PART I. CHAPTER XVIII. — Nemo sine vitiis est (2/2)

— Вот поэтому, — острый ноготок утыкается ему в грудь, слегка царапая кожу под рубашкой, — Ирка этого и не сделает. Тём, начни уже думать головой, а не жопой.

Погоди, или это не реклама?

Артёма затрясло, и Свята слишком поздно поняла, что на такие шутки у него иммунитета нет.

Вампир вцепился в девичье плечо и с силой отшвырнул её в сторону, освобождая себе проход. Аромат гари настолько быстро распространился по помещению, что у девушки невольно заслезились глаза, но даже сквозь плотную пелену можно было разглядеть играющие желваки на острых скулах и неестественно выпрямленную спину. Краснов, будто арматурину проглотил, и она не позволяла позвонкам сдвинуться с места.

Ему значит можно тупо шутить, а когда обратку получает — обижается.



— Знаешь, что с обиженными делают? — мужчина недовольно оборачивается, уже предвкушая, как отправит девчонку в долгое эротическое. — В жопу ебут.

— Пошла ты нахуй, Череватая.

…Святослава ловит на себе удивленные взгляды экстрасенсов, и сама изгибает бровь, когда вампир проходит мимо, занимая место с противоположного края. Ровно так же, как и на первых их съемках, только в этот раз Артём не обращает на нее никакого внимания, глубоко погрузившись в свои мысли. По лицу невозможно прочитать, о чём он сейчас думает, и нежить рискует воспользоваться его же приёмом.

С тихим стуком волна энергии врезалась в защитный купол, заставив парня поморщиться, но все-таки вопросительно взглянуть на неё. Непонимание слишком явно отразилось в его глазах, и он даже покрутил головой, пытаясь осознать, кто его окружает, и почему Череватая стоит напротив.

Она-то была уверена, что обидела его своими комментариями, на деле же все оказалось гораздо проще.

Слава богу.

Не хватало ей еще всяких обидок.

Череватая уже было сделала шаг вперед, как в зал вошел Башаров, сигнализируя о начале съемок.

«Заебись, блять», теперь придется стоять в стороне, окруженной не самыми приятными людьми, и только безмолвно переглядываться с парнем.

Вот, как обычно — накосячил он, а отдуваться ей.

Извиняющийся взгляд вызвал кучу противоречий в душе: с одной стороны, Артём имеет полное право переживать за свою репутацию; а с другой — не должно ли ему быть глубоко фиолетово на жалкие попытки Певчей очернить его в глазах аудитории.

Ладно, так и быть.

Она была не права, посчитав его эмоции дуростью. В конце концов, он живой, и ничего человеческого ему не чуждо. Главное не озвучить где-нибудь в разговоре, что Святослава признала свою вину, а то самооценка вампира пробьёт поднебесье.

Ира, которая по воле случая оказалась рядом с ней, выглядела чересчур довольной, что уже начинало раздражать нежить до безумия. Слишком далеко она решила зайти, в своем непонятно откуда взявшемся желании подгадить родственнице, Краснов ей ничего плохого не сделал, и с её стороны крайне низко использовать случайного человека, только потому, что он связался с конкуренткой.

— Мне кажется, что там двое. — Святослава пропустила тот момент, когда ведущий начал свой вечный допрос о предчувствии. Да, никого она там не ощущает, еще силы на всякую хуйню по типу этой разбатрачивать. Виталик как-то по-доброму на неё покосился, но Череватая была уверена, что в конверте нет её фотографии — испытание не вдохновило, хотя наблюдатели и прониклись её версией.

— Не буду вас больше томить. Внимание на экран.

Блондинка слегка поворачивает голову в противоположную сторону, а Артём едва заметно улыбается, сигнализируя, что его душевное состояние нормализовалось.

«Елизавета».

Левин хмурится, когда героиня говорит о проклятье, но не рискует вступать в полемику с Петровой, союзник как-никак. Женщины — существа обидчивые и мстительные, а пока ему и Череватой среди врагов хватает.

«Святослава».

Девушка по-настоящему удивляется, гладя на сооственную фотографию в руках мужчины. Неожиданно, ничего не скажешь.

«Елизавета».

Артём нервно потирал пальцами переносицу, отношения отношениями, а о первоначальной цели забывать не стоит. У Святославы сейчас есть прекрасная возможность выйти вперед и пополнить копилку вторым белым конвертом, пока у других экстрасенсов так и будет по-одному.

Забавно. Сейчас борются диаметрально противоположные силы — война света и тьмы. Однако, поэтично.

«Признаюсь честно, Елизавета, вы каждый раз поражаете меня.» — Череватая недовольно поджала губы, внезапно зародившаяся надежда испарилась, а она даже не успела насладиться эти ощущением. — «Однако, вспоминая нашу первую встречу, и анализируя эту, я понимаю, что сделал неправильные выводы. Святослава, бы по праву были лучшей на этом испытании.»

Блондинка поперхнулась воздухом и еле удержала себя от протирания глаз. Ей не послышалось? Кислицын назвал её лучшей?! Ох и нажрется она сегодня дома, и за такую радостную новость, и в отместку Артёму за пьянку с братом.

— Так, двое получается же. — Виталий буквально расцвел, а две представительницы силы переглянулись. Рыжая женщина кивнула ей, а блондинке ничего не оставалось кроме как кивнуть в ответ.

— В белом конверте сегодня два экстрасенса: Елизавета Петрова и Святослава Череватая!

Скупые хлопки поздравлений и натянутые улыбающиеся маски — Готический зал во всех его проявлениях. Пожалуй, действительно рады такому исходу только два человека: Виталя, который точно в цель попал; и Краснов. Он не может не радоваться её успеху, в противном случае его выселят из квартиры, за которую он же и платит.

На виске набухла вена, от созерцания довольной девицы. Кровь начинала подкипать, и это явно не укрылось от двух черных сущностей, только вот взгляда парня он не заметил, а на снисходительную улыбку превосходства наткнулся, словно на штырь. Плюсом ко всему покоя не давала версия двух лучших экстрасенсов, которая — о Боги! — практически полностью совпала, и противоречила его собственным словам.

Не порядок.

Святослава ничуть не удивляется, когда Левин открывает свою пасть, и она уже заготовила целую ядовитую тираду, которую обрушит на его голову. Однако, Максим не на нее бочку катить начинает. Она же чернушница отьявленная, от нее слова о порчах и проклятьях закономерны. Но её святейшество Подстилка-местного-попа априори таких грязных слов знать не должна.

Череватая с откровенным злорадством наблюдает за разворачивающимся конфликтом между Максимом и Лизаветой, изредка перебрасываясь немыми комментариями с таким же довольным Красновым. Левин постепенно показывает свое нутро даже союзникам, стоит воспользоваться этой ситуацией — переманят на свою сторону Петрову, пока Певчая прибывает где-то в своих розовых мечтах. Всё равно родственница отправится домой борщи варить в ближайших выпусках.

План в голове уже давно созрел, а сегодняшний инцидент с интимкой вампира — О Боги, докатились. — только подбросил дровишек в полыхающий огонь.

Краснов, не обращая внимания, что операторы гневно вскинулись, нарушает целостность картинки и прямо через центр зала проходит к ней поближе. Благо, до перерыва дотерпел, кретин.

Зато теперь ей будет не скучно во время дуэли, потому что одна она явно не вывезла бы весь сумбур выдаваемых Виталием фраз.

— Валиева.

— Что? — вампир слегка склоняет голову, не расслышав её шепота.

— Он описывает Валиеву. Фигуристка это. Камила Валиева. — Святослава внимательно прислушалась к тому, что говорит экстрасенс. — Скорее всего, там пиджак — одежда Олимпийской сборной.

— Откуда такие познания? — девушка неопределенно пожимает плечами, разве что глухой не слышал о громком скандале, а учитывая, что сама Свята долгое время крутилась в спортивных кругах, пусть и не добившись огромных высот, привычка смотреть Игры раз в четыре года прочно засела в мозгах, и уходить никуда не собиралась.

Череватая только отмахнулась от его скептичного взгляда, с интересом следя за тем, как в транс погружается самая молодая конкурентка. Саманта опасна, но ей явно не хватит банального опыта тягаться с тем же Саковым. Сейчас юная ведьма выползает только за счет аудитории таких же детей, которые превозносят, девочку за храбрость и решимость.

— Ну, я ж сказала. — становилось скучно. Интересно, как отреагирует съемочная группа, если она сейчас развернется и уйдет?

На талию легла тяжесть чужой руки, и сама того не осознавая, Свята прижалась поближе к опоре в лице Тёмочки. Она уже сотый раз клянется и божится не носить высокий каблук, но стоит только оказаться рядом с вампиром на плоской подошве, как у нежити развивается комплекс неполноценности, а мужчинка, как назло, начинает шутить о том, что Череватая теряет весь свой сучий облик.

Вот, считай, и об отношениях заявили официально. Фанаты сумели разглядеть держащихся за руки Сашу с Ирой, а она тут в открытую на вампире повисла и позволяет ему бок пальцами наглаживать. Чего греха таить, и сама довольная стоит, устало голову ему на плечо положив.

Фу, мерзость.

В девичьем взгляде читается отчетливое «я же говорила», когда на экране появляется лицо совсем еще юной девушки, рассказывающей свою историю.

…Артём открывает девушке дверь в машину, параллельно листая диалоги, в попытке найти контакт того самого фотографа, который и занимался съемкой бренда белья. Скорее для своего собственного успокоения, что в чате больше не осталось ни каких компрометирующих диалогов. Хотя, если сильно желать ему зла и заскриншотить можно.

Новое сообщение от анонима — она его за отъявленного кретина держит?! — заставляет кожу моментально покрыться мурашками, а сердце пропустить пару ударов. Артём замирает около водительской двери, сжимая ручку до такой степени, что на металле остаются следы от пальцев.

— Что случилось? — Святослава за одно мгновение перекинулась через подлокотник, вцепившись в полы накинутой рубашки. — Тём. Артём!

Вампир, скорее по велению Череватой опускается на сиденье, чем сам может найти в себе силы передвигать тело в направление машины. В ушах звенит, а телефон со скрежетом превращается в подобие книжечки, раня кожу ладони осколками экрана.

— Артём, посмотри на меня. — абсолютно восковой взгляд уставился в руль, он её будто не слышит. — Артём. Посмотри на меня!

Кровь продолжает вытекать из израненной руки, пачкая светлые брюки огромными яркими пятнами. Святослава прилагает огромные усилия, чтобы не начать судорожно втягивать носом воздух, концентрируется на белом лице Краснова, разворачивая его к себе.

Он не здесь.

Не с ней.

— Тём, что случилось?

— Дай телефон. — слава Богу, ожил. Череватая с осторожностью вкладывает в протянутую руку телефон, а Артём дрожащими пальцами набирает пароль от собственной страницы. Да, что там такое?!

Девушка занимает свое место, продолжая сжимать широкую ладонь, не обращая внимания, как уже её кофта начинает впитывать в себя алую жидкость. Вампир протягивает разворачивает экран к ней и отворачивается к окну. Женские брови взлетают вверх, и приходится перебарывать себя, чтобы продолжать выглядеть невозмутимой.

— Ну, это же постановка, да? — Краснов молчит, так и продолжая пялить на улицу.

Святослава не монашка, гомофобией не страдает, но слишком неожиданно видеть её, как бы, молодого человека в подобном амплуа, и еще более неожиданно видеть второго парня, стоящего перед ним на коленях.

— Тебе здесь лет двадцать же. — слишком молодо выглядит вампир, да и тело еще не разрисовано огромной кучей рисунков.

— Восемнадцать. Деньги нужны были в Москву уехать.

— Не оправдывайся, Тём. — Краснов вздрогнул всем телом. — Блять, не в этом смысле. Не нужно мне ничего объяснять, ты серьезно думаешь, что меня это волнует? Погоди, я неправильно выражаюсь…

— Я отвезу тебя к Владу. Мне нужно побыть одному.

— Ага, разбежалась, волосы назад. Поехали домой, я зря что ли вчера уебывалась на кухне?

Пока мужчина выруливал с парковки особняка, Святослава еще раз открывает эту блядскую фотографию и тяжело вздыхает. Вот они грешат на Певчую, а та никогда бы себе не позволила опуститься до такой откровенной низости. Тем более не утруждала бы себя копанием в грязном белье мужчины, гораздо проще полистать их женский чатик, найдя нечто подобное со Святославой — они же девочки в конце-концов, с кем им советоваться по поводу выбора тех же кружевных труселей, как не друг с другом, — и вести разговоры с ней, а не доводить Артёма до пред инфарктного состояния.

Что-то тут, блять не чисто.

Жопой чует, не чисто.