Часть 48 (1/2)

— Сириус? Сириус, ты меня слышишь? Сириус…

Вместе с сознанием пришла боль. Отвратительный вкус во рту перебивал необычайную сухость, а затылок безжалостно заныл за ушами, словно у основания шеи вогнали раскалённую спицу. Блэк открыл рот и беззвучно зашлёпал сухими губами. Повинуясь взмаху палочки, стоящая на прикроватной тумбочке чашка с водой подлетела к раненому и начала аккуратно его поить.

— Как ты себя чувствуешь?

— Бывало хуже, — сипло отозвался анимаг и криво ухмыльнулся.

— Кажется, теперь я знаю, с кого писали выражение «везучий пёс».

Сириус попытался засмеяться, но кашель его тут же перебил, отчего вышло что-то отдалённо похожее за прерывистый лай. Сидящий напротив Альбус Дамблдор улыбнулся столь знакомой мягкой улыбкой. Анимаг перевел на него глаза, после чего нахмурился.

— Где я?

— В одной из комнат таверны моего брата, — тихо ответил тот.

— Он же прогнал меня.

— Не прогнал, — деликатно поправил анимага профессор Дамблдор, — а указал на повышенный риск, связанный с твоим присутствием.

— Одно и то же.

Устало упав обратно на подушку, Сириус задумался. События прошлого одно за другим всплывали в памяти.

— Это вы спасли мою шкуру?

— К сожалению, или к счастью, нет. Я довольно долго не был в курсе твоего положения, — слегка нахмурившись, заметил директор Хогвартса. — Мне довелось лишь перенести тебя из пещеры сюда.

— А как я оказался в пещере?

Старый маг медлил с ответом, продолжая хранить молчание с озабоченным взглядом.

— Профессор? Я… Та тварь… Она должна была меня… Что случилось?

— Я пришёл проведать тебя, Сириус, — пространно начал директор Хогвартса. — Послушай меня очень внимательно: я приду завтра, и буду не один. Кто бы не сопровождал меня, пообещай, что будешь выполнять все просьбы и вести себя абсолютно послушно. Никаких комментариев или прочих излюбленных выходок. Это чрезвычайно важно. Я отвечу на вопросы завтра. Сегодня не могу. Понимаешь меня?

— Профессор, что происходит?!

— Завтра. Сейчас постарайся как следует выспаться и набирайся сил. Это крайне важно.

— Вы немного пугаете, — Блэк постарался изобразить шутливый тон, крайне неубедительно улыбнувшись.

— До завтра, Сириус, — глава Хогвартса поднялся со стула, что тут же исчез, но трансгрессировать не торопился. — Ах да, хотел уточнить. Иллидан… он когда-нибудь ранил тебя?

— Что? Иллидан?! В каком смысле? — удивленно вскинул брови анимаг.

— В прямом. Он когда-нибудь ранил тебя и брал кровь?

— М-м, нет. Вроде нет. Как раз, если только в моральном, — хмыкнул Сириус, но внезапно осёкся. — Хотя…

— «Хотя»? — чрезмерно настороженно уточнил директор Хогвартса.

— Полтора года назад… в Лондоне. Но там была всего капля крови, — словно самому себе запричитал анимаг.

— Сириус, уточни. Это важно.

— Что в этом такого?

— Сириус, просто ответь, — тон голоса профессора Дамблдора стал непреклонным и чрезвычайно напряжённым.

— В Лондоне, когда я хотел достать себе палочку, Иллидан брал у меня каплю крови, чтобы в случае чрезвычайной опасности вернуть обратно, — неохотно уточнил Блэк.

— В каком смысле? — осторожно начал выспрашивать Альбус Дамблдор.

— Он начертил какой-то круг из рун, потом взял дощечку, сделал на ней другую руну и капнул сверху каплю моей крови.

— Чем капнул и как он её взял?

— Кончиком перочинного ножа, который я стащил у туристов пока скрывался.

— Он всю кровь намазал на дощечку или что-то осталось? Хоть немного. Он слизал остатки с лезвия, вытер обо что-то или…

— Что за вопросы?! — внезапно вскипел анимаг. — Профессор Дамблдор, к чему вы ведёте?! Не помню я, вроде всю намазал на руну. Там была-то всего одна маленькая капля. Что происходит?

— Пока ничего, — нарочито расслабленно заметил глава Хогвартса. — Не переживай и, всё же, постарайся как можно лучше отдохнуть.

Когда старый маг трансгрессировал из комнаты, Сириус, вместе того, чтобы попробовать заснуть, вскочил с кровати и направился к висящему над умывальником зеркалу. Усталость и паршивое состояние не могли бороться с тягучим нервным напряжением, вызванным странными вопросами Старика. Сна не было ни в одном глазу. Встав напротив зеркала, Блэк снял рубашку и посмотрел на грудь. Странный ожог в виде пятиконечной звезды или цветка остался в том месте, где жуткая тварь вцепилась в мага своей пугающей присоской. При воспоминании об ужасном монстре, анимаг поёжился и задумался.

Вряд ли чудище отпустило его само. Его кто-то заставил. Кто? Как? И что это вообще была за тварь? Бессмысленно изводить себя подобными вопросами, память отрезало сразу после того, как отвратительное щупальце прицепилось к магу, но и не думать Блэк не мог.

Ночь, а за ней утро и день, полные физической боли и внутренних дилемм, казались бесконечными. Дожидаясь обещанного визита, Сириус извёлся, из-за чего периодически вскакивал с кровати и начинал наматывать круги по комнате, вопреки совету главы Хогвартса и состоянию здоровья. Он то и дело тёр рану на груди не в силах избавиться от зудящего ощущения, постепенно сводящего с ума. Приступы тошноты и головокружения загоняли обратно в кровать, но сон так и не шёл. Наконец, старинные напольные часы в коридоре начали как-то особенно чётко отбивать пять часов вечера. Ничего вокруг не изменилось, до этого времени Блэк даже не особенно обращал внимание на звуки из коридора, но сейчас почему-то замер. Каждый отбитый час сковывал его в необъяснимой тревоге и ожидании надвигающихся событий.

В дверь постучали. Сириус сглотнул и не ответил. Вместо разрешения, волшебник вскочил с кровати, встал в центре комнаты и принял боевую стойку, наставив волшебную палочку в проём. Буквально ничего не намекало, что так нужно сделать, но он всё сильнее и сильнее сжимал кулаки. Дверь аккуратно открылась с тихим скрипом. Секунды слились в бесконечность. Однако, как бы пристально Блэк не всматривался ко входу, появление Альбуса Дамблдора всё равно проглядел. Просто в один момент старого мага там не было, но вот он уже стоит напротив Сириуса.

- Остолбеней, — спокойно и негромко произнёс глава Хогвартса.

Магия в считанные мгновения сковала Блэка. Он повалился бы на пол, если бы не сила левитации, подхватившая анимага и аккуратно опустившая на кровать. Альбус Дамблдор внимательно посмотрел на Сириуса, но не торопился ни с приветствиями, ни с извинениями. Затем он вышел обратно в коридор, осмотрелся по сторонам и сделал ещё несколько шагов в сторону, пропуская кого-то в комнату к скованному волшебнику.

Когда женская фигура проскользнула внутрь, то по обездвиженному телу Сириуса пробежала дрожь. Если бы он мог, то закричал, но получилось лишь промычать. Безумными глазами анимаг смотрел, как к нему приближается высокая фигура со светло-лиловой кожей и белоснежными от седины волосами.

Майев, таинственную тюремщицу Иллидана, Блэк видел лишь два раза в жизни. Первый: когда, та жестоко и хладнокровно убила несчастную Шлёпу, а второй: во время побега из Хогвартса. Каждый раз в глаза бросались поразительные крылатые латы, полностью скрывающие даже примерные очертания воительницы, но маг тут же понял, кто перед ним. Эльфийка была одета в магловскую чёрную одежду, что никак не добавляло к ней расположения. Её бесшумное приближение давило и замораживало не хуже ауры дементоров, а чересчур яркие глаза, казалось, горели так же сильно, как пламенные провалы её бывшего узника.

В голове Сириуса тут же возникло воспоминание о смерти домовухи. Он опять, словно наяву, видел, как несчастная маленькая фигурка сползает с огромного дисковидного оружия убийцы, с кровавыми пузырями на губах. По сравнению с Яростью Бури, Песнь Теней была достаточно невысокая, хоть и казалась выше самого Сириуса, а её тело не обладало ни крыльями, ни копытами, но она пугала мага гораздо больше, чем демоноподобный осквернённый эльф. В ней было что-то отталкивающее и брезгливо безразличное, словно жизнь человека она ценит не выше ползущего в траве насекомого. Всем своим видом она напоминала Руфуса Скримджера и Барти Крауча, который засадил его четырнадцать лет назад в Азкабан. Такая же бескомпромиссная, безжалостная и холодная. Нечеловеческое лицо лишь дополняло отталкивающий образ; настолько некрасивой женщины Сириус ещё никогда не видел.

Песнь Теней бросила недовольный мимолётный взгляд на скованного магией мага, потом сделала два маленьких шажка в комнату, после чего, гораздо внимательнее, чем того удостоился Блэк, начала осматриваться. Всё поведение эльфийки указывало, что она ищет несуществующие ловушки, способные ей навредить. Сириус бы фыркнул от оскорбления и паранойи незваной гостьи, но ужас перекосил его лицо. Внутри всё кричало о том, чтобы она убиралась прочь. Постепенно Майев начала перебирать предметы вокруг. Движения рук эльфийки были в равной степени изящны и грубы. От природы народ Песни Теней обладал грацией, но суровый нрав и полное безразличие к окружению противоречили однозначному образу.

Когда Майев перестала мельтешить по комнате, глава Хогвартса тихо вздохнул и негромко произнёс:

— Я уже говорил, они больше не связаны. После побега их пути разошлись. Если бы Сириус что-то хранил на память от Ярости Бури, он бы мне вчера сказал. Да и ты сама, скорее всего, нашла в пещере, пока лечила Блэка.

Эльфийка метнула в старого мага хищный взгляд, слегка скривила губы, словно хотела сказать что-то колкое, но отвернулась и промолчала. Лежащий на кровати анимаг тем временем переваривал брошенную профессором Дамблдором информацию. Убийца Шлёпы лечила его? Стояла рядом, пока он был без сознания? Невозможно! Скорее, она собственноручно перережет ему глотку, чем станет помогать.

— Сириус, прошу, заверь нашу гостью из другого мира, что Иллидан ничего тебе не давал и твою кровь не брал.

После слов профессора Дамблдора способность управлять телом вернулась к Блэку, но в присутствии тюремщицы Ярости Бури язык прилип к нёбу сам собой. Даже Волан-де-Морта во времена Первой магической Войны Сириус так не боялся, как стоящую перед ним изящную женщину в чёрном. Казалось, одно неправильное слово и она оборвёт его жизнь в тот же миг.

Нереально ясные глаза сузились, устремившись в сторону анимага. Песнь Теней неторопливо подошла к кровати и скрестила руки на груди, всё также неотрывно осматривая мага.

— Раздевайся, — холодно бросила эльфийка.

На автомате Сириус дернул рукой и схватился за ворот рубашки, как стыдливая девица, впервые оставшаяся с вечерним ухажером один на один. Ни на чём не настаивая, Майев перевела взор на старого мага и состроила нетерпеливое выражение на лице.

— Сириус, я просил делать всё, что тебе скажут. Пожалуйста.

Блэк недоумённо уставился на директора Хогвартса. Слова всё ещё не могли вырваться изо рта, словно их туда затолкали и держат в плену.

— Не хотелось бы раздевать его самой, — брезгливо заметила Песнь Теней.