Кинжал, навевающий воспоминания. (2/2)

— Не смей даже смотреть на моего ребёнка, иначе, я клянусь тебе, — демон оскалился, — я достану тебя даже под землей, вспорю живот и заставлю сожрать собственные кишки.

Повисло молчание. Лан Цяньцю не издавал ни звука. Сил становилось всё меньше. Ци Жун хмыкнул, а затем сладко улыбнулся, протягивая руку к чужим глазам.

— Пап…

— Не мешай, малой. Я собираюсь вырвать его глаза, — отмахнулся Ци Жун.

— Не надо, пап… Ему же больно! — Гу Цзы подбежал к демону и потянул его за руку.

— Да что ж ты мешаешь?! — Ци Жун раздражённо цокнул. — Ну правда, я его победил? Победил! Я требую награды!

— Папа, отпусти его, он же хороший! Он тебя освободил! — Гу Цзы не отпускал руку и тянул на себя. — Не делай ему больно!

Ци Жун закатил глаза и встал: одной ногой он стоял на чужом запястье, а вторую приземлил на лицо Небожителя.

— Я надеюсь, ты меня услышал, — демон, смотря сверху вниз, улыбнулся. — Это, блять, мой пацан.

Ещё немного потоптавшись на чужом лице — для собственного удовлетворения, Демон отошёл и вынул кинжал из груди, довольный подбрасывая диковинку. Полезная штучка, которую он всегда хранил при себе.

— Простите, дяденька, папа так больше не будет! — Гу Цзы потащил демона на выход. — Я принесу вам фрукты в следующий раз. До свидания!

Лан Цянью так и остался лежать на полу, прикованный собственным мечом в пол. Он проиграл.

Снова.

Демон, что только что победил одного из Богов Войны, вышел из дворца перепачканный кровью: на груди виднелось кровавое пятно, со рта всё ещё капала кровь, а на левой руке виднелись глубокие порезы. Но, несмотря на все полученные увечья, глаза сияли азартом и кровожадностью.

— Папа, пошли скорее к тому дяденьке, тебе нужна помощь!

— Малой, не ной под ухом. Давай прогуляемся, — Ци Жун улыбнулся, присел и посадил мальчишку на плечи, гордо зашагав к дворцу Се Ляня, в котором очнулся этим утром.

Небожители были в ужасе: весь в крови, но с маленьким ребенком на плечах, Зелёный Фонарь Блуждающий в ночи гордой походкой и с самодовольным видом шагал по Небесной Столице, о чём-то весело рассказывая своему маленькому спутнику.

Никто осмелиться подойти не мог, так что Небожителям оставалось лишь обсуждать странную картину по духовной связи. Дойдя до дворца Се Ляня, Зелёный Демон поставил на пол Гу Цзы, который тут же убежал во дворец в поисках помощи, а сам сел на ступеньки, рассматривая свою руку: сплошное кровавое месиво. Если бы не мальчишка, то Лан Цяньцю своим божественным оружием снова бы лишил его тела! Но на войне все средства хороши, а играть не по правилам всегда было в духе Зелёного Демона.

— Да он действительно дурак, раз решил бросить мне вызов, ещё и меч вручил! — Ци Жун рассмеялся, а затем грустно вздохнул и потянулся. Новое тело было слишком слабым.

Позади раздались шаги.

— Что с тобой? По духовной связи только тебя и обсуждают, — Се Лянь подошёл к брату и, увидев кровь, ужаснулся. — Что с тобой не так, Ци Жун? Почему ты даже сейчас не можешь просто никому не доставлять проблем?!

— Чё? Братец, глянь на меня! Вообще-то на меня напали! — Воскликнул Зелёный Демон, явно оскорблённый таким обвинением. — Я никого не трогал, ещё бы мне руки марать об этих самодовольных придурков.

— Кто мог на тебя напасть в Небесной Столице? Все знают, что ты здесь! Никто бы не стал на тебя бросаться!

— Тьфу, — демон оскалился. — Вот всегда ты таким был, чтоб тебя. Всё о других, да о других, а о семье в последнюю очередь думаешь. Ах да, я ж тебе не семья! Так, какое-то жалкое позорище, оскверняющее тебя и твоих тупых родителей.

— Что ты говоришь… — Се Лянь замер. — К тебе все относились хорошо! Мои родители приняли тебя и заботились!

— Да-да, оставь эти семейные разборки. Восемь сотен лет прошло, а ты всё такой же тупой и упёртый, как раньше, — Ци Жун встал. — Что твой отец, что твоя мать наложили на себя ручки, потому что их сын разрушил всё, что только можно! Я бы тоже с удовольствием подох, если бы мой сыночек разрушил собственное королевство. Смех, да и только!

Се Лянь нахмурился, замахнулся и дал брату пощёчину. Ци Жун качнулся и рассмеялся.

— Ха-ха... Давай же, давай, ударь меня ещё раз, любимый братик, — демон шагнул к Се Ляню, беря принца за руку и приложил ладонь к своей щеке. — Давай, замахнись и ударь. Тебе же станет легче, чего ты стоишь, а?

— Ты… сумасшедший, — Се Лянь отдёрнул руку.

— О нет, я сейчас полностью в своём уме, Ваше Высочество, — последняя фраза прозвучала с иронией и сарказмом.

Принц сделал шаг назад, разочарованно взглянул в изумрудные глаза брата, развернулся и скрылся во дворце, не проронив ни слова.

Ци Жун молча стоял на ступеньках, смотря вслед уходящему принцу.

— За все восемь сотен лет ты ни разу не пришёл ко мне, — прошипел Ци Жун и, хмыкнув самому себе, сел на ступеньки, разглядывая небо.

* * *

Гу Цзы достал где-то аптечку, обработал раны демона и пошёл гулять по Столице, а Ци Жун всё сидел у дворца. Сначала Небожители неодобрительно ахали, завидев у дворца Наследного принца Сяньлэ перепачканного демона, а затем перестали удивляться, привыкнув к этой картине. Се Лянь больше не появлялся.

Ци Жун рассматривал небо, думая о своём. О том далёком времени, когда он стал демоном. До боли знакомая ситуация, произошедшая с Лан Цяньцю, вызывала бурю воспоминаний, которые демон бы с удовольствием никогда не воскрешал в памяти.

— Почему?

— А? — Демон повернулся на чужой голос, отрываясь от собственных мыслей, и с удивлением увидел Лан Цяньцю. Небожитель присел рядом. Вид у него был гораздо лучше: словно и не было того сражения. — Что «почему»?

— Почему тебе нужен этот ребёнок?

— Да хрен его знает, — Ци Жун впервые на памяти Бога говорил спокойно. — Но он мой, просто смирись.

— Ты к нему настолько сильно привязан?

— Да нет, — Ци Жун качнул головой и пожал плечами.

— Я предложил тебе свободу, — Лан Цяньцю взглянул на солнце. Близился закат. — Я думал, ты согласишься, а ты… Я не понимаю!

— А тебе и не понимать. Ты забыл? Я безумный, отвратительный демон, которого ненавидят все три мира, — Ци Жун улыбнулся и в ответ махнул рукой, увидев, как Гу Цзы машет ему, стоя на мосту. — Всегда так было и будет.

— Но ведь люди считают тебя безумным из-за твоих же действий, которые действительно порой бывают…

— Мерзкими? Противными? Ужасными?

— Странными.

— Слушай, — Ци Жун серьёзно глянул на Небожителя, — люди тупые. Они идиоты, которые не пользуются одной важной вещью, — демон нагнулся к собеседнику и постучал пальцем по голове. — Нет смысла их переубеждать. Да я и не хочу. Вон, глянь, братец восемь столетий понять ничего не может, что уж говорить о людях, которые обо мне только слухи и слышали.

— Да я бы тоже не понял, наверное…

Ци Жун прыснул от смеха. Но отвечать не стал, погрузившись в раздумья. Они просидели в тишине ещё какое-то время.

— Плохого он выбрал себе отца, — внезапно сказал Лан Цяньцю.

— Ага, — Ци Жун кивнул и встал. — Но это был его выбор.