Часть 1. Побег (1/2)

Девушка остановилась перед дверью и со вздохом облегчения опустила тяжеленные сумки на пол. Руки еле заметно дрожали: когда она решила сбежать из дома, это казалось хорошей идеей. Сейчас же, стоя перед массивной входной дверью, девушка начала сомневаться. Но было уже поздно что-то менять. Она знала, что здесь ей будет куда лучше.

Вздрогнув от громкого звука дверного звонка, девушка отпрянула, чуть не запнувшись об вышеупомянутые сумки с закрутками, что она стащила с погреба, и её личными вещами. За дверью послышалось копошение, но ничего не произошло. Тогда девушке потребовалось какое-то время, чтобы набраться смелости для повторного звонка, но дверь, наконец, отворилась, являя взору красивую, улыбающуюся женщину. Губы девушки непроизвольно растянулись в улыбке и она прыгнула прямо на нее, крепко обнимая:

— Тётя!!

— Саша!

Девушки крепко обнялись, звонко смеясь и целуя везде, куда лишь дотягивались. Тётю Диляру Саша обожала, особенно западали в душу приезды к ней на погостить. У нее дома всегда играла приятная музыка, а на столе стояли самые вкусные вишневые пироги на свете. Диляра была сестрой Сашиной мамы и очень любила свою племянницу.

— Милая, почему без предупреждения? — Диляра схватила сумки и втащила их в коридор, призывая и девушку пройти в квартиру.

Так получилось, что у Диляры не было дочерей. Её первым ребёнком стал мальчик, Марат, а второй брак наградил её прекрасным пасынком Владимиром. Она их очень любила, но в тайне всегда мечтала о дочке, и поэтому находила отдушину в племяннице. Женщина повернулась к двери, чтобы закрыть её, и дрогнула, увидев на щеках родственницы слезы. Саша, опустив глаза в пол, жалобно проскулила:

— Ди, они разводятся. Разводятся! Я убежала из дома, как только услышала их разговор. Разреши мне пожить у тебя, ну, пожалуйста?! Могу мыть посуду, полы, я временно в эту школу переведусь, только не отдавай меня им! — девушка припала к ногам своей тёти, заливаясь слезами и подвывая.

Диляра от растерянности не смогла проговорить и слова, лишь опустилась на колени рядом с племянницей и крепко её обняла.

Она знала, что у сестры с мужем не всегда всё шло гладко, но никто и не предполагал, что дело дойдет до развода. Знала и то, что в их семье рукоприкладство не было в новинку, потому и сильно распереживалась, как бы Олег, муж сестры, не тронул Сашеньку. Диляра аккуратно заглянула в лицо племянницы повнимательнее, в душе молясь не увидеть там синяков.

— Я, конечно, не против, даже рада этому. Да и Кирилл с мальчиками будет рад тебе, ты же знаешь, как он любит с тобой поговорить, но, — она осмотрела коридор, будто находилась тут впервые, — а как же мама?

Диляра поежилась, когда вместо ответа увидела пустое, безэмоциональное лицо племянницы. Она знала, что развод — это всегда тяжело для ребенка, но чтобы настолько?

Саша вскоре заговорила. Быстро, иногда неразборчиво:

— Ты представляешь? Представляешь? Мама сказала, что это я виновата в их разводе. И что Олег бьет ее, потому что любит, а когда он попытался ударить и меня, мама сказала, что я сама заслужила. А ведь я ее люблю, Диляр, как маму-то не любить? Но она предала меня! Да и ради кого?! Ради этого алкаша?! — девушка вновь залилась горькими слезами.

Диляра подняла Сашу на ноги и за руку, как в детстве, повела на кухню. Там она сделала ей успокаивающий чай, пытаясь сдерживать дрожь в руках. Ее сестра ведь так была рада, когда повстречала Олега. Такой галантный, всегда вежливый и нежный. На руках носил ее сестру, а когда приходили к ним в гости, всегда дарил Диляре цветы. Она ей даже завидовала, пока не встретила Кирилла с его сыном.

Пасынок. Диляра вдруг подскочила на месте. Вова и Марат! Они же вот-вот придут, а тут такая картина. Не дело. Она решительно повернулась к Саше, которая уже не плакала, но все ещё шмыгала носом:

— Так, цветочек, сейчас должны вернуться Маратик и Вова, и я думаю, ты бы не хотела, чтобы они видели тебя в таком состоянии. Иди в ванную, приведи себя в порядок. Я пока положу тебе покушать, ладно?

Саша тихонько кивнула, на самом деле ощущая в душе безграничную благодарность своей тете. Та никогда не оставляла свою племянницу в беде и всегда пыталась помочь, даже если ей было это не под силу. В какой-то степени Саша считала Диляру своей второй мамой, настолько сильно ее любила.

Пока девушка умывалась и успокаивалась, она услышала хлопок входных дверей и донельзя громкий и жизнерадостный смех своих братьев. Они достаточно давно не виделись и от этого было слегка волнительно. Взяв себя в руки, она тихонько открыла дверь ванной и подкралась к кухне. Вова Сашу увидел сразу, так как сидел ко входу лицом. Его брови удивленно взметнулись вверх, но та пальцем показала молчать. Подойдя максимально близко к спине Марата, который за обе щеки уплетал пироги тети Диляры, девушка закричала ему под ухо, так сильно, что он подскочил со стула, с разворота замахивая на Сашу кулак.

От внезапности Саша упала на пятую точку, ошарашенно смотря на Марата, который подавился пирогом от испуга. Только Вова и Диляра заливались громким смехом. Марату понадобилась минута, чтобы осознать, кто не побоялся нарушить его покой, а затем с криком «Саааааашкааааааааа» броситься девушке на шею.

— Ну всё, всё, — сказал Вова, отрывая Марата от сестры, — дайте и мне обнять мою любимую сестренку.