Часть 1 (2/2)

После его ухода я заперся в себе. Ни с кем не хотел делиться своими переживаниями. Пропущенные звонки, непрочитанные сообщения. Я избегал встреч с друзьями, ведь они у нас общие, и я не хотел знать, как у него дела — он ушел и просил не искать его. Не было никакого желания разговаривать. Молчать. Молчать. Молчать.

Постоянно звонила мама, и каждый день я слушал её поддержку через автоответчик. Иногда радовался новым сообщениям, надеясь услышать его голос, но все они были только от мамы, и в каждом звучали одни и те же заботливые фразы: «Как ты?», «Ты в порядке?», «Я беспокоюсь, сынок». Я мысленно давал ей ложный ответ, говоря себе, что всё хорошо.

Почему-то всё время вспоминаю наш первый секс. С Гарри я чувствовал себя уверенным, даже не замечая своей неуклюжести. Но он казался гораздо более опытным. Мы никогда не погружались в разговоры о прошлом, я не знал, сколько у него было партнеров, и он не знал о моих.

Сухие цветы в вазе, которые он подарил мне за неделю до своего ухода, телевизор, работающий без звука, растаявший лед в стакане с газировкой.

Старенький айпод на подушке играл какой-то фильм, но даже он утратил последние капли зарядки и замолчал. Может, так и лучше — я не мог нормально воспринимать звуки.

Мысли о том, как бы поехать на море, полежать на солнце, обгореть, заняться случайным сексом с кем-то и забыть о том, что есть другая жизнь, не покидали меня. Я мечтал о том, чтобы вырваться из этой пустоты, разрывающей меня изнутри. Но страх потерять Гарри, даже если он сейчас далеко, все еще держал меня в плену.

Прошло достаточно времени, и я больше не боюсь прикасаться к ручкам окон в своей квартире. Я не игнорирую звонки из прошлого и не задумываюсь о том, как проведу вечер после работы. Моя жизнь, наконец, сдвинулась с места, пусть и небольшими шагами. Я не могу сказать, что все прекрасно, но, что есть, то есть. Несмотря на прогресс, я все еще мечтательно обнимаю его во снах и представляю его голос. Наши общие друзья невзначай рассказали, что он нашел себя, открыл бизнес и встречается с кем-то. В общем, Гарри счастлив. Без меня.

Он так мечтал о свободе, надеюсь, он её получил.

***

Погружаясь в свои мысли, я невольно уехал в другой конец города. Забрел в кафе, отдаленно напоминающее пекарню. Здесь уютно — ощущение, будто ты дома: светло, тепло и божественно пахнет. Рабочий день без перерыва дает о себе знать: живот урчит, притягивая к прекрасным ароматам. Я решаюсь сделать заказ. Официант заботливо интересуется моими предпочтениями, но я просто прошу принести самое вкусное блюдо и чай с двумя кусочками сахара.

Закрываю глаза в ожидании, и кажется, воспоминания овладели моим сознанием — мне мерещится его голос. Старательно пытаюсь найти источник звука глазами. И вот, я вижу его. Моргаю несколько раз, пытаясь понять, что это не галлюцинация. Он здесь. Сидит за столиком с каким-то мужчиной, они спорят, и Гарри повышает голос. Я застываю, когда официант, принёсший мой заказ, обращается ко мне. Слезы наворачиваются на глаза, воспоминания накрывают, и я пытаюсь в них не утонуть. Вскакиваю со стула, задеваю официанта плечом, он падает, и поднос с тарелками выскакивает из его рук. Слишком много звуков бьющегося стекла. Не успеваю извиниться. Выбегаю на улицу и стараюсь дышать. Сажусь на ступеньку и закапываю лицо в ладони. Мне нужно уехать отсюда, срочно. Трясущимися руками ищу ключи от машины, но понимаю, что оставил свою куртку внутри. Я знаю, если вернусь, все взгляды обернутся на меня, а мне так не хочется, чтобы он меня увидел.

Из задумчивости меня вырывает прикосновение чужой руки на моем плече.

— Вы в порядке? — снова мне мерещится его голос, и я не могу в это поверить. Убираю ладони от лица, поднимаю голову и встречаю его взгляд. Момент. Рука с плеча падает, а рот Гарри приоткрывается в немом удивлении.

— Луи? Что ты здесь делаешь? — задает он вопрос, убирая руки в карманы идеально выглаженных брюк и опускает взгляд в землю.

Я не знаю, что ответить. В моей голове бушуют эмоции. Но разум берет верх, и я подрываюсь с места, стремительно бегу обратно внутрь, чтобы забрать свои вещи и уехать. Все это время он следует за мной, ожидая ответа на свой вопрос, а я не могу ему ответить. Если я еще раз взгляну в его глаза, то либо поцелую его, либо упаду к его ногам в слезах.

Я выбегаю на улицу и быстрым шагом иду к машине, слезы текут по щекам, и, пытаясь их смахнуть, я только размазываю по лицу. Все эмоции, которые я скрывал последние два с половиной года, вырываются одним мощным взрывом наружу. Я даже не замечаю, как быстро нахожу свою машину на парковке. Как только беру ручку двери, Гарри хватает меня за руку. Прикосновение. Я так давно этого желал, что от ощущений замирает дыхание.

— Подожди, Луи, — его взгляд не выдаёт никаких эмоций, но я знаю, что он что-то чувствует, — пожалуйста.

И я сдаюсь.