Глава 1. Дом, милый дом! (2/2)

За небольшим столиком уже восседал с волшебной газетой глава Лев Чёрных, справа от него суетилась с антимоскитными чарами прекрасная супруга Исгерд, а старший брат Валерии, Арктур, вальяжно наигрывал простую мелодию на струнном музыкальном инструменте, пока в его ногах посапывала лиса. Ночь и впрямь была чудесной: безоблачное небо усыпано звёздами, теплый воздух приятно согревал, а вдалеке раздавались раскаты лесных птиц.

— Вы только послушайте, — привлек внимание Лев, устроившись поудобнее. — Погром на Международном Турнире по Квиддичу в Англии! После матча празднование победы прервали Пожиратели смерти — они издевались над магами и крушили палатки расположившихся в лагере зрителей. Главная корреспондентка Пророка, Рита Дриттер, критикует Министерство за слабую охрану турнира, а вот я не понимаю, как это ярые ирландские и болгарские болельщики не разнесли кучку вообразивших из себя невесть что Пожирателей, хах, смерти?! — он затряс газетой, из-за чего казалось, что зелёный череп с колдографии давится змеёй. — Что, все позабыли о хорошей взбучке боевой магией? Какой же тогда матч без драки!

— Не Дриттер, а Скитер, папа, — мягко поправил его Арктур, перебирая струны с отсутствующей улыбкой, — стоит также заметить, что Пожиратели были хорошо организованы, в их ряды даже могли входить представители британской аристократии.

— Ба! Тоже мне. Нет магии разрушительнее разъяренного болельщика… — не успокоился Лев, громко перелистнув страницу.

— Как я рада, что все мы собрались, — деликатно призвала к порядку Исгерд, не давая мужу разгорячиться на новостях иностранцев. Она взмахнула палочкой зачарованному самовару, чтобы тот разлил семье чай. Подоспевшая Валерия быстро поцеловала маму в щёку и взяла печенье.

— Красивейшая ночь! Осталось лишь проговорить формальности, прежде чем мы приступим к приятной части вечера, — прочистил голос Лев Львович и нетерпеливым жестом пригласил всех к столу.

Супруга перехватила чашку с блюдцем у личного домового Льва и попросила удалиться всех слуг — предстоящий разговор был не для их ушей. Как только в душистом саду осталась одна семья, она подала мужу чай и с теплотой погладила его по плечу.

— Итак, — сказал он, помешивая чай. — Пройдёмся быстро по делам насущным. Арктур, — молодой человек отвлёкся от инструмента, но в остальном оставался спокоен. — Пока я слышу только положительные отзывы о твоей работе в отделе Контроля Волшбы, и, судя по моим внутренним связям с Шамаханской, тебя вскоре направят на дипмиссию в британское министерство магии.

Волшебник зачесал смольную шевелюру и довольно раскинулся на садовом кресле.

— Да-а, до меня тоже доходили такие слухи. Честно, не думал, что получу повышение так скоро, но почему-то правительству не терпится перебросить побольше тёмных магов на ту сторону стены, особенно исключительных чистокровных, — Арктур подмигнул сестре, отчего Валерия закатила глаза. — Думаю, вопрос решится в ближайшие два месяца.

— Какой же ты у меня молодец… — снова вмешалась Исгерд нарочито нежным голосом, что моментально остудил запал Арктура, и тот поспешил принять приличную позу на кресле. Хозяйка поместья мягко переняла инструмент из его рук и стала плавно перебирать струны изящными пальцами, поглядывая на сына с хитрецой. — А ты, дорогой мой, случаем, не забыл, что наша английская ветвь опозорена, поэтому твоя «дипмиссия» скорее окажется проверкой? — спросила она нежным, певучим голосом, словно сочиняла песню. — Дашь слабину, и тебя втопчут в грязь.

В подтверждение своих слов Исгерд нарочно взяла неправильный аккорд; где-то раздался хруст, все птицы леса моментально затихли. На лице Арктура проступили бледные полосы, которые расширялись у глаз, но разглядеть их было трудно за вспотевшими зелёными линзами очков.

— Полностью согласен, — поддержал её Лев, не обращая внимания на опасную тишину. — До отъезда я лично перепроверю твои навыки по серии семейных и запрещённых заклинаний, — если Арктур и занервничал, то не подал виду, ведь во многих регионах Европы действительно не гнушались отрабатывать проклятья на живых людях, а не на манекенах. — Хочешь восстановить доброе имя семьи? Тогда придётся работать вдвойне, нет, втройне усердно, и при этом не попасть под влияние других могущественных родов на чужой территории.

— Возражений не имею, — Арктур мягко улыбнулся строгому главе семейства.

Он плавно отвернулся и снял очки, чтобы прочистить линзы, а когда повернулся обратно, следы на лице полностью исчезли, словно их и не было. Молодой волшебник давно достиг совершеннолетия и считался искусным магом своего поколения, но часто получал проверки от старших, которые за стеной спокойствия всегда были готовы к следующей магической войне. Впрочем, он не возражал.

— Я… — Арктур запнулся, подбирая нужные слова. — Я служу нашей семье, нашему роду. Не важно, британские Блэки, северные Черных или южные Нерос, мы едины, и я не упущу возможность, не тогда, когда магический мир Британии практически на блюдечке преподносит приглашение в страну. Даю слово.

Лев некоторое время всматривался в глаза сына сквозь его очки. Он не виделся с остальными ветвями семьи с начала первой магической войны в середине 70-х, а после, узнав, что его любимый родственник Альфард Блэк был убит, а перед этим выжжен с семейного гобелена, полностью оборвал связь с британскими родственниками. Его же сын собрался восстановить её спустя двадцать лет, за которые с Блэками произошли таинственные события, из-за которых от семьи осталось почти ничего.

Исгерд ещё раз сфальшивила, невидимый барьер Арктура слегка дрогнул, но ничего не произошло. Хозяйка Гнезда довольно хмыкнула, и Лев продолжил.

— Хорошо, Арктур, мы ещё вернёмся к этому разговору. А теперь обсудим предстоящую поездку твоей сестры в Хогвартс.

Строгий взгляд семейства устремился на Валерию, которая пыталась изящно справиться с разбухшим от чая овсяным печеньем. Как назло именно тогда, когда разговор подошел к ней, мокрая половинка с хлюпом шлёпнулась в чашку и пошла на дно.

— Да, папа? — выпрямилась она, скромно убирая графитовую прядь за ухо, и уже настала очередь Арктура веселиться за счет сестры.

— Чтож, тебе ещё два года учиться в Дурмстранге, а уже выпала достаточно серьёзная роль сопровождающей в Хогвартс, — заметил Лев, поглядывая на супругу, та продолжила за него:

— Также ты вступила в магическое совершеннолетие, и теперь на тебя возможны покушения, тем более без защиты Гнезда на чужбине.

Исгерд встретилась с ледяными, как у неё, глазами дочери и добавила кубик сахара в чай, а затем протянула ей чашку, заменяя ту, в которой образовалось болотце из-за размякшего печенья. Лев отвлёкся на тихую беседу с Арктуром — тема смерти являлась чуть ли не повседневной среди дворян.

Несмотря на не самый приятный разговор, внутри Валерии было абсолютное спокойствие — у девушки с детства были способности и инстинкты защитной магии, она обещала стать первоклассным щитовиком. Валерия приняла чашку от матери и, глядя ей прямо в глаза, вылила содержимое на траву, которая моментально почернела и превратилась в пепел.

— Ну, за тебя я не беспокоюсь! — бодро продолжила Хозяйка Гнезда, довольная, что дочь раскусила её коварную, но незамысловатую затею. Исгерд происходила из сурового ледяного племени друидов, где поощрялись ежедневные покушения и проверки силы. — Вообще, будет неплохо, если ты проведешь собственное расследование в стенах Хогвартса. Может, ты выяснишь тайные причины преждевременной кончины британских Блэков. Чтобы Арктур знал, с чем ему предстоит столкнуться, — хозяйка Исгерд заново невербально наполнила кружку чаем и перенесла её к Валерии. — В любом случае, хоть ты и будешь присутствовать на Турнире лишь за кулисами, не забывай оглядываться по сторонам. Ты же знаешь, магический мир беспощаден, даже за пределами стен Режима... Чаю?

Валерия сделала глоток, не отрывая целеустремленного взгляда от матери. Они всегда понимали друг друга без слов.