Часть 16. Снова на войне (2/2)
Хотя успех был достигнут с большими жертвами, но это был несомненный успех, очень небольшая часть Иных сумела вырваться на Север, а среди вихтов не прорвался практически никто. Теперь уже Джон просил прислать конницу с длинными пиками с обсидиановыми наконечниками и конных лучников и арбалетчиков, чтобы прикончить отступающих Иных. Эти отряды сопровождали бомбардиры-арбалетчики с ядрами с диким огнем и обсидиановыми осколками, все три дракона летали над местами погони за бежавшими Иными и уничтожали их сразу десятками и сотнями. Джона очень беспокоило, где находятся новые отряды Иных, которых их командование, в существовании которого он более не сомневался, бросило на войну, даже пожертвовав для этого продлением Долгой ночи. Поочередно один драконьих всадников вылетал в дальнюю разведку на многие десятки лиг, часто видели небольшие подкрепления Иных, но никто из них не встречал настоящих больших отрядов.
15-23.05.304. Наконец Джон решился, собрал несколько сотен фунтов лучшего обжаренного мяса, водрузил его на спину дракона и отправился к Стене, точнее, к Ледовому и Тюленьему заливам. И там, и там он увидел одну и ту же картину, на льду появились лужи и даже полыньи, и Иные, которые раньше казались совсем бесстрашными, поворачивают назад, что успеть перебраться на другой берег до таянья льда и появления человеческих войск. Причем отступали даже те Иные, которые дошли до Винтерфелла и Дредфорта и должны были скоро вступить в бой. Он мог сжечь тысячи Иных, которые разбегались, увидев над ними дракона, но не стал этого делать, провизии для дракона у него было мало, ее едва хватало на столь длинный полет без трат сил дракона на погоню за Иными и их сжигание. Вместо этого он приказал железнорожденным отправить флотилию из самых крепких кораблей, захватить горшки с диким огнем с Кремниевого пальца и отправиться ломать и растапливать слабеющий лед в Ледовом заливе. Вторую такую же флотилию он отправил с Драконьего Камня в Тюлений залив.
Южная рыцарская конница, занятая погоней за Иными, почувствовала себя в своем репертуаре. Их действия при сражениях с таким врагом были часто неосторожными и просто рискованными, острые мечи Иных находили незащищенные места их коней или пробивали их собственную броню неожиданными ударами, чаще всего в круп коня и в спину всадника. После каждой стычки появлялись воины-вихты, которые нападали на своих бывших товарищей, и, хотя сами вихты уступали живым воинам в скорости и легко гибли от одного тычка пикой или одного удара алебардой с обсидиановыми остриями, они давали возможность Иным подобраться к сражающимся и перебить значительную часть отряда, умножая количество конных вихтов. В конечном счете прилетал драконий всадник и уничтожал отряды Иных и вихтов. Но сложенные южанами песни и героические истории не говорили о неосторожности рыцарской конницы, они говорили о том, как южане, жертвуя собой, освобождают Север.
1-3.08.304. Хотя множество Иных, так и не вступив в бой, успели по тающему льду возвратиться за Стену, после взлома льда в обоих заливах на их южных берегах (то есть на краю Севера около Стены) скопились десятки тысяч Иных. И вот здесь драконы показали свою мощь, откормленные доставленными им тысячами стоунов отборного мяса, они сжигали разом сотни Иных, заодно превращая снег, на которым стояли Иные в ручьи, мешавшие их движению. Южные рыцари, успевшие добраться до места бойни пытались помогать драконам, в этом не было нужды, они только мешали драконьим всадникам, боящимся сжечь своих, но героический порыв южан и их представления о своей ведущей роли в победе над Иными требовали, чтобы и эту заключительную операцию они разделили с драконами.
За Стеной, конечно оставались Иные, и те, которые там были уже долго, и те, что недавно вышли из самого сердца тьмы – Земли Вечной Зимы. Но реального пути за Стену не было – все проходы сквозь Стену были заложены, а в морях еще было полно плавающих льдин и прибрежного льда, мешающих переправе по воде. Единственная возможность состояла в том, чтобы восстановить давно уничтоженный мост Черепов около Западного Дозора у Моря и малыми отрядами, чтобы не разрушить наскоро восстановленный мост, отправиться за Стену.
Разведочные полеты за Стену не обнаружили ни Иных, ни вихтов нигде - не на Стылом берегу, не в ближайших горах и лесах. Но это мало о чем говорило, там всюду лежал снег, а одиночные Иные и даже небольшие группы Иных легко могли просто лечь в него, чтобы спрятаться от дракона. Вопрос о продолжении войны за Стеной был весьма сложен, вроде бы их надо добить, и Манс вполне справедливо и убедительно настаивал, что его люди помогли разнообразным южанам, к которым они причисляли даже жителей земель Амбера и Карстарка, освободить их землю, теперь войска Джона и Ночной дозор должны помочь им освободить землю за Стеной. Джон спрашивал, не хотят они остаться в Даре, для сократившего Свободного народа этой земли вполне достаточно, а она явно плодороднее и безопаснее. Манс отвечал, что многие, конечно, останутся, особенно на этом будут настаивать женщины и дети, проведшие уже почти три года на самом настоящем Юге. Но выжившие после боев мужчины и храбрые женщины хотят попасть на свою настоящую родину. Джон ответил, что все равно армия не пойдет добивать Иных в Землю Вечной Зимы, это просто невозможно, и он не полетит туда на драконе, там нет пищи и слишком холодно и вообще неизвестно, с какими ужасами там предстоит встретиться. Вы всегда будете под угрозой возвращения Иных, и уж тем более тенны, которые выбрали для жизни самое северное место, где еще растет лес и в прежние времена водились звери.
Но узнать о том, что происходит за Стеной, возможно только в одном месте. Джону очень не хотелось туда возвращаться, он помнил смерть Ланнистера, Пса, возниц, Жойена Рида, бесстыдные лживые ответы Бриндена Риверса на его слова. Но в конце войны они все же ему помогли, Джон в этом почти не сомневался, без их он, вероятно, мог справиться, хотя с южанами, которым гонор и спесь дороже победы и даже собственных жизней, мог и проиграть. Джон должен был сказать слова благодарности и задать вопросы про то, что за Стеной, это его долг перед Мансом, чьи люди, конечно, постоянно нарушали дисциплину, гибли сами и губили других, но не трусили и провоевали с ним всю войну.
Он задумался, как получилось, что южные благородные рыцари и дикари Манса ведут себя по сути почти одинаково, не подчиняются командирам, бессмысленно рискуют жизнями и гибнут в таких количествах, которых никогда не было бы, если они выполняли приказы и берегли себя. Более того, и те, и другие очень любят себя украшать, одни доспехами, плащами с гербами, красивым оружием, другие – пестрыми тряпками и костями, но суть одна. Так в чем же разница, в привычке мыться, знании высокого валирийского, умении писать, так и среди дикарей есть знающие старый язык и умеющие разбирать руны. Нет, и все же разница есть, рыцари зачастую не подчинялись назначенным Джоном толковым командирам, имеющим большой опыт этой войны, но подчинялись своим самым бестолковым сюзеренам, имели представление о воинском строе, картах, тактике и стратегии. Те, кто не самые глупые, хотя и обирали своих простолюдинов, но не обчищали их и защищали во время войны, соблюдали законы, которые признали их предки, и поэтому построили замки, дворцы, заказали красивое оружие, мебель и посуду. А у дикарей, либо каждый сам за себя и сам по себе, либо бродят по-раздельности какие-то мелкие племена, которые постоянно враждуют между собой, и ничего не могут построить, хотя в отличие от рыцарей, они действительно стали верны ему, Джону. Сперва они долго не могли ему простить нахождения между стенами, казни самых отъявленных преступников, а потом поняли, что он их спасает и стали ему верить не меньше, чем Мансу, что, впрочем, не мешало им не соблюдать дисциплину и бессмысленно гибнуть.
Но у него нет времени для долгих размышлений, он, должен смирить себя и лететь к Бриндену Риверсу, спасителю, а также убийце и клятвопреступнику, который подло убил спасителя Королевской гавани, и одновременно такого же клятвопреступника, который напал на отца, нет, не на отца, на лорда Эддарда и сбросил маленького Брана с башни. Ну что ж, и это Джон должен делать.
Поляна перед пещерой была почти пуста, там находилось всего три вихта, которых в момент прикончил Визерион. В самой пещере он нашел еще более поредевшее племя Детей леса, та, что понимала общий язык, была совсем больна, но обрадовалась его увидеть. Сам Бринден Риверс почти уже растворился в деревьях, рот его уже ничего не говорил, только единственный глаз иногда моргал, показывая, что он слушает, что ему говорят. Заправлял всем скорее выросший Бран, чем он. Джон обнял Брана, Бран тоже обнял его, но держался он скорее не по-братски, а как единственный и главный древовидец, сумевший поднять теплые воды Перешейка. Естественно, он преувеличивал свою роль, из его слов получалось, что все боевые действия до и после его помощи было лишь подготовкой к главному действию, сделанному Браном, и следствием из него. Джон предпочел не спорить, хочет так думать, так пусть так думает, ему до этого дела нет. Еще, как заметил Джон, он часто замолкал, делал вид, что гладил волка, но на самом деле уходил куда-то в себя.
Впрочем, долго Бран такой надменный тон не выдержал и признался, что только он и древовидцы из числа Детей леса еще могут говорить с Бринденом Риверсом, и он продолжает советоваться с учителем.
- А у тебя уже нет к нему нет доступа, да и я скоро смогу с ним объясняться лишь через сны и видения прошлого. Но пока еще он продолжает учить меня, хотя я уже сам многое умею, для подъема теплых вод я, пожалуй, сделал больше, чем он, - гордо сказал Бран, потом с важным видом добавил.
- А Иных больше не бойся, они понесли такие потери, что им нужны тысячи лет, чтобы оправиться от них. Мы с трудом сохранили нескольких вихтов для охраны пещеры, а твой дракон их сжег.
- Они же на нас бросились, что нам не надо было защищаться, - удивился Джон.
- Они глупые, им приказано нападать, они и нападают. Только нам теперь придется долго еще новых вихтов у них выпрашивать, а то мы совсем без защиты окажемся, когда тенны и другие одичалые вернутся. Ты их лучше задержи подольше.
Потом Бран помолчал и сказал.
- А Дозор оставь настоящим и сильным, он нужен, без него следующий раз через тысячи лет Иные пройдут прямо через Стену.
Джон удивился, как древовидцы одновременно ведут страшную войну с Иными, поднимают воды Перешейка и уже думают о следующем раунде войны через тысячи лет, но при этом выпрашивают у Иных несколько вихтов для своей защиты у своих же врагов, потом вспомнил про Иных, забирающих сыновей Крастера у самой Стены, но не стал про это спрашивать, не его это дело, у него и без того своих проблем хватает.