Эпилог (2/2)
Улыбнувшись, с нежностью прижимаюсь к любимому. Положив руку ему на грудь, ощущаю рубец под пальцами, в районе сердца. От воспоминаний о том утре, что едва не забрало у меня его, холодок пробегает по позвоночнику. Лоренцо, почувствовав моё состояние, нежно обхватывает руками моё лицо, заглядывает в глаза. Он ничего не говорит, ему и не надо. Мы связаны, мы ощущаем эмоции, настроение друг друга.
— Лоренцо, а как же фотографии? Что будет с ними?
— Я хорошо заплатил одним ребятам, они профессионалы. Тоже тени. Сымитируют ограбление. А все фотографии сожгут. Не хочу, чтобы они достались кому-то в частную коллекцию и кто-то любовался тобой!
— Тебе не жаль снимков?
— Нет, ведь ты со мною! К тому же у меня есть электронные копии! А в нашей следующей жизни я подумываю вернуться к живописи. Будешь мне позировать?
— А ты будешь таким же несносным, как когда фотографировал меня?
— Конечно!
— Тогда я согласен. Только боюсь, я начну называть тебя твоим старым прозвищем, — смеюсь.
— Это каким же?
— Синьор мудак! — захожусь смехом и тут же бросаюсь бежать в надежде на спасение.
Но спустя буквально несколько минут оказываюсь пойманным. Захваченным в плен его рук и брошенным на кровать. Я тут же перестаю смеяться, когда горячий язык проходит по моему горлу, а зубы прикусывают кадык. Из груди вырывается стон, и я подаюсь вперёд.
— Ты делаешь это специально? Тебе нравится меня злить? — он разрывает на мне рубашку, и пуговицы летят в разные стороны.
— Ты просто не представляешь, как сильно! — задыхаюсь от возбуждения.
— Я уже начинаю скучать по тому времени, когда ты меня боялся! — пальцы опускаются по животу ниже.
— Неправда! — потянув его за волосы, заставляю откинуть голову, впиваюсь в его шею жалящим поцелуем.
Охнув, хрипло смеётся.
Следом за рубашкой улетает остальная одежда. Выгибаюсь до хруста в пояснице, когда он наполняет моё тело.
— Лоренцо, я люблю тебя! — признание вырывается из меня вперемешку со стонами и всхлипами.
Он отвечает мне низким рыком.
— И я люблю тебя, мой хороший! Даже больше, чем просто люблю!