Женщина в белом. (1/2)

Приятный прохладный ветерок осени задевал верхушки деревьев заставляя первые пожелтевшие листья падать на землю. В воздухе витал лёгкий аромат дождя и влажной земли.

– Так-так... – Хуа Чэн присел на деревянную скамейку, закинув ногу на ногу. В руках он крутил пожелтевший лист, о чем-то загадочно улыбаясь. – Сам Небожитель позвал меня на встречу, как интересно.

Лан Цяньцю стоял рядом, недовольно сложив руки на груди. Он постукивал пальцем по локтю и ходил из стороны в сторону. Вид у него был крайне встревоженный и беспокойный. Плечи время от времени дёргались, а лицо выглядело мрачным.

– Я хочу задать пару вопросов о Ци Жуне. – Выпалил мужчина. В голосе Бога Войны промелькнули нотки досады и тревоги.

– Я Демон, а не целитель божественных душ. – Хуа Чэн хмыкнул, вопросительно приподняв бровь. Он знал о чём пойдёт разговор, но всё равно был удивлен, что для обсуждения того, кого он ненавидит всей душой, выбрали именно его. – Глупо приглашать меня на разговор, надеясь на то, что я смогу помочь тебе.

– Я знаю. – Лан Цяньцю прикрыл глаза, потирая переносицу. – Просто, ты ведь знаешь о нём гораздо больше, чем кто-либо, не так ли?

– Единственный, кто хорошо знает Ци Жуна – Гэгэ. Ты бы мог обратиться к нему.

– Я не могу.

– Почему? – Хуа Чэн кинул лист на землю и удобнее устроился на деревянной скамейке.

Лан Цяньцю не ответил. Он томно вздохнул и покачал головой. Если бы он мог – обратился бы сразу, избежав встречи с очередным Великим Бедствием, но нынешняя ситуация не позволяла распространяться о том, что он узнал. Простояв так еще немного времени, Небожитель покачал головой и неуверенно спросил:

– Что бы ты сделал, если бы Се Ляня вдруг похитили?

– Убил бы всех, кто к этому причастен.

– А Ци Жун смог бы убить?

– Он же демон, убивать людей для него – обыденность.

– Ты ведь знаешь о чем я.

– Знаю. – Хуа Чэн самодовольно хмыкнул. – Давай так, ты хочешь ему помочь или помешать?

– Не знаю. – Честно ответил Лан Цяньцю и вздохнул. – Я просто...

– Я не тот демон, который стал бы защищать этот мусор, но в какой-то степени Ци Жун был прав. Тебе иногда нужно включать голову. – Последнюю фразу демон произнес с явной издёвкой.

– То есть?

– Ты видишь лишь только то, что хочешь видеть. – Хуа Чэн прикрыл глаза и сладко улыбнулся, чувствуя прохладный ветер. – Он убил твою семью не потому что они ему «не понравились», а потому что они были причастны к падению Сяньлэ. Вы в этом похожи.

– Ха? И в чем мы похожи? Я чужие семьи не убиваю.

– В том, что оба хотите отомстить. Он хотел отомстить за свою родину, а ты за своих родителей. – Демон выглядел так, будто его заставили объяснять ребёнку элементарные вещи.

– Но мои родители не приложили к падению Сянлэ руки. Они невиновны. – Лан Цяньцю нахмурился. Он был уверен в том, что его родители делали всё лишь во благо народа и смерти они не заслуживали, в отличие от Зелёного Демона.

– Это ты так думаешь. Всё гораздо сложнее. – Хуа Чэн встал, явно утомлённый этой беседой. – Ци Жун слаб физически, а ещё его слишком легко разозлить. К тому же, у него нет особенных сил. У него даже оружия, скорее всего нет. Он слабак, которого ещё поискать нужно. – Демон хмыкнул, явно готовый перечислять чужие слабости бесконечно. – Но он вовсе не глупец. У него совсем иные методы: пока я и ты в открытую нападаем, Ци Жун предпочитает действовать скрыто.

– В этот раз это не поможет...

– В этот раз совсем иной случай. Я наращивал силы для того, чтобы защитить того, кого люблю. Хэ Сюань, чтобы отомстить Богу Морей, а вот у Ци Жуна не было конкретной цели. – Демон встал и подошёл к Небожителю.

– А как же месть за родину? – Лан Цяньцю выглядел растерянным.

– Это скорее так, игры и попытки себя чем-то занять. – Хуа Чэн пожал плечами. – Ничего серьёзного. Он не дошел до уровня непревзойдённого, лишь потому что не было никакого повода. Зачем становиться лучше, если тебя и так считают одним из сильнейших?

Лан Цяньцю закрыл лицо руками и отчаянно промычал. Всех карт раскрывать демону он не хотел, даже не подозревая, что его собеседник уже давно обо всём в курсе. Но помощь ему требовалась как никогда. Он ненавидел Ци Жуна, но знал о том, чего искренне не поддерживал и очень беспокоился, что из чужой задумки выйдет катастрофа.

– Я просто не хочу, чтобы пострадал невинный... человек. – Прошипел Лан Цяньцю, прикусывая губы. – И я не знаю, нужно ли мне вмешиваться.

– Тогда не вмешивайся, а просто смотри. – Хуа Чэн приложил пальцы к виску, но вскоре убрал, улыбнувшись. – Советую хорошенько подумать. Быть против всех – крайне утомительно. – Хуа Чэн развернулся и пошёл к горе, махнув рукой. – Не забывай, всё же, он убил твою семью. Может то, что они задумали – к лучшему.

***

– Так ты значит отпрыск демона? – Советник Фан Синь даже не взглянул на ребенка, предпочитая рассматривать карты. Он был в шаге от победы, однако в этой партии удача от него отвернулась.

– Да. – Мальчишка кивнул. Он сидел на полу, обхватив руками ноги.

Новый «дом» казался странным, а человек, сидящий за столом – злым. Гу Цзы не хотел тут находиться, но ему приходилось. Он не боялся других людей, но сейчас ему казалось, что пока папа заперт под горой – любой может сделать ему больно.

– А где твой настоящий отец? – Прервал чужие мысли Фан Синь и кинул карты на стол. Его бумажные оппоненты зашуршали.

– Под горой. Его туда дядя отвёл. – Мальчик вздохнул и глянул на советника. Тот нервно ожидал хода своих противников.

– Да я про настоящего отца. – Мужчина хлопнул в ладоши и его соперники с легким шуршанием исчезли. Он потянулся и встал. – Ци Жун ведь не твой настоящий отец. Ты вроде ребенок не глупый.

– Других отцов у меня нет. – Гу Цзы хмыкнул и обиженно отвернулся. – У меня он только один.

Мужчина лишь качнул головой. Расклад был не самым приятным: у него теперь появился новый ученик. Так как Зелёный Демон сдался только при условии, что мальчишка будет ходить к нему, теперь вся опека над ребенком перекладывалась на плечи старого доброго советника. Фан Синь задумался, разглядывая ребёнка. Если постараться, из него можно сделать достойного человека, однако как показывает практика, все его ученики становились травмированными божествами, поэтому что-либо делать с Гу Цзы он пока не собирался. Пусть хотя бы он растёт как обычный человек.

В прочем, насколько это возможно, если его отец ненавистный всеми демон – оставалось загадкой.

– Завтра сможешь его навестить, а пока пойди прогуляйся и собери ягод. – Советник поставил рядом с ребенком корзинку и вышел на улицу.

Гу Цзы перевёл взгляд на корзинку и чуть не расплакался. Он закрыл уши руками и зажмурился, пытаясь хоть как-то спастить от всего, что происходит. Путешествовать с папой было приятно и весело, но жить в незнакомом месте с незнакомыми людьми – очень страшно. Посидев так еще немного, Гу Цзы, наконец, открыл глаза, встал и пошел на улицу, схватив корзинку.

На ступенях сидел мужчина, рассматривая затянувшееся тучами небо. Он даже не взглянул на Гу Цзы, продолжая смотреть вдаль.

– Дядя, как вы думаете, а папу выпустят? – Спросил Гу Цзы, нервно теребя в руках корзинку.

– Нет, не выпустят. – Советник вздохнул. – Как бы сильно ты не любил своего папу, он сделал много плохих вещей, за которые теперь ему нужно отбыть наказание.

– Понятно... – Мальчишка замолчал, подумал, кивнул и спустился, удаляясь в лес по тропинке.