Часть 8 (2/2)
— Правую, — ответил на ранее заданный вопрос горилла. Биты поднялись, готовясь для удара. Сэми невольно сжался и подтянул ноги, пристально следя за оружием. — Пацан, мы тебе каждую кость переломаем, пока всё не расскажешь…
— Это я вашу машину разбил, — в стороне послышался какой-то странный голос, переливающийся из человеческого в животный рык и обратно. Даже не животный, а какой-то мёртвый, каменный, разлетающийся оглушительным эхом по кладбищу.
Саймон попытался приподняться, чтобы увидеть, что там, но его грубо припечатали обратно к мокрой земле. Он увидел лишь, что двое взялись за биты и сделали пару шагов в ту сторону.
— Если вы немедленно отпустите парня, ваше наказание будет минимальным. — Странный голос вызывал какой-то ужас, звучал громко, словно из подземелья, даже воздух как будто сотрясался от этих басов.
— Зато твоё будет максимальным, — самоуверенно прокричал горилла. — За такое я не прощаю, — он бросился вперёд. Но что-то, наверное, пошло не так, раз он тут же отлетел обратно вместе со своей битой.
Саймона после этого отпустили, но не потому что все испугались, а потому не до него стало. Оставшаяся тройка встали в воинственную позу со своим орудием наперевес, горя решительным взглядом. Они точно настроились убивать.
Саймон, кряхтя и шипя от боли, поднялся на ноги. Через несколько секунд он смог разглядеть сквозь полотно дождя того, кто вызвался схватиться с этими ублюдками. Неподалеку стоял Джэджун, абсолютно спокойный, но сияющие глаза и чернеющая от плотных рисунков кожа пугала. Он не похож был на себя, лишь по переплетённым волосам и одежде Саймон узнал в нём своего любовника. Горилла, ругаясь матом, встал на ноги.
— Этого можно убить, — злобно отдал приказ другим.
Все трое кинулись на Кима, собираясь выполнить указание. Саймон ошарашенно наблюдал, как тело Кима тут же деформировалось, это уже был не человек, но точно Джэджун: чёрные длинные когти, взявшиеся непонятно откуда, легко полосовали деревянные биты, в злобном оскале сверкали клыки, которыми он впился в одного ублюдка. Кровь он не пил, просто чего-то ждал, замерев в укусе. Отвлёкшись на ожидание, он пропустил удар битой по спине. В этот удар явно вложили максимум силы злости, он должен был раскроить череп Джэджуна.
Саймон, забывая про первый ужас и свои болячки, бросился к нему на помощь, но тут главный схватил его за шиворот и дёрнул обратно. В руке бандюги уже оказался нож, который он прижал к горлу парня, проткнув немного кожу.
— Стой, иначе глубже пырну, — пригрозил горилла Саймону. Потом повернулся в сторону Джэджуна, который отбросил уже укушенного и сейчас нацелился на того, кто посмел его ударить. — Эй ты, говнюк, успокойся, а то твой дружок сдохнет раньше положенного срока.
Джэджун обернулся на гориллу. Прищурил светящиеся глаза, оценивая окровавленное лезвие у горла Сэми, и замер. Не похоже, чтобы он испугался и решил сдаться, но не атаковал. Из горла лился недовольный угрожающий рык, пальцы с когтями сжимались и разжимались, он склонил голову, разминая мышцы шеи, крутанул плечами, а потом сардонически рассмеялся над этой угрозой.
— Думаешь, сможешь остановить меня, тварь? — это точно говорил Джэджун, и голос этот был чернее его кожи. По земле от белых пушистых сапожек потянулся черный густой дым. Не давая времени на раздумья, этот дым быстро приблизился и стал впитываться в тело гориллы через ноги, и тот орал, пытаясь его отпнуть. — Ты сгнил окончательно, тебе самое место в аду, даже приговора не надо, — Джэджун медленно двигался к ним, наслаждаясь болезненными криками человека. Саймон в это время с таким же ужасом, что у гориллы на лице, смотрел на этот дым, который продолжал проникать внутрь тела. Нож уже был отброшен в сторону, опасности не было, но Гун не отходил от гориллы, так как тот хотя бы был человеком. Почти. — Я не буду тебя жрать, потому что противно, но хозяин точно оценит эту жертву.
Со спины к демону подбежал напарник гориллы и нанёс удар битой, отвлекая его на себя. Тут же Ким развернулся, схватил того за грудки и притянул к себе, впился и замер, прикрывая глаза. Мужчина вскрикнул от клыков в своём плече, но тут же затих, тело его обессиленно обмякло и повисло в руках Джэджуна. Он отбросил его с лёгкостью в сторону и продолжил приближаться к изгибающемуся главарю, когти уже угрожающе занеслись над жертвой…
— Ты ведь не убьёшь его? — воскликнул Саймон, опасаясь увидеть раздираемый на клочки труп. — Что ты творишь? Их нужно в полицию сдать, — задыхаясь от страха, закричал Гун.
Джэджун замер, мышцы на его лице вздрагивали от внутренней борьбы. Это его добыча, и он убьёт его, отдаст дьяволу и получит похвалу. Рука опять заносится…
— Не надо… Не надо больше смертей. Джэджун, давай просто уйдём. Думаю, они больше не полезут к нам, — Саймон и сам был зол на этих ублюдков, зол так, что готов был глотки грызть, но простое убийство… Смерть… Это уже было не правильно, по его мнению, вообще никак не вписывалось даже в отклонения от морали. Но как он мог помочь им? Только отвлечь непонятное существо на себя. — Ты же не можешь быть таким монстром?
Но это существо не шевелилось, раздумывал, сверля изгибающегося мужчину фиолетовыми глазами. Саймон решился и сделал шаг к нему, осторожно протянул руку и коснулся кончиками пальцев… Кожа горячая, но продрогшим пальцам было терпимо, покрыта какими-то пупырышками, жесткая, толстая… Парень опасливо погладил Джэджуна по плечу, не зная больше, что предпринять.
— Ты просишь за него? За эту мразь, что собиралась кости тебе переломать? — заурчал Джэджун.
— Прошу, — подтвердил Саймон.
Молчал, думал, тяжёлое дыхание успокаивалось потихоньку. В конце концов чёрный дым испарился, освобождая гориллу от болей. Резким движением существо притянуло к себе мужчину и впилось в его шею клыками.
— Что… Что ты наделал? Я же попросил… — истошно закричал Гун, не зная, как помочь жертве. Схватился за свои мокрые волосы и сжимал зубы. Тело вскоре безжизненно свалилось на землю. — Что ты натворил? — стонал парень, оглядывая ещё двоих нападавших, которые так же безжизненно валялись неподалёку.
— Не ссы ты так, — Джэджун потихоньку приходил в себя, приобретая привычный человеческий вид. — Они живы, это лишь небольшой наркоз, скоро они придут в себя и будут стонать от болей в телах. Мой наркоз ещё никого не оставил равнодушным, — он ехидно усмехнулся, отбрасывая очередную жертву.
— Живы? — не веря, переспросил Саймон. — Ты не убил их? — наклонился к горилле, заглянул в его лицо, взялся за запястье и проверил пульс. Слабый, но бьётся. — Живы, — сделал облегчённо вывод.
— Ты ещё искусственное дыхание ему проведи, — презрительно фыркнул Ким. — Один из них успел сбежать, — голос его тоже восстановился. — Надеюсь, ты окажешься прав, и эти твари больше не задумают нападения. Хотя этот, — он пнул грязным сапожком тело гориллы, — ничего кроме мести уже не придумает. Он не отступится, разве что побоится в одиночку напасть.
— Я думаю, он уже всего побоится… Что это было? — Саймон сейчас опасливо покосился на пурпурчика, который ещё недавно был в роли непонятного монстра. Посмотрел на руки: длинных когтей не было, да и кожа вновь стала чистой. — Кто ты?
— Что тебе это даст? Меньше бояться будешь или воротить нос? — равнодушно спросил Джэджун.
— Больше понимать буду. И я вовсе не боюсь тебя, если бы хотел, давно бы убил меня, — ответил Саймон, уже смелее глядя в его глаза, хотя понимал, что если есть сила, для убийства можно легко найти причину и настроение в оправдание. Хотя, причин он и так предоставлял немало.
— У меня есть предложение, — загадочно улыбнулся Джэджун. — Если поедешь ко мне, я всё тебе расскажу. Тебе ведь интересно?
Не то слово. Ещё как интересно. Саймон, конечно, приврал, что не боится, но логически подумал, что опасности нет. А любопытство просто заполнило одной большой волной, когда переживания из-за смертей отступили. Сэми наконец получил странное существо, не человека с особенностями, а именно существо. То, что оно страшное, даже больше интриговало и притягивало, чем какие-нибудь феечки и русалки. Саймон согласно кивнул головой, но вида большой заинтересованности не подал, хотя его, жесть как, распирало.
— Тогда пойдём в машину, ты весь мокрый, как лягушка, — Джэджун махнул рукой следовать за собой и не спеша направился на выход из кладбища.
Саймон по пути осмотрел ещё двоих, удостоверившись, что им уже особого ничего не грозит, кроме как быть залитыми дождём, хорошенько пнул одного на прощание, чтобы злость свою успокоить, и удовлетворённо поспешил за пурпурчиком.
***
— Камбион? Демон? — всё ещё не веря, повторял Саймон, до сих пор подрагивая от внутреннего озноба.
Он сидел на кухне в фотостудии. Приняв тёплый душ, обнимал сейчас кружку горячего кофе двумя ладонями и замершим взглядом пялился на столешницу. По дороге сюда он успел многое выспросить у Джэджуна, но мозг ещё переваривал эту информацию, усиленно пытаясь сопоставить рассказ с реальностью. Башку уже кружило от свалившейся новости и тех ударов от ублюдков.
— Разве может такое быть? — он затормозил на воспоминании превращения Джэджуна.
Всё произошло быстро, и тонкостей он не заметил, но это точно произошло. Когти, чёрная кожа, как есть даже рога были. Или это уже привиделось? А этот голос… Не могло быть столько глюков сразу, его фантазии даже не хватило бы на такое.
— Демон. Он демон. Демон из ада, — бурчал под нос, потирая пальцами по кружке. — Вот почему он ведёт себя так, вот почему относится так к людям. Он создание зла. Он — зло. Он изначально сволочь. И от него точно нужно держаться подальше. Когда-нибудь он всё равно убьёт меня…
— Это вряд ли, — нагло перебил бормотанье парня Джэджун, который вернулся из ванной. Даже не старался скрыть, что подслушивал. Опять был в одних пижамных шортах, с оголенным торсом. Волосы просушены и распущены по плечам, переливались фиолетовым шёлком. Подошёл к кофемашине. — Я вовсе не собираюсь убивать тебя.
— Интересно, почему, — тихо поинтересовался Сэми, а громче спросил: — А Ким, он тоже демон?
— Нет, он человек. Просто мы привязаны к нему и вынуждены с ним жить. У нас с Юноу нет большой свободы, лишь эта половина города. Ездить мы можем куда угодно, но охотиться только здесь. — Джэджун подошёл к столу и наклонился, упёршись руками в поверхность. Саймон поднял на него глаза, спрашивая взглядом: «Что?» — Но тебя я не убью, хоть ты и на нашей территории. Что ты чувствуешь сейчас? — он втянул привычно воздух, но опять разочарованно выдохнул. — Ты не побоялся приехать сюда после того, как видел мой настоящий облик, ты задаёшь много вопросов, потому что тебе это интересно. — Поднял руку и прикоснулся к разбитой губе Сэми. — Что ты думаешь про демонов? Про монстров?
Саймон отстранился от его руки и отвернулся.
— Пока не знаю, — посмотрел в сторону, в пустоту. — Вы убиваете людей, что я должен чувствовать при этом? Страх? Преклонение? Восторг? — Глаза машинально вернулись к телу Джэджуна. После такой драки ни одной царапины, ни одного синяка не засело на его коже. — Почему ты позволил мне тогда… Сделать это? Ведь мог запросто вспороть мне живот, — припомнил своё нападение на Джэджуна.
— Потому что сам хотел этого, — неуверенно ответил Ким. — Разве не для этого я тебя привязывал тогда? — Саймон молчал, его румянец от горячего кофе ещё больше заалел. Пропищала машина, и Джэджун поднялся. — Люди, кстати, тоже убивают людей, но их ты почему-то уважаешь и любишь, даже не зная, о чём они в это время думают.
— Люди друг с другом на равных, а вы гораздо сильнее, поэтому просто истребляете нас, — подчеркнул Саймон.
— Взрослый маньяк и ребёнок — не на равных, толпа подростков и пожилой человек — не на равных, армия и мирные жители — не на равных, — парировал Джэджун. — Мы не истребляем. Мы берём лишь для еды и самощащиты, для потехи, как люди, никто не будет убивать, это нонсенс. — Ким забрал кофе и уселся за стол напротив Саймона. — Мы не собираемся лишать сами себя пропитания, чувства хлещут только в живом организме. — Хлебнув напитка, он откинулся на спинку стула и протянул ногу вперёд, закинул её на колено парня, не в силах удержаться, чтобы не коснуться его.
Саймон заглянул вниз, отследил, как босая стопа осторожно потянулась к его паху, пробираясь под полы халата.
— Возможно, сейчас, когда ты раскрыл себя, то ответишь честно. Так зачем тебе я? — спросил парень, одним движением скинув ногу и подпинывая её в сторону.
— В тебе очень много крепких чувств и очень ярких эмоций, настолько, что можно накормить весь ад, — Джэджун беззаботно отпил кофе, не обращая внимания на грубость гостя. — Ты можешь стать моей мощью и защищать меня, а также питать. Вместе мы сможем многого добиться.
— Ты же не думаешь, что я собираюсь прислуживать тебе, бежать по первому зову и кормить тебя, учавствовать в твоих разборках над людьми, — Саймон твёрдо обломал все планы Джэджуна.
— Думаю, — уверенно ответил тот. — Если ты будешь со мной, я буду защищать тебя от других. Скоро тебя обнаружит ещё кто-нибудь, возможно, у тебя уже есть приглядывающий из твоего города. Не знаю, из наших или оттуда, — он дёрнул пальцем вверх. — Но на нашей территории я пока никого постороннего не видел. Когда за тобой придут, я смогу защитить тебя, но и ты должен мне помогать. Так что думаю, что ты встанешь на мою сторону.
— Значит, ты полный придурок, — фыркнул Саймон и закатил глаза. Он откинулся на спинку и внимательно посмотрел на существо перед собой. — Демон… — Тот лихорадочно покусывал губу, придумывая другие доводы, и крутил кружку. Этот «монстр» ведь недавно только вредничал, стонал и ногами топал, как ребёнок, требуя своего. Не зубы скалил и когти вонзал, а хныкал. В каком же месте он монстр? Заиметь крутые ногти это уже не редкость нынче, а кусаться все умеют. Самый настоящий демон сидел сейчас перед ним и строил глазки. — Как много ты убил людей?
Джэджун замялся, нахмурился. Убийца. Это главное, что видит в нём человек. И никакие его сравнения с людьми не перебьют этого презрения. Потому что человек может измениться, а демон нет.
— Ровно столько, чтобы выжить. Я не веду счёт, — ответил уклончиво.
— Тогда точно не двух и не трёх. Пожалуй, за столько лет… — Сэми прищурился. — А сколько тебе лет, кстати? — Перекинул тело на стол, чтобы быть ближе к Джэджуну и уж точно расслышать. — Ты сказал, что не умрёшь.
— Относительно чего лет? Меня создали тогда, когда появился город Виресон, — гордо ответил тот. Саймон попытался сообразить, как давно это было, но голова совсем ничего не соображала. — Так что, я намного старше тебя, и ты должен меня уважать. — Джэджун тоже наклонился над столом, максимально приблизившись к парню, и улыбнулся. — Ты ещё младенец в сравнении со мной.
Саймон уложил голову на подставленные руки и пыхнул губами.
— Если все демоны такие, как ты, то ад — это цирк. Мне уже даже не страшно грешить, интересно будет ваши выступления там посмотреть после смерти. — Посмотрел нарочито скучающим взглядом, а Джэджун рот раскрыл от возмущения.
— Ну ты, гад. В каком смысле, как я? — пискнул он. — Я самый лучший. Между прочим, я победил двоих Сил. Я уж молчу про Начал. Ооо, пекло, — он поднял глаза вверх и отодвинулся, — ты вообще должен мне поклоняться. Понятно? — скрестил руки на груди и поджал губы.
— Что-то мне холодно, может, у тебя есть выпить? — по-издевательски равнодушно переступил охрененную презентацию Гун. Слушать хвастовство Джэджуна было совсем не интересно, к тому же, его действительно до сих пор знобило, и кофе не помогал согреваться, только тяжестью оседал в брюхе.
— В первом шкафчике стоит соджу. Можешь взять, — обиженно ответил Ким, кивнув подбородком в сторону гарнитура.
— Разве ты мне не нальёшь? — Саймон приподнял брови в притворном изумлении. — Я ведь гость.
— Сам нальёшь, тебе ведь надо. И не смотри на меня так, я тебе не обслуживающий персонал. Это не лейкопластыри ляпать, посторонняя помощь не нужна, можешь даже из горла пить, я разрешаю.
Саймон, не споря, поднялся. Нашёл початую бутылку и вернулся назад. Громко выставил алкоголь на стол и плюхнулся на стул. Как и предложил гостеприимный хозяин, демонстративно выпил из горла, корчась от паров.
— Ты не похож на демона, — подвёл итог Саймон, всё это время не сводя с того пристального укоряющего взгляда. — Скорее, на бесёнка, что из люльки выпал. У вас там не занимаются воспитанием, прежде чем выпустить к людям?
— На себя посмотри, благородный представитель человеческих тварей, — огрызнулся Джэджун. — Ты ведь даже не поблагодарил, а я вновь тебя спас, между прочим. И камеру. И это после всего, что там мне наговорил.
— Спасибо, — быстро и сухо буркнул Саймон.
— И помимо этого ты постоянно меня оскорбляешь, — демон скорчил гримасу в великом возмущении. — И постоянно орёшь, как не в себя, бешеный…
— А ты психопат, — тут же доказал слова пурпурчика криком Саймон, — и совсем не вписываешься в наше общество. Считаю, что дьяволу надо намордники своим псам нацепить, чтобы поменьше скалились…
— А тебе вообще не пристало вякать, ничтожество…
Очередная перепалка этой парочки затянулась на несколько часов, то вспыхивая, то затихая. Каждый пытался оставить последнее слово за собой, беспричинно оскорбляя собеседника. Никто даже и не думал понять, для чего это, никто из них и не уразумел бы это. Оба лишь напрашивались на комплименты и толику ценности, но упирались, распуская искры. Соджу медленно, но верно перетекало в горло то одного, то другого, пока не опустела бутылка. Джэджун частенько втягивал воздух и облизывался при этом, успевая впитывать эмоции Саймона, за что один раз и получил пинок под столом по ноге. Вся баталия вела ни к чему, лишь к нагреву воздуха. В конце концов, Саймон вскочил из-за стола и дёрнул Джэджуна за волосы, призывая подняться. Сейчас он просто горел желанием доказать демону, что сможет «отмутузить» его, даже при его исключительных силах.
— Я не собираюсь с тобой драться, отстань. Побеждать малышей нет никакой чести, — отмахнулся Джэджун, с улыбкой глядя на подпрыгивающего со взведёнными кулаками человека. — Я одним ударом тебя вырублю. — В пьяную голову стукнула уже не в первый раз непристойная мыслишка, и он потёр переносицу. За плечо с силой дёрнули.
— Вставай, я покажу тебе малыша, несносный бесёнок. Ты мне все нервы вымотал, пришло время тебе расплатиться за всё это. — Саймон подёргал кулаками, как будто отрабатывая удар, и продолжал прыгать. — С тобой проще, раз твои раны заживают сразу. Я тебя изобью, а тебе ничего не сделается, значит, не грех. Ну же, — он опять дёрнул его за волосы. — Вставай. Давай, — опять дёрнул.
Джэджун уже недовольно зашипел и поднялся, откидывая руку Саймона.
— Да что ты заладил? Давай-давай. Достал. Ты придурочный воображуля, Сэми, петух гамбургский. Я могу поранить тебя, не нарывайся. — Саймон ущипнул его голый живот, провоцируя на драку, потом за рёбра, за грудную мышцу… Джэджун съёживался от этих щипков, шлёпая по руке. — Отстань, я сказал, что не буду с тобой драться, — визжал возмущенно. — Мне больно.
— Не хочешь драться? Боишься? — Саймон резко остановился, схватился ладонью за его шею и потянул к себе, упёрся лбом в его лоб. — Ты такой… Бессовестно… Развратно…
Пурпурчик пытливо смотрел на приблизившееся лицо и ждал продолжения фразы, но Саймон, заикнувшись, замолк и громко, тяжело дышал. Алкогольный жар дыхания притянул губы Джэджуна. Как обычно, не спрашивая, он поцеловал Сэми, пока пробно, коротко. Но тот молчал, смотрел на эти губы, сглатывал тяжело и пыхтел. Ему было так плохо, голова кружилась, земля шаталась, но если бы его обняли… Если бы это тело прижалось… Ему всегда было хорошо, когда оно прижималась. В очередности целует Гун, впиваясь голодно в губы демона. Он словно пил его, высасывал, пытался втянуть в себя эту чёрную сущность и понять его. Язык встретился с партнёром, они толкались, переплетались, тёрлись. Уже двумя ладонями Сэми прижимал голову Джэджуна к себе, а на своём теле же чувствовал его пальцы, проникающие под халат. Кожа была необычайно чувствительна, и какое-то неприятное чувство они вызывали, но эти мурашки добрались до члена, и он стал наливаться и тяжелеть. Пошёл забор крови, просыпалось тягучее вожделение. Джэджун полез рукой в пах и обнял напрягающееся достоинство через трусы. Сминал яйца, перекатывал их с постоянной частотой, пока член полностью не набух, натягивая на себе ткань.
— Красивый, — закончил наконец предложение Саймон, когда оторвался от пухлых губ, вновь прижимаясь лбом. — И так вкусно пахнешь, фиалка.
Ким уже светился глазами. Запрокинув голову назад, он приоткрыл эти просящие влажные губы, прижал свой ноющий пах к Саймону. Тихо всхлипнул, и грудь дёрнулась от судорожных вздохов. Гун прижался губами к его шее, слегка посасывая, смачивая языком, рука потянулась к его груди, непривычно для него плоской и упругой, сжал её, стягивая пальцы к соску, и перекатывал его между подушечками, оттягивая и перекручивая.
Тонкий короткий стон вырвался из горла Джэджуна, совсем далёкий от того загробного рыка, такой жалобный и беспомощный, требующий взятия и подчинения. Демон прикусил губу и стянул халат с плеч парня, проглаживая его руки, плечи, спину. Сэми обнял, продолжая целовать, потянулся к его ягодицам, бесконтрольно сдавил, пополз под резинку шорт, пальцами вклинился в межягодичную бороздку и охнул. Он знал, что это местечко гарантирует ему наслаждение, но почему-то сил на него не оказалось. Сэми слизал накопившуюся на коже слюну и поднял пьяные уставшие глаза.
— А ты не мог бы превратиться в девушку? — спросил с надеждой у Джэджуна.
— Нет, — тот плавно помотал головой из стороны в сторону. — Я мужчина в обеих ипостасях… Неужели ты до сих пор это отвергаешь?
— Я не знаю, — отвернулся Саймон. — Мало того, что ты демон, а не человек, так ещё и парень. Это… Никак… Не понять. — Он отступил на шаг. — Я не хочу…
— У тебя же стоит, — возмущенно воскликнул Джэджун, хватаясь за член парня. — Просто сделай это, Сэми, — прижался и поцеловал в челюсть. — Ты уже знаешь, насколько это кайфово. Просто повтори, побалуй себя.
Он развернулся, одним движением сдвинул кружки, чашки и бутылку на противоположный край стола, стянул с себя трусы и загнулся. Упёрся локтями в стол и расставил ноги пошире. Саймон и рад бы не смотреть на раскрывшуюся картину, но даже руки бесконтрольно потянулись к этой нескромно сексуальной заднице, и лишь мысль «Я ещё пожалею об этом» заставила с трудом сглотнуть.