевать, а сейчас, оказавшись в моих руках, дрожишь и места себе не находишь. Знаешь, что серьезно провинилась и скоро встретишься с наказанием, — он сделал небольшую паузу, всматриваясь в ее перекошенное лицо.

От последней части предложения Дискордия порывисто втянула воздух в лёгкие и чуть откинула голову, быстро находя его глаза своими. Что это? Неужели вызов?

— Скажешь что-нибудь в своё оправдание, пока есть возможность?

Сноу вел себя, как охотник, поймавший дивную добычу в железный капкан. Ее страх только усиливал желание поиграться и как следует помучить свою жертву.

— Мне нужно было знать, о чем конкретно известно доктору Галл.

— А если бы меня обыскали и нашли чертов жучок? Ты об этом подумала своей глупой головой? — процедил Сноу, оставляя болезненный щипок на ее талии.

Она вздрогнула, но продолжила стоять смирно, изображая умиротворение.

— Брось, ты уже давно примелькался в лаборатории — я была уверена, что тебя не станут досматривать. Да и куда этим недотепам: им никогда не различить в обыкновенной пуговице скрытый жучок! Это ты у нас поразительно умный!

Комплиментами спасается? Бедная девчонка, совсем отчаялась! Он еще сильнее ущипнул ее и облизал пересохшие губы.

— Дело даже не в жучке, Дискордия! Ты бросилась мне на шею в ателье, чтобы затем нагло предать! Ты вообще представляешь, что я делаю с предателями, особенно такими подлыми, как ты?

— И что же, Кориолан? Не терпится узнать! А то ты никогда не доводишь дело до конца!

Сноу сухо рассмеялся, пока его ладонь порывалась задушить Дискордию.

— Скоро узнаешь. Ты обязательно пожалеешь, что разозлила меня.

— Все ещё уверен, что я боюсь тебя, Кориолан? Ни черта подобного! А ещё я твёрдо убеждена, что ты поступил бы так же на моем месте!

— Моя грубиянка снова забыла, что находится в приличном обществе? — с улыбкой пропел он в ответ, невесомо касаясь кончиком носа ее виска.

От неожиданного обращения девушка дёрнулась, как от удара, и предприняла слабую попытку выскользнуть из его сильных рук. Но Сноу оказался проворнее и оперативно вцепился в ее локоть, настойчиво удерживая на месте. Сол вновь попыталась освободиться, чем спровоцировала немедленное усиление хватки. Он сдавил хрупкое плечико до чувства весьма ощутимого дискомфорта, вынуждая пленницу сдавленно пискнуть и поморщиться.

— Куда-то собралась? Ты никуда не пойдёшь, Дискордия, — победоносно промурлыкал Сноу у ее уха.

— Отпусти, или я закричу.

— Вперед, выставишь себя на посмешище, но ничего не изменишь — я с тобой еще не закончил, — весело заключил Кориолан, сильнее стискивая пальцы и наблюдая, как между изогнутыми бровями залегает глубокая складка.

— Если ты добиваешься моих извинений, то я готова…

— Притворные извинения тебя не спасут. Особенно, после того, как ты нагло подставила меня, обманула и предала! — преисполненный бескомпромиссностью изрек он.

— Я не предавала тебя и не обманывала! Кориолан, пожалуйста, хотя бы выслушай меня!

Сноу предостерегающе шикнул и прижал указательный палец к ее губам.

— Научись, наконец, молчать, когда тебя не спрашивают!

Девушка сглотнула и понуро опустила голову, не решаясь затевать очередной спор с разъяренным напарником.

— Отлично, так-то лучше. Ты нравишься мне гораздо больше, когда молчишь и не открываешь без спроса свой грязный рот, — Сноу коварно оскалился и отпустил ее руку, — А теперь будь хорошей девочкой и веди себя, как полагается настоящей леди.

Но Дискордия отнюдь не спешила примерять на себя образ аристократки. Она отшатнулась и обиженно зашипела, растирая саднящее плечо и аккуратно проверяя работоспособность локтевого сустава, одновременно метая серо-голубые молнии в сторону своего пленителя.

Кориолан вздохнул и поджал губы, изображая притворную жалость:

— Разве так сложно сразу быть послушной и не вынуждать меня прибегать к крайним мерам?

— Ты оставил синяки! — на тон выше положенного воскликнула Сол.

— Позволь взбодрить: изначально я планировал свернуть твою шею. Так что поимей совесть и не жалуйся на парочку синяков.