Глава 6 (1/2)

Сириус никогда не слыл умелым художником, поэтому был несказанно рад, что крайне схематичную карту Хогвартса Иллидан не сможет увидеть. После подобных мыслей маг тут же пережил приступ самобичевания, ведь он на полном серьёзе порадовался, что у кого-то нет глаз. От погружения в пучину морального ада его спас эльф, наконец проснувшийся, а точнее, вышедший из транса.

— Всего в здание школы ведёт семь потайных ходов… — с азартом начал Сириус, но, увидев недовольное лицо Ярости Бури, осёкся. — Да что?!

— Ваш мир не принято пожелание от сна? — хмуро осведомился Ярость Бури. — Ишну’ала.

— Во-первых, принято, — согласился волшебник, — с добрым… Обычно, у нас это утро, а вот «доброй ночи» звучит как пожелание перед сном, поэтому я даже не уверен, что… Не важно. Во-вторых, не: «ваш мир», а: «в вашем мире». И не: «пожелание от сна», а: «приветствие после сна» или «пожелание на день», или…

— Ты слишком много говорить сегодня, — подозрительно сощурился Ярость Бури. — Ты что-то мыслить. Сам скажешь или я смотреть?

— «Подсмотреть», — снова машинально поправил человек. — Я подумал, что ты уже достаточно ориентируешься в словах, чтобы сделать новый шаг вперёд в этом направлении. Решил больше уделять внимания мелочам, чтобы общаться стало проще.

— Лучше внимание к мелочи моих слов, чем к дело. Интересно, — саркастично заметил Иллидан.

— Здесь, мой рогатый друг, ты не угадал, — торжествующе улыбнулся Сириус. — Как раз о деле я всё время и думал. Кстати, это и есть причина моего настроения — сегодня я планирую попасть в замок!

Осквернённый эльф не так возбуждённо и эмоционально воспринял новость, как того ожидал маг, соизволив лишь уточнить:

— Моя помощь нужно?

— Пока нет. Как я и говорил, в замок ведёт семь тайных проходов, и с сегодняшнего дня я собираюсь проверить их. Всё же человек привлечёт меньше внимания, чем… Ты, — стушевался Сириус.

— Чем «демон», ты хотеть сказать, — подловил волшебника эльф.

— Я хотел сказать, что наступил первый этап воплощения моего плана в жизнь, — нашёлся Блэк. — Начну сегодня с того лаза, что начинается здесь, в Визжащей хижине, а там дальше посмотрим.

Ярость Бури согласно кивнул и вновь уселся в позу для транса. Анимаг видел его таким уже третий день подряд. На улице Иллидану нечего было делать, книги, что Сириус успел ещё немного «одолжить» в Хогсмиде, он без помощи прочесть не мог, и потому, как выразился сам охотник на демонов, хранил магию. Периодически он взаимодействовал с анимагом, общаясь или слушая его чтение, но, в большинстве своём, волшебник был предоставлен сам себе.

Так было до сегодняшнего дня, пока на улице до собачьего уха не долетел обрывок из разговора, в котором выяснилось, что усиленная охрана Хогвартса из мракоборцев и части дементоров была снята из-за ухудшения отношений между Министерством магии и директором учебного заведения. Причину произошедшего узнать не удалось, но уже от самой новости сердце радостно забилось, а хвост усиленно завилял. Сириус едва не тявкнул от переполняющих эмоций, однако вовремя спохватился, решив не привлекать к себе внимание. Он, конечно, на улице всего лишь пёс, но не стоит даже в этом облике позволять себе лишнего.

Последующие дни ушли на проверку потайных ходов. Результаты были более чем воодушевляющие: лишь один из семи ходов был завален, ещё четыре охранялись чарами, а проход из Визжащей Хижины по-прежнему сторожила только Гремучая Ива. Поскольку Сириус знал, как успокоить зачарованное на охрану дерево, то проблем оно не представляло. Ещё один проход, начинающийся из подвала магазина «Сладкое Королевство», анимаг не рискнул проверять: слишком много людей толпятся в знаменитой лавке сладостей, из-за чего проникнуть незамеченным внутрь склада было сложно, да и не нужно. Охранные чары на остальных четырёх проходах, представляющие сложность студентам и старших курсов, теперь для Блэка не являлись препятствием, ведь у мужчины снова появилась волшебная палочка. С ней он мог и ни такую охрану обойти, не потревожив ни одного, даже самого совершенного сигнального заклинания.

Наконец, было принято решение во время Хэллоуина первый раз попробовать дойти до башни Гриффиндора. По собственному опыту Блэк знал, что ночами, кажущийся спящим, замок на самом деле не дремлет, а потому подобная вылазка могла оказаться рискованной. Другое дело пир по случаю праздника; абсолютно все обитатели Хогвартса, включая смотрителей замка, соберутся в Большом зале, чтобы отметить торжество.

К удивлению человека, Ярость Бури увязался за ним.

— Ты собираешься пользоваться проход… Проходом рядом с кухней, я прав? Я идти… Иду с тобой, — осквернённый эльф, казалось, решил это только что и над чем-то ещё раздумывал.

— Что?! Зачем? — Сириус не планировал приглядывать в своём опасном путешествии за кем-то ещё, и озвученное желание Иллидана могло сильно повлиять на планы.

— Я не выходить далеко за проход, — миролюбиво поднял руки Ярость Бури. — Я только смотреть на эльфов. Ты говорил, что они жить там. Кроме того, я чувствовать других и передать тебе, если кто-то будет выйти.

— «Выйдет». Эм, хорошо, ладно, — объяснение немного шокировало мага, ведь в рассказах о Хогвартсе он упоминал домовиков лишь вскользь, стараясь нечасто говорить о них со спутником, чтобы снова его не задеть.

С другой стороны, такой порыв можно было понять.

***

Воспоминания тёплой волной накатили на Блэка при виде портрета Полной Дамы. Какие только приключения ни начинались у Мародёров на пороге прохода в спальни Гриффиндора, замаскированного под большую картину! Прячась за углом, напротив входа своего бывшего факультета, мужчина немного завидовал тем, кто скоро вернётся туда из Большого зала. Годы, проведённые в Хогвартсе, анимаг считал самыми счастливыми. Возможно, это было связано с тем, что после школы всех Мародёров ждала Первая Магическая Война. Из выпускников почти сразу они стали солдатами, поэтому времени на жизнь, любовь или радость либо не было, либо было слишком мало. Сириус полагал, что Джеймс именно потому так быстро сделал предложение своей будущей жене. Да, Лили была славной девушкой, но Блэк был почти уверен, что в мирное время эта парочка друг с другом под одной крышей и двух лет не протянула. Иронично, что для отношений сложные времена легче перетерпеть, чем жить в лёгкие.

Цель достигнута, пора было возвращаться обратно. Вылазка прошла успешно; даже спустя столько лет бывший узник Азкабана не забыл всех путанных коридоров замка.

— Гляньте-ка, кто к нам заявился?!

От неожиданного крика у самого уха анимаг вздрогнул и интуитивно отшатнулся. Не сразу сообразив, что случилось, мужчина с недоумением рассматривал парящего рядом с ним полтергейста Пивза, местный источник проблем и озорства. Проказник, довольный своей выходкой, с наслаждением потряс шапочкой с бубенчиками и поднялся в воздух.

— Хогвартс! Слушай меня! — проорал он всем окружающим живым портретам. — К нам вернулся…

Вдруг с этими словами полтергейст сделал резкое пике прямо к Блэку, отчего оказался с ним лицом к лицу, почти соприкасаясь кончиками носов.

— …Вернулся мой любимый ученик, — Пивз мерзко захихикал.

Мысли бешеным келпи метались в голове. Паника сменялась удивлением и наоборот. Хорошо, что в небольшом коридоре, в котором прятался волшебник, не висело портретов, потому что некоторые из них, несмотря на репутацию Пивза, с нескрываемым любопытством пытались заглянуть за угол. В теории, они не могли увидеть волшебника за чарами невидимости, но полтергейст его видел и это могло вылиться в проблему.

— Какие проделки устроим сегодня? А, Блэк?! — хищно улыбался нежелательный собеседник. — Снова напихаем тарантулов в сумку кому-нибудь со Слизерина? О, или превратим в змей все черенки от мётел завхоза?! Хорошие были времена, когда ты и твои друзья были в деле! Весёлые! Сейчас все вокруг такие скучные, занудные. Правда, те два рыжих очень даже ничего, но куда им до тебя! А теперь давай что-нибудь вместе взорвём!

Не дав анимагу даже слова вставить во всю демонстративно громкую речь, полтергейст снова взмыл в воздух и щёлкнул пальцами, отчего заклинание невидимости как рукой сняло.

— Дамы и господа, позвольте познакомить Вас снова! — визжал Пивз на пол этажа. — Си-ириус Блэк!

Прятаться больше не имело смысла. Нужно было срочно что-то предпринять.

— Добрый вечер, — слегка запинаясь, начал анимаг, выходя из-за угла и глядя прямо в глаза живому портрету, охраняющему вход. — Вы, наверно, ещё помните меня. Когда я последний раз был в гостиной, то забыл свои… Носки… Нет, книгу. Да, я забыл книгу и вот, решил забрать, и… Пустите меня внутрь, пожалуйста! Я, конечно, не знаю пароль, но учился здесь столько лет, что по старой памяти Вы бы могли мне сделать маленькое исключение.

Портрет Полной Дамы с ужасом воззрился на мужчину. Через мгновение ошеломление сменилось презрением.

— Я не пропустила бы тебя, даже имей ты пароль! — высокомерно ответила Полная Дама. — И до нас, портретов, кое-какие слухи о тебе дошли, Сириус Блэк. Убирайся прочь, убийца!

В глазах помутнело. Изображение Полной Дамы начало плыть, уступая место картинам прошлого.

Дым от взрыва, мёртвые тела маглов и крики пострадавших. Сириус снова стоял посреди улицы, на которой почти нагнал Петтигрю в тот роковой день двенадцать лет назад. Он не увидел, как мелкая крыса, воспользовавшись суматохой и паникой, вызванными из-за взрывного превращения в животное, бросилась в ближайший водосток и скрылась из его жизни, чтобы обречь её на немыслимые мучения. Какой-то магл с неестественно выгнутой ногой тычет в него пальцем и что-то кричит. Сначала Сириус не понимает слов, защитные чары выдержали взрыв, но лопнули из-за него с такой силой, что уши заложило. В голове стоит только звон, остальные звуки словно доносятся из тумана.

Спустя мгновенье одно слово до Блэка всё-таки доходит:

— Убийца! Убийца!

Кто убийца? Он?! Нет, вы ошиблись, это не его заклинание разметало пол улицы. Какая ирония, по глупости своей этот магл думает не на того человека. Вот же глупый магл! Смешной магл!

Сириус закатил голову и начал смеяться над нелепостью сложившейся ситуации, самозабвенно отдавая смеху всего себя, не обращая внимания на спазмы в мышцах живота. Словно нездоровый смех мог спасти от физической и душевной боли, хотя приносил её всё больше.

Если бы тогда он знал, что предатель жив, то бросился бы за ним. Схватил. Вонзил кинжал и насладился бы кровью врага. Потом ещё. Ещё и ещё. Чтобы Петтигрю собственным телом почувствовал всё, что довелось пережить Блэку.

«ОСТАНОВИСЬ!»

Голову пронзила резкая боль, а когда она ушла, Сириус обнаружил себя у истерзанного перочинным ножиком полотна картины Полной Дамы.

«БЕГИ!»