Глава 9: Битва характеров (1/2)

Краткое содержание: Роджер отказывается сдаваться, но Фредди упрям.

— В конце концов, он не может вечно избегать меня.

Брайан положил кусочек картошки, который он только что взял, на место и вздохнул. Он выглядел так, как будто очень старался не закатить глаза.

— Извини, — Роджер откинулся на стуле, слегка барабаня пальцами по столу, — я больше не буду об этом говорить. — Он повернулся, чтобы посмотреть в окно на мрачное серое небо, — чудесная у нас погода. Ты смотрел вчерашнюю игру?

На этот раз Брайан действительно закатил глаза.

— Просто я действительно не знаю, что тебе сказать, Родж, — ответил он, находясь где-то на грани между раздражением и сочувствием, — раз уж ты не хочешь рассказать мне, что на самом деле произошло.

Роджер вскинул руки и застонал от досады.

— Ну, я же сказал тебе, что не могу! Это именно то, из-за чего у меня неприятности.

— Хорошо, тогда…

— Вот представь, что ты доверил мне секрет, а я случайно рассказал его людям. Случайно, — Роджер наклонился вперед, поставив локти на стол, — и очевидно, мне было очень жаль. Ты бы… перестал быть моим другом?

— Зависит от того, какой секрет, — пожал плечами Брайан, хрустя картошкой, — наверное, нет.

— Спасибо, — хмыкнул Роджер, бросая в рот один из своих кусочков.

— Но на самом деле у меня нет никаких страшных секретов, — размышлял гитарист.

Роджер прищурился, глядя на него, и продолжал жевать.

— Ну, — он облизал палец, взял еще один кусочек и указал им на Брайана, — представь, что он у тебя есть. И… и представь, что я был единственным, кому ты об этом рассказал.

Брайан нахмурился и несколько мгновений смотрел вдаль.

— Да, знаешь что… Я был бы очень зол из-за этого. Я бы не считал тебя таким уж хорошим другом, для начала.

Роджер уставился на него.

— Я бы точно пожалел, что вообще рассказал тебе об этом, — добавил Брайан, проглотив рыбу с картошкой, — поскольку тебе явно нельзя доверять.

— Уф, — Роджер зарылся лицом в свои руки, — отлично, спасибо. Теперь я чувствую себя намного лучше.

— А ты представь, как он себя чувствует.

Роджер снова поднял голову и посмотрел на своего друга.

— Ну, спасибо тебе, Брайан. Думаешь, мне это вообще не приходило в голову? Потому что я такой долбаный мудак.

— Извини, — пожал плечами Брайан. — Я действительно не знаю, что ты хочешь от меня услышать. Дай мне подумать…

Он смотрел, как Роджер мрачно ковыряется в своей картошке.

— Неужели это такой страшный секрет? — спросил Брайан через некоторое время.

На улице поднялся ветер, который рвал тенты на фасадах магазинов. Роджер положил подбородок на руку, наблюдая за тем, как газетная страница кружится по тротуару.

— Зависит от обстоятельств, — тихо сказал он.

Брайан только покачал головой.

— Что это вообще значит?

— — —

Шуба Фредди висела в шкафу Роджера, безмолвно укоряя его каждое утро в течение последней недели. Конечно, он мог отдать её Тиму, единственному из них, кто сталкивался с Фредди в колледже в последние дни.

— Что он сказал?

— Ничего.

— Что значит «ничего»? Что ты сказал?

— Я сказал, что у тебя его шуба.

— Хорошо, так что он сказал?

— Я тебе говорю! Ничего. Он сменил тему.

Но Роджер не собирался этого делать. Если Фред хотел шубу, он должен был прийти и поговорить с ним, потому что Роджер все-таки пытался.

Он пытался в воскресенье утром — ну, в полдень — хотя едва смог выползти из постели.

— Можно поговорить с Фредди, пожалуйста?

— Минутку. … Фредди! Это тебя! … Он не сказал. Один из твоих друзей, я уверена. Он сейчас подойдёт, дорогой.

— Хорошо, спасибо.

Молчание.

— Алло?

— Привет, Фред… это я.

Щелчок.

Роджер еще некоторое время сидел и слушал гудки, прежде чем тоже повесил трубку.

По крайней мере, он знал, что Фредди добрался до дома нормально.

А потом пришло время ехать забирать фургон из «Революции» и выгружать инструменты, что было весьма затруднительно, потому что все были с сильного похмелья.

В понедельник состоялась встреча, и все трое были вне себя — сначала от нервов, а потом от радости. Они заключили контракт на запись. Они заключили контракт на запись!

Это все еще не до конца осознавалось. По всем признакам, думал Роджер, это должен был быть один из самых счастливых дней в его жизни. Но события субботнего вечера прокручивались в его голове бесконечной чередой, оставляя чувство тревоги и вины. Конечно, подумал он, Фредди должен был знать, что он отдал бы все, чтобы исправить свою глупую оплошность.

В понедельник вечером они устроили еще одно, более тихое празднование в «Кенсингтоне», своем обычном пабе. Даже Тим отметил, что отсутствие Фредди было странным, когда он стал такой неотъемлемой частью их тусовки. Пришли еще несколько их друзей, и от того, сколько раз снова и снова повторялся один и тот же разговор, Роджеру захотелось пораньше уйти домой.

— Где Фредди?

— Он зол на Роджера.

— Почему?

В конце концов, он ушел раньше с Кэрри, которая пришла по его приглашению.

— — —

— Он тебе действительно не безразличен, да?

Роджер нахмурился, проводя пальцами вверх и вниз по ее обнаженному плечу.

— То есть, да, он действительно хороший друг, и это отстой, — он неопределенно показал свободной рукой на потолок, — вся эта ситуация, понимаешь.

Кэрри передвинула ногу и обхватила его бедро, чтобы устроиться поудобнее, ее голова легла на его плечо.

— Я знаю, — сказала она, нежно проводя кончиками пальцев по его ключице, — ты не переставал говорить об этом весь вечер.

— Ну, ты единственная, с кем я действительно могу говорить, потому что ты знаешь, что произошло, — защищаясь, сказал Роджер, затем повернул голову, чтобы взглянуть на неё, — прости, может, нам снова перестать разговаривать? Потому что мне нравилось молчать.

Она улыбнулась, когда он просунул руку под одеяло и притянул ее ближе к себе за талию.

— Вообще-то, я большой поклонник молчания, — добавил он и поцеловал ее, наслаждаясь ощущением ее обнаженного тела, прижатого к его.

— Мне нужно домой, — сказала она ему, разорвав поцелуй через несколько мгновений, — завтра в колледж.

Роджер вздохнул в её губы, лениво прижимаясь к ней. Он наоборот как раз настроился на повторение.

— Ты абсолютно уверена, что тебе нужно идти прямо сейчас?

Кэрри перевернулась на спину и тихо засмеялась, когда он приподнялся на локте и начал покрывать поцелуями ее грудь и живот.

— Может быть, через… — вздохнула она, наблюдая, как он оставляет несколько медленных поцелуев чуть ниже ее пупка, — полчаса.

Некоторые отвлекающие факторы были более эффективными (и более приятными), чем другие. Но ненадолго.

Когда Кэрри ушла, примерно через час, Роджер сидел на подоконнике, курил больше, чем следовало, и слушал альбом Хендрикса, который Фредди одолжил ему несколько недель назад.

— — —

Со вторника по пятницу Роджер понял несколько вещей.

Казалось, что Фредди действительно решил никогда больше не разговаривать с ним. И даже приближаться к нему, потому что никто не видел его ни в холле Имперского колледжа, ни на рынке, ни в других местах, где они обычно собирались. Роджер старательно ухаживал за их маленьким магазинчиком, как мог, желая компенсировать то время, которое Фред посвятил ему в последние пару недель. Но без него было скучно.

Он попытался позвонить еще раз в среду днем, и ему ответила младшая сестра Фредди, что его нет дома. Роджер сомневался, что это правда, потому что предварительно она спросила его имя.

— Можешь сказать ему…

— Да?

«Скажи ему, что я скучаю по нему. Скажи ему, что мне жаль. Скажи ему, чтобы он сказал мне, что делать, я сделаю все. Скажи ему, что я хочу вернуть своего друга».

— Просто скажи ему, чтобы он позвонил мне, пожалуйста.

— Хорошо, я скажу. Пока.

Когда он расспросил всех, выяснилось, что большинство их друзей хоть и знали примерно, где живет Фредди, но никто не знал точного адреса и ни разу не был у него дома. Роджер никогда раньше не задумывался о том, каким скрытным человеком был Фредди, но теперь, когда он это понял, ему стало еще хуже от того, что он сделал. Он надеялся, что Фредди знает, что, в конце концов, никто и понятия не имеет, из-за чего произошла их ссора на вечеринке.

Ну, почти никто.

— — —

— Что мне делать?

Был вечер пятницы. Часы показывали чуть меньше одиннадцати. Кэрри сидела на краю его кровати, медленно натягивая колготки. Опираясь на один локоть и придерживая одеяло, укрывавшее его бедра, Роджер наклонился мимо нее, чтобы достать пепельницу на прикроватной тумбочке.

— Ты мог бы пойти к нему домой? — предложила она, вставая, чтобы натянуть колготки и откинуть назад волосы, прежде чем натянуть джемпер.

— Я думал об этом, — признался он, затягиваясь сигаретой, — но у меня нет адреса.

Кэрри на мгновение посмотрела на него.

— Ну, а поискать?

Роджер сразу почувствовал себя глупо. Конечно. Он мог просто посмотреть в телефонной книге. Вероятно, в Фелтхэме было не так уж много семей с такой же фамилией, да и вообще в Лондоне. Почему он не подумал об этом?

— О, точно, — почесал он щеку, сел прямо и перекинул ноги через край кровати, — но, я не знаю… Тебе не кажется, что это немного… Я имею в виду, что я вообще… Это как явиться с букетом цветов к девушке домой, пытаясь вернуть ее, или что-то в этом роде.

Кэрри засмеялась, поднимая юбку с пола.

— Ну, так не приноси цветы.

— Я и не собирался, просто… — он вздохнул, качая головой, и снова наклонился к пепельнице, — я на самом деле не знаю, что я имею в виду. Наверное, он все равно просто захлопнет дверь перед моим носом.

— Может быть, — пожала плечами Кэрри и наклонила голову, с любопытством наблюдая за ним, — допустим… допустим, ты пытаешься вернуть девушку. Что бы ты сделал?

Роджер посмотрел на нее, немного озадаченный, но она только подняла брови, и он задумался.

— Принес бы букет цветов, наверное.

Кэрри закатила глаза.

— Ладно, кроме цветов.

— Я не знаю! — Роджер скорчил гримасу и затушил сигарету, — написал бы песню? Стоял бы у ее дома целый день, пока она не простила бы меня? Как это может помочь? Он не девушка, так что…

— Ну, нет, но… — она прервалась, пожав плечами, что говорило о том, что в этом предложении есть и другая часть, которую она не считает нужным произносить.

Роджер прищурил глаза.

— Но что?

Судя по тому, как она закусила губу, она пыталась скрыть улыбку, когда подошла и села рядом с ним.

— Очевидно, ты ему действительно нравишься. Ты ведь знаешь это, верно?

Роджер посмотрел на нее так, как будто она была в легком помешательстве.

— На самом деле я уверен, что сейчас он ненавидит меня до глубины души.

— О, Боже, — Кэрри снова закатила глаза, теперь уже открыто улыбаясь, — ему больно, потому что ты разгласил что-то очень личное о нем, как будто это пустяк. Если тебе наплевать на кого-то, он не может причинить тебе такую боль.

— И? — Роджер совершенно не понимал, к чему она клонит.

— Кстати, — она перебросила волосы назад на плечо, — ты не задумывался, почему он рассказал тебе, а не кому-то другому?

— Нет? — он действительно не задумывался.

Кэрри пристально смотрела на него.

— Ты не задавался вопросом, почему, — медленно сказала она, — он сказал тебе, и никому другому, что ему нравится целовать мальчиков?

— Ну, он так не говорил, — запротестовал Роджер, наконец уловив ее мысль, — ты говоришь так, будто он ко мне приставал или что-то в этом роде. Это было совсем не так. Мы просто разговаривали, и это всплыло. Я как бы заставил его рассказать мне, вообще-то.

— Мм, — опять эта улыбка.

— И он никогда не говорил, что ему это нравится, — продолжал Роджер, — а просто, что это произошло. Ему нравится целовать девушек, если ты не заметила.

Он действительно не знал, почему спорит и ради кого.

— Я и не говорю, что ему не нравится, — просто ответила Кэрри и добавила: — я думаю, это как мороженое, если хочешь знать мое мнение.

Теперь Роджер действительно растерялся.

— Мороженое? — переспросил он, сдвинув брови и подогнув под себя одну ногу, когда повернулся к ней.

— Да, — усмехнулась Кэрри, — вот, например, какой твой любимый вкус?

— Мороженого?