Часть 40 (1/2)

При виде входящего в операционный зал мрачного Кастора Блэка все сидящие за стойками гоблины на секунду отвлеклись от своих дел и одарили мальчика иронично-насмешливыми взглядами. Кто-то даже не скрывал злорадной усмешки, на лицах иных было лишь пренебрежение. Кастор сощурил глаза и прошел к свободному сотруднику:

- Наследник Блэк желает поговорить со своим поверенным. - сквозящая в голосе кипучая ярость вместе с изливающимися вокруг потоками Тьмы заставили гоблина поежиться.

- Вас проводят. Крюкохват! Проводи Наследника Блэк к мастеру Черноруку.

Взвинченное и напряженное дурным предчувствием сознание машинально отметило спешно убегающего из зала через другую дверь мальчишку-гоблина. Идя по величественным мрачным коридорам, Кастор напрягал сознание и магию, за выбросом Тьмы маскируя создание крайне могущественного заклятия - его недокрученная ослабленная версия Эгиды Тьмы успокаивала нервы самим фактом своей готовности к применению. ”Свет есть энергия, чары есть энергия, атака есть энергия... Тьма защитит меня, тени примут свет в себя... Тень есть тьма, тьма есть хаос, хаос рассеивает концентрированную силу, умножая беспорядок... Тени поглощают тени, становясь сильнее... Свет моей души отбрасывает тени - от магии вокруг, от чужого света, от других теней... ”. Последняя часть была его личным экспериментом, и краешком сознания, не занятым проработкой визуальных образов, удержанием формул и законов и проработкой словесного смысла, он искренне надеялся, что это сработает как надо. Проклятое предчувствие долбило в голову им обоим, и на середине пути вокруг заструились потоки Смерти. Скрыть от чувства магии Кастора творящееся заклинание друга они, впрочем, не могли.

Дойдя до массивной черной с позолотой двери, они короткими кивками попрощались со стремительно убежавшим Крюкохватом и вошли в помещение.

Сидящий за столом старый гоблин с ходу взял быка за рога:

- Мистер Блэк, искренне надеюсь, что вы пришли, чтобы подтвердить согласие с нашими условиями. Вы же получили письмо?

Кастор убийственно посмотрел на гоблина долгим взглядом. Когда тот нервно дернул пальцами, Кастор поднял руку с перстнем Наследника, откровенно демонстрируя новое украшение.

- Знаете, что за штучка? Вижу, что знаете. Обсудим условия компенсации за молчание? За молчание о том, что вы едва не обокрали законного наследника.

Гарри холодно добавил:

- Разумеется, только после того, как мы убедимся, что содержимое сейфов на месте.

Гоблин быстро вышел из прострации и прохрипел:

- Подтверждение...

Кастор молча пропустил сквозь кольцо свет души, заставив его сиять, и сунул под нос поверенному:

- Проверяйте.

Гоблин облизнул губы и полез в ящик стола:

- Сейчас... Нужны инструменты...

Взвинченные чувства уловили слабую вспышку Протеевых чар. ”Подлец подал сигнал”, мгновенно считал ситуацию Кастор. Обменявшись быстрыми взглядами с Гарри, Кастор ощутил, как кроме Тьмы в душе поднимает голову Огонь. Не быстрая яростно прогорающая вспышка, но настоящий вал Адского Пламени, готовый методично пожирать все на своем пути, и неважно, сколько это займет времени. Ощущения магии вокруг изменились настолько, что и так подрагивающие от несотворенной Эгиды тени задрожали словно раскаленным воздухом пустыни, а горящие в помещении светильники замерцали багровым. Гоблин с усилием подавил дрожь:

- Попрошу успокоиться, мистер Блэк. Держите себя в руках, вы на нейтральной территории Гринготтса...

Кастор намеренно усилил давление магии и властно дернул рукой с кольцом:

- Делайте вашу проверку. И когда вызванное вами руководство придет, мы обсудим мои условия.

***

Чернорук нарочито медленно и неловко принялся за процедуру проверки родового кольца. Достал папку с древними пергаментами, где основатель рода Блэк изложил процедуру проверки колец для банка, попутно рассыпав бумаги по полу. Долго собирал, усилием воли не показывая, как его корежит от волн чудовищной мощи, исходящей от сидящих в самостоятельно наколдованных креслах мальчишек. Долго сверялся с этими пергаментами и дрожащими руками настраивал артефакты. А в голове билась одна мысль - это конец. Конец его карьеры, если не жизни.

Он понял, что у банка огромные неприятности, еще когда сидя в своем кабинете получил оповещение из зала о том, что приперся мелкий Блэк с другом, а минуту спустя почувствовал нарастающие волны враждебной мощи, разливающиеся, похоже, по всему банку. Вредноскопы пришлось срочно отключать, и судя по услышанному им вою из соседних кабинетов, не ему одному. Разведка опять облажалась - как можно было настолько недооценить уровень мощи столь значимых фигур? В банк словно пожаловал разъяренный Пожиратель Смерти из Ближнего Круга, причем не какой-нибудь изнеженный экономист Малфой, а закаленный боевик из числа азкабанских сидельцев. Уже тогда уважаемый пожилой гоблин начал паниковать. Когда же Наследник Блэк вошел в кабинет и продемонстрировал гребанное Кольцо Наследника, Чернорук ярко представил, как рубит ответственного за сбор информации по этому маленькому монстру разведчика в капусту на дуэли Чести. Паника захлестнула его с головой, ощущения были слишком похожи на те, что он испытывал в детстве, мелким несмышленышем наблюдая за Ковкой мастеров - Смерть жертв и Тьма Горна. Кузнецом он так и не стал, слишком слаб оказался для таких стихий, и пошел в банкиры... Уже с трудом отдавая себе отчет в том, что делает, он воспользовался своей привилегией поверенного богатейшего рода страны и через артефакт отдал приказ о вызове боевой группы ”Кредиторов”. Тех самых боевых големов из гоблинской стали, которых вот уже больше пяти десятков лет готовил Глава Клана для реванша с проклятыми волшебниками. И тут же был словно опален волнами черного, разъедающего саму магию жара - монстр с багровыми глазами учуял его действия. Чернорук из последних сил залепетал какую-то чушь, выслушал властную отповедь воистину Великого Мага, и начал пустую бессмысленную проверку. Только для того, чтобы броситься прочь через секретный ход, когда артефакт просигналил о прибытии ударной пятерки.

***

Вой предчувствия вышел на новый уровень, когда поганый мошенник бросился наутек. И, как ни странно, но Кастор почувствовал огромное облегчение - беда наконец-то пришла, и теперь все, что оставалось - пережить ее. Эгида сорвалась со стремительно прыгнувшей в руку палочки, рядом окутался своей версией из Смерти Гарри. Ударная волна разошлась по кабинету, расчищая место для маневра, и друзья не сговариваясь встали спина к спине. Чтобы в следующее мгновение стена перед Кастором рухнула, выпуская стремительно рванувшуюся металлически блестящую фигуру. Удар огромной руки-лезвия завяз в Эгиде, и Кастор пошатнулся от мощи удара. Верное Адское пламя понеслось концентрированным потоком разрушения, плавя и корежа металлическое существо. За спиной затрещала Авада - друг также вступил в бой. Но вторая тень, рванувшаяся вслед за первой, ударила почти в то же место, что и первая - и щит не выдержал, пропуская ослабленный и замедленный удар. Кастор полетел на пол, шипя от боли - броня защитила его от отсечения руки или перелома, но саднящий синяк на левом плече ему был обеспечен. Зная характеристики своего снаряжения, Кастор затруднялся представить, что может эта тварь против менее подготовленного противника. И все же левая рука неловко взмахнула, трансфигурируя титановые тросы из пола, скрутившие на несколько секунд нападавших - правой с палочкой он продолжал гнать черную магию в Адское пламя. Плохая была идея, потому что тросы быстро прогорели в его же собственной атаке. Но он все же успел встать, быстро ощутить языком Пламени Гарри, который слегка прихрамывал на левую ногу и двойным лучом Авады выжигал чары с удивительно стойких големов, и перейти к настоящей атаке. Левая рука резко дернулась, возможно, слшком резко, и тени вокруг вытянулись, смазались, стягиваясь к врагам и самой хаотичной сутью Тьмы дестабилизируя их защитные чары. Колдовство на стыке трансфигурации, заклинаний и самой Тьмы - по сути, трансфигурация магии. Сложный прием, для реализации которого нужно было четко держать в голове хаос из смыслов, причем хаос тонко настроенный под обстоятельства. Впрочем, черная магия, как всегда, помогала. Хаос можно было обеспечить ей.

Големы на месте стоять не стали. За секунду до того, как Кастор птичкой полетел в стену сам, группируясь и помогая себе магией, он успел увидеть пролетающего мимо Гарри. Вновь обездвижив сразу всю пятерку врагов, на мгновение собравшихся кучкой в центре зала, с помощью тросов и перекачанного силой Арресто Моментум на воздух вокруг них, он услышал призыв Гарри:

- Вместе!

”Логично”, подумал Кастор, устремляя Адское пламя навстречу Аваде. Неподъемная тяжесть вновь, как и в прошлые разы, рухнула на плечи, померкла Эгида и зашевелились големы, выпутываясь из плена и стремясь оборвать их жизни. Только для того, чтобы со скрежетом растечься лужей раскаленного металла за несколько секунд под подавляющей мощью Пламени Смерти.

Кастор выбил остатки стены со своей стороны, нырнул в пролом, тут же запечатывая проход трансфигурацией - металл испарялся, и даже Эгида с трудом держала его напор. Пара охлаждающих чар справилась с зарождающимися ожогами и покрасневшей кожей - свое Пламя Блэку не вредило, но раскаленный воздух с парами гоблинской стали вокруг - вполне. Следом он наложил пару целительских чар, параллельно выходя к Гарри, пробиваясь через стены. Друг выглядел получше - его Холод эффективнее справлялся с жаром вокруг. Гарри напряженно спросил, накладывая на Кастора охлаждающие чары:

- Каким путем прорываемся?

Блэк прикрыл на секунду глаза и ответил:

- Давай ты прощупаешь полной чувствительностью местность, а я прикрою.

Гарри без разговоров сел по-турецки и прикрыл глаза. Чувство его присутствия вокруг, вызванное его светом души, усилилось многократно. Кастор же укреплял стены вокруг рунами и окружал их свежей Эгидой, гоняя вокруг шары Адского пламени. Друг открыл глаза:

- Вон оттуда идет еще две пятерки, - друг указал вниз, в подземелья. - И еще парочка идет оттуда по пути нашего следования в эту комнату.

Кастор задумался, но ненадолго:

- Идем в лоб к той двойке. У них точно есть системы наблюдения за банком, значит, они нас все равно настигнут. Задержи их титановыми тросами, и напитай Холодом - может, на пару секунд дольше продержатся под Адским пламенем. И по возможности обновляй их.

Гарри кивнул - силы следовало попробовать сэкономить, а Пламя Смерти и так их сильно нагрузило. Кастор же со своим родным Адским пламенем потратит куда меньше сил, пусть это и будет дольше.

Уплотнив Эгиды до предела, они рванули по коридорам, время от времени руша стены и прорываясь напрямую. Кабинеты пустовали, очевидно, уже эвакуированные. Лишь разлитые чашки с вином или кофе да рассыпанные по полу бумаги выдавали спешный побег хозяев.

***

Сегодняшний день точно был не на их стороне. Проклятая двойка големов на удивление хорошо рассчитала свою скорость и встретила их в месте с кучей ловушек. Эгиды трещали, но на этот раз, наученные горьким опытом и имея время на подготовку, друзья усилили их устойчивость к физическим атакам. Тем не менее, проклятая пятерка из подземелий успела на представление, и вторая должна была вот-вот подойти.

Гарри прорычал, перебрасывая поддержку стационарных щитов вокруг них на едва дочерченные руны, присасывающиеся к потокам магии в полу коридора и опутывая големов новыми тросами:

- Вместе!

Кастор чудом успел дожечь двойку своим Адским пламенем, чтобы тут же устремить его ревущим потоком к новой пятерке врагов вслед за лучом Авады. Он чуть согнул ноги в коленях и зарычал, тряся головой, уже трещащей от напора черной магии. Зеленое пламя взревело, за пару секунд прожаривая гребаные ведра из гоблинской стали, оставляя лишь лужи металла и черные каркасы из какого-то воистину чудесного материала. В голову совсем не ко времени пришло воспоминание о гоблинских шедеврах со слов Маклаггена. Гарри пошатнулся, хватаясь василисковой перчаткой за обугленную стену:

- Пять секунд и идем. Мне надо отдышаться.

Кастор присел на пол, пользуясь передышкой, чтобы переработать водоворот ярости в голове. Чудо, что им удавалось держаться на грани допустимой концентрации черной магии. Уроки чертового Волдеморта были как нельзя кстати.

Но прервали их совершенно подлым и недостойным образом. На границе восприятия мелькнули чары сокрытия высшего уровня, и только обостренная окклюменцией и стрессом реакция позволила Кастору отскочить в сторону - по многострадальному левому плечу пришелся вскользь удар топором. Резкий импульс Смерти от Гарри - и вокруг проявляются чертовы гоблинские солдаты в полной зачарованной броне. Друг мгновенно опутал их тросами из титана, а сам Кастор наложил масштабное Арресто Моментум. Он уже поднял было палочку, чтобы вызвать родной вихрь огненной смерти, как в голову тяжелым молотом ударила мысль: ”Это разумные существа. Живые разумные. Я их собираюсь убить?”

Воспользовавшись заминкой, командир, судя по количеству украшений на броне, активировал артефакт на груди. Рот наполнился металлическим привкусом, накатила слабость, и Кастор мгновенно узнал ощущения. Одна его подруга баловалась такой магией - не узнать Кровь было невозможно. Визжащее на грани сознания все это время предчувствие достигло высшей ноты, закладывая уши. Встретившись взглядом с другом, он увидел в его глазах тот же полутранс - смесь смертельной усталости, понимания, отчаяния и решимости. Кастор поднял палочку, рот наполнился вязкой слюной со вкусом все той же Крови, и поток Адского пламени как в замедленной съемке окутал врагов поверх их доспехов - шансов немного, но возможно, что они успеют дождаться помощи, а не умрут от тяжелых ожогов. В последние мгновения он понял, что они обвешаны артефактами, как елка рождественскими игрушками, и эти артефакты сдетонировали. Вокруг ударило Тьмой, Кровью, Огнем и Смертью. Смертью живых разумных. Свет медленно померк перед глазами наследника Блэков, будь они неладны со своим никчемным золотом, и он провалился в пространство своей души, все глубже и глубже погружаясь в самые темные ее части.

***

Кастор резко открыл глаза. Вокруг бушевала ночная метель, снег засыпал глаза, проникал в рукава и за воротник мантии. Он вскочил, попытавшись отгородиться щитами и зажечь Люмос. Но привычные простейшие структуры срывались в его голове - Тьма переполняла его, и ее хаотичная природа путала мысли. Кастор присел на четвереньки - ноги его не держали, да и он слишком заметен, когда стоит на двух ногах. Мысли упорно разбегались с пятого на десятое. Интересно, начал ли Кричер уборку, или саботировал приказ? Приказ, ха. Он как будто рабовладелец проклятый. Да уж, Грейнджер лучше об этом не знать. Стоп, Гарри же с ней поссорился. Тогда все в порядке, одной головной болью меньше. Хотя за права домовиков все равно стоит побороться. Конечно, делать это надо с умом, а не как сделала бы гриффиндорская отличница. Он хоть и ненавидит чистокровные традиции, понимает, что так просто настроения в обществе не сломить. Нужно аккуратно подвести людей к правильным мыслям, и тогда все пройдет как надо. Хотя ее пыл ему понятен, сам не без греха. Пыл... Черт возьми, как же холодно вокруг! Он машинально зажег в руках пламя и ослеп на секунду от его света.

Отчаянно моргая, он приходил в себя. Как только он обратился ко второй половине своей сути, Тьма в голове улеглась и отступила, давая шанс прибегнуть к окклюменции и окончательно прийти в себя, с гарантией. Так, где он, черт возьми, находится?!

Огонек в руках, который он разжег сильнее и ярче, как только привык к его свету, выхватывал из темноты вокруг зимнюю тропинку в ночном лесу - голые кусты и стволы могучих деревьев, стремящиеся вверх, расступались вокруг полузаметенной колеи. ”Тут явно проехали сани. Пару часов назад”, тупо констатировал Кастор, глядя на следы на снегу. На небе, затянутом тучами, не было ни одной звездочки, и даже Луна не пробивалась. Постояв еще чуть-чуть, Кастор просто пошел в ту сторону вдоль колеи, в которую смотрел на тот момент. Так или иначе, но нужно было добраться хоть куда-нибудь. И Гарри найти.

***

Гарри очнулся от льющего на лицо дождя. Осенний холод его не беспокоил - он ощущался как-то очень правильно, соответствовал настроению. Которое было, лучше всего сказать, опустошающим. Спокойная пустота бессмысленной равнодушной вселенной. ”Так ощущается свободная от Жизни вечность”, подумал Гарри. Свободная от Жизни... А, ну точно - он снова был полон Смертью, под завязку. Чисто сознанием, без участия спящих чувств, он даже испугался такой концентрации стихии. Дождь, кстати, выбивался из картины ощущений - слишком хаотичен, капли барабанят прямо по лицу, заставляя на себя реагировать, потому он его и разбудил. Подумав, он подставил лицо потокам влаги намеренно, даже сняв капюшон. Простыть магу Холода не грозит, а вернуть в голову инициативу будет разумно. Разумно, ха! Волдеморт отучил его любить это слово. Хорошо, что Кастору порой приходят в голову не менее гениальные идеи, чем ему самому. Кастору. Твою мать, другу наверняка нужна помощь!

Когда ни Люмос, ни Инсендио, ни десяток других чар не откликнулись на его призыв, растворяясь в Смерти в его голове, Гарри психанул и осветил путь вороном из Авады.

- Что, пернатый, пошли потихоньку? - сказал Гарри, оглядывая берег лесной реки, на котором он оказался. Мрачные свинцовые воды угрожали обморожением первой степени каждому, кто осмелится в них сунуться, а льющий с черного неба дождь покрывал их рябью. Шурша листвой под сапогами верного василискового костюма, Гарри направился, судя по мху на стволах, на юг, вдоль реки. Зеленый ворон полетел за его плечом, отбрасывая на землю резкие тени.

***

Кастор напряженно вглядывался во тьму леса. Ватага зверей из Адского пламени бродила рядом с ним, не отходя далеко. Он явно был здесь не один, но чувство магии впервые ставило его в тупик. Неизвестный визитер был везде.

Точнее, везде, кроме пятачка света вокруг него. Кастор ощущал внимание и касание чужого света души отовсюду вокруг, даже из-под земли и с небес. И ”свет” души - это было мягко сказано. Скорее это был прожектор души. Источающий Тьму, ага.

Набрав морозного воздуха в грудь, мальчишка в кожаной броне осторожно позвал:

- Тьма? - и замер в нерешительности. Предупреждение директора вместе с ситуацией однозначно говорили о том, что именно происходит. Встреча. В конце концов, день зимнего солнцестояния, а с ним и самая темная ночь в году, был только вчера.

Во Тьме зажглись два глаза. Присмотревшись, Кастор понял, что это был не их собственный свет - высшая сущность милостиво позволила свету огня мальчика отразиться от себя. Следом проявились легкими отсветами очертания остальной фигуры. Волк. Огромный и очень-очень черный.

- Давно не видел Блэков. Готов?

Кастор судорожно сжал палочку пальцами:

- К чему?

Фигура без дальнейшего сотрясания воздуха бросилась в бой.

***

”Мост. Сломанный”, констатировал мозг Гарри, пока он сам поражался ощущениям, исходящим от стоящей рядом с мостом фигуры в плаще.

Если от него в самые крутые моменты исходили бурные потоки Смерти, то это был какой-то непрерывный взрыв Смерти. Гарри с трудом понимал, почему еще живы деревья и трава вокруг, и почему жив он сам. Его ворон же, напротив, в этом урагане Смерти разгорался все сильнее и сильнее.

Гарри не был идиотом, никак нет. Он помнил предупреждение директора, и полностью отдавал себе отчет в том, кого именно он перед собой видит. Тем страшнее было подойти к явно ожидающей его сущности. Облизнув губы и поморщившись от вкуса дождя, он неспешно подошел к стоящей спиной и смотрящей на тот берег реки Смерти. Он несмело подал голос:

- Госпожа? - черт его знает, какое наитие сказало ему назвать ее именно так. Фигура обернулась, откинув капюшон с рыжих волос.

- Гарри. - Лили с архивных фотографий улыбнулась мертвыми губами. - Поговорим?

***

Кастор направил одну из Адских птиц прямо под удар черной лапы, чтобы защитить неожиданного союзника. Черный, но не настолько, как аватар Тьмы, пес коротко тявкнул, благодаря за помощь, и тут же вновь уцепился в яростно клокочущего черного титана. За что уже Кастор крикнул ему:

- Спасибо! Экспекто Патронум! - почему-то очень правильным показалось крикнуть заклинание вслух, и не просто крикнуть, но выпустить его, словно боевой клич. Эффект был неожиданным - свет из палочки не собрался в серебряного Гримма, но сорвался в сторону пса-друга и впитался в него, заставляя сиять серебряным светом.

”Однако”, успел подумать Кастор, прежде чем Тьма отбросила его защитника и устремилась к нему. Но Кастор такого момента только и ждал. Весь этот бой он вспоминал подсказки и ловил озарения. Картина наконец складывалась во что-то осмысленное. Значок на письме Вальбурги, где черная рука твердо держит не менее черный клык отлично сочеталась с вырвавшимися из его уст на распределении в этом году словами. Словами, которые, по оговорке директора, принадлежали его предку, основателю фамилии Блэк, предмету восхищения нынешних слизеринцев и просто милейшему скандинавскому варвару Ариону Блэку.

”Черный маг не подчиняет Тьму. Черный маг не подчиняется Тьме. Черный маг идет с ней рука об руку, никогда не поворачиваясь к ней спиной.” Теперь становилось предельно ясно, что это был личный опыт. Направив в правую руку все сияние своего света души и перехватив палочку левой, Кастор отринул страх и шагнул навстречу несущейся на него пасти. И схватил черный клык.

На короткое мгновение он подумал, что не устоит. Но выбор у него был небогатый, и он поднял все силы, что у него были, чтобы выжить. Чернильно-черный волк последний раз дернул головой и прорычал:

- Достоин.

После чего с обидной легкостью вырвался и встал прямо перед последним Блэком. Кастор перевел дух и сказал:

- Спасибо. - после чего повернулся к серебряному гримму: - А уж тебе какое спасибо, предок! Арион, верно?

Пес рыкнул:

- Добро, потомок. - помолчав и принюхавшись к Кастору, он уважительно обронил: - Силен. Сильнейший в роду будешь, коли не помрешь.

Кастор посмотрел на Тьму:

- А помощь в испытании позволена?

Тьма снисходительно прогудела:

- В бою нет правил. Если победил - значит победил. - и помолчав, злорадно добавила: - Но это значит, что и мне не зазорно было удвоить силы.

Кастор усмехнулся. Тьма вокруг больше не ощущалась враждебной, и не мутила больше разум. Прислушавшись к себе, он понял:

- Слава Мерлину, стихия наконец-то встала в душе на место.

Словами не передать, как это было приятно. Подобно тому, как Огонь уже давно его согревал и подпитывал, Тьма теперь была к нему родной и ласковой. Он ощущал, как силы в этом странном зимнем лесу текут в него широким потоком, затягивая немногочисленные раны, полученные в бою с хозяином этого места.

Арион хохотнул:

- Гордись, Кастор. Немногие могут похвастать благословением самой Тьмы.

Последний Блэк задорно улыбнулся первому и вновь посмотрел на черного волка:

- И что теперь?

Тьма пожала плечами:

- Да ничего. Хочешь - можем поговорить. Пока мне не станет скучно, поотвечаю. Хочешь - уходи. Ты Великий маг, так что разберешься быстро. Нянчить тебя нужды нет. К тому же, - волк поглядел на серебряного гримма. - Нянька у тебя уже есть.

Кастор попытался придумать, что бы такого спросить. После боя в голове почему-то было пусто.

- И часто ты так проверяешь людей?

Волк склонил голову набок:

- Нет. Поумнее вопроса не придумал?

Кастор закусил губу:

- Научишь чему-нибудь?

Тьма хохотнула:

- Наглец! Мне это нравится в Блэках. Раз просишь - держи, щеночек.