Часть 1: На рассвете. Глава 1: Продавец воздуха (1/2)
Щурясь от слепящих солнечных лучей, Кориолан нервно всматривался в то и дело проезжавшие мимо него безразличные автомобили.
В тысячный раз он отругал себя за опрометчивое решение отправиться на столь важное мероприятие в компании Квинта Фернера, известного болтуна и растяпы. Стоило подумать дважды и не поддаваться на пламенные уговоры товарища, а выбрать альтернативный вариант — комфортабельный автомобиль Страбона Плинта, идущий в комплекте с молчаливым и услужливым личным водителем.
Еще десяток минут томительного ожидания — и Сноу не только опоздает на нашумевшее открытие нового и грандиозного по масштабу медицинского центра, но и прибудет туда в потной рубашке, прилипшей к телу, как у какого-то работяги из дистрикта. В глазах избалованных жителей Капитолия такое появление будет выглядеть в разы хуже, чем если он вылезет из душного троллейбуса или вовсе доплетется пешком. Разумеется, метаться в панике по Корсо и разыскивать Плинта было слишком поздно, оставалось только ждать, ждать и представлять Квинта первым пациентом клиники, попавшим на лечение с тяжелой черепно-мозговой травмой.
Кориолан огляделся по сторонам в тщетной попытке отыскать спасительную тень, но проспект на сотню футов вокруг заливал яркий солнечный свет, не оставивший ни единого укрытия. Выдался по-летнему тёплый денёк, несмотря на середину мая по календарю. Интересно, долго ли в этом году простоит такая славная погода, или Капитолий ждёт скорый период затяжных июньских дождей? Если бы не грядущее мероприятие, грозившее обернуться катастрофой, Сноу бы непременно насладился погожим деньком и порадовался безоблачному небу.
Надолго отвлечься от нарастающего раздражения не получилось: шестеренки снова вернулись к досадному опозданию, из-за которого Кориолан пропустит все самое интересное! Пришлось крепче сцепить челюсти и прикрыть веки, мысленно ведя обратный отсчёт от десяти до нуля. Отличная психологическая уловка, которая бывает крайне полезна для подавления вспышек гнева и поддержания достойного уровня самообладания.
— Эй, Сноу! — от внезапного гудка клаксона, раздавшегося примерно в трёх футах, Кориолан чуть не подскочил, чудом сумев совладать с собой в последний момент. — Ты здесь не растаял еще?
Из окна темно-зелёного автомобиля торчала лохматая голова Квинта Фернера и излучала самую извиняющуюся улыбку, на которую только была способна. Кориолан демонстративно кинул долгий взгляд на часы и молча зашагал к пассажирской дверце, которую перед ним почтительно распахнул безгласый водитель.
— Квинт, — сухо процедил Сноу, устраиваясь на заднем сидении и находя темные глаза товарища в зеркальце заднего вида.
— Да брось, Корио, не дуйся, сейчас мы прокатимся с ветерком. Оглянуться не успеешь, как будешь потягивать виски и болтать о всякой чепухе с гостями, как ты всегда делаешь.
Квинт явно чувствовал себя виноватым за почти получасовое опоздание, но старательно не подавал виду и вёл себя как ни в чем не бывало.
Вся прелесть Фернера заключалась в двух вещах: его умении трещать без умолку и огромном материальном состоянии отца. Если первое легко позволяло слушать его вполуха, то второе находилось под угрозой скорого исчезновения, ввиду непревзойдённой способности Квинта сорить деньгами направо и налево.
— И тогда мне прочитали целую лекцию о том, почему я, лицо Университета, непременно обязан поехать в новеньком костюмчике и при полном параде, — продолжал свой монолог Фернер.
Лицо Университета! Если только с заднего входа для уборщиков мусора!
Квинт нетерпеливо стянул удушающий галстук и освободил две верхние пуговицы, облегченно вздыхая и наслаждаясь долгожданным притоком кислорода, ставя «разговор» с Кориоланом на вынужденную паузу.
Сноу искренне удивлялся легким и непринуждённым отношениям между членами семейства Фернеров. Например, родители Квинта радовались, словно младенцы, малейшим успехам непутевого сына, даже если поводом служили семестровые оценки и грамоты, купленные на их же деньги. Казалось, внутрисемейный союз имел твёрдый фундамент и строился на взаимопонимании, поддержке и трепетной заботе о ближнем, что иногда пробуждало в Кориолане тайную зависть. Братья Фернеры, Квинт и Юний, единственные наследники богача Аттиуса, всегда стояли друг за друга горой и умудрялись сохранять врожденный оптимизм — ни одна беда не могла сломить их духа. Однако по скромному убеждению Сноу, они тратили много времени впустую на разные глупости, вроде гонок, когда им следовало отчаянно соперничать между собой за лидерство и лакомый кусочек в виде отцовского наследства.
— Я думаю, господин Фернер абсолютно прав: появление студентов на церемонии открытия поможет поддержать престиж Университета в глазах гостей и точно не останется незамеченным нашими профессорами, — глубокомысленно изложил свою позицию Кориолан, который заранее внёс посещение мероприятия в свой календарь на неделю.
— Ох, Корио, будь на моем месте Юн, отец бы его так просто не заставил!
Старший брат Квинта, Юний Фернер, уже успел весьма посредственно закончить Университет и пару лет проработать в качестве главы отдела в машиностроительном конгломерате Аттиуса. Юний отличался природным очарованием и шармом, которого оказался напрочь лишен младший брат. Однако в плане карьерного роста Квинта ждала та же участь, что и Юния, поэтому его непоколебимой уверенности в завтрашнем дне можно было только позавидовать.
— Ладно, соглашусь, есть и плюсы!
— И какие же? — отстраненно поинтересовался Кориолан, не слишком старательно скрывая свою полную безучастность.
— Виски, как я уже говорил тебе. И, конечно, возможность вживую узреть Чудовище Сол!
Сноу брезгливо поморщился: их мотивация, такая полярная, не мешала им с Квинтом сидеть в одном автомобиле и вести «беседу».
— Если ты напьешься, как в прошлый раз, твой отец будет очень недоволен, и я точно не займу твою сторону.
— Корио, ты предлагаешь на трезвую голову терпеть это тупое шоу? — неожиданно вспыхнул Фернер. — Вот, глядите, мы, Солы, снова впереди всех, открываем центр, пока вы уплетаете наши бутерброды и потягиваете аперитивы!
Кориолан провёл рукой по волосам и нехотя ухмыльнулся. Наверное, Квинт был одним из немногих его знакомых, чьи искрометные высказывания порой вызывали тень улыбки на его губах. При всех недостатках болтливый мальчишка никогда не строил из себя того, кем не являлся. Вероятно, из-за избытка денег, огромной поддержки отца и старшего брата, а также какой-то редкой непосредственности он всегда оставался самим собой.
— Хочешь, расскажу один секрет? — подмигнул Квинт в зеркало заднего вида.
— Конечно! — соврал Сноу.
— Юний недавно упомянул, что совсем скоро Чудовище Сол начнёт ходить с нами в Университет! Представляешь?
Кориолан нахмурился: ему отнюдь не хотелось забивать голову очередной лишней и бесполезной информацией. За три долгих года он, превозмогая душевные страдания, привык терпеть и выносить присутствие Квинта Фернера. Сноу исходил из грубого расчета: для успешного поддержания приемлемого социального фасада ему требовался «друг», богатый и одобряемый столичным обществом и в то же время абсолютно безобидный. А Квинт идеально подходил на эту ответственную роль по всем параметрам.
— Корио, ты настолько удивился, что язык проглотил? — вернул его с небес на землю неугомонный Фернер младший.
— Да как-то не верится, что Чудовище Сол решила выбраться в свет спустя столько лет затворничества.
— Причины точно не знаю, — радостно встрял шатен. — Мать предположила, что раз девчонка открыто выступит на сегодняшней презентации, то старику Солу будет бессмысленно прятать ее от общественности впредь.
Кориолан не успел ответить — машина плавно затормозила, и безгласый сразу бросился открывать дверь младшему хозяину. А Кориолан, решив, что справится и без чужой помощи, выбрался сам. Снова солнце. Он поправил красный пиджак и бегло удостоверился, что выглядит безукоризненно: пуговицы надёжно застегнуты, волосы аккуратно уложены, а улыбка — мягкая и располагающая, все, как и подобает главе семьи Сноу.
— Идем, ты же вроде куда-то торопился, — Квинт бодро зашагал по направлению к собравшейся толпе.
Кориолану ничего не оставалось, кроме как выпрямить спину и двинуться следом. Утешало, что начало церемонии они все-таки не пропустили. Несколько сообразительных однокурсников приветственно замахали руками, обозначая группку студентов. Видимо, не только они с Фернером решили блеснуть и выделиться на фоне остальных учащихся Университета.
— Квинт! Кориолан! А вот и вы! — радостно поздоровалась Юнона Фиппс, оглядывая Квинта с ног до головы и жадно подмечая каждую деталь.
— Что, уже соскучилась? Дай-ка сюда, — Квинт подмигнул девушке и жестом остановил официанта, забирая у того высокий фужер, наполненный прозрачной жидкостью с пузырьками. — Не виски, но для разогрева вполне сойдёт, — изрёк он и вручил второй Юноне.
Фиппс просияла от проявленной заботы и смущенно зарделась, а Фернер зарылся ладонью в темно-каштановые и вечно растрепанные волосы, подставляя лицо солнцу.
Кориолан в это время быстро обменивался любезностями с собравшимися студентами, после чего встал в центре и сложил руки на груди. Он, в конце концов, занимал должность старосты курса третий год подряд, поэтому даже сейчас оставался лидером и вёл себя соответствующе. Избавившись от лишнего внимания, Сноу принялся с интересом оглядываться по сторонам и изучать толпу капитолийской элиты и общую обстановку.
Постройка нового здания, запланированного под инновационный медицинский центр, отнюдь не держалась в каком-то строгом секрете и активно велась последнюю пару лет. Жители Капитолия наблюдали за постепенно увеличивающейся в размерах громадиной, пока журналисты периодически писали хвалебные статейки. Но именно сегодня комплекс по-новому заблистал в лучах солнца. Площадка, низенькие деревья и все вокруг было торжественно украшено, а шумная толпа самых богатых жителей столицы в своих лучших выходных нарядах завершала общую композицию. Кроме того, погода выдалась действительно отличной, и ничто не омрачало долгожданную церемонию.
На небольшой сцене сбоку от будущего входа в здание толпились организаторы. Настраивали аппаратуру, проверяли микрофоны и трансляцию изображений на широких экранах. Кориолан разглядел среди них и Герца Сола, однако его Чудовища поблизости видно не было.
— Ее нигде нет, Корио! Может, нас обманули? — прочитав мысли товарища, Квинт толкнул Кориолана локтем в бок, пока его ореховые глаза нервно бегали из стороны в сторону.
— Зато Герц Сол уже важничает, — шепнул кто-то из однокурсников в крайне недовольной манере.
Семейство Солов в Капитолии уважали, но при этом недолюбливали. Кориолан считал, что причина кроется в зависти, порожденной далеко не последним местом Солов в пищевой цепочке. Их компании, ставшей в итоге настоящей монополией, удалось быстро расшириться за счет неизменно возрастающей потребности населения в современном техническом оборудовании. Продавая различную электронику, Герц Сол собственноручно возвел целую империю и со временем вытеснил с рынка и разорил остальных конкурентов, единолично занимая пьедестал, что не могло остаться незамеченным среди злых языков.
«Его дистрикт вымирает от голода, пока он здесь купается в деньгах и роскоши!» — часто слышал Кориолан на светских вечерах. Или: «Вы видели, какие тощие трибуты у них были на прошлых Голодных играх?» Как будто этих злопыхателей волновала судьба жителей Третьего дистрикта!
Сноу откинул несколько светлых прядей с лица и задумался. Может, сегодня получится как-то выделиться и блеснуть перед Солом после презентации? Было бы неплохо отметиться перед ним, проявив каплю заинтересованности и заявив о себе.
— Не успели похоронить Севира, а уже открывают новый комплекс, — очередная волна недовольства откуда-то сбоку вернула Кориолана в реальность.
Едят их же закуски, а сами продолжают сплетничать за спиной, хотя перед самим Герцем Солом каждый начнёт расшаркиваться и лебезить. Видимо, в чем-то бестолковый Квинт Фернер оказался прав.
— Внимание, уважаемые гости и жители Капитолия! — торжественно объявил худощавый ведущий, занимая свое место у микрофона.
— Началось! Наконец-то! — послышалось ликование со всех сторон.
Судя по всему, не одного Кориолана не прельщала перспектива и дальше безучастно плавиться под палящим солнцем посреди бетонной площадки.
— Давайте дружно поприветствуем господина Герца Сола, благодаря которому мы имеем честь стоять сегодня перед новым медицинским центром «Севир»!
Герц Сол гордо вышел вперед и слегка поклонился собравшимся. Высокий, утонченный и подтянутый, Сол регулярно занимался спортом, вел здоровый образ жизни и выглядел намного моложе своих лет, несмотря на проседь в густых тёмных волосах.
Тем временем среди присутствующих воцарилась мертвая тишина. Назвали центр «Севир»? Кориолан и сам удивленно моргнул несколько раз, а затем спохватился и начал аплодировать. К нему неуверенно стали присоединяться и остальные гости, и вскоре над площадкой уже стоял вполне достойный гул одобрения.
— Позволим же нашему медицинскому центру засиять! — с долей азарта объявил Сол и подал условный сигнал рукой.
На здании одна за другой загорались огромные буквы и постепенно складывались в лаконичное название «Севир», после чего каждый шов между плотно сомкнутыми пластинами облицовки начал подсвечиваться изнутри. Теперь эта скала выглядела по-настоящему величественно.
— Какая бесполезная растрата электроэнергии! — тихонько шепнул Кориолану Квинт, который, впрочем, выглядел премного впечатленным, как и остальные студенты, стоявшие с открытыми от удивления ртами.
Позволив гостям вдоволь поглазеть, Герц Сол удовлетворенно кивнул ведущему, веля продолжать.
В голосе мужчины послышались траурные нотки:
— Господин Сол поделился со мной, что идея увековечить имя трагически покинувшего нас Севира принадлежала вовсе не ему, а его дочери! — он выдержал небольшую театральную паузу, после чего заговорил более радостно. — Потому давайте тепло поприветствуем на этой сцене нашего следующего гостя! Встречайте, мисс Дискордия Сол!
Аплодисменты раздались с новой силой, а картонка позади ведущего медленно раздвинулся, являя зрителям фигуру в пепельно-сером брючном костюме. Через пару мгновений на всех экранах появилось изображение Дискордии Сол, сразу приковавшее всеобщее внимание. С деловитой улыбкой и прямой осанкой, она прошествовала в центр сцены и приняла предложенный микрофон. Публика затихла, ожидая очередных приветствий, которых, к всеобщему удивлению, не последовало. Напротив, говорить девушка не спешила и продолжала молчать, демонстрируя гостям всю ту же легкую задумчивую улыбку. Затем она развернулась к зданию вполоборота и покачала головой, словно ведя какой-то внутренний монолог.
— Не Чудовище, значит, сумасшедшая или немая, — озвучил свое заключение Квинт, с которым было трудно не согласиться.
Когда тишина стала практически осязаемой, Дискордия торжественно обратилась к собравшимся:
— Дорогие гости! — раздался ее уверенный голос через десятки динамиков. — Как вы думаете, что представляет собой для Капитолия этот роскошный медицинский центр?
Теперь молчала публика — мужчины и женщины в недоумении переглядывались и пожимали плечами, на что Кориолан многозначительно закатил глаза.
— Смелее, кто-нибудь? — уже более веселым тоном поторопила собравшихся Сол.
Голос у нее оказался достаточно приятным и терпимым. Несколько низковат на вкус Кориолана, но не чересчур. Певицей она, конечно, стать бы не смогла, но для подобных речей вполне сгодится. «Певицей». Он еле заметно поморщился и резко оборвал себя, возвращая внимание к сцене.
— Более современная медицинская помощь! — наконец-то раздался чей-то голос.
— Замечательно! Ещё идеи? Каждый может высказаться!
Тогда подхватили и остальные, создавая вокруг сцены воодушевленный гул.
— Меньше больных людей в Капитолии!
— Доступное лечение!
— Хорошие медики!
Казалось, публика потихоньку начала вовлекаться в импровизированный диалог. Дискордия, почувствовав, что лёд тронулся, улыбнулась чуть шире.
— Со всех сторон я слышу столько правильных ответов, что мое сердце невольно трепещет от радости! Благодарю вас! От себя осмелюсь добавить: кроме всего вышеперечисленного, этот центр станет символом нашего единства! Поверьте, он способен осуществить ваши мечты, особенно, если мы станем одним целым и будем работать сообща!
Гости окончательно расслабились и освоились. Даже Квинт Фернер смягчился, пережевывая соленую красную рыбу и активно кивая в знак согласия. Какие удивительные чудеса способна творить обычная болтовня, сказанная уверенным голосом в микрофон!
— Я приготовила для вас один небольшой сюрприз, о котором, признаюсь, неизвестно даже моему отцу, — робкий смешок, который сразу подхватила публика. — Прямо сейчас на этих экранах вы увидите короткий видеоролик с участием робота-акушера, разработанного нашими блистательными учеными из Третьего дистрикта в сотрудничестве с моими покойным братом Севиром. Спешу заверить, уже около сотни детей появились на свет живыми и абсолютно здоровыми благодаря его прямому участию!
Под возгласы гостей на экранах замелькала нарезка кадров, где механическое творение демонстрировалось с разных сторон. Вот его датчики зрения, а это — восемь пар стальных рук-щупалец, следом детекторы для измерения давления, оксигенации и пульса. Сюжет, наглядный и доступный, моментально сыскал отклик в душе даже самых далёких от медицины капитолийцев.