Harry & Blaise (2/2)

— Ответ неверный, - холодно процедил Забини, без предупреждения разжав ладонь на чужом затылке. Теодор рухнул на кровать, и уже хотел было предпринять попытку повернуться с живота на спину, как Блейз перехватил его за волосы, на этот раз уже со всей силы дёрнув паренька за кудри вверх.

— Ты мелкая дрянь, Нотт, - губы Блейза почти прижались к чужой ушной раковине, и, игнорируя вырвавшийся из юношеской груди сдавленный вскрик, он продолжил с жаром нашептывать то, что так давно кипело внутри. - Ты жалкая, никчемная гниль. Ничтожество.

В полнейшем забытие Забини извергал из себя оскорбление за оскроблением, даже не замечая за своей слепой яростью, как разглаживается лицо его обидчика. Как он почти бесшумно, но облегченно выдохнул ”Ах” и задышал чаще. И только лишь когда он прохрипел что-то, то Блейз замолчал и перевел глаза на подрагивающие ресницы и покрывшиеся странным румянцем скулы.

Что за...

— Что? - непонимающе переспросил мулат, всё ещё не веря в то, что передавали его мозгу глаза.

— Ещё... - жалобно прокряхтел Тео, сложив брови домиком и облизнув пересохшие губы.

От этого просящего полустона у Блейза мгновенно поднялся жар по всему телу. В паху засвербело, член призывно дернулся, а сам он ошарашенно оглядел картину перед собой.

Какой же ты... пиздец.

— Только если ты посмотришь. На меня, - сбито прошептал Блейз, всё ещё не веря в то, что сейчас происходило между ними. Что происходило с Тео.

Сговорчивый Нотт в ту же секунду приоткрыл глаза. От боли ему это удавалось с трудом, но он беспрекословно устремил ресницы в сторону своего недруга. Пьяно окатил Блейза своим расфокусированным взглядом (с кипящей ненавистью на дне зрачков) и процедил сквозь сжатые зубы:

— Пошел ты...

Но Забини более не верил тексту, что слетал с этих припухших - от очевидного возбуждения - губ. Он глядел в саму суть распластавшегося перед ним парнишки и понимал лишь одно:

Нотт плюется ядом, но выполняет то, что я ему скажу. Чёрт возьми, он подчиняется мне.

Последняя мысль вызвала очередной виток сильнейшего желания. Кровь забурлила, отливая от мозга, и разум в то же мгновение помахал Блейзу на прощание рукой. Тео продолжал послушно вглядываться в итальянца, пока тот силился собрать хотя бы одну мысль воедино, но всё свелось только лишь к одному единственно-возможному в данной ситуации умозаключению:

Сегодня. Уже сегодня. Я тебя отымею.

Какжеэтобудетохуенно.

Мулат тяжело выдохнул, обведя потемневшими глазами теперь-уже-такое-доступное лицо своей Кудрявой Бестии, и прошелестел:

— Смотри на меня.

Атмосфера накалилась до предела.

Ресницы Нотта слегка дрогнули, когда Блейз перехватил кудри на затылке и сжал их сильнее, чтобы потянуть на себя. Юноша зашипел от боли, бегло обведя свои губы языком, но глаз не закрыл.

Послушный.

Блять. Блять. Блять.

Какой ты.

Забини удержался от того, чтобы не растерзать этот призывно-приоткрытый рот прямо сейчас, и благодарно зашептал с самыми искренне-восторженными интонациями из своего арсенала:

— Ты такая блядь, Нотт...

Ресницы Теодора дрогнули, а возникшая морщинка на переносице продемонстрировала, насколько кудрявому парнишке понравилось данное изречение. Блейз качнулся было вперёд, чтобы поцеловать уже наконец растопленное тело - самое желанное на планете - но совершенно невовремя зазвучал топот шагов по лестнице.

Идиоты. Кретины. Ну, почему сейчас?!

Разочарование вдарило по нервам, стоило Блейзу отпустить мягкие локоны на свободу и усилием воли перенести своё тело на соседнюю кровать. Теодор рухнул лицом в свой матрас и не поднимал головы, пока дверь не распахнулась и на пороге не появились два бугая.

Забини никогда так не ненавидел Крэбба и Гойла, как сейчас, пока они, перебивая друг друга, пытались выдавить из себя что-то, похожее на связную речь.

— Говорите по очереди! - зло рыкнул Блейз, стараясь не пялиться на вздымающуюся оголенную спину на ноттовской кровати, но всем вниманием сосредотачиваясь именно на ней.

— Да... Там короче. В Крыле. Малфой! И он... Типо с ним что-то там...

— Что с ним? - холодно уточнил Блейз, острее цепляя внутренним взором, как медленно Нотт повернул своё заалевшее лицо в сторону вошедших.

— Да, мы не поняли. Там он типо лежит. И Помфри скачет вокруг него. Вот.

— А! С ним ещё очкарик Поттер. Но чё он там...

— Типо нашёл он его или чё.

— Да-да, нашёл. Так сказала старуха.

— Ну, да-да.

Громилы облегченно выдохнули, а со стороны дальней кровати раздался скрип. Опасным предупреждением он распорол пространство, но, кажется, это заметил лишь Блейз, который только сейчас рискнул посмотреть на того, с кем они бы запросто могли сегодня переспать.

Глаза Тео светились кристальной ясностью. Он плавно поднялся на ноги, тяжело глядя на Крэбба и Гойла, и с абсолютно нечитаемой восковой маской вместо лица властно спросил:

— Драко в Больничном Крыле?

Винс и Грег пугливо переглянулись, видимо, опасаясь вступать в диалог с Ноттом, особенно после того перформанса, что они видели в исполнении своего сумасшедшего соседа, и поспешно закивали.

— Забини, - ледяным тоном бросил Нотт, глядя прямо перед собой совершенно колючим взглядом. - Палочку.

Он требовательно выставил ладонь вперёд, даже не удостоив итальянца взглядом.

Строишь из себя крутого мужика, после того, как лежал течной сукой передо мной? Ну-ну.

Так уж и быть, я тебе подыграю.

Блейз незаметно ухмыльнулся своим мыслям, выудил боярышник из своего кармана и вальяжно бросил его в сторону Тео, надеясь, что тот чуть сбавит спесь, когда не поймает летящее к нему древко. Но пальцы Нотта, на удивление, резво сомкнулись на волшебной палочке, будто бы он миллиард раз ловил предметы с закрытыми глазами, демонстрируя всем превосходную реакцию.

Он призвал свою одежду. И под внимательные взгляды присутствующих принялся спокойно одеваться. В воздухе повисло такое напряжение, что Гойл не выдержал и неуверенно буркнул:

— А чё вы... поссорились?

Ох, идиот. Ну, куда ты лезешь.

Тео разрубил Грега пополам одним резко вкинутым взглядом исподлобья, и тот, будто бы задохнувшись от невербального Остолбеней, тотчас же закрыл рот, передумав задавать следующий вопрос.

И когда кудрявый юноша сосредоточенно надел тёмно-зелёный свитер на себя, то Блейз не удержался от саркастично брошенного:

— Ты, правда, собрался пойти туда?

Ответ прилетел моментально, вместе с ужасающей по силе злостью в карих глазах:

— Нет, трахаться пойду.

Забини лишь хмыкнул.

— М-м, тогда удачи, - лениво протянул Блейз, забрасывая ноги на свою койку и добродушно ухмыляясь.

Удачи провернуть это без меня.

Нотт в этот момент решительно зашагал к выходу, отчего две верзилы, точно с перепугу, моментально шарахнулись в разные стороны. Теодор же презрительно скривился и, даже не повернув головы в сторону мулата, с невероятным пренебрежением кинул:

— И тебе. Не забудь подрочить.

После чего с абсолютно пустым взглядом Тео распахнул двери и уверенно покинул общие спальни.

Блейз прикрыл глаза и тяжело выдохнул.

М-да. Подрочить действительно не помешает. Или дождаться тебя, поломанная пташка?

Забини с мрачной улыбочкой устроился на своей подушке, позволив себе прокрутить произошедшее ещё раз. Эпизод за эпизодом.

Я обязан попробовать его. Сегодня. Завтра. Или через год. Я обязательно это сделаю, Нотт. Даже не сомневайся.

***

ЧАС НАЗАД НА АСТРОНОМИЧЕСКОЙ БАШНЕ

—… совсем идиот?!

Гарри не мог скрыть своего потрясения. Его глаза округлились, а сам он рвано вдыхал воздух через рот. Слова застряли в горле, точно глотку нашпиговали раскаленным свинцом.

Он явственно видел, как Малфой только что чуть было не сделал роковой шаг с Башни.

Как так-то?

Зачем. Из-за чего.

Неужели...

Он не сумел сформулировать это предложение даже в мыслях. Печать вины успела настигнуть паренька ещё в Выручай-комнате, когда он стоял и смотрел, как Драко попросту сбегает, после того, как...

После того...

Горло болезненно сжалось, а по сердцу неприятно царапнуло острое перо.

Успокойся, Гарри. Надо учиться называть вещи своими именами.

Вдох. Выдох. И попытка номер три: ”Драко попросту сбежал, после того, как мы переспали”.

«Сбежал» и «переспали» в одном предложении. Чудесно звучит.

Особенно, когда это первый опыт. Особенно, когда рассчитываешь, что это вас сблизит. Особенно, когда даже предположить не смеешь, что сразу же после упоительных по силе чувств окажешься прибитым к земле.

Вот уж поворот.

И для того, чтобы сейчас стойко пережить ”удар”, Поттеру необходимо было превратить случившееся в свершившийся факт. И от этого должно было стать легче.

Вроде как.

Такой механизм юный волшебник начал использовать ещё летом из-за жутких кошмаров, по кругу проигрывающих перед травмированным разумом события на кладбище. И каждый раз по пробуждению приходилось напоминать себе о том, что Седрик мёртв. Убит. Его уже не спасти. Как бы ни хотелось.

Сны прекратились лишь на время. И возобновились после начала внеурочных занятий по окклюменции со Снейпом (о, их Гарри возненавидел даже сильнее, чем бесполезные пары у Амбридж).

Это были воистину самые отвратительные «уроки», из-за которых теперь Снейп (лицезревший в воспоминаниях ученика то, что не предназначалось для общественного просмотра) кидал на Поттера такие взгляды, что впору было бы удавиться. А Гарри оставалось лишь сжимать челюсти до хруста от ощущения собственной никчемности и бессилия перед тем, что самый ненавистный человек на планете теперь знает о его слабости. Знает о Драко.

Поцелуй в небе профессор зельеварения ещё не успел увидеть, собственно, как и новейшую тайну Выручай-комнаты, но с дрянными способностями Гарри защитить свой разум, распаковка этих секретов ожидалась в самое ближайшее время.

Что же касается того, что произошло после занятия ОД, то Поттер (в силу своей неопытности) не мог даже предположить, как именно развернутся события. Да, он просчитывал возможность получить хотя бы один поцелуй, направленный на укрепление отношений, но чтобы попробовать столько смелых и неожиданных вещей... Подобные опции Мальчику-Который-Выжил были недоступны даже в воображении.

Малфой же, в свою очередь, уверенно творил совершеннейшее бесстыдство и так откровенно наслаждался происходящим, что гриффиндорец подумал о самом логичном, о чём бы помыслил подросток его возраста:

Наверняка Драко делает всё то же самое с Ноттом.

Делает. Получает удовольствие. И ждёт такого же уровня вовлеченности и ”исполнения” от Гарри.

И вот в ту злосчастную секунду гриффиндорец понял, что отступать некуда. Либо он ударит в грязь лицом, расписавшись в своей трусости, либо попытается сломать свои же собственные грани и попробовать узнать, а каково ЭТО.

Да, Гарри было неловко. Непривычно. Множество страхов из самых потаенных уголков сознания и раздражающие вопросы в одночасье опутали разум тонкими паучьими нитями. А что, если я что-то сделаю не так? Что если ему будет больно? Что если мне самому не понравится? Что если...

Они сыпались и сыпались, отвлекая от самого коварно зудящего и неприятного:

Что если Нотт окажется лучше?

Лучше в поцелуях. В сексе.

Во всём.

Невидимая гонка, негласное соревнование.

Злость на самого себя за то, что вообще ввязался в это противостояние, удушливо сжимала внутренности. Куда уж мне до этого похотливого существа?

Но ловя ухом эти пошлые стоны, срывающиеся с губ Малфоя; слова, что вылетали из его, казалось, такого невинного рта; воочию наблюдая, как податливо пламенеет тело напротив, Гарри не мог не рискнуть.

Не мог не поставить всё на кон и лететь так, чтобы ещё секунда, ещё один лишний дюйм к земле - и внезапное - бум! - трагичное приземление.

Собственно, именно оно и ждало Избранного ПОСЛЕ.

Гарри ещё долго стоял, как прибитый, и пытался воссоздать в памяти всю линейку произошедшего, чтобы вычленить тот самый брак, ту самую точку невозврата, после которой всё и понеслось под откос. Но как бы Поттер ни старался, он так и не сумел поймать ту единственную причину, что заставила Драко поступить подобным образом.

Тогда упрямый юноша открыл Карту Мародеров, которую он носил с собой на каждое собрание ОД, и проследил, где находится точка под названием ”Драко Малфой”.

Нет, мы с тобой не закончим наше общение так. Я, чёрт возьми, получу все ответы, глядя тебе в лицо!

Без особых усилий Поттер обнаружил заветное пятнышко, как раз стремительно летевшее из подземелий. Бегло пробежавшись глазами по спальне мальчиков, Гарри обнаружил ещё четыре точки: Грегори Гойл, Винсент Крэбб, Теодор Нотт и Блейз Забини. Первые две маячили туда-сюда по общей комнате, а оставшиеся не двигались, находясь непозволительно близко друг к другу в ванной комнате.

Чёрт с ними!

Взгляд вновь устремился к Драко. Который явно несся, сломя голову, куда-то на верхние этажи. Минуя Филча, он завернул за угол и вышел на лестницу, которая привела бы в то самое место.

Астрономическая Башня.

Гарри наспех накинул мантию-невидимку, и, поддавшись импульсу, ломанулся что есть силы туда, где только-только пару месяцев назад зародилась их дружба. Он не знал, что скажет, как оправдает свою слежку за объектом своей симпатии, но одно он знал точно: его нутро жаждет задать единственный вопрос белобрысому придурку:

ЧТО. НЕ. ТАК?!

Не факт, что Драко ему ответит искренне, но вероятность такового не исключалась.

И лишь теперь, стоя на продуваемой всеми ветрами Башне и таращась на бледно-синюшного от мороза Малфоя, Гарри понимал: ответов не будет. Его ”друг” запутался настолько, что пришел сюда не ностальгировать, а завершить всё раз и навсегда.

Перед внутренним взором совершенно неуместно всплыли фантазии об обескровленном лице с пустыми глазами и струйкой крови изо рта - это Драко лежал кривой неестественной дугой на промозглой земле у подножия Башни. Ступор сменился яростью немыслимых масштабов: Поттер часто-часто задышал, сдвинув брови на переносице, и продолжил свою гневную тираду:

— Я тебя спрашиваю! Ты что там собрался делать, а? ИДИОТ!

Малфой на его выпад отреагировал ровно так же, как отреагировала бы каменная стена, то есть - никак. Он лишь смотрел своими прозрачными глазами сквозь прибывшего, а потом еле слышно прошелестел, клацая зубами от холода:

— Я всё уб-бил.

Убил...?

Доли секунды хватило Поттеру на то, чтобы не задохнуться от негодования и, уже заметно понизив тон, произнести:

— Что? Что ты говоришь?

— В-верни вс-сё, как б-было, - на бесшумной выдохе взмолился слизеринец, безучастно глядя в дальнюю стену и обращаясь... Непонятно к кому.

— Я?! - возмущенно прошипел Гарри, даже не силясь скрыть своего шока.

Что вернуть? Он совсем спятил?!

Если и можно было огорошить Поттера ещё больше за сегодняшний вечер, то Драко успешно с этим справился. И повышал ставки, начав то ли прикидываться умалишенным, то ли действительно терять связь с реальностью.

И пока гриффиндорец думал, что ответить на подобное заявление, Малфой начал медленно оседать на пол. Но привычного сочувствия это движение не вызвало, наоборот - лишь распалило колючий ком обиды в душе. Новая волна злости накатила на Поттера, заставив сжать зубы изо всей силы.

Я что, должен тебя сейчас пожалеть?!

Драко обхватил свой впалый живот ладонями и опустил голову вниз так, что платиновые пряди свесились, точно сосульки.

— Уходи, - внезапно прохрипел блондин и наклонился вниз, ткнувшись лбом в ледяной пол.

Не-мыс-ли-мо.

Сказать, что всё это взбесило Гарри, это значит, не сказать ничего. Брюнет сжал кулаки и приложил недюжинное усилие, чтобы не двинуться с места и не навалять этой наглой морде, как следует. Захотелось встряхнуть Малфоя, чтобы тот вновь стал собой, пришел в себя и перестал отыгрывать раздавленного чьим-то ботинком слизня.

На кой чёрт тогда ты так смотрел, говорил такие слова, а потом ещё и... зачем?

Всё новые и новые вопросы безжалостно терзали мозг, а нутро загорелось чудовищным чувством несправедливости.

— Хочешь страдать? Страдай! Пожалуйста! Но не смей, слышишь? - Гарри сделал шаг, чуть нависнув над блондином, чтобы усилить эффект от сказанного. - Не смей творить глупости! У тебя есть родители. Люди, которые тебя любят. Ты права не имеешь! Ты... эгоист!

Малфой подозрительно притих и не собирался даже поднимать головы, не то, чтобы отвечать. Его тельце, одетое лишь в школьную рубашку и брюки, скрючилось на полу, подобно креветке, и мелко подрагивало.

— Ты слышишь?... Драко? - нервно прошептал Гарри, успев поддаться панике.

Ответа не последовало и в этот раз.

Поттер тронул подростка за холодное плечо, но слизеринец не повернул головы. Страх заколол в желудке, заставив тот исполнить финт Вронского.

Это... нехорошо.

Жуткие образы затопили сознание, запуская по венам противоядие в виде храброй решимости. Гарри кивнул самому себе, будто этот простой жест мог его подбодрить. Выпрямился. Спрятал под свитер мантию-невидимку. Достал палочку. Отчего-то гриффиндорец знал, что надо действовать быстро.

— Левикорпус!

Худощавое и заледеневшее тело взмыло в воздух, а Гарри ловко подхватил потерявшего сознание Малфоя и прижал к себе.

Слишком холодный.

Сердце неистово забилось где-то в глотке, пока ноги бездумно несли Поттера к Больничному крылу.

Надо успеть. Надо успеть.

Других мыслей он себе не позволял. Ему совершенно не хотелось думать о том, что скрывалось за обмороком его любимого слизеринца. Гарри сосредоточился лишь на одном - на спасении.

Он крепче прижал к себе оказавшегося - на удивление - тяжелым блондина и зашагал быстрее. Дыхание сбилось из-за вереницы ступеней, что необходимо было преодолеть до заветных владений мадам Помфри, а уж потом можно было дать волю своим страхам за здоровье своего... друга.

Да. Друга.

Родного. И близкого.

И пока он плечом толкал нужную дверь, чтобы аккуратно внести Драко в палаты, то одна неуместная мысль всплыла в его голове:

Кто же знал, что эта ночь завершится так, да, Гарри?

Но ночь была далека от завершения.

В Крыло ворвались Крэбб и Гойл, но как увидели Малфоя, то вообще забыли, зачем пришли.

Гарри было плевать, что дружки Драко (которые довольно-так быстро свинтили) увидели их вместе, так как Помфри всем своим видом показывала, что состояние студента Слизерина - это не очередная простуда. Целительница суетилась, вливая в пострадавшего то одно зелье, то другое. Когда она обнаружила, что гриффиндорец всё ещё трется возле палаты, бессмысленно слоняясь туда-сюда, то незамедлительно погнала его прочь:

— Мистер Поттер! Вы всё ещё здесь?! Что вы тут забыли? Идите в Башню своего факультета, немедленно!

Подросток хотел было воспротивиться, но все аргументы насчет важности его нахождения рядом с мистером Малфоем быстро осыпались, как никчемная труха, и оказались ловко отбиты. И вот, после сотого вопроса ”С ним точно всё будет в порядке?” и раздраженного ответа мадам Помфри: ”Если сейчас же не уйдете, то нет!”, Гарри, наконец, покинул Больничное Крыло.

Он бездумно брел по коридору, глядя себе под ноги и пытаясь успокоить себя тем, что с Драко действительно не могло приключиться ничего серьёзного.

Всего лишь обморожение и стресс. Наверняка так.

По коридору послышались шаги. Стремительные и лёгкие.

Гарри понадеялся, что это не декан Слизерина летит на спасение своего ученика, но после того, как в поле зрение попали сначала знакомая кудрявая шевелюра, а затем и раздражающее своей смазливостью лицо, то гриффиндорцу подумалось, что лучше бы ему сейчас действительно встретился профессор Снейп.

— Поттер. Какие люди, - медленно, как пантера, Нотт двинулся в сторону Гарри, не выпуская того из виду.

Внутри всё перевернулось от неуместно возникших романтичных картинок, где этот заносчивый придурок и Драко проводят время вместе НЕ как друзья, и целое цунами ревности и - как ни прискорбно - зависти завихрилось внутри, отшибая мозги, а вместе с ними и разумное восприятие действительности.

— Нотт, - процедил Гарри, из последних сил намереваясь избежать конфликта и обойти неприятеля, хотя больше всего на свете хотелось развернуться, перегородить путь и не подпускать того к Драко ни на дюйм.

— Скажи, Поттер, мамочка твоя не научила тебя тому, что брать чужое нехорошо?

Внутренности зазвенели.

Зелёные глаза моментально потемнели от гнева и убийственно-медленно перескочили на лицо Нотта, сталкиваясь с жесткой усмешкой и поблескивающими в полумраке бесовскими глазами.

Нет. Я не поддамся на твои жалкие провокации.

Гарри стиснул зубы крепче и сжал кулаки, отворачиваясь. Он почти - почти - прошел мимо ненавистного слизеринца, как вдруг тот издевательски-весело прошипел:

— Ах да... грязнокровная сука подохла, когда ты ещё слюни вытирать не научился.

Разум как по щелчку выключили. Гарри резко развернулся, но - бам! - голова его тотчас же отлетела в сторону от болезненного удара в челюсть. Он пошатнулся и хотел было ответить на нападение, но следующая атака пришлась на живот и солнечное сплетение. Из глаз посыпались искры, дыхание сбилось, а сам парень согнулся пополам, инстинктивно пытаясь увернуться от кулаков, стремящихся попасть ему в голову.

Болело всё. Удары шли один за другим, но тот факт, что Гарри вступил в схватку не абы с кем, а с Теодором Ноттом, заставлял кровь юного волшебника бурлить на зашкаливающих значениях и не сдаваться ни при каких обстоятельствах.

Через мгновение юноши оказались на каменном полу, катаясь по нему, как две сцепившиеся кошки, пока Поттер не уличил нужный момент, подобравшись к незащищенному участку чужой шеи, и не надавил на неё двумя большими пальцами, недвусмысленно намекая, что ещё секунда и он придушит мерзкую змею, посмевшую учинить драку с ним. Нотт дернулся, но Гарри со всей силы рванул в сторону, переворачиваясь и подминая паренька под себя. Силы сменились. Нотт оказался прижат к полу, извиваясь под сильными руками подобно символу своего факультета.

Шах и мат.

— Ещё раз... хоть слово из твоего поганого рта... - на тяжелом выдохе шептал Гарри, вглядываясь в шатена и контролируя силу сжатия, чтобы ненароком не перестараться и не придушить ”друга Малфоя”. Хотя немного - лишь на долю секунды - Поттеру и вправду захотелось зайти немного дальше и посмотреть, как этот мерзавец посмотрит на него с искренним страхом. Как он сдастся. Признает, что проиграл.

Но... Страх в Нотте так и не проклюнулся. Кудрявый аристократ, несмотря на своё абсолютно невыгодное положение, недостаток кислорода и уже пунцовое от удушья лицо, лишь косо усмехнулся и ещё сильнее прищурился.

Остановись, Гарри. Стоп!

Поттер разжал пальцы и выпрямился, тяжело дыша и возвышаясь над лежащим навзничь подростком. Теодор зашелся ужасным кашлем, но в мгновенье ока сгруппировался, чтобы двинуть локтем противнику по рёбрам, но Гарри предполагал возможность подобной выходки и тотчас же перехватил чужую руку, выкручивая запястье. Нотт зажмурился от новой порции боли и зашипел.

— Ты мерзкий, - выдохнул от отчаяния Гарри, попутно поднимаясь на ноги и полностью освобождая свою случайную ”жертву”. - Не подходи ко мне больше, иначе... от тебя и живого места не останется. Я предупредил.

Нотт, так и оставшись возлежать на полу, лающе рассмеялся, привстав на одном локте и глянув на своего врага с такой обжигающей ненавистью, что от одного такого взгляда можно было бы и вправду умереть на месте.

— Я тебя убью, Поттер, - гипнотически прошипел он, точно цитировал строки из какого-то древнего проклятия. - Рано... или... поздно. Помяни моё слово.

Пространство неприятно завибрировало. Магия электрическим всплеском пронеслась по воздуху.

— Встань в очередь, - уверенно парировал Поттер, упрямо вскинув подбородок, после чего зашагал прочь.

Он оглянулся на своего противника, пройдя пару метров и, убедившись, что тот в сознании и уже на ногах, двинулся к Башне Гриффиндора, убыстряя шаг.

Отчего-то на протяжении всего пути на душе у Гарри скребли кошки размером с полноценного гиппогрифа, не позволяя отвлечься от тревожных мыслей о будущем.

Что дальше? И как оно будет... теперь?