Глава 12. Проигранные сражения, выигранная война (1/2)
конец января, 2 курс
Эдди просыпается замученным, невыспавшимся совершенно, с гудящей головой и, судя по ощущениям, щелочками вместо покрасневших глаз, но совершенно по-детски счастливым, когда в нужное время его, не слышащего все старательные вопли будильника, будит мягкое прикосновение к сознанию, когтистая лапа на плече и низкий голос, рокочущий:
”Вставай, любовь моя, опоздаем на твои очень важные встречи с другими человеческими детёнышами и непонятно говорящими взрослыми!”
”Не язви-и-и,” - стонет в подушку Брок, пытаясь натянуть обратно уползающее стараниями симбиота одеяло, чувствуя небывалую теплоту внутри. - ”Ты прекрасно знаешь, как называются мои занятия, ну! Я понимаю, что тебе скучно, но придётся потерпеть. И я не ребёнок!”
”Я не сказал, что ты ребёнок,” - рассудительно начинает клинтарец, отбирая-таки жалобно трещащее одеяло и растекаясь по коже в мурашках, унимая озноб, появляясь из плеча зубастой башкой. - ”Я сказал...”
”Поцелуй меня!” - перебивает парень, садясь, всё же, в кровати, улыбаясь одними глазами хитро, протягивая руку к частоколу клыков и нежно касаясь под челюстью.
Веном не отказывает. Откажешь тут, когда его человек ждёт этого банального утреннего проявления нежности с замиранием сердца, стараясь, однако, не подавать вида, как некоего подтверждения, что всё случившееся не осталось в темноте, все признания имеют смысл, что они.. вместе.
И целует своего идеального, нежно скользя кончиком языка по губам, чуть не урча от того, что, наконец, - можно. Не ждать чего-то, не выгадывать секунды для лёгких касаний, а просто.. делать, как хочется им обоим.
Разрывает затянувшийся поцелуй, отстраняясь от тёплых губ, подталкивая парня к краю кровати с ироничным:
”Твой хитрый план не прошёл, Эдди, давай, в душ и на выход.”
Брок вздыхает картинно, вроде как задумчиво облизывая влажную губу, косится на клинтарца, приподняв бровь с намеком, однако тот материализуется в полуформе, вызвав очередное восхищение своего хоста разнообразием обликов, и, включив небывалую сознательность, показательно складывает лапы на груди, являя своим видом полную неподкупность и неподдаваемость на провокации.
”Ладно, ладно..” - бурчит парень, выползая в коридор уже без каких-либо внешних проявлений симбиота на себе. - ”Пошли, строгий ментор. Дожили, меня воспитывает инопланетный паразит. Ай! Между прочим, это из-за тебя я так хочу спать!”
”Тогда мне не стоило делать ночью так?” - хмыкает Веном.
вспышкой образ гибкого тела в ласкающей сети чёрных щупов
”Или так?”
длинный подвижный язык, оборачивающийся вокруг так просящего ласки органа, сжимающий ритмично
Брок выдыхает нервно: этот раунд он явно проиграл, чувствуя, как отдаются горячими волнами картинки самой потрясающей ночи, что у него вообще была.
”Н-нет, Ви..” - ласковое имя само срывается с губ, Эдди тут же смущается, чувствуя, что от внимания клинтарца это явно не ускользнуло. - ”Хм, извини, я просто.. Не буду так, если не нравится.”
”Нравится, любовь моя,” - спустя пару секунд урчит симбиот, касаясь сознания своей радостью и пониманием. - ”Имя только для нас. Для всех мы - Веном, а так - только для тебя.”
”Да, верно” - улыбается парень. - ”Так вот, я о том, что не делать так тебе стоит сейчас, в смысле, не транслировать мне всё.. это. Иначе придётся разбираться с последствиями.”
И подмигивает своему отражению в запотевшем местами зеркале.
***
Конечно же, всё это так не работает.
Когда ты просыпаешься утром в объятиях давно желанного существа, и чувства настоящие, и будущее обозначено - нельзя выключить взаимные эйфорию, любовь, отчаянное счастье, пронзительные воспоминания, предвкушение и при всём этом - страстное желание чувствовать подтверждения своего.. неодиночества. Особенно когда твой любимый - одно с тобой, все время рядом.
Разве возможно сдержать желание касаться, не боясь, наконец, быть отвергнутым, или думать о ”них” во всех смыслах без утайки?..
Веном постоянно, постоянно, постоянно на его коже: ласкается тёплой шкурой к животу, оплетает плечи невидной под одеждой чёрной сетью, скользит горячим и влажным вдоль позвоночника, вызывая толпу мурашек по телу, будто целует своего хоста лёгкими касаниями везде, куда может дотянуться.