2.7 (1/2)
Крик, вырвавшийся из горла Вилли, казалось, разлетелся по всему лесу. Юноша едва успел заслонить лицо, согнув руку в локте, прежде чем упал на холодную землю. А в следующее мгновение поблизости рухнуло вспыхнувшее в огне тело напавшего на него вампира. Вернее, то, что от него осталось.
Оцепеневший от страха, Вилли не сразу смог заставить себя открыть глаза. Тело незнакомца, заживо сожженного и превращенного в кучу пепла, огромным черным пятном рассыпалось на снегу. Выглядело это пугающе жутко.
Испуганно вытаращившись, Вилли не мог поверить собственным глазам. Кто-то жестоко расправился с его обидчиком менее чем за минуту. Внезапно он почувствовал себя в чьих-то крепких объятиях. Сильных, холодных, но при этом столь необходимых.
— Вилли!
Голос принадлежал тому, кого он больше всего мечтал сейчас встретить. Отстранившись, Ховард одним рывком поставил его на ноги.
— Ты в порядке? — обеспокоенным голосом спросил он. — Не бойся, все уже позади.
Его появление в лесу казалось каким-то неведомым чудом, а к Вилли только сейчас пришло осознание всего случившегося. Шумно всхлипнув, он позволил Ховарду стереть с его щек брызнувшие из глаз слезы.
— Что вы здесь делаете? — заплетающимся языком пробормотал Вилли, удивленный встрече.
— Это я у тебя хочу спросить! — голос Ховарда стал строже, а взгляд желто-зеленых глаз злее. — Что ты забыл ночью в лесу совершенно один?
Немного придя в себя, Вилли осмотрелся по сторонам. Ветер по-прежнему дул как сумасшедший, теребя волосы. Они с Ховардом были вдвоем на какой-то поляне посреди темного леса.
— Я должен был отнести Агнессе дурманную траву, — пролепетал юноша, все еще дрожа. — Меня привел сюда один из слуг. Он… он сказал, что ей нужна эта склянка и именно я должен ее передать.
Он вытащил из кармана колбочку с травой, показывая ее Ховарду. Тот, нахмурившись, накрыл руку парня своей.
— О каком слуге ты говоришь? С чего бы Агнессе просить тебя о таком? Ты едва не попал в беду, глупый мальчишка!
Он выглядел не на шутку встревоженным. Брови сошлись на переносице, а неестественно бледная кожа, казалось, стала еще бледнее. Таким Вилли еще никогда ранее его не видел. Обычно Ховард всегда сохранял невозмутимое хладнокровие, но только не сейчас. Его взгляд обжигал лучше, чем самое горячее пламя, заставляя всерьез задуматься о содеянном.
Опустив голову, Вилли пробормотал что-то невнятное, прежде чем вновь оказался прижат к широкой груди. Одной рукой Ховард обнял его за талию, второй зарылся в спутанные от ветра волосы. Почувствовав легкое облегчение, Вилли прикрыл глаза — в этих холодных объятиях он чувствовал себя защищенным.
— Простите, — прошептал он, когда Ховард наконец отстранился. — Я не думал сбегать от вас. Я просто хотел выполнить поручение.
— Ладно, разберемся с этим позже. Ты совсем продрог, — ответил Ховард, снимая с плеч теплый плащ и укутывая в него Вилли.
— Вы так и не сказали, как оказались здесь.
— Кара сообщила, что вы столкнулись у входа. Я сразу понял, что это ловушка. Агнесса никогда бы не стала давать тебе какие-либо поручения и тем более заставлять идти так далеко.
Упоминание Кары в разговоре откровенно удивило. «Она… спасла меня?» — подумал Вилли. И тем не менее это было так. Именно она сообщила о случившемся, и в первую очередь благодаря ей он жив. Ему вдруг стало действительно стыдно. Вилли никогда не подумал бы, что Кара может хотеть ему добра. Эта маленькая девчонка, образцовая служанка, как он ее называл за глаза, казалась вредной, придирчивой и порой жутко невыносимой. И оттого еще более искренним было его удивление. Нужно непременно найти ее по возвращении в замок и поблагодарить.
— А что делать со склянкой? — не унимался он.
— Пойдем. Агнесса действительно недалеко отсюда, — кивнул Ховард, опуская руку Виллему на плечо и призывая следовать за собой. — Думаю, она будет удивлена твоему визиту.
Вилли с трудом переставлял ноги, продолжая бороться с неутихающим ветром. Ноги утопали в снегу, а глаза изо всех сил пытались различить что-то в темноте. Идти было тяжело — силы были почти на исходе. Он едва не упал по пути.
Заметив это, Ховард замедлил шаг, а после подхватил усталого Виллема на руки. Тот чувствовал себя неопределенно. Очутиться в объятиях Ховарда после практически двух недель молчания казалось странным, однако прежнего страха это не вызывало. Сказать по правде, он и не надеялся быть спасенным.
Вскоре они пришли на широкую поляну. Здесь ветер был значительно тише благодаря высоким деревьям, закрывающим эту часть леса своими развесистыми ветвями. Прямо в центре поляны располагался небольшой, но с виду уютный домик, из окон которого лился свет. Возле дома собралось несколько женщин. Стоило гостям приблизиться, те тут же обратили на них внимание. Одна из них, та, что стояла ближе всех, незамедлительно бросилась навстречу.
— Что случилось? Как вы оказались здесь? — испуганно спросила она.
Оставшиеся женщины одна за другой окружили своих гостей.
— Совершенно случайно, — ответил Ховард, опуская удивленного Виллема на ноги. — Лучше скажите, где Агнесса?
— Она в доме, — доложила одна из ведьм, а после принялась звать ее. — Агнесса! Агнесса! — остальные также стали звать, толкаясь и перебивая друг друга.
Двери домика распахнулись, и на пороге появилась та, ради кого Вилли ввязался в свои опасные приключения. Выглядывая из-за спин своих сестер, она пыталась понять, что происходит.
— Вилли! — заметив наконец мальчишку, Агнесса, подобрав подол юбки, бросилась к нему. — Ховард, что случилось? Как он здесь оказался? — подбежав к Вилли, она буквально сжала его в своих объятиях.
— Думаю, он сам тебе расскажет, — отозвался Ховард, отступая назад.
— Пойдем скорее в дом, дитя, — позвала Агнесса, потянув юношу за руку. — Тебе нужно согреться.
Стоило Виллему оказаться в хижине, его тут же усадили на стул, а после окружили несколько пар любопытных глаз. Он еще никогда не видел такого количества ведьм в одном месте. Те, о чем-то перешептываясь между собой, с любопытством его рассматривали. От смущения Вилли опустил взгляд в пол — ему не нравилось такое излишнее внимание.
— Какой он хорошенький! Посмотри, — шептались между собой ведьмы, то и дело хихикая. На щеках Вилли выступил румянец.
Вскоре посреди хижины показалась Агнесса, решительно настроенная на проведение шабаша. Осмотревшись, она крикнула остальным ведьмам, чтобы те следовали за ней. Вилли вдруг вспомнил о склянке, которую все это время нес с собой, и крикнул:
— Госпожа!
— Что такое? — Агнесса обернулась.
Остальные ведьмы, не успевшие покинуть хижину, тоже обострили внимание. Появление Вилли в их маленьком тайном мире вызывало у них искренний интерес.
— Вы просили передать вам вот это, — поднявшись на ноги, Вилли протянул ей колбочку. — Я… я не мог не отдать вам ее.
— Что передать? — не понимая, о чем идет речь, отозвалась Агнесса. — Я ничего не просила. Ты что-то путаешь!
— Но как же! Там в замке один из слуг. Как же его… Ларс, кажется, — сказал мне, что вам необходима эта трава для сегодняшнего ритуала, и именно вы просили меня принести ее вам.
По хижине прошелся недовольный шепот. Ведьмы, переводя взгляд со своей предводительницы на совершенно растерянного юного гостя, были явно озабочены всем происходящим. Брови Агнессы нахмурились, а губы превратились в тонкую полоску.
— Я скоро присоединюсь к вам, — пообещала она своим спутницам, махнув рукой. — Идите, начинайте без меня.
Те тут же, одна за другой, продолжая перешептываться, поспешили на улицу.
Стоило им остаться втроем, Агнесса продолжила разговор:
— Ты заблуждаешься, Вилли. Я ничего не просила тебя передавать. Признаться, я совершенно не ожидала застать вас обоих в лесу, — она перехватила недовольный взгляд Ховарда, а после обратилась именно к нему: — Может быть, ты мне объяснишь все толком?
— Я нашел его неподалеку отсюда, — лаконично отозвался тот. — Какой-то вампир едва не напал на него. Я и сам удивился, но Вилли уверял меня, что именно ты передала ему какие-то поручения.
— Все это очень странно, — покачала головой Агнесса, сложив руки на груди, — и непременно требует разбирательства.
Она подошла к Вилли и наконец забрала у него склянку с травой. Затем внимательно осмотрела ее и продолжила:
— Я бы ни за что не отправила тебя в лес одного и тем более не стала бы ничего просить!
— Я сам займусь этим, Агнесса. Только дождусь утра, — отозвался Ховард.
Та кивнула.
За окном послышались довольные возгласы ведьм. Они что-то кричали и смеялись.
— Простите, мне нужно присоединиться к ритуалу. Сегодня полнолуние, и это наш первый зимний шабаш в этом году! — улыбнувшись, Агнесса хлопнула в ладоши. Кажется, предстоящее событие было весьма значимым для нее, и оттого она заметно повеселела. — Мы так долго его ждали! Мои сестры уже заждались меня! — и, развернувшись, скрылась за дверью.
Оставшись наедине с Ховардом, Вилли устало опустился на табурет. Последние события изрядно вымотали его и лишили сил. Он все еще чувствовал себя жестоко обманутым — и оттого еще больше пристыженным. Нужно было сразу обо всем догадаться, тогда ничего этого не было бы. Его ловко развели, как деревенского дурачка. А хуже всего было то, что он сам себя таковым считал.
Тем временем Ховард в несколько коротких шагов достиг очага, занимающего дальний угол хижины. Достаточно было одного движения рукой, и в нем вспыхнул огонь, который тут же поглотил лежащие там сухие дрова. Постепенно в хижине стало заметно теплее.
— Простите, я виноват, — с грустью произнес Вилли, стыдливо опуская голову.
Поленья в очаге затрещали. Их треск приятным скрежетом отдавался в ушах, создавая уютную ауру. Огненные блики, отражающиеся в глазах Ховарда, придавали его взгляду еще большую мистичность. Здесь, вдалеке от холодных и мрачных стен замка, он казался совершенно другим. Более домашним и простым. Вилли знал, что Ховард не был королевской крови в привычном понимании этого слова. Однако он был рожден в семье аристократа, что предполагало соответствующее поведение с самых ранних лет.
— Не извиняйся. Любой на твоем месте поступил бы так же, — спокойным голосом произнес Ховард, не отрывая взгляда от печи. Голос его был серьезен, а глаза печальными.
— Я и не думал, что это обман. Ларс говорил так убедительно!
— Я еще выясню, чей приказ он исполнял! — нахмурив брови, едва не зарычал Ховард, развернувшись к Вилли. — Кто-то явно хотел, чтобы ты оказался в лесу. Тот, кто напал на тебя, оказался там не случайно. Это было спланированное нападение!
Вспомнив недавний разговор с Августо, Вилли заподозрил, кому это было нужно. Однако что, если он ошибается?
— Мне кажется, я знаю, кто за этим стоит, — предположил он.
Ховард заинтересованно взглянул на него.
— Это Августо, господин! Я уверен.
Казалось, Ховард не разделяет этого предположения.
— С чего ты это взял? — нахмурился он.
— Он меня ненавидит! — воскликнул Вилли. — Я встретил его утром в западном крыле замка.
— Он угрожал тебе?
— Не совсем. Обругал на чем свет стоит. Но говорил он так уверенно!
— Вилли, если между вами произошло что-то, о чем мне следует знать, говори. Не нужно ничего от меня утаивать!
Виллем молча кивнул, однако более ничего не добавил. Он сознательно недоговаривал — не хотел прослыть жалобщиком и сплетником.
— Я поговорю с ним, не беспокойся, — пообещал Ховард, неслышно приблизившись и опустившись перед ним на корточки, — тебе нечего бояться. — Обеими ладонями он накрыл лежащие на коленях руки Вилли, вызвав вспыхнувший на щеках румянец. — Пока я рядом, тебя никто не тронет. Не забывай о метке. Она защитит тебя в случае необходимости. Никогда ее не снимай!
Подавшись вперед, он подобрался к Вилли непозволительно близко. Тот отлично ощущал холодное дыхание на коже, однако не мог заставить себя отодвинуться. Сердцебиение вдруг заметно ускорилось, а щеки будто бы обдало жарким огнем. Взгляд желто-зеленых глаз пленял и подчинял без остатка. Хотелось смотреть в них еще и еще.
— Я… так и не поблагодарил вас за спасение, — наконец пробормотал Вилли с легким придыханием в голосе.
— Не стоит. Я никому не позволю причинить тебе боль, — продолжил Ховард, поднимаясь с колен. — Мне следует объясниться с тобой. О том, что произошло между нами.
— Нет-нет. Не надо!
— Я не хотел напугать тебя. Меньше всего на свете я хочу, чтобы ты боялся меня. Я не причиню тебе зла, Вилли. А чтобы у тебя не осталось сомнений в моих словах, я даю тебе слово, что не стану прикасаться к тебе вплоть до достижения тобой возраста согласия.
— Согласие на Западе наступает в шестнадцать! — растерянно ляпнул Виллем, смущенный таким обещанием.
— Я знаю, — кивнул Ховард. — И тем не менее даю тебе слово.
Он некоторое время не сводил с Виллема взгляда, словно сомневался в чем-то, а после приблизился к нему, мягко поцеловав в макушку.
— Что… что вы делаете? — пробормотал растерянный парень, непроизвольно дрогнув. Поцелуй был трепетный, ласковый и ни к чему не обязывающий. Однако именно проявление такой необъяснимой для Виллема нежности застало его врасплох.