Фарфоровая кукла. (1/2)

Новый Дом оказался просто потрясающим. После того, как матушка Ци Жуна заболела, его привезли во дворец Саньлэ, который одним своим видом рассказывал о богатстве страны. Золото, шёлк, дорогие полотна, фрески и картины, созданные самими искусными мастерами в стране.

Но самым главным сокровищем, среди всего искусства, оказался принц. Пятнадцатилетний юноша с добрым сердцем, открытой душой, силой и изяществом. Он притягивал взгляды, располагал к себе и был просто идеальным в глазах того, кто успел на собственной коже почувствовать всю мерзость человеческих душ.

Они с Ци Жуном были знакомы с самого рождения, однако виделись всего дважды, когда были совсем маленькими. И вот, после стольких лет они вновь встретились.

– Здравствуй, Ци Жун! Как прошла поездка? – Принц стоял на ступенях дворца, тепло улыбаясь своему гостю.

Одних этих слов стало достаточно, чтобы в сердце Ци Жуна загорелось восхищение к брату. Он был не похож на всех тех, с кем Ци Жун был знаком. Он был выше всех них, он был прекраснее. Он был идеалом, не сравнивым ни с чем.

– Привет, братец! – Крикнул Ци Жун, выскакивая из кареты и радостно подбегая к Се Ляню. – Всё прошло хорошо, спасибо что спросил.

– Мне жаль, что такое горе случилось с твоей матушкой. Надеюсь она скоро поправится. – Это были лишь формальности, потому что все прекрасно знали, что мать Ци Жуна, после побега от своего мужа, стала душевно больной и вылечить её не смогли даже лучшие врачи Саньлэ.

– Да. – Коротко ответил юноша с мрачным выражением лица, но заметив растерянность Се Ляня, тут же улыбнулся и взял принца за руку. – Но ты лучше о себе расскажи, как поживаю тётушка и дядя? Хочу знать абсолютно всё!

Так Ци Жун и стал жить под крылом королевской семьи, что тепло приняла его и помогла в трудную минуту. Спокойные деньки проходили быстро, оставляя после себя лишь сладкое послевкусие комфорта и спокойствия, которое раньше Ци Жун никогда не ощущал.

* * *

– К слову, я хотел спросить. – Начал задумчиво Се Лянь, отложив кисть. Ци Жун лежал на диване, запрокинув ноги на спинку, и без интереса листал книгу, взятую с полки библиотеки. В кабинете Се Ляня, который был отведен специально для занятий каллиграфии, были только они вдвоём.

Братья часто проводили время именно так: пока принц занимался, его брат спокойно сидел рядом, погруженный в свои дела. За столь короткое время они действительно очень сблизились.

– Что такое, братишка? – Ци Жун отложил книгу и взглянул на Се Ляня, принимая еще более странную позу.

– Что случилось с твоей матушкой? Я слышал, она не может вылечиться.

– А, да. – Ци Жун махнул рукой и пожал плечами. – Она давно такая. Сидит как кукла и пялится в окно. Не разговаривает, иногда даже не двигается по несколько часов.

– А твой отец..? Я слышал он уехал в другую страну...

– А что он? Дурак, пьяница, предатель родины и просто мразь. – Ци Жун самодовольно улыбнулся. – Гореть ему в кипящем котле до скончания времён, да и матери тоже. Оба стоят друг друга.

Се Лянь помрачнел и вздохнул. Каждый раз, когда разговор заходил о его тётушке и дядюшке, Ци Жун лишь отмахивался или бранил своих родителей так, что у принца мурашки по коже бежали. Сквернословить Ци Жун любил.

– Не говори так. Они твои родители, и какими бы плохими они не были, нужно относиться к ним с почтением. – Поправил Се Лянь.

– С почтением к этим недоумкам? Не, ну-ну... – Протянул юноша, задумавшись. – Если ты хочешь, то я больше не буду при тебе их ругать, однако, ты просто не знаешь что случилось. – Ци Жун встал и потянулся.

– Расскажешь мне? Ходят много слухов, но я бы хотел услышать эту историю от тебя. – Се Лянь говорил аккуратно, подбирая слова. Король и королева предпочитали отмалчиваться и не вдавались в подробности, но интерес брал своё.

– Ой, а что ты хочешь узнать? Я расскажу тебе всё! Честное слово.

– Наверное это будет бестактно... – Се Лянь прекрасно знал, что брат ответит на любой его вопрос, однако задавать их не спешил как раз из-за тактичности.

– Да нет, почему же? Хочешь знать что случилось? – Парень вновь сел на диван. – Сколько себя помню, мой папаша был просто конченным мудаком. Мерзкий человек с прогнившей душой, который предпочитал все проблемы решать насилием. Пропил если не всё, то большую часть денег, да и к тому же, увлекался играми, а однажды вообще продал меня каким-то странным людям.

– Продал? – Се Лянь удивлённо вскинул брови.

– Ну, скорее не продал, а проиграл меня. – Ци Жун поправил себя и помрачнел. – Тогда моя мать попросила у вас денег, помнишь? Это чтобы выкупить меня у тех придурков. Да только вот, лучше бы не выкупала. Папаша был в ярости, и со словами: «Откуда у такой шлюхи деньги?» избил мамку. Во дура.

– Но... Она спасла тебя. Как ты можешь такое говорить?!

– Да я ж говорю, братец, – более ласково продолжил Ци Жун, – лучше бы не спасала. Они были такими тупыми, что я бы сбежал через пару дней. А она разозлила папашу и сама же пострадала.

– И всё же...

– Братец, ты же знаешь, я не люблю об этом говорить и рассказываю тебе только потому что я очень-очень тебя уважаю. – Ци Жун вздохнул и прикрыл глаза, вспоминая те дни. – Он был помешан на деньгах и выпивке, но стоило ему выйти в люди, как он становился самым приятным человеком. Это так раздражало!

– Да, я знаю. Все были удивлены, когда он... Ушлел от вас.