Глава 19 (1/2)

Спустя несколько часов полёта гиппогриф начал всё больше проваливаться в воздушные ямы, ловить встречные потоки и сбиваться с заданного направления.

— Иллидан! — пытаясь перекричать ветер позвал Сириус.

Рогатая голова повернулась в сторону мага, заставив того поёжиться то ли от очередного холодного воздушного потока, то ли от жуткого зрелища зелёных провалов глаз в полной демонической форме спутника. Быстро взяв себя в руки, Блэк указал несколько раз пальцем на землю, на что получил одобрительный кивок, и оба пошли на посадку. Привал устроили прямо посреди леса на опушке у небольшого озера. Горизонт начинал приобретать фиолетово-розовый цвет, указывая на скорый рассвет.

Спуститься с гиппогрифа оказалось целым испытанием. У волшебника, непривыкшего к верховой езде, от вечного напряжения затекла спина, паховые мышцы сводило, а внутренняя часть ляжек была нещадно стёрта до кровавых следов на одежде. Иллидан, долго использующий силу, выглядел немногим лучше, исполнив скорее незапланированное падение, чем аккуратное приземление. Гиппогриф издавал жалобные звуки и с упоением бросился пить, практически упав у кромки воды.

Когда анимаг с трудом дополз до ближайшего дерева, он с облегчением сел в корнях, вытянул ноги и с совершенно пустой головой уставился на понемногу голубеющие верхушки деревьев. Рядом грузно привалился Ярость Бури, подтянув к груди одно колено и устало опустив на него руку. Наступившая тишина захватила обоих, оставив их наедине с просыпающейся природой.

Сириусу невольно вспомнился прошлый памятный рассвет почти год назад. Тогда он тоже провожал бешеную ночь, во время которой был на один шаг от потери души. У Блэка снова не было волшебной палочки, из каждого куста на него могли накинуться преследователи, впереди маячила только дорога, постоянные поиски пропитания и укрытия, а неподалёку сидел всё такой же поразительный эльф с безумно-горящими глазами-угольками.

Как в старые добрые времена.

Рядом хмыкнул Иллидан. Почему-то Сириус был уверен, что тот прочёл его мысли. Стоило признать, что ни сейчас, ни тогда времена явно не заслуживали такого звания, а потому странность оценки стала очевидна и самому магу. Устало склонив голову на бок, Блэк встретился с зелёным пламенем из-под бинтов и впервые за всё время не вздрогнул. Ироничная улыбка эльфа передалась человеку, вызывая чувство облегчения от пережитого и единства с тем, кто был рядом. Глядя друг на друга, беглецы невольно прыснули, а после и вовсе расхохотались, нарушая тишину смехом и будя голосами природу, что окончательно проснулась после ночных грёз. Горизонт становился голубым, птицы наполнили пением лес, рядом встряхнулся Клювокрыл, а ноги Сириуса стали нещадно болеть.

— У меня опять нет палочки, — нарочито пожаловался маг.

— А у меня опять почти нет сил, — парировал эльф.

— Министерство с утроенной силой будет висеть у нас на хвосте.

— Вместе с Майев.

— Но мой крестник теперь не считает меня убийцей и преступником.

— Правда, следующей нашей встречи она может не так сильно жаждать.

— Мы можем летать, ведь теперь у меня есть гиппогриф.

— И, кажется, этот Альбус Дамблдор неплох. Для человека, разумеется.

— Что ж, — резюмировал Сириус, — всё могло быть гораздо хуже.

— Определённо, — хмыкнул охотник на демонов. — Знаешь, ты оказался самоотверженнее, чем я думал.

— Это комплимент или оскорбление? — притворно возмутился Сириус, не скрывая улыбки.

— Если у меня всё же получится покинуть этот мир, буду рад, если ты последуешь за мной, — внезапно выдал эльф. — У тебя хватит сил справиться с демоном, станешь единственным человеком среди моих иллидари.

— Хочешь, чтобы я пошёл в твой мир и стал таким же, как ты? — удивился Блэк.

— А что? — пожал плечами Ярость Бури, встряхивая крыльями. — Будешь зваться… Скажем: «Сириус Чёрное Крыло». Тебе подойдёт.

— Недурно, — улыбнулся одним уголком рта анимаг. — Но, кажется, у меня теперь есть, ради кого задержаться здесь, так что пока воздержусь от такого щедрого предложения. Да и глаза мне не надоели.

Следующий час для Сириуса оказался неожиданным испытанием. Душевное состояние было просто прекрасным, прошедшая ночь, пусть и несла в себе ужас от близкого поцелуя дементора, по прошествии оставила тёплое воспоминание о коротком разговоре с сыном Джеймса. Почему-то для Блэка это было самым важным после всего пережитого, но чем больше отступала усталость, тем больнее становилось. В конце концов, даже приятная сонливость больше не могла сдерживать зудящую боль ожогов в натёртых местах, сводя с ума жалящим постоянством. Осквернённый эльф не мог помочь человеку, а без палочки и вмешательства со стороны раны могли стать серьёзной проблемой. Блэку явно становилось хуже, но отчего-то Ярость Бури оставался спокойным.

— Потерпи немного, — посоветовал Иллидан, глядя на перекошенное от боли лицо анимага.

— «Немного»? Мы чего-то ждём, какого-то чуда, что должно меня спасти? — против воли огрызнулся маг, не в силах схватиться за проблемную область, а потому остервенело натирал тело вокруг.

— Думаю, да, — Ярость Бури продолжал сохранять невозмутимость. — Я чувствую, что к нашему пернатому спутнику то и дело тянется его собственная слабая аура, в последние несколько минут всё чаще. Подозреваю, старый маг оставил у себя одно из его перьев, чтобы облегчить наши поиски. Если бы он хотел, чтобы нас поймали, то не устраивал бы твой побег и не помогал бы во время моего, так что, думаю, у этого пройдохи есть какой-то план. Знаю я такой сорт личностей: у них всегда есть парочка запасных вариантов развития событий, если даже первые четыре пошли не так, как они задумывали.

— Вы совершенно правы, друг мой, — раздался со стороны воды хорошо знакомый голос директора Хогвартса.

Альбус Дамблдор как ни в чём не бывало стоял рядом с гиппогрифом, довольно поглаживая того по пернатой голове. Вид у него был абсолютно невозмутимый, старый маг вёл себя естественно и спокойно, словно сейчас находился в своём уютном кабинете, а не в обществе двух беглецов рядом с лесным озером.

— Сириусу нужна помощь, — перешёл сразу к делу эльф. — Он очень плохо перенёс долгий полёт.

— «Плохо» не совсем то слово, какое я бы сейчас использовал, — злобно добавил волшебник сквозь зубы, борясь с болью.

— К сожалению, я не всесилен, — грустно заметил глава Хогвартса, подходя к Блэку, — целительные чары не моя сильная сторона, хоть и некоторые основы мне знакомы. Я смогу немного притупить боль и остановить кровоподтёки, но полноценную помощь ты получишь лишь когда вы доберётесь до места.

— До места? — хмурясь уточнил Сириус.

— Да, — кивнул Альбус Дамблдор, — сейчас потерпи немного, будет больно, но потом отпустит. Когда я закончу, тогда и поговорим. Времени у меня немного, поэтому, господа, дам вам лишь общую информацию, но обещаю описать картину более полно позже. Сами понимаете, после всего произошедшего от меня требуют слишком много ответов, которых я не хотел бы озвучивать. Моё долгое исчезновение могут заметить, и тогда вопросов станет больше. Так что к делу.

Как и было обещано, боль стала ещё несноснее, так что от крика Блэк воздержался неимоверным усилием воли, но через какое-то время она стала отходить на второй план. Нет, полного избавления от неё так и не наступило, — неприятным зудом она постоянно напоминала о себе, — однако теперь была терпима и позволяла думать о чём-то ещё.

— Относительно недалеко отсюда, — наконец начал профессор Дамблдор, — всего в трёх днях полёта, расположен дом одного моего старого знакомого, которому я дам знать о вашем приходе. Это достаточно надёжный человек, можете на него положиться. Он, конечно, терпеть не может преступников, но, думаю, наша долгая дружба и некоторые обстоятельства, что я буду вынужден немного приоткрыть, позволят убедить его в том, чтобы приютить вас на какое-то время. Кстати, Сириус, вы должны помнить его по Ордену Феникса.

— Кто же это? — нахмурился Блэк.

— Аластор Грюм, — улыбнулся глава Хогвартса. — Прошу вас, Сириус, пока не оборачивайтесь при нём в пса и не говорите ничего лишнего, так будет безопаснее для вас. Всё необходимое в письме я донесу лично. Уже в его доме снова свяжусь с вами, а пока очень прошу соблюдать осторожность.

— У меня есть вопрос, на который хотел бы получить ответ здесь и сейчас, — вмешался в разговор Иллидан.

— Слушаю, — поднял бровь директор Хогвартса.

— Что с Майев? — чуть более напряжённо, чем он хотел, спросил Ярость Бури.

У Блэка появилось ощущение, что Иллидан жалеет, что озвучил свой вопрос, но и по неуловимому выражению эльфа можно было предположить, как его это беспокоит. Впрочем, так как часть лица Ярости Бури была забинтована, то Сириусу волнение спутника могло лишь показаться.

— Хм, — хмыкнул старый маг, — скажем так, она сейчас в безопасности, в том числе и от воздействия твоей Скверны. В полной безопасности.

***