Глава 1: Между спокойствием и агонией. (1/2)

Во второй жизни они могли не свидеться вовсе — такое, порой, случалось. Если бы не особо дождливая погода распространилась на весь Лондон. И не разъяренный пузатый мясник, выгнавший маленького котенка за съеденное свиное ушко.

А Роксана, в прошлом веке грезящая о внутренней свободе, наконец, её заполучила. Не было у девчонки больше ни сварливой няни, ни назойливых родителей. Только вязанная сумочка и безумно жалобный взгляд, что позволяли насобирать себе наживу. Грамотой она не интересовалась, работой подавно. Не нравился ей и сам город. Хотела Роксана когда-нибудь накопить на новые ботинки и забежать в поезд, открывающий новые горизонты. Остальное — неважно. В этот раз, уже шестнадцатилетняя Роксана, обладала, разве что, хорошей скоростью. Успевала при помощи такого заурядного умения с лёгкостью сбегать от преследующих её констеблей после очередной кражи. И в этот, предрекающий их знакомство, день, девушка зашла в мясную лавку, вся потрепанная, в дырявых обносках. Глаза — заплаканные, лицо — в какой-то саже. Мясник, почесывая лохматые усы, сильно насупился. Долго думал, перед тем, как спросить.

— Сиротка, что ли? — голос у него был басовитый, очень грозный.

— Д-да, сэр… — Роксана захлопала пышными ресницами, смущенно перебирая пальцы рук.

— Ну тогда нечего мне витрины пачкать! Иди дальше на улице деньги клянчи, как заработаешь, так и возвращайся, — пригрозил он пальцем, но отвлекся.

Ненадолго отвернулся от Роксаны, чтобы борзого чёрно-белого котёнка прогнать, который на свежие ушки покушался. Опытной воришке и доли секунды хватило. Она быстро уложила в сумку несколько палок колбасы и мигом вылетела на улицу. Мясник, как только пропажу обнаружил, громко разорался, требуя вора поймать, и сам за ней следом помчался.

Истончившиеся ботинки захлюпали по грязи. Роксана не оборачивалась, торопясь поскорее скрыться в ближайшем закоулке. Только вот, появилась у неё преграда. Кто-то мягкий и маленький мешал передвижению, вынуждая об него спотыкаться.

— Ох, ну серьёзно?.. — буркнула Роксана, как завидела на полу пушистый комочек с ярко-зелеными глазами.

Отшвырнула раз — ничего, опять к ней пристал; два — точно также. Котенок выбрал себе жертву, с большим азартом играясь с длинными шнурками. Тогда Роксана, стараясь скорость не сбавлять, подхватила его на руки, избавляясь от хвоста в виде двух констеблей и знатно отстающего мясника.

Остановилась в тёмном переулке, переводя дыхание. Крайне напуганный котёнок, жалобно замяукал, с непониманием глядя на воришку. Слезть не пытался. Что-то внутри его крохотного мозга щёлкнуло. Будто вновь рядом с мамой-кошкой оказался. Запах, исходящий от Роксаны, показался котенку знакомым и родным. Таким, которого не ощущал давно. Сразу заурчал, располагаясь на худых бледных ногах.

— Да жри уже и отстань, — скривила губы девушка, отрывая ртом весомый кусок колбасы.

Махнув пушистым хвостом, котенок, конечно, с огромным энтузиазмом его слопал, но на изначальную позицию таки вернулся, чем разозлил Роксану. Попытки отцепить назойливое животное от себя успехом не увенчались, так что она сдалась, почувствовав голод, сдавливающий живот. Сама принялась чавкать вкуснейшей колбасой, периодически делясь с мохнатым чудищем. Он её, безусловно, раздражал… Сочувствию тоже имелось место. Брошенный и никому ненужный. Этим они были похожи.

— Мне пора, — произнесла Роксана, вставая на ноги.

Сегодня ей повезло выбить ночлежку у доброй портнихи, что не сумела устоять перед широкими голубыми глазами. Старушка периодически помогала Роксане, когда та совсем концы с концами сводила. Но едой не баловала — и без того пять ртов требовалось прокормить.

Пригретый лаской котенок протянул недовольное: «Мяу», устремляясь за знакомыми шнурками. Так они оказались вдвоем в нужном квартале. Роксана попросту не заметила, что следом за ней шествовал проворный кот. А когда оглянулась, было поздно. Котенок пронырнул внутрь сырого жилища, пугая мягкосердечную портниху.

Прошли годы. Котенок стал крупным котом. Характером спокойным, однако в обиду себя или хозяйку не давал. Шерсть вся дыбом вставала, а когти то и дело наружу выходили, стоило только кому-то в их сторону косо глянуть. От Роксаны не отстал… Куда бы ни шла — он за ней. И на поезд, как только она себе новые ботинки прикупила, сел рядом. Переселились они в неизведанный город Бирмингем. Там Роксана повстречала молодого офицера и остепенилась. Сама не заметила, как вышла замуж. Родила одного сына… За ним курчавую дочь. Кот к тому времени оглох и с тяжестью передвигался. Но пока хозяйка дышала — умирать не смел.

С третьими родами, уже отнюдь не молодая Роксана, подхватила сильную инфекцию. Слегла за пару недель. Все дни, что она боролась, Фунт, такое имя коту дали, лежал у неё на груди и слушал бьющееся сердце. Чувствовал он, как силы его покидали. Задние лапы были парализованы, а на правом глазу образовалась катаракта. И всё равно, чувствовал истинное кошачье счастье, потому что до последнего с Роксаной оставался. Она умерла мирно, во сне. Он тоже. Перед тем, как в последний раз прикрыть веки, увидел кот старый дуб и проворные детские ножки, активно по нему взбирающиеся. Вспомнил Фунтик, какое прекрасное было время. И не надеялся он с ней больше повстречаться. А оно вон как получилось.

***

Громко орущая чайка пролетела над голубым бассейном, вынуждая лежащую на воде Роксану резко вздрогнуть. Она не заметила, как заснула. Всё-таки, перелет являлся долгим и изнурительным. Для мисс Адамс, что привыкла спать сутками — тем более.

До сих пор ей не верилось, что снова переступила порог летнего коттеджа. Не такого огромного и красивого, как представлялось в детстве. На кухне висела все такая же керамическая посуда, размалеванная детскими каракулями, в ванной — обваливающаяся плитка. А вот запах сильно изменился. Весь дом пропах сыростью и пылью, иногда ощущались нотки медикаментов, прогрызающие в душе дыру неприятными воспоминаниями. Когда они в последний раз сюда приезжали, мать уже была больна лейкемией, отчего зайти внутрь оказалось невыносимо сложно. Ступни разразились неприятной дрожью, а коленки так и норовили согнуться. Чувство свободы, что Роксана ощутила на мгновенье, взирая на рассветный пляж, испарилось. Но она посмела взять себя в руки. До пяти вечера драила полы и даже покрасила, впивающейся в слизистую, краской веранду. Затем наполнила бассейн… Когда-то Роксана его боялась. Удивительно вспоминать, каким глубоким и большим виделся он ей до лет четырнадцати. Теперь, наоборот, казался крохотным. В таком и небольшой компании не уместиться.

— А у тебя тут уютненько, — произнесла Эми, разливая им по бокалам белое вино. — Не хуже, чем в моем отеле.

— Когда только зашла, всё было гораздо хуже, — Роксана скупо улыбнулась, щурясь от закатного солнца.

Непривычное осеннее тепло. В октябрьском Нью-Йорке она коченела от холода, здесь же было очень комфортно. Жара спала, а двадцать пять градусов держалось на термометре от утра до самой ночи. К такому климату легко адаптироваться. По крайней мере, ей.

— Мик прилетит через пару часов, — Эмилия почти сразу опустошила бокал. — Успела соскучиться?

— Угу… — несмотря на то, что Роксана хотела погрязнуть в море алкоголя, распивать напиток не торопилась.

По Мику она действительно заскучала. Не хватало чужого тепла и успокаивающих слов. Тревожность последние несколько месяцев её преследовала по пятам. С Миком справляться казалось легче. Он старательно переносил фокус Роксаны на что-нибудь другое.

— Я забронировала нам яхту на завтра, — снова перевела тему Эми. — На одиннадцать утра. Уже мечтаю о том, как напьюсь и нырну в воду.

— Супер.

Диалог не клеился. Они обе это понимали. Отсутствовала та самая непринужденность, что всегда сопутствовала им. Роксана вела себя несвойственно скованно. Эмилия, являющаяся их поводырем, тоже мельтешила, не могла ни за что зацепиться. Напоминало первую встречу закадычных подруг. Первый курс университета и приветственную вечеринку. Эми, ещё не стриженная под строгое каре, развивала светлые волосы по всему танцполу, флиртуя сразу с тремя. Роксана, ютившаяся в дальнем уголке, с интересом её разглядывала. Сразу заприметила. Она хотела себе подругу, как Эмилия: популярную, красивую и дерзкую. Такую, с которой она всегда будет на виду.

Заговорили они спонтанно, стоя на курилке. Эмилии понравился жакет, подаренный Миком. Да у Роксаны почти всё было от Мика тогда. У неё самой совершенно отсутствовало какое-либо чувство стиля. И это ещё один пункт, по причине которого, ей так не терпелось подружиться с дочерью именитого дизайнера. Увы, разговор совсем не шёл. Эмилия, очевидно, была под кайфом, а Роксана не успевала за её мыслями. Повезло, что обменялись профилями с социальных сетях. Повезло, что Эми ответила Рокси на предложение выпить кофе.

— Дай сфотографирую, — Эмилия выловила эстетичный кадр, надеясь пополнить им ежедневные сторис.

Роксана никогда не сопротивлялась мании подруги к известности в сети. Она, благодаря её вечным отметкам, сумела набрать пять тысяч подписчиков, что нехило помогло успеху будущего веб-комикса. Теперь это, конечно, не имело никакого значения, ведь Рокси не притрагивалась к планшету около трёх месяцев. Оставалось всего две главы до финала… Главный герой должен был выжить после погони и вернуться к семье. Теперь, всякий раз, когда она начинала рисовать, в голову лезли только кровавые расправы. Казалось, что герой, в которого она вложила всю душу, больше не смел быть счастливым. Роксана знала, что смерть любимчика опечалит фанатов и снизит рейтинги. Издательство считало аналогично. Поэтому бездействовала, прогорая по всем срокам.

— Да пей ты уже, чёрт возьми, — недовольно цокнула языком Эми, протягивая ей бокал. — В одиночестве напиваться неинтересно.

— Раз уж так просишь, — протянула Рокси, допивая до дна.

Солнце стремительно падало за горизонт. Роксана упала головой на шезлонг, в попытках словить последние лучики. После наступления темноты дремота чересчур сильно её одолевала. Проводить всё время в спячке помогало, однако, она поклялась себе, что хоть немного приложит усилия в этом отпуске. Не будет так часто думать о холодном трупе Ави и её вскрытых вдоль венах на руках.

Эмилия, по мнению Роксаны, в профиль походила на древнегреческую богиню. Слегка крючковатый узкий нос и ярко выделенные скулы, находящиеся в некой гармонии с пухлыми губами и лисьими, древесного цвета глазами на едва загорелой коже. Она являлась не шаблонно прекрасной, чем заманивала в собственную паутину многих. Роксану, что любила себя окружать красивыми людьми и вещами, тоже. Миссис Таппер всячески следила за собой. Не пропускала походы к косметологу и в спортзал. Была худой, почти, как Рокси, но, в отличии от неё, подтянутой. На множественных фотографиях в бикини она так и норовила похвастаться упругими ягодицами и заметным прессом. Так и сейчас, вставая длинными ногами на заскрипевший шезлонг, Эми покрутила из стороны в сторону затекшей длинной шеей и, словно птица, изящно взмахнула вверх рукой, привлекая к себе внимание.

— Понимаю, что ты приехала страдать, — начала она мотивационную тираду. — Но, извини, я тебе не позволю этого сделать. Поэтому поднимаю тост за лучшие твои два месяца и мои три недели, самые насыщенные пьянки и множественные знакомства!

Послышался громкий звон, заставляющий Рокси широко улыбнуться, допустить тихий смешок. Эмилия, не сдержав равновесие, грохнулась с шезлонга прямиком на бежевую плитку. Не сильно, сразу поднялась, с огромным сожалением рассматривая битое стекло и разлитую жидкость.

— В моей голове это было чуть иначе, — с театральной досадой вздохнула Эми.

— В следующий раз тебе стоит всё же снять каблуки, — продолжала посмеиваться Роксана: инцидент её знатно позабавил. Такого падения явно не ожидаешь от успешной молодой наследницы многомиллионного бизнеса.

— О, ты хочешь сказать, что я буду тебе вправлять мозги ещё раз? Ну уж нет, сюсюкаться — страсть Мика, не моя! — Таппер и сама широко улыбалась.

Обстановка таки пришла в норму. Напряжение, парящее в воздухе, пропало. Эми всячески избегала темы смерти Ави, рассказывая о последних показах и деловой поездке во Францию, в которой ей довелось «заняться страстным сексом» с фотографом-красавчиком. Роксане правда было интересно слушать. Особенно про сам Париж, в котором она пока не бывала. Мысли порой возвращались в точку невозврата. В то, что она не бывала «пока», а Аврил не сможет «никогда». Эмилия не замечала её смены настроения, но как-то интуитивно сменяла тему, помогая развеяться. За болтовней разлилась первая бутылка, за ней в ход пошла вторая. Роксана совершенно случайно пропустила вибрацию телефона, поэтому когда дверной звонок запиликал пением птиц, она слегка напряглась.

Половицы в прихожей жалобно заскрипели от радостно запрыгавшей Эмилии, тут же кинувшейся Мику на шею. У неё с самого начала имелась особая любовь к парню лучшей подруги. Возможно, потому что ей самой в делах любовных особенно не везло. А Микаэль в глазах Эми был идеалом. И приятелем стал для неё отличным.

— Ну да, можете меня не замечать, — за широкой спиной Мика залепетал хриплый женский голос.

Замаячила рыжая пышная макушка. Роксана хотела уж было протереть глаза, когда рассмотрела смуглое лицо Катрины, усыпанное веснушками.

— Я пытался отговорить, — шутливо произнёс Мик. — Сами знаете, Купер неугомонная, если что-то решила.

Рокси не виделась с Кэтти с похорон. Знала, что та бросила учебу в медицинском на четвертом году из-за финансовых трудностей в семье. Поэтому не ожидала её прилета в Испанию. Отнеслась даже с определенным подозрением, не оплатил ли перелет Катрине Мик. Однако, всё равно с теплотой её обняла. Катрина Купер — одна из немногих, с кем Роксана поддерживала связь с раннего возраста. Она жила на соседней их с Микаэлем улице и дружила с Ави, являясь младше самой Рокси на два года. Потом, когда они переехали в центр, Кэтти осталась там, но упросила маму перевестись в новую школу. Как раз в ту, в которую перешли Рокси и Мик. И после окончания, пошла следом за Миком в медицинский. Она была к нему необъяснимо привязана. Не больше, чем Роксана, и все же…

— Почему вы до сих пор способны передвигаться? Разве целого дня мало для того, чтобы распить несколько бутылок? — спросила Кэтти, перенося в гостевую розовый чемодан.

То, что Катрина останется жить в коттедже, Рокси приняла, как должное. Всё равно, второй этаж в полном их с Миком распоряжении.

— Все вопросы к Рокси, — отмахнулась Эми, сама достаточно поддатая.

Роксана перестала принимать антидепрессанты за пару недель до поездки. Состояние сильно ухудшилось и всё же, она желала быть независимой от них в курортном городке Салоу.

— Всё, потом вещи разложите. Идём гулять, наконец! — Эмилия явно обрадовалась приезду такой же оторве, как она.

Катрина начала выпивать, кажется, с лет пятнадцати. В шестнадцать стала завсегдатаем на вечеринках. Многие поражались тому, как она успевала совмещать учебу с частым похмельем.

— Пойдёшь? — прошептал Мик, целуя Роксану в висок.

Он не хотел, чтобы она нагружалась, прыгая выше головы. Терапия должна проходить постепенно.

Рокси слегка отпрянула, неуверенно пожимая плечами. Правда, больше всего она думала о кровати. Завтра и без того намечался насыщенный день.

— Девочки, мы, наверное, пас, — Мик обвил талию Рокси с двух сторон, помогая полностью осознать значение «мы».

— С хрена ли? — Эмилия, успевшая захватить под вельветовую укороченную кофту бутылку мартини, недовольно поморщила нос. — Мик, ты вообще на чьей стороне? А, предатель?

— Завтра всё равно свидимся, чертовка, — он неловко улыбнулся, показывая милые ямочки. — Ты говоришь, яхта в одиннадцать, да?

— Я тогда тоже сегодня лучше отдохну, — резко спасовала Катрина, утопая в мягком замшевом диване.