Глава 3 (2/2)

Рон обернулся к Гермионе:

— Ну что, идём?

— Да, — ответила Гермиона и осторожно шагнула на первую ступеньку. Её пробрал лёгкий озноб, но других ощущений она не почувствовала. Осмелев, Гермиона уже уверенно начала подниматься по лестнице. Её фигура была окружена ореолом солнечного света, навстречу которому она поднималась, предчувствуя, что с этого момента её судьба кардинально изменится.

***

— Теперь ваша очередь, синьорина, следуйте за мной.

Гермиона шла за Матео по мощёной тропинке, окружённой всё тем же изобилием цветов и растений. Она была впечатлена великолепием этого прекрасного места, и теперь с нетерпением ждала, когда сможет увидеть свой номер в отеле. Гарри с Джинни и Рону уже показали номера: к приятному удивлению друзей, это были с виду небольшие, аккуратные бунгало, которые располагались совсем рядом с морем и основным зданием «Магнолии». Как объяснил Матео, все гости живут в бунгало, но каждое бунгало уникально. Гермиона была поражена, узнав, что практически весь огромный дворец, который их встретил своей роскошью в самом начале, оказался административным зданием, где располагались всевозможные комнаты для развлечения волшебников, начиная от библиотеки и заканчивая залом с самым настоящим квиддичным полем внутри. Помимо этого, во дворце находились комнаты для персонала, постоянно работающего в «Магнолии», однако номеров для гостей здесь не было.

Внезапно Матео остановился и повернулся к Гермионе.

— Вот ваше бунгало, синьорина.

Гермиона подошла ближе к итальянцу и посмотрела направо.

Её бунгало, к которому вела небольшая стеклянная лестница, стояло на возвышенности, но в целом с виду было таким же, как и у друзей. Гермиона почувствовала трепет: ей было жутко интересно, что же там внутри.

— Ваши вещи уже на месте. Если вам что-то понадобится, только скажите вслух — тут же появится домовой эльф, которого вы видели по прибытии в «Магнолию».

Гермиона слегка нахмурилась: ей вовсе не хотелось эксплуатировать бедного эльфа. Матео подметил её выражение лица, и скорее утвердительно сказал, чем спросил:

— Вы так переживаете из-за эльфов, донна? У вас доброе сердце, но поверьте, Бруно с радостью будет вам служить! Эта работа ему по душе.

Гермиона вздохнула и покачала головой.

— Вам не понять, сеньор. Эльфы — как люди: порой сами не знают, чего хотят.

— Но этот эльф — я уверяю вас, синьорина, — знает, чего хочет. Он же находится в «La Bella Magnolia», а здесь все осознают свои истинные желания, — итальянец загадочно улыбнулся. — И, пожалуйста, зовите меня просто Матео.

Гермиона сложила руки на груди, и какое-то время вглядывалась в его лицо.

— В таком случае, и вы зовите меня просто Гермиона, — наконец с лёгкой улыбкой ответила она, но тут же добавила: — Скажите, сен… Матео, что будет, если я откажусь участвовать в том или ином мероприятии, например, ввиду плохого самочувствия?

Матео внимательно посмотрел на неё:

— Вы отправитесь домой немедленно, Гермиона, и путь в «Магнолию» для вас навсегда будет закрыт. Понимаете, здесь действует очень древняя магия — это место словно чувствует вас, буквально считывает вашу судьбу и ваши истинные желания. Поэтому если что-то будет угрожать вашей жизни или будет нести потенциальную угрозу, вам попросту не придёт письмо с приглашением на то или иное мероприятие, и вы можете делать всё, что захотите. Но если письмо всё-таки пришло… — Матео сделал многозначительную паузу, — то вы обязаны быть в нужное время в нужном месте! А теперь, с вашего позволения, я пойду встречать других гостей. Удачного отдыха, bella!

С этими словами Матео трансгрессировал.

Гермиона была сбита с толку. Истинные желания, письма, мероприятия, древняя магия… Всего этого было слишком много для первого дня пребывания на курорте, пусть даже и такого живописного. Гермиона решила обдумать всё позднее, а сейчас уже поднималась по стеклянным порожкам к своему бунгало. Наконец она остановилась в сантиметрах от двери и неожиданно отметила, что у неё даже нет ключа. Гермиона дернула ручку — закрыто. Тогда она достала палочку и попробовала открыть дверь с помощью заклинаний — бесполезно. Это обстоятельство порядком действовало на нервы. Она уже собиралась идти обратно, искать Матео, как внезапно услышала мелодичный женский голос. Было чувство, словно с ней говорит эхо:

— Здесь живёт Гермиона Грейнджер. Если вы Гермиона Грейнджер, то обязаны знать, какое блюдо вы любили больше всего на свете в детстве.

Гермиона вздрогнула и начала оглядываться в поисках источника звука, но попытка оказалась тщетной. Она была обескуражена тем, что знает про «Магнолию» ничтожно мало. Ни в одной книге не было написано ничего кроме совсем общей информации об этом удивительном месте. И уж тем более она не подозревала, каким образом открываются двери в номерах отеля.

Гермиона вздохнула и наугад ответила в пустоту:

— Я — Гермиона Грейнджер, и в детстве моим любимым блюдом была яблочная шарлотка.

— Ответ верный. Добро пожаловать домой, Гермиона Грейнджер, — ровно ответил голос, и дверь отворилась.

Гермиона неуверенно зашла внутрь и замерла. Сердце учащённо забилось: она оказалась в небольшой, уютной комнате с огромным окном на всю стену и это, несомненно, была комната её мечты. Выполненная в белом цвете с яркими акцентами в интерьере зелёного, жёлтого и красного, она словно излучала позитивную энергию. Гермиона поспешно скинула босоножки и ступила голыми ступнями на тёплое дерево паркета. Она сразу обратила внимание, что с виду бунгало было явно меньше, чем эта комната: очевидно, здесь не обошлось без чар увеличения пространства. Вокруг всё было залито солнечным светом, благодаря огромному окну с видом на маленький зелёный садик с цветами, в середине которого находилась деревянная белая беседка с чайным столиком посередине. В самой комнате справа и слева располагались ещё несколько дверей — по всей видимости, Гермиона была в гостиной. Так куда же ведут остальные? Узнать это она решила лишь после того, как окончательно осмотрит эту комнату. По центру стоял уютный белый диванчик с красочными яркими подушками, прямо перед ним лежал пушистый ковёр, в котором так и хотелось утонуть. По обе стороны комнаты располагались большие книжные стеллажи, сплошь заставленные книгами. Гермиона бросилась к одному из них и восторженно начала читать названия таких уже милых сердцу фолиантов: практически все книги были на её родном языке, что не могло не радовать. Да к тому же, большинство из них она уже давно собиралась прочитать!

Но больше всего восторга в Гермионе вызвал старая книга в кожаном белом переплёте под названием «История La Bella Magnolia». Гермиона не любила чего-то не знать, а «Магнолия» оставалась для неё пока что большой загадкой. Поэтому Гермиона с трепетом взяла книгу с полки и плюхнулась на мягкий диван — ей не терпелось начать читать.

Казалось, прошло совсем немного времени, как в дверь постучали. Гермиона вздрогнула от неожиданного звука и, отложив фолиант в сторону, поспешила открыть её. На пороге стояла улыбающаяся Джинни.

— Гермиона, это потрясающе, — без лишних церемоний она влетела в комнату и замерла, словно сбившись с мысли. — Ух ты! Да у тебя гораздо лучше, чем в бунгало у Рона! У него всё слишком оранжевое.

— Каждый просто получил то, что хотел, — закрыла за подругой дверь Гермиона, которая уже привыкла к торнадо по имени Джинни Уизли. — Так о чём же таком потрясающем ты мне хотела сообщить?

Джинни, с восторгом осматривающая комнату, словно одёрнула себя и быстро повернулась:

— Всё, Гермиона! Здесь всё потрясающее! Похоже, в этом месте действительно работает особая магия, превращающая нашу жизнь в сказку! У нас в номере с Гарри такая кровать, такая — ты не поверишь! Практически вся спальня — это одна большая кровать! А как удобно на ней…

— Джинни, прекрати, мне необязательно слушать очередную историю о вашем умопомрачительном сексе с Гарри, — поспешно остановила её Гермиона. Она до сих пор дико смущалась, когда Джинни так откровенно говорила с ней на интимные темы.

— Как скажешь, дорогая, — нарочито спокойным тоном сказала Джинни, блеснув глазами, но тут же воскликнула. — Но секс был потрясающим!

Гермиона легко толкнула Джинни локтем, отчего та захохотала. Нет, эта девчонка никогда не изменится!

— Ладно, мисс недотрога, давай-ка осмотрим твоё пристанище! Рассказывай, где у тебя тут что находится.

Джинни нетерпеливо смотрела на Гермиону, от чего та слегка замялась.

— По правде говоря, я так увлеклась «Историей Магнолии», что даже ещё не успела всё как следует изучить, — растерянно ответила она и, увидев реакцию Джинни, тут же добавила.

— И не надо так на меня смотреть!

— О, Мерлин, ты как всегда, Гермиона! Давай-ка восполним твои пробелы в этом вопросе после обеда.

— А когда обед? — с облегчением сменила тему та, ставя книгу на место.

— Прямо сейчас, — невозмутимо ответила Джинни.

Гермиона на миг замерла. Она даже не успела принять душ, разложить вещи, а уже обед?! Гермиона прекрасно помнила, что когда вошла в номер, в её распоряжении было целых три часа. Неужели она так много времени провела за чтением? Словно в ответ на вопрос, Джинни сказала:

— Порой мне кажется, Гермиона, твоя жизнь пройдёт быстрее, чем ты успеешь дочитать очередную «обязательную к прочтению» книгу.

— Но они все действительно обязательны к прочтению! А «История Магнолии» — тем более, — ощетинилась Гермиона. — К тому же, теперь я хоть немного начала понимать всё происходящее здесь.

— Ну, то, что наши номера устроены а-ля «выручай-комната», я поняла и без твоей книги — усмехнулась Джинни и тут же добавила. — Ладно, даю тебе пятнадцать минут, чтобы собраться, а сама пока найду наших оболтусов. Кажется, они что-то говорили про поле для квиддича. Как будешь готова, приходи в Большой зал — мы будем тебя ждать.

— Я быстро! — пообещала Гермиона, раздосадовавшись, что в первый же день проявила непунктуальность. Даже на отдыхе она не могла позволить себе до конца расслабиться: привычка быть ответственной прочно въелась в сознание.

Джинни кивнула и танцующей походкой выпорхнула из бунгало.

Гермиона вздохнула: ей бы быть такой лёгкой на подъём. Что касается работы, то да, она была готова сорваться с места в любую минуту, максимально отдаваясь обязанностям. Но вне работы у неё часто складывалось впечатление, что жизнь проходит мимо. Гермиона была жутким трудоголиком, и вытащить её куда-либо развеяться было практически невозможно. Джинни наверняка сама не понимала, как была чертовски права. Но хуже всего то, что Гермиона тоже это осознавала, но совершенно не знала, что делать.

***

В наскоро надетом первом попавшемся под руку сарафане, с недосушенными после душа волосами, Гермиона буквально влетела в Большой зал. По дороге она несколько раз умудрилась зайти не туда, куда надо, что заставило её опоздать ещё на пятнадцать минут. И сейчас она лихорадочно шарила взглядом, пытаясь найти знакомые лица.

Наконец Гермиона увидела неподалёку Матео.

— Добрый день, синьор! Не могли бы вы… — буквально подлетела она к нему, но тот рукой показал ей замолчать.

— Мы, кажется, договорились с тобой, bella, что я буду просто Матео, а ты —Гермионой. Разве нет? — широко улыбнулся он ей.

Гермиона нервно тряхнула головой:

— Да, прости, просто никак не могу перестроиться. Я ищу своих друзей, можешь подсказать, где они?

— Конечно, следуй за мной, — ответил Матео и, изящно повернувшись, зашагал вдоль зала.

Гермиона последовала за ним и наконец осмотрела помещение, в котором находилась.

Как и всё на этом курорте, Большой зал «Магнолии» был великолепен. Чем-то он напоминал Большой зал Хогвартса, только был гораздо больше и светлее. Вместо четырёх длинных столов здесь располагались сотни маленьких столиков, вокруг которых порхали служащие отеля в форменных мантиях с вышитой магнолией на груди. Все они были как на подбор красивы, дружелюбны и вежливы, и Гермиона была абсолютно уверена, что у многих из них в роду есть вейлы. Столики окружали большую сцену, на которой в данный момент играла какая-то волшебная группа — Гермиона, кажется, видела её фотографию в одном из журналов Джинни. По залу разносились ненавязчивые латиноамериканские ритмы, и кое-кто даже приплясывал в такт мелодии.

Гермиона с удовольствием отметила, что все волшебники, находящиеся здесь, выглядели счастливыми и доброжелательными, хотя большинство из них были, однозначно, одними из самых богатых магов Волшебного Мира. К приятному удивлению Гермионы, в них не было ни капли внешней надменности и высокомерия, которые она так привыкла видеть в Хогвартсе со стороны слизеринцев — выходцев богатых и знатных чистокровных семей. Да, те любили подчеркнуть высокое положение своих родителей и просто обожали «указывать истинное место» таким, как она. Воображение сразу подсунуло Гермионе образ Драко Малфоя — вот кто больше всех отравлял ей жизнь в Хогвартсе. Её передёрнуло: даже вспоминать не хотелось те унижения, которые ей пришлось испытать из-за этого гнусного слизеринца со своей верной шайкой. Гермиона поблагодарила Мерлина за то, что уже несколько лет не видела надменной физиономии Малфоя, и искренне понадеялась, что не увидит больше никогда.

После окончания войны Гермиона с Джинни вернулись в Хогвартс, чтобы всё же получить аттестаты об окончании школы. Последовать их примеру решило слишком мало семикурсников, но к изумлению Гермионы, в школу также вернулись Малфой с Блейзом Забини, хотя их появление было подобно снегу летом. Но, к счастью, они вели себя вполне сносно и, к тому же, особо не привлекали внимания, а потому для Гермионы их присутствие в Хогвартсе осталось практически незамеченным, за исключением редких перепалок на переменах.

Гермиона заставила себя выкинуть мрачные воспоминания из головы и как раз в этот момент увидела машущую ей Джинни. Гермиона помахала в ответ и повернулась к Матео.

— Большое спасибо за помощь, — искренне поблагодарила она.

— Prego***, Гермиона, — слегка поклонился Матео. — Buon appetito****! А теперь я

вынужден вернуться к своим обязанностям.

Он развернулся на каблуках и зашагал прочь. Гермиона улыбнулась ему вслед, а затем спешно зашагала в сторону друзей. Они сидели у большого окна за витым белым столиком, на котором стояли ваза с душистыми свежими магнолиями, бутылка изысканного белого вина и четыре наполненных бокала.

— Ну наконец-то! Мне уже казалось, ты не придёшь, — недовольно пробурчал Рон, провожая взглядом Матео. — Теперь ясно, на что ты потратила столько времени, вернее, на кого.

— О, заткнись, Рон, — закатила глаза Джинни. — Мы не успели приехать, а ты её уже ревнуешь к каждому столбу!

— Не твоё дело, что я делаю, а что нет, — огрызнулся Рон, слегка зарумянившись.

— Прекратите оба! — строго сказала Гермиона, подсаживаясь к ним за столик, но потом уже мягче добавила. — И простите за опоздание — я совсем потерялась во времени.

— Всё в порядке, Гермиона, мы сами только недавно пришли, — улыбнулся ей Гарри, расслабленно облокотившись на спинку стула. — Здесь на пятом этаже есть просто потрясающее поле для квиддича! Мы с Роном решили его немного опробовать в действии.

— Да, и это «немного» затянулось на добрых два часа, — констатировала Джинни. — А, впрочем, уже неважно! Предлагаю выпить за первый день самого удивительного и сногсшибательного отдыха за всю жизнь!

С этими словами она подняла бокал, и остальные с готовностью последовали её примеру. Вообще-то Гермиона не употребляла спиртное, но в редких случаях могла позволить себе выпить бокал хорошего вина. Это был как раз таки тот самый повод.

— И спасибо тебе, Гарри, что предоставил нам такую прекрасную возможность! — торжественно добавила Джинни. — За тебя и за отдых!

Друзья стукнулись и сделали по глотку.

— М-м-м, изумительно! — констатировал Рон. — Надеюсь, нам будут подавать вино на обед каждый день.

— Итальянцы традиционно пьют вино за едой, — заметила Гермиона. — А «Прекрасная магнолия» была основана как раз таки итальянцами. Мы и находимся где-то недалеко от Италии, поэтому большинство традиций, которые здесь соблюдают, присущи итальянскому народу.

— А ведь не такие плохие эти итальянцы, — осушив бокал до дна, расслабленно произнёс Рон. — За редким исключением, конечно.

Гермиона переглянулась с Джинни и решила лишний раз не спорить. Рон до сих пор относился к ней, как к своей девушке, несмотря на то, что они не встречались уже полгода. Но это не мешало ему ревновать её так, будто они всё ещё были вместе.

В этот момент где-то совсем близко неожиданно раздался звонкий женский голос с лёгким итальянским акцентом:

— О Мерлин, Джинни, Джинни Уизли, это ты?

Гермиона обернулась и увидела красивую черноволосую ведьму, с восторженным удивлением смотрящую на Джинни. У той была аналогичная реакция.

— Да, но… Во истину Мерлин, Эл, неужели это ты?! — Джинни от ошеломления даже приподнялась со стула.

— Вот чёрт, — пробурчал Рон, стараясь прикрыть рукой лицо, но не тут-то было.

Брюнетка, которую очевидно звали Эл, перевела взгляд на него и ещё больше пришла в восторг:

— Джинни, Ронни тоже здесь!

От её слов Рон покраснел до кончиков ушей и с лёгким негодованием произнёс:

— И мне приятно тебя видеть, Элиса.

В этот момент Джинни бросилась к той на шею.

— Невероятно, Эл! Мерлин, как же здорово, что мы снова встретились! — радостно воскликнула она, сжимая Элису в объятиях. — Сколько лет прошло! Я уж думала, с тобой что-то случилось!

— Много всего случилось, Джинни, — мягко отстранив её, печально сказала Эл, но, словно отогнав мрачные мысли, вмиг повеселела. — Это непостижимо, мы второй раз встречаемся на курорте! Наверное, это судьба!

— Да уж, ту встречу забыть невозможно, — мрачно усмехнулся Рон, и Гермиона внезапно вспомнила рассказ Джинни о том, что во время отдыха в Египте они познакомились с настоящей девчонкой-сорванцом, которая жила с отцом на вилле неподалёку от их собственного небольшого домика. Элиса была ровесницей Джинни и отлично говорила по-английски, хотя сама с рождения жила в Италии. У её отца были какие-то общие дела с Чарли, поэтому детям нередко доводилось проводить время вместе. Джинни со смехом рассказывала, как Эл обожала подшучивать над Роном вместе с Фредом и Джорджем. Она сразу пришлась тем по душе своей активностью и живостью, а потому близнецы нередко просили её посодействовать им в очередном розыгрыше. И Эл всегда соглашалась, ведь ей легко удавалось водить Рона за нос, особенно в начале отпуска, когда она ему даже немного нравилась.

Что касается Джинни, то они с Эл и вовсе стали не разлей вода. У них были похожие характеры, и они понимали друг друга с полуслова. Единственным их различием было происхождение из семей разного социального класса, но, если верить Джинни, это практически никогда не чувствовалось в общении.

— Элиса, позволь представить тебе моего жениха, Гарри Поттера, и нашу очаровательную подругу Гермиону Грейнджер, — с некоторой официозностью сказала Джинни.

— Очень приятно с вами познакомиться, — протянул руку немного обескураженный Гарри.

— Мне тоже, мистер Поттер, — восторженно пожала ему руку Эл, мельком глянув на знаменитый шрам.

Видимо, она была наслышана о великом Гарри Поттере, но то, что он является женихом Джинни, стало для неё сюрпризом.

Следующая протянула руку Гермиона:

— Очень приятно.

— Мне тоже, Гермиона, мне тоже! — горячо воскликнула Эл и пожала ладонь.

Гермиона невольно восхитилась красотой Элисы: красивый контраст чёрных, коротких, но густых волос, уложенных в аккуратную причёску, с бледной, словно светящейся кожей, явно выделял её из толпы. У неё были аккуратные, характерные для итальянцев черты лица: высокие скулы, чувственные губы, тонкий нос с небольшой горбинкой и выразительные глаза. И, конечно, она была выше и изящнее Гермионы: худоба Элисы была даже немного нездоровой, но ей, определенно, шла. Во всём её облике чувствовалось благородное происхождение. Каждое движение, каждый жест были настолько естественно мягкими и аристократичными, что не возникало сомнений — она родилась в именитой чистокровной семье.

— Акцио стул! — произнесла Джинни, направив палочку к пока что незанятому столу. — Прошу, Эл!

— Благодарю, — улыбнулась та и присела на самый краешек. — На самом деле я жду кое-кого, поэтому я с вами ненадолго.

— Интересно, кого же ты ждёшь? — с хитринкой в глазах спросила Джинни, наколдовав ещё один бокал и налив туда вино.

— Ну, если интересно… Это мой возлюбленный, — широко улыбнулась Элиса. — Не терпится вас с ним познакомить! Хотя, вы, наверное, его знаете — он тоже учился в Хогвартсе.

— Правда? И как его зовут? — слегка нахмурившись, спросила Джинни, ставя бутылку на место.

Но вдруг Элиса просияла и энергично замахала рукой, смотря куда-то поверх головы Гермионы.

— А вот же и он! — радостно воскликнула она.

Гермиона словно в замедленной съёмке наблюдала, как радостные лица её друзей медленно покидает улыбка. Рон недовольно скривил рот, Гарри чуть склонил голову и нахмурился, а Джинни просто поражённо смотрела в ту же сторону, что и Элиса. Она же первой и отреагировала, прошептав:

— Вот чёрт.

— Лучше не оборачивайся, Гермиона, — мрачно предупредил её Рон, но та, стараясь не верить в свои наихудшие опасения, всё же медленно повернулась и застыла.

Буквально в метре от неё стоял Драко Малфой.

* Benvenuti nella La Mia bella magnolia (итал.) — Добро Пожаловать в «Мою прекрасную магнолию»!

** Buona fortuna (итал.)— Удачи!