Часть 8 (2/2)

– Рыцарем я тебя не назову, ни за какие коврижки.

– Не хочешь увидеть Лириона?

– Шантаж законом наказуем, – парировал Эрис, пытаясь не выдать волнения.

– Ты МНЕ это говоришь, ахаха, это так мило?

– Ах, да-а-а. Забыл, что разговариваю с мафиози! Человеком, которому ничего не стоит убить другого человека, если ему прикажут. Прости, – с сарказмом ответил Эрис, закатив глаза.

– Ты ничего не знаешь обо мне.

– Как и ты обо мне. И знать о тебе я не хочу ровным счетом НИ-ЧЕ-ГО, даже если мне за это заплатят, как Джеймсу Бонду.

– Я знаю о тебе все, Эрис. А узнать обо мне тебе придется, хочешь ты этого или нет. Ты – мой омега, а я своего не отдаю, как сокровище пираты.

– А меня спросить не хочешь?! Я против! Мне не нужен альфа-монстр, как ты. Мне вообще альфа не нужен! Я спокойно проживу с кошками, и буду с ними счастлив! Они не предадут и уж точно не сделают больно, в отличие от некоторых! Отпусти меня!

– Ты же понимаешь, что я не отпущу? Вы узнали слишком много, чтобы я мог вас просто так отпустить. У вас два пути: остаетесь здесь, под чутким присмотром, или идете прямиком в могилу. Выбор за вами, но я бы советовал выбрать первый вариант, если вам дорога жизнь.

– Я. Тебя. Ненавижу. Каждую клеточку твоего тела.

– Зато я тебя люблю, и я добьюсь взаимности, чего бы мне это ни стоило, – сказал Тадао, подходя к омеге и сокращая между ними расстояние.

Приблизившись настолько, что нарушил все границы приличия, Тадао принялся освобождать Эриса от пут, словно даря ему свободу. В его глазах плясали искры хищного триумфа, недвусмысленно намекая: ”Даже не вздумай бежать, когда я тебя отвяжу – проиграешь всухую, даже не пытайся”. И Эрис, черт возьми, поверил! Поверил этим сверлящим взглядом, этим обещаниям и угрозам, переплетенным воедино. Может, когда-нибудь он соизволит поверить и его словам, но уж точно не сегодня, когда сердце бешено колотится в груди, словно птица в клетке. Как только юношеские руки обрели свободу, блондин тут же кинулся проверять сохранность своего нижнего белья, как будто от этого зависела его жизнь. К великому облегчению Тадао, оно оказалось на месте, как будто его и не трогали. Потирая запястья, Эрис бросал на альфу подозрительные взгляды, словно ожидая подвоха, как будто тот собирался его обмануть.

– Переодевайся. Идем обедать, – бросил мужчина через плечо, прежде чем исчезнуть за дверью, словно растворился в воздухе.

Бросив взгляд на аккуратно сложенную одежду, омегу захлестнуло дикое желание разорвать ее на мелкие кусочки, выплеснув всю свою злость на этого наглого альфу, который возомнил себя хозяином мира. Но вовремя взяв себя в руки, он быстро переоделся, словно готовился к важному собеседованию. Скорость была продиктована лишь одним – возможностью увидеть Лириона, убедиться, что с ним все в порядке. Разве можно упустить такой шанс?! Подойдя к зеркалу, Эрис увидел бледное отражение себя, облаченного в черную водолазку, узкие джинсы и синие кеды. Неплохо, как говорится, сойдет. Весь образ безнадежно портили лишь перепуганные глаза, словно у загнанного в угол зверя. Тяжело вздохнув, юноша направился к выходу, где его уже поджидал ”надзиратель”, как верный пес. Окинув взглядом омегу, тот лишь кивнул и двинулся вперед, словно не сомневался, что за ним последуют, как будто у Эриса был выбор. Раздраженно фыркнув, Эрис все же поплелся следом за Тадао, как привязанный.

– Сейчас мы идем в зал, где будут Камиль и Лирион, чтобы пообедать. Я бы не хотел слышать от тебя нецензурные выражения во время этой встречи, ясно?

– Иди ты знаешь куда! Я не собираюсь слушаться собственного похитителя! Еще чего захотел. Губа не дура, как я погляжу, – огрызнулся Эрис, как голодный волк.

– Я разговариваю на китайском языке? – прозвучал ледяной голос альфы, от которого по спине пробежали мурашки, как от прикосновения смерти, и он резко прижал Эриса к стене, словно ловил бабочку. – Мне, кажется, я ясно дал понять. Что мне не нравится, когда ты выражаешься как сапожник, и я попросил тебя прекратить так делать. Так в чем проблема? – продолжал допытываться Тадао, глядя прямо в глаза.

– В том, что я не хочу тебя слушать?!

– А ты просто пытаешься казаться крутым, но здесь тебе нечего изображать из себя героя, это тебе не поможет, котик. Так что засунь свою браваду и попытки казаться независимым глубоко и надолго в свою очаровательную глотку, окей?

Дождавшись еле заметного кивка, мужчина отпустил юношу, словно отвязал от причала непоседливый катер, и двинулся дальше. Уже через минуту его нагнал хмурый, как грозовая туча, блондин. Наконец, добравшись до зала, Эрис застыл, как кролик перед удавом: ничего, кроме роскошно накрытого стола, словно сошедшего с полотен голландских мастеров! Бросив на альфу вопросительный взгляд, полный невысказанных ”Что?”, ”Где?”, ”Когда?”, юноша замер в ожидании ответа, но тот лишь пожал плечами, будто говоря: ”Сам разберёшься, котик”. Ох, сколько всего кипело на языке у Эриса, сколько язвительных комментариев и колких вопросов рвалось наружу! Но он вовремя прикусил язык, словно не желая спугнуть удачу.

Тишину, повисшую в воздухе, словно натянутая струна, нарушили шаги, доносившиеся из коридора, напротив. И тут… словно солнце выглянуло из-за туч! В глазах омеги зажглись фейерверки радости, когда в дверях показался Лирион! Целый и невредимый! Не удержавшись, Эрис рванул к другу, как пробка из бутылки шампанского, и повис на нем, радостно тараторя:

— Лирион! Мой хороший! Как ты? Ты живой? Здоровый? Ничего нигде не болит? Он тебя не съел? Не измучил? Не заставил слушать его скучные монологи о мафии?

Вопросы вылетали из него, как горох из переполненного мешка, но разве это сейчас важно? Перед ним стоит его лучший друг, вернувшийся из лап этого… этого мафиозного чудовища!

— Привет, Эрис. Я тоже рад тебя видеть, но давай ты не будешь пытаться превратить меня в плюшевого мишку, которого тискают до потери пульса, — прохрипел приятель, с трудом выдыхая.

— Лирион, он тебе ничего не сделал? Говори, не бойся! Я этого мафиози в бараний рог скручу! Он даже пикнуть не успеет! – юноша неохотно отпустил друга, продолжая сверлить взглядом дверь, словно ожидая появления врага.

— Кто? Что сделал?

— Мафиози! Этот… Камиль! Твою мать, Лирион! Я что-то не замечал за тобой признаков амнезии или, не дай бог, склероза даже после продолжительного сна!

— Давай ты успокоишься, как чайный пакетик в кипятке. Камиль ничего мне не сделал. По крайней мере, я об этом не знаю. Лучше скажи, как ты? Не пришлось ли тебе вызывать службу спасения из-за его накачанных бицепсов?

— Да я-то отлично! Сказал этой горе мышц пару ласковых, и он ушел, поджав хвост! А вечером опять пришел! Вещи принес! Сказал, что ужинать пойдем. Ну, я сразу понял, что мы тут встретимся, и как молния переоделся! Видел бы ты его выражение лица! Комиссар Каттани просто отдыхает! И вот я здесь, – ответил Эрис, намеренно опуская некоторые особо пикантные детали, чтобы не травмировать нежную психику друга.

— Кхм. Я, конечно, рад, что вы тут устроили филиал ”Ромео и Джульетты”, но может, все-таки сядем за стол, м? А то у меня уже урчит в животе, как медведь в берлоге, — подал голос альфа, которому, похоже, порядком надоело быть декорацией в этой бурной сцене.

— Тебя не спрашивали! – агрессивно выпалил Эрис, продолжая прижиматься к Лириону, словно боясь, что его снова украдут.

— Ничему ты не учишься, – произнес Тадао с каменным лицом, прежде чем подойти к омеге и закинуть его на плечо, словно мешок с картошкой. Похоже, это уже становится их маленькой, странной традицией. Но Эрис был бы не Эрисом, если бы не оказал яростное сопротивление! Схватившись за Лириона, омега начал осыпать альфу всеми известными ему ругательствами, перемежая их отчаянными воплями. Камилю даже пришлось закрыть Лириону уши, чтобы тот, не дай Бог, не набрался этой отборной брани. Наконец, оторвав друзей друг от друга, все уселись за стол, ломившийся от разнообразной и явно недешевой еды. Только сейчас омеги поняли, как сильно проголодались! Кажется, после обеда Эриса ждет не только десерт, но и серьезное наказание… Но это уже совсем другая история.