Глава 32 (2/2)
— С начала, — беззаботно посоветовал Альбус Дамблдор, совершенно не переживая о том, что рассказчику от его совета не стало легче, а, скорее, наоборот.
— Кхем… в общем. Это было почти полтора года назад…
Ломая пальцы, со сменяющими друг друга эмоциями то ярости, то возмущения, Сириус начал рассказ с того момента, как в Азкабан приехал Корнелиус Фардж вместе со всей министерской свитой и принёс номер «Пророка» с семейством Уизли на первой полосе. До момента встречи с тремя дементорами и Иллиданом рассказ шёл гладко, но когда повествование коснулось осквернённого эльфа анимаг слегка сбился.
— Эти дементоры меня бы там и достали, если бы… если бы мне не помогли… помог.
— Кто? — после затянувшейся паузы спросил Люпин, ожидая продолжения рассказа, которого всё не было.
— Иллидан, — тихо произнёс Сириус, — Иллидан Ярость Бури.
Блэк поймал полный непонимания взгляд друга.
— Это существо… Создание. Он… как оказалось, он попал к нам из другого мира, — неловко постарался объяснить Блэк. — Помнишь, ты читал нам маглоскую книжку про демонов на втором курсе? Он словно из этой книжки. У него огромные крылья, рога и копыта, всё тело в зелёных татуировках, а вместо глаз — огонь. Зелёный огонь. Он — тот мой друг, о котором я говорил.
Вместо ответа Римус открыл рот, но быстро закрыл его, с таким непониманием смотря на анимага, что его брови уже рисковали слиться с волосами на голове.
— Твой друг… демон?
— Оборотень, демон. Сириус вообще мастер по подбору друзей, — не скрывая сарказма, заметил Альбус Дамблдор.
— Он не демон! — тут же зло выступил анимаг. — Да, он использует силу демонов, но только для того, чтобы быть сильнее и спасти свой мир!
— То есть он не демон, просто силы у него демонические? — недоумённое покачал головой Люпин. — Ясно.
Однако по его лицу было видно, что ему совершенно ничего не ясно, а потому Блэк с жаром принялся рассказывать историю дальше, периодически пытаясь разъяснить некоторые детали, касающиеся друга из другого мира.
Так, с крайне редкими вкраплениями в рассказ профессора Дамблдора, прошло почти два часа, во время которых лишь изредка Римус Люпин позволял себе вопросы. Казалось, что если бы не присутствие директора Хогвартса и его молчаливое одобрение, в рассказ анимага он бы вообще не поверил. Оборотень то и дело кидал взгляды на директора волшебной школы, как бы желая получить от него подтверждение некоторых слов, и старый маг почти всегда кивал, одобряя сказанное.
— Вот так я и оказался у твоего дома, — наконец выпалил на последнем дыхании Блэк, после чего глубоко вздохнул и упал на стул почти без сил, словно не рассказывал последние два часа что-то, а занимался весьма изматывающей работой.
В комнате повисла тишина, нарушаемая весёлым потрескиванием огня в камине.
— Хм, — наконец выдал из себя Римус.
— И… это всё? — недоверчиво уточнил Сириус.
— Ну… хм, — Люпин снова замолчал, покачивая головой.
— Поразительная история, — подал, наконец, голос директор Хогвартса. — Пока твой друг осознаёт услышанное, давай дадим ему на это больше времени и вернёмся вот к этим рунам.
Альбус Дамблдор подбородком указал на пергамент на столе, напоминая о его существовании. Блэк снова бросил на листок недовольный взгляд, после чего негромко произнёс.
— Это похоже на его руны.
— Похожи? Уверен, — пристально всмотрелся в лицо собеседника Дамблдор.
— Не слишком. Мы не касались темы рун, хоть он и чертил их на каждой стоянке, — неуверенно заметил Сириус. — Похожи, но больше я ничего не смогу утверждать. Почему бы вам не спросить про них эту… вашу…
Тёмный силуэт, равнодушно и жестоко убивший Шлёпу, снова встал перед глазами, сверкая ужасным дискообразным оружием.
— «Эту»? — добродушно улыбнулся Альбус Дамблдор. — Разумеется, я уже расспросил Майев о рунах, но значение одной из них она дословно не знает, поэтому хотел уточнить ещё и у тебя. Вдруг Иллидан говорил о них что-нибудь.
— Значит именно из-за него Гарри стал четвёртым Чемпионом?! — наконец подал голос бывший учитель защиты от тёмных искусств. — Но зачем ему это?!
Он по очереди посмотрел на лица собеседников, но ответом ему были лишь хмурые взгляды. Сириус, казалось, был больше всех озабочен данным вопросом.
— Он никогда не интересовался детьми, — заметил Блэк. — Он считает их слишком слабыми для выполнения его планов. Слабыми и неготовыми. Не понимаю, как так вышло. Зачем ему Гарри?!
— Именно это я бы и хотел выяснить, — довольно заметил директор Хогвартса, всем своим видом показывая, что наконец они дошли до интересующей его темы. — Поэтому мне нужна помощь. Вас обоих.
— Обоих? — переспросил Римус. — Моя тоже?
— К сожалению, — виновато пожал плечами старый маг, — как бы я ни старался привлекать к этому делу как можно меньше людей, удивительная личность Ярости Бури требует гораздо больше ресурсов, чем я изначально готов был выделить. За что сейчас и расплачиваюсь. Вынужден признать, господа, я несколько ошибся на его счёт, и сейчас постараюсь всеми силами исправить недоразумения. И без вас мне никак не обойтись. Второй вопрос, готовы ли вы помочь?
Незамедлительно получив утвердительный ответ от друзей, старый маг продолжил.
— Сириус, после того, как ты покинул Аластора, в его доме что-то случилось. Постарайся выяснить, что именно. Ты единственный, кто заметит, а, главное, поймёт знаки, которые может оставить Иллидан, да и в его характере разбираешься лучше всех, кроме, разве что, Майев. Поэтому я поручаю данный вопрос тебе.
— Мне одному им заняться? — удивленно переспросил Блэк. — Для этого мы сейчас всё рассказали Римусу, он будет помогать?
— «Нет» — на оба твоих вопроса, — улыбнулся директор Хогвартса, — ты будешь не один. Чуть позже сюда прибудет ещё один человек, которому, как мне кажется, можно доверять, но полностью посвящать её в суть вопроса пока не нужно.
— «Её»? — снова уточнил Сириус.
— Да, это — леди, и, смею заметить, весьма многообещающая. Поэтому прошу относиться к ней с уважением и не пренебрегать её талантами и возможностями, — кивнул головой Альбус Дамблдор. — Что же касается тебя, Римус, то твоя задача не менее опасна.
Вместо ответа бывший учитель защиты от тёмных искусств нахмурился.
— До меня дошли сведенья, что среди оборотней начинают бродить нехорошие слухи. Мне хотелось бы, чтобы ты выяснил, что это за слухи и с чем они связаны.
— Простите, профессор… — запнулся Римус Люпин, — но… слухи об оборотнях… звучит странно. Что мне надо искать, как и зачем? Не поймите меня неправильно, я готов отдать за вас жизнь, ведь она целиком состоит из той доброты, что вы ко мне проявили, но… я… Мне будет проще, если я буду понимать что искать.
Вид у волшебника при этих словах был весьма смущённый, но в голосе чувствовалась твёрдость. Словно бы проникнувшись решительностью или признав его правоту, директор Хогвартса кивнул и неторопливо начал объяснять:
— У нас, в магическом сообществе, не принято обращать внимание ни на кого, если они не волшебники. И тем более, если не люди вовсе. Поэтому домовики могут слышать то, что в любом другом случае их хозяева поостереглись бы обсуждать.
— Но домовики верны своим семьям и не будут делиться их секретами, — с сомнением заметил Сириус, вспомнив домового эльфа, что верно служил семье Блэков.
— Даже в таком правиле есть удивительные исключения, — улыбнулся директор Хогвартса, но снова быстро стал серьёзным. — В прошлой магической войне Тёмный Лорд не стеснялся прибегать к помощи любых созданий и оборотни были в их числе. Я никогда не сомневался, что мы ещё услышим о Волан-де-Морте, а потому любое волнение в среде оборотней, которые в прошлый раз одними из первым примкнули к нему, заставляют меня перестраховываться. Сейчас же кому-то понадобилось их искать и, в свете последних событий, нам стоит заранее озаботиться этим вопросом.
— Понимаю, — согласно кивнул Люпин.
— Я слышал, что где-то здесь расположилась одна из стай, а потому, прошу вас, Римус, помочь мне в таком непростом деле. По правде сказать, мне больше и не на кого положиться.
Комната снова погрузилась в тишину, но теперь каждый из присутствующих был полностью занят собственными тяжёлыми мыслями.
— Не хотелось бы покидать вас в таком настроении, — глаза директора Хогвартса внезапно озорно блеснули, — а потому, Сириус, позволь напомнить, что теперь не стоит отказывать себе в удовольствии написать крестнику пару строк. Ему, как никогда, нужна поддержка, и будет хорошо, если её окажет взрослый, которому он может доверять.
При мыслях о том, что ему можно будет написать Гарри, Сириус просветлел, а от него и к Римусу перешла частичка хорошего настроения. Оставив друзей в чуть более приподнятом расположении духа, директор Хогвартса распрощался с ними и, полный тяжелых мыслей, перенёсся в свой далёкий кабинет в Хогвартсе.
Как бы он ни нуждался в помощи Блэка и Люпина, о сделке с Иллиданом директор Хогвартса предпочёл не упоминать. По сути, именно она сейчас была тем связующим звеном, из-за которого маловажные события так будоражили внимание Альбуса Дамблдора. Но глава школы чародейства и волшебства искренне надеялся, что о ней никто и никогда не узнает.