Часть 19 (2/2)

Громкое, оглушающее «Ааааааааааах» Тэхёна и его тело дёргается, как в конвульсиях, рык смешивается вместе с отчаянным, сиплым стоном, и он кончает так долго, сладко, обильно заливая пальцы Чона. От горячего семени, что стекает по руке и животу Кима, Гука срывает так быстро, что он следует за своим мальчиком, хрипит в голос, оргазмируя ему на живот, сперма толчками выплёскивается, экстаз мощный и такой долгожданный.

Оба шипят от пережитых острых ощущений, хватая воздух влажными, опухшими губами. Слышны только охрипшие выдохи и рваные, тяжёлые, частые вздохи.

Гук валится на кровать, утыкаясь мокрым, от выступившего пота лбом, в плечо разомлевшего Тэхёна. Тот лежит, как звезда, раскинув ослабевшие конечности по постели. Облизывает губы лениво и медленно, лёгкая, растерянная улыбка проявляется на покрытом испариной лице.

Ким открывает глаза, с трудом разлепляя веки, и заглядывает в лицо Чона.

— Это было так охеренно, что я думал, разорвусь напрочь. И умру от обезвоживания.

— Почему? — хихикает Гук, поднимая лицо и вперивая свой расслабленный с поволокой взгляд в любимые, ореховые глаза напротив.

— Ты видел сколько из меня спермы вышло? Мне казалось, оргазм никогда не закончится.

Это было превосходно, Гук…

Спасибо!!!

— Ну вот, опять! Хоть ты и страдаешь амнезией, малыш, но ничегошеньки не меняется. — Чон смеётся уже в голос от радости и переполняющего его чувства нежности.

— Что именно? — Тэхён подхватывает весёлое настроение и посмеивается тоже.

— Ты всегда, после каждого секса говорил мне «Спасибо!»

А я тебя за это готов был убить. И вот опять. Тэ, блин.

Искренний смех парней соединяется между собой, сливаясь в единую, прекрасную, звонкую музыку.

— Почему тебе не нравится моё «Спасибо», вредина?

— Потому что, это звучит так, будто, «Спасибо за всё, все свободны».

И снова закатываются в хохоте, запрокидывая головы. Чон прижимает нежное тело своего мальчика к себе. Им, конечно, нужно пойти в душ, и они сходят, но сначала вот так полежат, шевелиться не хочется совершенно.

Поверить в происходящее сложно, но так хорошо сейчас, счастье укутывает с головы до ног. Чон даже не мечтал о подобном. Не думал, что это возможно в ближайшем будущем. Но если память Тэхёна не возвращается, а вот тело помнит и воспроизводит ту страсть, что была между ними раньше всегда, то есть огромная надежда, что всё встанет на свои места. Они будут любить друг друга и смогут стать счастливыми, как это было раньше. Чонгук любит его и всегда любил, той прежней любовью, что зародилась четыре года назад и только усиливается с каждым днём. А Тэхён будет любить его той любовью, что появится в дальнейшем. Лёгкой, несмелой, ещё такой ранимой, неокрепшей, совсем новой. Но она проснётся, возродится и распустится, как цветы в теплице.

Чонгук изо всех сил постарается.

Тэхён обнимает его сейчас, совершенно не смущаясь того, что они лежат полуголые, без штанов. Он как ребёнок сейчас к нему жмётся и весь светится от полученной разрядки. Добился чего хотел. Радостный лежит, похихикивает, лижит горячим своим язычком ухо Чона, покусывает легонько мочку и говорит так тихо, игриво понижая голос.

— Я надеюсь мы частенько будем дарить друг другу такие чудесные моменты. Думаю именно им мы должны уделить много внимания.

А вдруг очередная вот такая встряска от желания и такой вкусный оргазм помогут мне тебя вспомнить. Вот об этом мы чего-то не подумали.

И снова хохот на всю спальню.

Объятия сейчас нежные, трепетные и такие нужные обоим.