PART I. CHAPTER IX. — Flamma fumo est proxima (2/2)
— Я больше фильмы люблю. Слышала, но не смотрела. — Череватая наглым образом разваливается на его подушке и подпихивает лодыжки на мужские колени.
— Можем посмотреть, если хочешь, — пальцы прикасаются к оголенной коже щиколоток, и он поудобнее устраивает книжку на женских ногах, переводя взгляд на задумавшуюся девушку. Святослава кивает, двигаясь поближе к стенке и приподнимаясь на локтях, чтобы уступить вампиру место рядом с собой.
Вся эта ситуация слишком приторно на языке ощущается, но Череватая предпочитает не думать о том, что именно так выглядят все среднестатистические парочки, проходящие через конфетно-букетный период. Однако у блондинки свои планы на этого мужчину, и привязанность к его симпатичной мордашке в них совершенно не входит. Но ничего не мешает Святославе приложить максимум усилий и задурить артемову голову, чтобы в мыслях вампира только она всё место занимала.
Краснов не успевает поудобнее устроиться на отведенном ему клочке кровати, как девушка уже ему под руку залезает, невольно прижимаясь виском к колючей щеке. Приходится обнять тонкую фигуру, чтобы и ей, и ему, было комфортно смотреть в небольшой экран телефона. Вампир, покопошившись, окончательно расположился, потеснив Череватую к стенке и уложив девичью голову на своей груди. Оба молчат, наблюдая за разворачивающимся действием фильма — Святослава с интересом, а Артём скорее с обреченностью, второй раз уже нет никакого кайфа одно и тоже смотреть.
Гораздо интереснее раз за разом втягивать носом аромат вишневых сигарет, которые до этого всей душой ненавидел, а сейчас стремится уловить любую возможность, лишь бы в него с головой нырнуть. Череватая поближе прижимается, закидывая длинную ногу ему на бедра, практически полностью распластавшись на нем. Приходится сцепить зубы и моментально переключить мысли на картинку на телефоне. «Блядское блядство», — сколько времени он провел в размышлениях, что фильм успел уже дойти до весьма пикантных сцен. Непроизвольно рука сама собой расположилась на мягком бедре, а пальцы круги начали на бархатной коже выводить.
Святослава только глаза скосила в сторону осмелевшей чужой ладони и мимолетно дернула одними уголками губ. Нельзя допустить, чтобы завтра Краснов вышел на испытание в своей лучшей форме — и вампирская сила, и бесовская, в сумме дадут гремучую смесь — Артём вынесет в одну калитку не только других экстрасенсов, он и по ней катком проедется. И его нельзя будет в этом обвинить, сама же допустила подобное.
— Что ты делаешь? — шумный выдох из носа заставил несколько белых волосинок подпрыгнуть, а Череватая так и продолжает ковырять ногтем кожу ремня, вызывая абсолютно логичную реакцию мужского организма на близость к красивой девушке, которая и к тому же сама к нему липнет.
— Фильм смотрю, — раздраженно проведя языком по заострившимся зубам, Артём с силой сжимает кожу бедра, рискуя её огромными фиолетовыми синяками наградить, на что она только хмыкает неоднозначно.
Под ухом раздается глухой стук сердца, который продолжает с каждой секундой наращивать свой темп. Ей уже наплевать с высокой колокольни, что там на экране происходит, в голове бьётся только одна мысль — она должна стать лучшей на этой неделе.
Девушка в его руках закрутилась, забравшись чуть выше, оказалась лицом к лицу с черными глазами, а они во всю исследовали потрескавшуюся краску на стенах гостиничного номера, абсолютно не обращая никакого внимания на девушку. Или догадался о её задумке, или просто потерял всякий интерес к её персоне. Хотя скорее первое, потому что его «интерес» она ощущает все отчетливее, с каждым выдохом, который касается едва заметной щетины.
Мягкие губы едва ли касаются скулы, двигаются в сторону сонной артерии, и резко прижимаются к бьющейся вене. Артём весь напрягся, уже приготовившись к боли от вонзившихся клыков, но её нет, есть только женские губы, которые втягивают тонкую кожу, отпечатывая фирменную роспись Череватой. Повернув голову, мужчина моментально натыкается на горячий поцелуй и больше не собирается удерживать в себе рвущегося наружу зверя. Он пожалеет, что подпустил коварную девицу настолько близко, что ей осталось только когтистой лапой под ребра залезть и на мелкие кусочки разорвать каждый внутренний орган.
Но это будет потом.
За одно движение Святослава оказывается сидящей на нем, а её кофта с тихим шлепком падает на пол, куда к ней спустя всего несколько секунд присоединяется и мужская футболка. В воздухе затрещала смешавшаяся энергетика обоих вампиров, на что Артём усмехнулся — девушка, словно с цепи сорвалась: опутала своими нитями нескольких экстрасенсов с поляны, продолжает по ночам мимолетную жажду утолять, не позволяя себе даже задумываться о бывалой голодовке, — состояние Череватой окончательно в норму пришло, позволив рассмотреть себя настоящую.
Она все еще холодная, расчетливая, и, до страшного безумия, умная девушка. Но смех её стал звучать всё чаще — звонкий и заразительный — глаза горели по истине дьявольским огнём, а у щек не сходил розоватый румянец.
Который сейчас горел еще ярче, а с без конца облизываемых губ начали срываться томные вздохи. И ему, буквально, зачесалось превратить их в сладкие стоны.
«Храни Господь Певчую, на пару с Саковым», — парень оторвался от тонких ключиц только на мгновение, чтобы окончательно избавить и её, и себя, от мешающей одежды. Но у Святославы опять были свои планы. Девушка ведёт по оголенной груди, оставляя длинные красные полосы от ногтей по всему торсу, цепляется пальчиками за пряжку ремня, и ослабляет её давление.
Нежить давит на него магией, туманит голову, насильно отпечатывая в сознании картинки с собой в главной роли. Она — власть, она — сила, и она дергает за ниточки, управляя им, словно куклой. У него не хватит выдержки, чтобы оттолкнуть её сейчас, отбросить подальше и никогда больше не пересекаться. Артёму хочется сдаться с потрохами, наплевать на всю гордость, и надеяться, что когда-нибудь эта игра закончится, и ему не придется заниматься рукоделием, восстанавливая и уничтоженную психику, и разорванную душу.
У каждого есть слабости.
У Череватой, как уже и успел заметить Левин, семья. Ради которой она придавила вековые инстинкты огромной грудой камней. На струнах которой и сыграл Владислав, отправив сестру обеспечивать защиту свояченице.
А у него…
Артём, словно спичкой загорался, стоило только кому-то обратить на него своё внимание.
Лишенный его родителями с детства, подросток панически боялся так и остаться приложением к их семье. Удобным, время от времени нужным, он от того и сбежал подальше, как только представилась возможность. Тоже поначалу давил голод, превратил себя в огромный айсберг, лишь бы не испытывать потребность быть кому-то нужным. Но бегать долго не получилось, говна на вентилятор подкинула объявившаяся подруга детства, которая по уши втрескалась в него еще в школе. А потом была другая, третья, четвертая… Вампир искал чужое внимание, всячески приковывая к себе взгляды, он и на Битву за этим, по сути, пришел.
Блондинка, в которой он моментально узнал коллегу по несчастью, была единственной, кто не удостоил его даже взгляда, распалив забытое желание нравиться всем и вся за одно мгновение.
Окончательно он потерялся, когда Череватая внезапно ответила на его предложение согласием, мало того, по сути, с незнакомым парнем в подворотне зажималась. И всё — Краснов оказался пленён глазами цвета молочного шоколада, с каждым их диалогом, с каждой секундой, которую они проводили вместе, Артём ловил себя на мысли, что опять влюбляется. И стоит Святославе потерять к нему интерес — а она обязательно его потеряет, это видно по мелькающим в её взгляде льдинках — он побитой собакой свалиться.
Он зависим от внимания — и пока она ему его даёт, она будет нажимать на нужные кнопочки, а ему только и остается, как идти по заданному курсу.
— Свя-я ят. — нежить прячет ядовитую улыбку за завесой растрепавшихся волос, поддаваясь его руке, которая судорожно, то сжимает пряди на загривке, то подушечками пальцев поглаживает линию роста волос. Артём тягучим оловом плавится от каждого её действия, откидывая голову на деревянное изголовье кровати, вымученно прикрывает глаза, не удерживая себя от возможности изредка подмахивать бедрами ей на встречу.
Темные тени на стенах затрепыхали, а блондинка не может сдержать довольного стона, когда на неё лавиной хлынула чужая энергия, только сейчас помимо привычных ароматов, она имела примесь едкого дыма, от которого невольно глаза заслезились. Бесам все происходящее явно нравилось, какая нежить откажет себе в удовольствии насладиться созерцанием чужой слабости?
А Артём сейчас именно слабость и демонстрирует.
Парень, особо не стесняясь, тянет блондинку в сторону, тут же извиняясь за предоставленные неудобства, и нетерпеливо наваливается на девушку сверху, вдавливая в скрипящий матрас. Свята позволяет стянуть с себя оставшиеся вещи, подставляет шею и грудь под мокрые поцелуи, дугой изгибается, от нетерпеливых, от того и резких, красновских действий.
В комнате слишком душно, и по виску стекает капелька пота, падая аккурат между двух женских грудей. Вампир глушит каждый её стон, они только ему принадлежат сейчас, никто не удостоится даже отдаленной возможности услышать их. Не имея больше никаких сил, мужская голова падает, а Святослава продолжает над ним издеваться — стонет прямо в ухо, звонко и протяжно, заставляя сущность внутри мужского тела утробно зарычать, и только сильнее сжимать девушку в своих объятиях.
— Артём, я здесь землю не оставил? — дверь приоткрывается, а Череватая моментально осознает, что они, блять, её закрыть забыли.
— Пошел нахуй отсюда! — магия из-под контроля вырвалась, и волной, с размаху, захлопнула дверь, едва не столкнувшуюся со лбом ни в чём неповинного Сакова. Он обязательно извиниться перед ним. Но только после того, как сможет оторвать себя от слишком желанного тела.
Одна лодыжка ложится на широкое плечо и он взмокшей щекой прижимается к напряженной икре, приоткрывает глаза, осознавая, что наконец-то способен рассмотреть в полном объеме каждую переплетающуюся линию на теле: зверь, которого нарисовала фантазия, оказался драконом — что-то подсказывало, что любимым мультиком Святославы до сих пор остается «Мулан» — главную фигуру рисунка обрамляли угаданные им хризантемы, в точности такими же цветами Череватая перекрыла новые шрамы на тонком запястье сегодня утром.
«Тёма», — сработал спусковой крючок, и Краснов дернулся в последний раз, скинув женскую ногу, всем весом свалился на такую же уставшую девушку, продолжая нервно вздрагивать. Святослава повернула голову в его сторону, рассматривая заострившиеся от крепко сцепленных зубов скулы.
Слегка ерзает, поудобнее устраиваясь под такой тяжестью, и прикасается к его щеке одними кончиками пальцев. Вампир неосознанно льнет к едва ощутимым прикосновениям, как мартовский кот, и наконец-то укладывается рядом с ней, утыкаясь лбом в плечо.
В комнате на самом деле не так уж и тепло, даже окошко оказывается открытым, через которое холодный воздух продолжает проникать в номер. Приходится девушке позаботиться о сохранности их здоровья, она натягивает одеяло, с барского плеча накидывая его даже на Артёма. Моментально мужские руки смелеют и ложатся на талию, прижимая к себе поближе.
— Что мы, блять, творим? — едва слышимый шепот заставляет улыбку растянуться на припухших от поцелуев губах.
— Тебе весь курс биологии за десятый класс рассказать? — тяжелый выдох опаляет кожу, пуская мурашки по открытому участку плеча.
— Ты знаешь, о чём я.
— Не забивай лишними мыслями голову. — Святослава поворачивается на бок, вглядываясь в черные мужские глаза, в которых плещется небывалая усталость. И отчего-то даже мысли не возникает, что устал он прямо сейчас. — Особенно перед испытанием.