Глава 9. Стриптизер (1/2)

Саша не зря придумал это их новое семейное развлечение, когда в свой день рождения предложил Лео и Марте составить им компанию за карточным столом. Обучить их верных помощников игре в дурака, а потом и в покер было делом довольно простым, зато сколько веселых моментов эти их карточные баталии приносили! Это было в любом случае лучше, чем наблюдать иногда, как Игорь общается вечерами с Лео, распивая их любимый коньяк. Это бывает редко, и Саша вовсе не возражает против их вдруг возникшей дружбы и всегда может найти, чем ему заняться. Но почему он должен уступать кому-то Игоря на целый свободный вечер! Тузов хочет иногда тихого семейного общения — да сколько угодно, только при Сашином участии. С тех пор такие мероприятия случаются у них примерно раз в месяц и отлично развлекают всех четверых.

Марта всегда жарит орешки и наливает себе красное вино, Игорь и Лео потихоньку лакают любимый «Мартел», а Саша разводит их всех в карты, как детей, поражаясь их твердой вере в его необыкновенное везение. Конечно, он дает им иногда выиграть и даже в парах иногда поддается, но все карты он запоминает автоматически и всегда наперед просчитывает все их возможные варианты, над которыми они так усердно думают.

С чем можно сравнить удовольствие от наблюдения за сосредоточенным Тузовым с его неповторимыми гримасами и искренним непониманием причин своих неудач? Или его наивную радость от неожиданного везения! Саша никогда не играет с ним вместе, только против него, в паре с Мартой или Лео, и всегда знает, чем закончится для Игоря очередной круг.

— Давай уже короля своего бубнового, хватит мучиться! — смеется Сашка, любуясь на эти сосредоточенные раздумья.

— Так, я не понял, ты в карты мои опять смотришь? А у меня нет бубнового короля! — понимая бесполезность с Сашкой сражаться, из чувства противоречия спорил Игорь.

— Ага, и десятки нет крестовой, и семерки той, еще с первой раздачи.

— Да ну тебя, с тобой не интересно! Лео, нас опять обманули, наливай, — бросал Игорь карты на стол. — Все, сейчас мы выиграем, ты, главное, карты ему не показывай!

Французы без ума от такого непринужденного общения и новых традиционных развлечений. Они вообще уже практически родственники, такой привычной стала их компания.

А Саша без ума от Игоря. И вроде бы ничего нового, но с того самого дня Сашиного выздоровления Игорь поражает его все больше, вдруг открываясь с таких неожиданных сторон, что уже Саша, кажется, начинает за ним не успевать… И это Саше уже хочется иногда остановиться, просто посидеть с ним и пообниматься, как раньше, и просто с ним поговорить.

Саше не хватало его настойчивости, хотелось бурных проявлений страсти? Спонтанного быстрого секса хотелось и по-настоящему ярких ощущений? Теперь Саша всерьез опасается, что Тузов однажды плюнет все-таки на последние приличия и начнет уже, наконец, драть Сашку в присутствии Лео и Марты, не дожидаясь, пока они догадаются покинуть выбранное им для этого помещение. В столовой, на кухонной столешнице, на лестничных перилах и на широком столе своего кабинета — где только не обеспечивал ему ярких впечатлений изобретательный Тузов! И нахватался же где-то прогрессивных идей!

— Игорь, пожалуйста, давай ночью! — просил работающий в гостиной за компьютером Саша, проваливающий сроки проекта, когда спустившийся вечером Игорь привычно подходил сзади к дивану. Перегнувшись через спинку, Игорь начинал вытаскивать его к себе, захватив рукой поперек груди.

— Давай, — охотно соглашался Тузов, даже не думая останавливаться. — А какая связь?

Возражать было бесполезно, это Саша давно понял. Не было ни одного случая, когда нацелившийся на Сашку Тузов не довел бы начатое до конца, вняв Сашиным просьбам про отсрочку. А ночью само собой. Игорь больше не хотел видеть рядом с собой никаких пижам. Пижаму Саша надевал у себя, когда Игорь успокаивался, наконец, и Сашку отпускал. Они не спали больше в обнимку, давая друг другу отдохнуть, но рано утром Игорь являлся к нему практически каждый день: лично проследить, чтобы Саша вовремя принял душ. Трудно было доктору Тузову начать свой рабочий день без этой полюбившейся с первого же раза процедуры!

Саша часто не успевал выспаться и чувствовал себя вялым перед утренним кроссом, однако Игорю все только на пользу: он всегда был в отличном настроении за завтраком, всегда шутил и по традиции обхаживал Марту.

Он все успевал, его Игорь! Он писал свои научные статьи, сидя за компьютером в своем кабинете, и Саша часто просился просто у него побыть, тоже с ноутбуком, чтобы можно было вдоволь посмотреть на его красивое сосредоточенное лицо. У Саши так редко теперь была эта возможность!

Игорь мог неожиданно приехать из клиники раньше и потащить Сашу в ресторан или клуб, на концерт джазовой музыки. Теперь он, а не Саша, отслеживал подобные мероприятия, пользуясь тем, что в Ницце не сезон. Саша уже знает, что когда вернутся толпы туристов, Игорь сядет на вилле безвылазно.

— А что, второй части марлезонского балета не будет сегодня? — ехидно спрашивал Тузов, когда они возвращались поздно вечером, намекая на Сашкины танцевальные упражнения.

— Нет, сегодня пропустим, — отговаривался Саша, которому абсолютно не хотелось больше перед ним дурачиться. И вообще дурачиться не хотелось. И ни на какие танцы больше не тянуло.

— Ну что ж, — вздыхал совсем не огорченный Игорь, подталкивая Сашу к столу в их большой гостиной. — Тогда сразу к третьей части. Прошу в ложу бенуар, мой друг.

Как умел он это делать на удобном высоком столе! Когда он в первый раз вот так усадил Сашку к себе лицом, целуя и активно лаская руками, Сашин оргазм наступил за несколько минут, Тузов справлялся с этим лучше и быстрее самого Саши. Сам он даже не до конца возбудился. Саша понял потом, что Игорь просто снял лишнее Сашкино напряжение перед тем, как приступить к основному действию. Тузов уложил его на спину, освободил от одежды и стал снова возбуждать постепенно, с обильной смазкой входя в него пальцами и подготавливая теперь уже для собственного удовольствия. Каким же острым и внезапным было наслаждение от его первого же полноценного проникновения! Вот так, стоя, входя снизу вверх, по передней стенке Сашиного узкого хода, прямо по простате в обоих направлениях, он заставлял Сашу орать и корчиться в сладких муках, одновременно мечтая о пощаде и умоляя не останавливаться.

Это ни с чем нельзя сравнить для Саши. Это самое сильное, что только есть на свете. Саша часто не может сдержать слез в такие моменты, когда чувства и эмоции не помещаются внутри и любовь к нему становится такой жгучей, такой невыносимой…

А он снова снисходителен и остроумен, он больше не мучается никакими комплексами и готов открыто появляться с Сашкой везде. И так подозрительно косит он свои черные глаза на Сашин телефон, стоит только услышать сигнал о поступившем сообщении. Саша не блокирует свой телефон, ему нечего скрывать и бояться, пусть смотрит, если его это беспокоит! А его беспокоит, иначе он бы не приехал тогда в университет с контрольной проверкой и не устроил бы это шоу на глазах у Сашиных одногруппников. Как рад был видеть его тогда Саша! Как мечтал он о чем-то подобном!

Это был октябрь, разгар очередного семестра и осеннего кризиса у безнадежно влюбленной Бель. После того инцидента с Крисом эта хрупкая, но настойчивая девица, убедившись, вероятно, в традиционной ориентации обожаемого Алекса, просто не давала ему прохода. Они сидели рядом на всех групповых занятиях, она волочилась за Алексом в кафе, и со стороны они, наверное, уже выглядели парой. Она не сильно беспокоила Алекса, а иногда бывала даже полезной. Например, приносила кофе, как некогда озабоченный Робер.

Их было несколько человек за привычным столиком, и картина тоже была вполне привычна: Алекс с ноутбуком, Бель рядом, двое ребят и двое девчонок за их же столом.

Саша не помнит, о чем они разговаривали. И не знает, как это почувствовал. Услышал знакомое урчание мощного мотора?.. Он резко повернул голову в сторону стоянки, и все невольно посмотрели туда тоже.

— Заблудился, что ли? — предположил один из парней, глядя на нахально остановившийся поперек рядов, почти вплотную ко входу к кафе «мерседес», явно не вписывающийся в компанию студенческих авто.

Бель не могла понять, что вдруг произошло с Алексом, завороженно на этот мерин уставившимся. Ну, машина, ну, дорогая, однако Алекса ли этим удивить?

Но Алекс не просто удивился. Не отрывая взгляда от машины, он вдруг стал расплываться в какой-то блаженной, совершенно идиотской улыбке и медленно привставать, суетливо шаря при этом по столу в попытке собрать разбросанные вещи. Никто не видел раньше такого потерянного и одновременно счастливого выражения лица у всегда сосредоточенного Алекса.

— Это за мной, — тихонько произнес он, и все снова повернулись к стоянке.

Водительская дверь была уже открыта, и прибывший гость вальяжно опирался о крышу своего авто, надменно ухмыляясь и прищуривая темные глаза. Бель подумала, он похож на какого-то респектабельного итальянского мафиози, привыкшего к беспрекословному подчинению окружающих. В сопровождении десятка отморозков с оружием этот опасного вида месье выглядел бы очень органично.

И как будто подтверждая ее ассоциации, приехавший господин даже не кивнул, а будто взглядом указал Алексу в сторону пассажирского места, и Алекс рванул к нему, почти побежав, ни с кем не попрощавшись и даже не взглянув на Бель, будто боясь в этот «мерседес» не успеть. Кто-то из ребят многозначительно присвистнул, когда автомобиль скрылся за поворотом, и Бель посмотрела на кроссовер Алекса. Он и про свою машину, что ли, забыл?..

— Как ты нашел меня? — удивлялся счастливый Сашка, сидя рядом с Игорем в увозящем его на виллу «мерседесе».

— Так ты ж знаменитость, оказывается, — как-то невесело ответил Игорь. — Ничего мне рассказать не хочешь?

— Например? — начинал Сашка догадываться, что Тузов, по всей вероятности, встречался с кем-то из Сашиных руководителей.

— Например, что за странная история, из-за которой мне там сочувствуют? Депрессия у нас, оказывается, была какая-то? Не слышу, Саша!

— Ну, про депрессию это просто совпало, — поморщился Сашка, понимая, что Тузов не отстанет и рассказать придется. — А в остальном да, харассмент.

— Что, еще раз?! — вдруг затормозил среди дороги Игорь и съехал на обочину. Он отстегнул ремень и повернулся так, чтобы смотреть Саше в лицо. Этот его прямой вопросительный взгляд…

— Один идиот приставал ко мне…

— Что значит приставал? Что он делал, конкретно?! — Игорь схватил Сашку за плечо, заметно бледнея, и Саша уже пожалел, что сказал правду.

— Успокойся, не бесись! — постарался Саша привести его в чувство. — Там ничего страшного не случилось. Одногруппник пристал ко мне в туалете, когда я руки мыл. Схватил сзади. Я головой въехал ему в морду, он отстал. Но все слышали, как я на него орал. Настучали профессуре, этого придурка выгнали. Все, конец истории.

— Правда? — чему-то уже улыбался Игорь. — А я почему об этом ничего не знал?

— Тебя дома не было, извини, — обиженно уставился Сашка в переднее стекло. — Пришлось самому как-то. Чему ты так радуешься, Игорь? — снова посмотрел на него Саша. — Да, я могу въехать в морду! И у меня тоже есть вопрос, кстати.

— Слушаю, моя радость, — любовался им Тузов, легонько сжимая Сашины волосы на затылке.

— Кем ты сегодня там представился? Могу поспорить, папочкой! Крестным, да?

— А что, не правда? Иди сюда, моя деточка! — считая диалог оконченным, Игорь притянул к себе Сашкину голову и стал целовать его в губы. — Как с тобой доехать-то…

Но он доехал. И любил тогда Сашку так нежно, почти как раньше, во время болезни. И Саша, оказывается, так по его нежности соскучился…

На следующий день Игорь сам подвез Сашку в университет, высадив прямо перед входом, и Саше было все равно, что про него думают одногруппники. Все было очевидно, и он искренне надеялся, что объяснять что-либо дополнительно не придется.

Но он ошибся. Изабелла нуждалась в объяснениях! Она как ни в чем не бывало снова села рядом с Алексом и, привычно поболтав, перешла к главному.

— Ты так быстро уехал вчера, Алекс! — хлопала она своими детскими глазами. — Кто это был? Такой шикарный месье! Знаешь, он похож на…

— Эй, Бель! — раздраженно перебил ее Саша. Она еще Игорю оценки выставлять будет?! Да как она думать вообще о нем смеет! — Притормози!

Он сказал это несдержанно и слишком громко, и, конечно, его услышали многие из сидящих вокруг. Слухи об Алексе успели разойтись — это он понял, заметив, как прислушиваются к их диалогу заинтересованные сплетники. Что ж, пора закончить с этим раз и навсегда!

— Извини, не хотел тебя обидеть, — Алекс примирительно коснулся ее руки и сказал, наконец, внятно и спокойно то, что так давно хотел произнести. — Это мой мужчина, Бель. Так понятно?

Конечно, Изабелла выглядела полной дурой в глазах собравшихся, но не Алекс начал этот разговор! Покраснев, она быстро вышла из учебной аудитории, за ней отправились несколько сочувствующих подружек, а остальные просто на Алекса с интересом косились. Пусть сколько угодно теперь обсуждают новость, пусть завидуют или сочувствуют, Алексу безразлично. Если все у него получится, он надолго среди них не задержится. Максимум до конца учебного года…