Глава 7. Работа с подвохом (2/2)

Часть волшебниц лишь недавно перешла магическое совершеннолетие, Находкины и Полина же — ещё считались детьми. Старше всех была Женя, но и она не представляла, как сможет попасть в Запретный лес. Решение за тем, как выполнять задания, лежало на плечах Валерии.

— Начнём с того, что освоимся на новом месте и изучим Хогвартс, — решила она, когда была уже совсем глубокая ночь, — потом обозначим дни, когда будем делать вылазки. Если понадобится, прибегнем к помощи дюжины Каркарова, ведь каждый в Дурмстранге стоит за своего горой.

План казался слишком простым и не успокоил девушек. Валерия ворочалась с боку на бок, не в силах найти себе место, от Алисы доносилось глухое клацанье — должно быть, она грызла ногти —, Женя же озвучивала каждую мысль громким глубоким вздохом, сестры собрались на одной кровати и бесслышно переговаривались, отгородившись заглушкой, а Полина что-то нервозно строчила в блокноте под одеялом под Люмосом. Валерия не винила их, нескончаемые переживания не давали ей покоя, особенно когда во рту всё ещё стоял горький привкус дёгтя.

Когда девушка волновалась, она всегда упорядочивала заботы и вопросы без ответов: неотложные, важные, и «дальний ящик». Первые две категории она всегда стремилась решить как можно быстрее, последнюю же постоянно держала в уме. К тому же, Черных никогда не делегировала свои проблемы; семья и институт научили её полагаться лишь на себя.

Итак, на первый неизвестный ей вопрос невзначай ответил директор: «В порту Румынии я разузнал о задании первого испытания Турнира…» — таким образом, вопрос о причине отправления из Констанцы она могла вычеркнуть из своего списка.

Следующий: о каком кубке упоминали и Каркаров, и фрау Камилла? Было очевидно, что он является частью Турнира и, судя по обрывкам информации, задействован в избрании участников. Интересно, на него можно повлиять?

Далее: кто окажется её целью, чемпионом Хогвартса? Насколько он — или она — сильны? Нет, конечно они должны быть выдающимися учениками, раз будут отобраны на Турнир. Но как подобраться к ним, не вызывая подозрений?

И, конечно же, как она могла позабыть про «семейный багаж» с проклятиями и пророчествами. Когда наступит подходящее время, чтобы начать разгребать его? Что послужит предзнаменованием? Как она поймёт, что пора действовать и наоборот, что упустила свой шанс?

Нескончаемый рой вопросов гудел в голове, доводя до мигрени, и в один момент волшебнице пришлось отойти умыться холодной водой, чтобы привести себя в чувство. Её устраивал лишь тотальный контроль над ситуацией, но сейчас в уравнении было слишком много переменных. Пока её будущее не станет реальностью, ей остаётся быть настороже и готовой ко всему. Девушка промокнула лицо полотенцем и вернулась на свою койку. Со временем пришёл сон, но неспокойный.

Валерия всё ещё находилась на корабле, только теперь он представлялся ей загоном, а её место, стойло, было её кроватью. Серой, неприметной, скрипящей кроватью. Тогда девушка в страхе откинула — или отворила? — одеяло, спрыгнула с кровати и принялась бродить по кораблю, пытаясь выйти в открытое пространство, чтобы вздохнуть полной грудью. Загон представлял собой лабиринт, стены которого сужались с каждым пройденным шагом. «Дышать…» — попыталась донести она до встречных дурмстрангцев, хрипя и показывая на горло, — «мне нечем дышать!». Но не смогла — студенты лишь неотрывно следили за ней жуткими неморгающими глазами, безмолвно следуя за ней. В панике и желании скрыться ото всех, Валерия вбежала в камбуз и спряталась среди мешков с провизией. Она провела там некоторое время, пока сознательная часть не выдала себе же строгий упрёк: «Поднимайся, Черных. Не смей прятаться, даже в кошмарах».

Обретя голос, ей уже не было так страшно. Валерия направилась на выход, чтобы прокричать, что она свободна, что её не удержат никакие стены, как в дверном проёме возник студент, чьё лицо она не могла разглядеть.

— Директор Каркаров приказал проверить камбуз на наличие крыс.

— Крыс? — переспросила она, каждое слово отдавалось эхом во сне, — их здесь нет. Только я.

— Да, крыс; они всегда первыми бегут с корабля. Но ты же никуда не убежишь, не так ли, моя Валерия? — его руки сомкнулись на её горле, сдавливая, пока она снова не лишилась голоса.

***

Наступило утро, последнее перед Хогвартсом. Девушки молча направились на завтрак, потирая воспалённые веки, Валерия и вовсе выглядела, как инфернал. Она совсем не притронулась к еде и неотрывно наблюдала за директором, вслушиваясь в каждое его слово, надеясь получить хоть одну подсказку к заданию. В голове нескончаемо повторялись мысли: «я не крыса… я не сбегу…».

Директор же оказался воплощением бодрости в то утро. Он раздавал поручения налево и направо, непринуждённо рассуждал о слабостях магической Британии и экспрессивно критиковал примитивное образование, которое не сравнится со стандартами Режима. Закончил же он речь наказом дурмстрангцам придерживаться нейтралитета в Хогвартсе, не растрачивать внимание на слабых и сосредоточиться на учебе.

И на этом всё.

Иными словами, особые миссии достались только неприметной женской половине Дурмстранга.

Что означало, они были сами за себя, особенно если попадут в неприятности.

— План остаётся прежним, — решила Валерия, когда девушки ринулись к ней за советом после завтрака, — самое провальное, что мы можем сделать — это поспешить и ошибиться.

— Но, старшая Валерия, — с опаской залепетала Женя, — директор Каркаров не из тех, кто любит ждать…

— Я попробую как-нибудь договориться с ним, оставьте это мне, — заверила волшебница, постепенно осознавая, какая ответственность лежит на её плечах как старшей по званию, — Алиса, ты, кажется, была наблюдателем в Дурмстранге, отвечающим за порядок и исполнение Устава. Твои мысли насчёт ситуации?

Алиса оказалась единственной, кто не поддался общей утренней панике. Видимо, она успела оценить ситуацию за ночь, и выводы её вполне устраивали. Девушка приняла предложение Валерии говорить и сделала шаг вперёд из шеренги.

— Если мы не выполним полностью задания директора, то нас ждут умеренные наказания и преждевременная отсылка в Дурмстранг, но не раньше новогодних каникул. — Начала рассуждения бесстрастная девушка, пытаясь оценить потенциальные исходы событий. — Если мы поспешим и нас раскроют, то возможен межшкольный скандал, даже политический. Чтобы избежать его, Каркаров лишь разведёт руками, мол, он не при чём, обвинит нас в самоуправстве. В лучшем случае нас исключат из института, в худшем — поведут под суд. — Младшие волшебницы побледнели, осознавая, что их ждёт в случае провала. — Но если мы поступим по уму, освоимся в Хогвартсе, составим программу действий и успешно справимся с заданиями, то единственное, чего нам стоит бояться — небольшие наказания за медлительность в самом начале. О наградах я могу лишь только гадать, но уверена, директор проследит, чтобы мы вернулись в почёте.

Девушки прислушались к бывшей наблюдательнице. Теперь план стал обретать форму.

— Спасибо, Алиса, — Валерия благодарно кивнула сообразительной девушке, что сумела быстро оценить потенциальные варианты действий, и та вернулась в шеренгу. — Таким образом, в первые недели нам остаётся лишь запастись терпением и быть эталонными студентами. У нас нет права на ошибку, отныне мы сами за себя. Уверена, Каркаров, как бывший пожиратель смерти и подсудимый, как никто понимает это…

Волшебница совсем не выспалась и не уследила, как последняя фраза сорвалась с её языка. Никто не осмеливался поднимать прошлое директора вслух, но опять же, они оказались в особом положении.

— А теперь предлагаю рассредоточиться и насладиться последним свободным днём перед приездом в Хогвартс. Подумайте, как подступиться к своим заданиям. — Она выдержала паузу, встречаясь с подопечными решительным взглядом, заверяющим, что они справятся. — Вольно.

Девушки молча разошлись, кто куда. Черных попыталась отвлечься от тревожных мыслей и пошла проверить, чем заняты другие на корабле. Каркаров и его подопечные что-то обсуждали в кают-компании. Юноши, единственным переживанием которых был отбор Чемпиона, провели свободный день в Эгейском море на палубе, наслаждаясь хорошей погодой и отрабатывая вступительный номер для Хогвартса. Выступление включало элементы акробатики и огненной магии, которые требовали недюжинной ловкости и мастерства. Девушка уселась в неприметном уголке и наблюдала за репетицией огненного шоу, пока солнце не вошло в зенит.

Тем временем корабль Дурмстранга копил запал пороха для перемещения сквозь материк к Северному Морю.

Когда приготовления завершились, директор разрешил студентам остаться на палубе и понаблюдать за погружением. Вокруг корабля медленно образовался радужный пузырь, затем, после удара колокола, он стал постепенно погружаться на мелкое дно, пока волны не поглотили пузырь полностью. Валерии пришлось на момент прикрыть глаза, когда прямо над её головой сошлось море, как будто обрывая ей возможность вернуться назад. Сквозь воду пробивалось достаточно света, чтобы студенты смогли разглядеть красоту магического побережья: пёстрые коралловые рифы, изумрудные водоросли, ярких рыбок, и даже поселения келпи и нереид вдалеке. Но девушка не обращала на них внимания — она думала об окружающей их пустоте, о вакууме погружающейся сферы, о невозможности побега… о неизбежности.

Наконец, корма глухо опустилась на песчаное дно, подняв облако из песка. Девушка сжала палочку в ладони, собравшись и мысленно подготовившись к любому вызову. Да, она готова. Вокруг корабля завертелся уже знакомый водоворот, пушки завелись назад и, выстрелив зелёным огнем, перенесли фрегат к Британскому побережью.