Глава VIII. Падает, падает Лондонский мост (2/2)
Когда мост начал вновь опускаться, на этот раз уже без жертв, меня это, конечно, радовало. Мы смогли миновать первую куклу, следуя нашей стратегии. Две куклы, по два раунда на каждую, и мы прошли первый раунд.
— А не так уж и сложно, оказалось, — прокомментировал с лёгкой улыбкой игрок «388», явно удивлённый нашими успехами.
— Только не каракайте, — попросила нас госпожа Чан, стараясь сохранить контроль над ситуацией.
— Мама, ты впорядке? — спросил её сын, с тревогой в голосе.
— Всë хорошо, дорогой, — ответила она, но было видно, что не всем из нас легко подниматься на ноги.
Мы продолжали идти вперёд слаженно, как четко отрегулированный механизм времени, пока звучала музыка, и не забывали останавливаться, как только она прекращалась. Позади слышались резкие выстрелы, от которых я невольно дрогнула, но оборачиваться не смела, понимая, что ты просто не имеешь права показывать слабость.
Боль в голове, как и в области живота и таза, мешала думать ясно, а перед глазами вновь всë закружилось. Уже волнует, раз данные симптомы повторяются который день.
— Ты впорядке?
Послышался обеспокоенный шëпот Дэ Хо. Я искоса посмотрела на него, и была благодарна, что он вообще рядом. Можно и потерпеть до конца игры. Натянув улыбку, я ответила:
— Да... Ничего страшного...
동, 동, 동대문을 열어라,
남, 남, 남대문을 열어라,
12시가 되면은,
문을 닫는다
Музыка вновь зазвучала, и мы продолжили движение, оставляя позади себя страхи и сомнения. Каждый шаг наполнялся решимостью, а сердца бились быстрее, ощущая нарастающее напряжение. Я старалась сосредоточиться на мелодии, позволяя ей направлять наши действия. Взгляды Хëн Джи и Дэ Хо были полны уверенности, что давало мне сил.
Приближаясь ко второй кукле, я почувствовала, как волнение охватывает меня. Чувствуя, что мы идём по лезвию бритвы, я крепче сжала руку Дэ Хо. Когда песня вновь замерла, мы замерли на месте, затаив дыхание. Судорожный момент ожидания казался вечностью.
— Сейчас.
Резко дала команду Хëн Джи, что следовала позади процессии. Мы проскочили под мостом до того, как загорелся красный. Едва успела замыкающая, которая потом обернулась назад. Я тоже изъявила желание, замечая, что под мостом осталась Сонь-Ньë, на лице которой отразился испуг. Что ж, Боги точно не помогут ей теперь, раз еë моментально расстреляли.
— Осталось два раунда...
Прокоментировала я, потом глянув на остальных. Настрой был действительно боевой, учитывая, что мы справились с двумя раундами, и теперь идти будем по второму кругу. Однако наш финалист оставался безучастным, а просто следовал за нами. Какая муха его успела укусить за эту ночь?
동, 동, 동대문을 열어라,
남, 남, 남대문을 열어라,
12시가 되면은,
문을 닫는다
Пока музыка играла, мы двигались вперëд. Уверенность в том, что все мы точно отсюда выйдем в полном составе не давала мне падать духом. Однако кое что меня все таки тревожило - как долго нам будет сопутствовать удача? Всë действительно получается слишком идеально.
Когда музыка перестала играть вновь, напряжение накалилось до предела. Мы остановились, затаив дыхание, и я ощутила, как сердце стучит в унисон с ритмом в ушах. Хëн Джи бросила быстрый взгляд на нас, её выражение лица было каменным — ни страха, ни сомнения. Мы были в боевой готовности, как солдаты перед важным сражением.
— Сейчас.
Произнесла она тихо, но твёрдо, и в этот миг мелодия снова заполнила пространство. Мы двинулись, быстро и уверенно. Проходя мимо второй куклы, я обратила внимание на то, как ее глаза следили за нами, будто нацеленный взгляд хищника. Не позволяя страху овладеть мной, я сжала руку Дэ Хо. С ним было куда спокойнее.
Едва мы успели проскочить, как за спиной слышалась череда выстрелов. Я обернулась, но не имела права подавать виду. Никаких слабостей. Мы проскочили к последнему раунду. Теперь всё зависело от нас.
Но подвох действительно был. Мы приближались кукле, и часть ребят уже прошла под мостом, когда, ”222”-ая резко остановилась и взялась за живот. Лицо исказила боль. Еë бывший (нынешний?) партнëр тревожно посматривал на светофор, кукол и мост, что начал постепенно опускаться. И принял решение. Он толкнул девушку вперëд, прямо в руки ”120”-ой, что успела еë поймать, а сам остался стоять прямо между двумя куклами.
— Мëн Ги? — она недоумëнно и со страхом посмотрела на него. — Мëн Ги, что ты...
— Прости меня, Чжун Хи... Тебе точно следует жить дальше. И нашему ребëнку тоже, — не смотря на свою судьбу, он улыбался девушке. — Надеюсь, что ты смогла меня простить.
— Нет... Мëн Ги... Мëн Ги!
Мы лицезрели то, как его убило выстрелом в голову, а сама беременная девушка едва ли не рыдала, желая пойти к нему. Естественно, никто ей не позволил. Каждый из нас стоял как громом поражëнный. Время будто остановилось. Шум вокруг нас затих, и единственным звуком осталась музыка, которая играла за пределами этого кошмара. Я чувствовала, как Дэ Хо крепче сжимает мою руку, его взгляд был полон решимости, но я видела, как он борется с собственными эмоциями. Мы все были свидетелями жертвы, которую никто не мог забыть.
— Мы должны идти, — пробормотала я, отрываясь от сцены, которая разыгрывалась перед нами. Но в сердце было тяжело. Каждый шаг давался с большим трудом, как будто сама земля сопротивлялась.
Словно в ответ на мои мысли, музыка вновь оборвалась, и мгновение спустя раздались новые выстрелы — леденящие кровь звуки, возвещающие о новых потерях. Однако это были последние жертвы за эту игру...
***
— Вы все выдержали четвëртую игру, примите наши поздравления. Позвольте объявить результаты четвёртой игры...
Когда говорил квадрат, из наших никто его практически и не слушал, прекрасно понимая, что последует потом. За эту игру выбыло двадцать три игрока, следовательно сума выигрыша увеличилась в несколько раз, но опять многим, а особенно сотому игроку, это оказалось мало.
— Какой смысл голосовать, если нас всë равно будет меньше? — поинтересовалась я у самого Квадрата.
— Голосование это обязательная система, и еë нельзя исключать. В этот раз оно начнется вновь с последнего номера... Игрок ”456”.
Ки Хун, сохраняя невозмутимость, направился к кнопке, пока шакалы с синей стороны не особо были внимательны. Они, как и мы, уже знали, что он будет против дальнейшего участия. Но потом, когда загорелся синий, они удивлëнно посмотрели на самого игрока, что и нажал ”кружок”, без раздумий сменив крестик на нолик. Это повергло в шок нашу сторону. Ки Хун? Тот самый Сон Ки Хун что всегда был против игры?! Немыслимо!
— Какого...
Лишь вырвалось у кого-то из оставшихся ”крестиков”. Игрок ”456” не смотрел на нас, пока медленно шëл на другую сторону, где с довольными лицами его встречали как героя. Что вообще с ним произошло?..
Остальные отдали голос так же, как и в последний раз, но опять же выиграла снова сторона тех, кто хочет продолжать. Чжун Хи, сидящая на кровати, в окружении старушки, еë скромно стоящего в стороне сына и ”120”-ой выглядела разбитой. Наш отряд сегодня потерял двоих бойцов, один из которых погиб, а другой решил перейти на другую сторону.
Какая-то неведомая ярость переполнила меня, и я, развернувшись, бросилась в сторону ”кружков”. Мне нужно было взглянуть в лицо этого предателя и понять, раскаивается ли он. Нужно было вести диалог конструктивно и следуя логики...
— Ты совсем охренел?! — но вырвалось у меня совершенно другое, когда я оказалась напротив сидящего мужчины. — Какого чëрта ты решил изменить своим принципам и проголосовать за продолжение данного кошмара?!
— Он наконец просто понял, что может заработать на вас побольше, — лукаво ухмыльнулся один из подхалимов сотого. — Вали отсюда лучше!
— Я не с тобой разговариваю! — огрызнувшись, я снова переключила внимание на бывшего предводителя. — Как ты вообще мог... Знаешь, я... с самого начала тобой восхищалась, твоей устойчивостью и желанию спасти людей, — Ки Хун молча опустил взгляд, дабы я не могла прочесть его эмоций по данному поводу. — Я знаю, что гибель Чхон Бэ причинила тебе боль, но хотел бы он, чтобы ты отказался от возможности бороться? Думаю нет... Он всегда тебя поддерживал, и верил в тебя.
Мой гнев постепенно улетучился, сменяясь скорбью и разочарованием.
— Так было нужно.
Наконец он подал тихий, полностью опустошëнный голос. Я прикусила губу.
— Я не знаю, что тебя заставило передумать, но... мы твои друзья, и всегда готовы поддержать, выслушать и помочь.
Понимая, что ничего не добьюсь, я решила оставить его. Мне нужно было отлучиться на некоторое время в туалет, о чëм я уведомила остальных.
Находясь в одиночестве, пока умывала руки, я думала о всем, что сегодня произошло. Я стояла у зеркала, глядя на свое отражение. Слезы, которые я сдерживала, начали медленно стекать по щекам но я их быстро утирала. Неужели все эти жертвы и страдания были напрасны? Но в голове всё крутились слова Ки Хуна — «Так было нужно». Что это значит для нас и для всех, кто остался здесь? Мои руки, холодные от контакта с водой, отражали хрупкость ситуации. Каждый выстрел гремел в памяти, каждый потерянный человек оставлял шрам.
Дверь скрипнула, нарушая тишину помещения. Я замерла, прислушиваясь, полагая, что кто-то из девушек пришел меня успокаивать. Но когда я услышала знакомый голос, по телу прошел холодок.
— Эй, красотка, — произнес Нам Гю, и в его голосе слышались нотки уверенности, которые внушали страх.
Обернувшись, я увидела его, что, видимо, снова решил принять наркотические препараты, спрятанные в тëмном крестике, вызывая в душе дежавю.
— Пришла твоя очередь расплачиваться за предоставленные услуги, как и было обещано, — произнес он с ухмылкой, которая заставила меня ощутить полное беспокойство.
— Это женский туалет, — напомнила я, стараясь сохранить контроль над ситуацией, хотя в голове уже роились мысли о том, как выжить в этой опасной игре.
— Не парит, — отмахнулся он, и когда я попыталась уйти, он перегородил мне дорогу, пригвоздив к стенке. — Мне всегда симпатизировали скромницы, знаешь?
— Нам Гю... Я не... — сердце учащëнно забилось от нависшего надо мной страха, точно как будто я стояла на краю пропасти.
— Я что, зря отвлекал этих придурков? — хмыкнул он, но вскоре его рот растянулся в омерзительной ухмылке, пока он одной рукой расстегивал молнию на моей спортивной кофте. — Расслабься. Я заставлю тебя повторять это имя снова и снова...
— Не трогай меня, — дрогнувшим голосом попросила я, но его другая рука быстро сдерживала меня за талию, не оставляя шанса для побега.
Я застыла в ужасе. И снова это могло повториться... Я знала, что не смогу противостоять ему силой, но спасение требовало хитрости. У меня был один шанс. Собрав всю свою волю, я резко толкнула его в плечо, на мгновение заставив его отпустить хватку. Я молилась, чтобы этого хватило, чтобы выскользнуть из его захвата.
— Ты только что сделала ошибку... — прорычал Нам Гю, глядя на меня с ненавистью, но я уже бросилась к двери.
Рука дрожала, когда я схватилась за ручку, но внезапно он схватил меня за запястье и притянул обратно.
— Ты не уйдёшь так легко, — прошипел он, приближая своё лицо ко мне, и я почувствовала его горячее дыхание на своей коже.
Я заколотилась в его объятиях, но внутри зажглось нечто сопротивляющееся — адреналин, страх, ярость. Внезапно я поняла, что не собираюсь сдаваться.
— Отпусти меня, урод! — закричала я от всей души.
Его руки стали лезть под мою верхнюю одежду, и в этот момент я вспомнила о кинжале, который закрепила в своих волосах. Собравшись с силами, я одним движением извлекла холодное оружие и замахнулась на парня, оставив порез на его лице. Он закричал и схватился за истекающее кровью лицо, отпихнув меня в сторону, и я ударилась боком об раковину с такой силой, что перед глазами поплыло.
— Ах ты тварь! — закричал он, явно не ожидая ответа на свою агрессию.
Я бросилась бежать, быстро пряча оружие в рукаве, дабы его не отобрал кто-либо из охраны. Главное — добраться до общежития, пока меня не нагнал злой, как цепной пëс, парень под наркотиками. Казалось, спасение близко, когда я ворвалась в общую комнату, но тот мгновенно нагнал меня и с силой набросился. Очки, как и кинжал, вылетели вперëд.
— Сучка мелкая... Да я тебя прикончу! — грозился он, и я почувствовала, как его руки схватили меня за ноги, таща обратно к нему.
Я успела схватить только то, что попалось мне под руку — кинжал. Я видела его перекошенное от злобы лицо, украшенное длинным шрамом, и ощутила его руки, обвивающие моё горло, прежде чем гримаса злобы сменилась на удивление и боль. Он, наконец, взглянул вниз, и я увидела, как лезвие пронзило его живот.
Мгновение замерло в воздухе, словно время остановилось. Это стало моим шансом на свободу. Мне удалось освободиться, от чего я резко отползла от блестящего кровью игрока, а с ужасом смотрела, как он падает на пол, бьясь в предсмертных конвульсиях, переставая двигаться. Часть его крови попала мне на лицо, и я почувствовала, как мои ноги дрожат от ужаса.
Раздался холодный женский голос:
— Игрок 124 выбыл...
В копилку над головами прибавилось ещë немного денег. Я посмотрела по сторонам. Все игроки смотрели на меня, и если кто-то с ужасом или довольством, то другие с удивлением и шоком. И второй вариант я уловила на лице Дэ Хо. Пожалуйста, не ненавидь меня...
Мне было абсолютно плевать на то, что в дальнейшем говорили другие игроки. В ушах стоял шум.
Я - убила человека.